Часть 1

Я сидела в гостиной, когда раздался стук в дверь. Тихий, неуверенный стук. Сначала я подумала, что пришёл Юкито, однако когда открыла, увидела перед собой Нацуки. Она выглядела подавленной и словно напуганной. Сжалась, в глазах слёзы, вся дрожала. — Нацуки? Что случилось?! — я сразу же обеспокоенно наклонилась к ней. Ничего не говоря, она пошла вперёд, и я отступила, пропуская её в дом. Даже шла она на негнущихся ногах. Когда Нацуки упала на диван, я села рядом с ней и с ещё большей тревогой начала всматриваться в её лицо. — Нацуки? — Я… я испугалась… — начала она. — Юкито… он… он… — снова прерываясь в рыданиях, пробормотала она натужным голосом. И крепко обняла меня, зарылась лицом в футболку и заплакала. Я обняла её в ответ, совершенно растерянная от происходящего, но явно что-то случилось. Нечто очень серьёзное… — Что с Юкито? — снова спросила я. — Он… он так кричал… он… С Моникой… с ней что-то… слу-… случилось… в-вот так я… я поняла… ужасное… Юкито… ведь не стал бы попусту… да?.. Мне страшно… Вот теперь я забеспокоилась ещё больше. А Нацуки замолчала, плача. — Не стал бы попусту кричать? — У… — она кивнула. — А что произошло? Вы поссорились? Раз Нацуки так подавлена, вряд ли что-то обычное, да?.. Она же яростно замотала головой. — М-мы не… ссорились… — Тогда что случилось, Нацуки? Я не понимаю. Что с Моникой? И почему Юкито кричал? Ты знаешь? Нацуки крепче прижалась ко мне, сильнее разревевшись, и я сбавила напор, замолчав. Так мы сидели некоторое время. Затем тихо начала рассказывать: — Ему позвонили… Я не слышала, что ему сказали, но он говорил о Монике. Думаю, Юкито говорил с её мамой… а потом он стал… из него будто душу вытянули… Я… я пыталась его остановить, когда он пошёл… я испугалась… подумала, что не стоит сейчас отпускать его с таким убитым видом… настояла… А потом… потом он впал в истерику, и я… я растерялась… А Юкито кричал… он плакал и так страшно кричал… я не знаю… не знала, что надо было сделать… Я звала его, трясла за плечи, но… он будто не видел и не слышал меня, и всё кричал… он… — её голос вновь надорвался, и я снова крепко обняла Нацуки. — Он не останавливался… даже когда мама с папой вмешались, он всё ещё продолжал кричать… И лицо… его лицо было таким… таким страшным… Я впервые такое лицо видела… не знала, что может быть так больно, что… а ещё… — она рвано вздохнула. — Я беспокоюсь… Саёри, что мне делать?.. может, это из-за меня он сорвался?.. Нацуки замолчала. Я же пыталась сама понять, что надо и что можно было сделать. — Нацуки, а что он о Монике говорил? — осторожно спросила я. — Что она ушла… я так и не… — она резко прервала себя, и её лицо исказил ужас. Она закрыла рот ладонями, из глаз снова побежали слёзы. — Боже… боже, неужели она?.. умерла?.. — Нацуки?.. — я не знала, что конкретно происходило в её голове и голове Юкито, но если так, то всё правда серьёзно… — С Юкито всё будет в порядке, правда, Саёри? — с отчаянием посмотрела мне в глаза Нацуки, вцепившись в мои руки. — Ты ведь его дольше всех нас знаешь, скажи, он правда будет в порядке?! — Я не могу быть уверена… — пробормотала я. — Но если он не останется один, то он будет в порядке, уверена. Только… думаю, не стоит навязываться, а то только хуже сделаем… Хотя я сама сейчас порывалась побежать к Юкито и поговорить с ним… Нацуки же вовсе сникла после моих слов. Молчание между нами, казалось, длилось несколько часов. Однако не прошло и десяти минут. — Саёри… — тихо обратилась Нацуки. — Как ты думаешь, можем ли мы что-нибудь сделать сейчас?.. он ведь до сих пор плачет… даже во сне… Когда я ушла, он уже спал, но всё ещё плакал… — Не знаю… — честно ответила я. — Думаю, сейчас лучшее, что можно сделать — не тревожить воспоминания Юкито. Ему и так нелегко… но и оставлять его тоже не стоит… Нацуки потупилась. — Что случилось? — я попыталась заглянуть ей в глаза. — Но… а вдруг я снова сделаю что-нибудь не так?.. Я не хочу снова видеть этот ужас… — Не переживай, Нацуки, он будет в порядке. Давай верить в это, — я подняла её голову так, чтобы смотреть в лицо, и улыбнулась как можно ярче. Спустя пару секунд она кивнула и чуть улыбнулась. — Хорошо. Спасибо, Саёри… Я кивнула. Нацуки встала и медленно отошла от меня. — Я пойду. Надо помочь папе. Пока, Саёри, — она попыталась улыбнуться шире. — Постарайся, Нацуки. — Угу… После этого она молча вышла в коридор и ещё до того, как я вышла следом, ушла. И только после этого, вернувшись в комнату, я позволила себе заплакать. Надолго и горько. Было больно узнать о смерти Моники, даже так вот. Тем более так вот. Не думаю, что, если бы Моника была в порядке, Юкито повёл бы себя так, как описала Нацуки. А значит, её слова с огромной долей вероятности правдивы… А ведь он любил её… и она была самой близкой моей подругой… — Моника… неужели правда?.. Что же случилось?.. И как теперь Юкито?.. Я не знаю, отчего мне было больнее: от потери подруги или от сознания факта, что Юкито сейчас очень-очень больно, а я практически бессильна сейчас что-либо сделать… В итоге я пролежала остаток вечера в кровати, тихо плача.