Часть 1

Навальный собирался уходить домой после невероятно тяжёлого рабочего дня, когда в офисе уже никого не осталось, как вдруг заметил полоску света из-под кабинета пресс-секретарши ФБК. Поколебавшись минуту, он зашёл и увидел, что девушка уснула перед монитором, уронив голову на руки, рыжие волосы разметались по столу. Рядом стояла чашка уже остывшего крепкого кофе. Взгляд скользнул по тонкому хрупкому запястью, на которое она положила голову, по нахмуренному лбу, на котором даже во сне не разгладилась тревожная складка. Спящая Кира выглядела какой-то по-детски трогательной и наивной. Алексей застыл на мгновение перед ней, приказал себе выбросить из головы ненужные мысли, потом нерешительно тронул за плечо. — Кира… — Да, сейчас, минуточку… — сонно пробормотала она. Кира подняла голову, открыла глаза. Круги под глазами, бледное лицо, искусанные губы, нервная усталая полуулыбка… — Ты чего тут? — не сдерживая тревоги в голосе, спросил он. — Простите, я… Я ещё не закончила, — ровно ответила девушка и опустила глаза к компьютеру. — Кира. Посмотри на меня, — потребовал Алексей. — Так не годится. Ты совсем себя загоняла. Возьми выходной. — Неправда. У нас президентская кампания в самом разгаре. Я справляюсь, — упрямо возразила Кира. — Я вижу, как ты справляешься, — усмехнулся Алексей, пододвинул себе стул и сел рядом с ней. — Ты ведь тоже не железная… На щеках девушки без труда угадывались следы недавних слёз. Что у неё такого могло случиться? А ведь Руслан сегодня ушёл злой и взвинченный. Вот и ответ. И Алексей мог бы, конечно, не лезть в это дело, пожалуй, именно так ему и следовало поступить, но… — Зайдёшь ко мне в кабинет? Кира, если и удивилась, не подала вида, только лишь спокойно кивнула и поднялась со стула. Отрезая ему все пути к отступлению. Алексей пригласил её сесть, достал бутылку вина. Пить вдвоём в пустом офисе, когда за окном уже стемнело и все разошлись по домам… Что может быть более компрометирующим? Кира по-прежнему молчала. — Что случилось у вас с Русланом? — прямо спросил Алексей. Девушка удивлённо вскинула брови, потом отчеканила: — Я думаю, что мы закончили наши отношения. Он хороший человек, просто… Я так устала от наших постоянных ссор и примирений, — потом посмотрела на него из-под длинных красивых ресниц, осторожно поинтересовалась. — А вам зачем? «Устала» — звучало в тихом голосе, виделось в потухшем взгляде и изломанной позе. И сердце сжималось от жалости и нежности, хотелось обнять и укрыть её пледом… Вот за этим, Кирочка, за этим… — Кира, я ценю тебя как талантливую сотрудницу, нашу соратницу, подругу, но… — глоток из бокала, для храбрости. — Не только… Повисла напряжённая пауза. — Алексей Анатольевич… — чуть ли по слогам проговорила Кира, в голосе зазвучали возмущённые нотки. Вот сейчас она поднимет на него взгляд своих прекрасных карих глаз и пристыдит, тихо, чеканя каждое слово, скажет ему всё то, чего он, без сомнения, заслуживает. И как потом смотреть ей глаза? — Как же ваша жена? — потрясённо спросила Кира. — У нас с ней вовсе не такие радужные отношения, какие мы показываем на публике. Просто не хочется, чтобы это всё стало достоянием общественности. — Я думала, что не бывает всё так хорошо. Была права, значит, — спокойно усмехнулась она. — Не веришь в любовь? — Нет, не верю. — Кира изогнула губы в слабом подобии улыбки, изящным движением отставила бокал. «А я, похоже, неисправимый романтик», — подумал Алексей. — Я тебя не могу из головы выбросить с тех пор, как первый раз увидел. На суде по «Кировлесу», помнишь? — с улыбкой пробормотал Алексей, взглянул ей в глаза. — А ты? — А я никогда не позволяла себе думать о подобном, — холодно ответила она. Как же хотелось растопить лёд её сердца! — А что, если позволить? — То вы мне нравитесь, — буднично ответила Кира, опустила ресницы и покраснела, как школьница. Алексей прижал девушку к себе, нежно поцеловал в макушку, прошептал: — Не мучай себя, ладно? Возьми выходной. — Хорошо, — покладисто согласилась Кира, расслабляясь в его объятиях. На следующий день она вновь сидела в кабинете, напряжённо хмуря брови и горбя спину. — Ну и что это такое? — спросил Алексей, облокотившись об её стол. — Я думала, что разберусь дома, но пришлось идти сюда, — рассеянно ответила девушка, не прекращая что-то сосредоточенно печатать. — Кира, выходной — это когда ты ничего не делаешь. Совсем ничего, можешь себе такое представить? — сказал он, потом добавил шёпотом. — А иначе я сам уложу тебя в кровать. Кира хмыкнула. Ну да, банальность и пошлость. Но её хотелось действительно уложить в постель, накрыть одеялком и дать выспаться наконец. Алексей коротко коснулся губами её руки — большее, что они могли себе позволить, учитывая, что в кабинет мог кто угодно ворваться без стука с каким-нибудь «срочным» делом. И тогда — прощай репутация, спокойствие и милые комментарии под фоточками с женой в инсте. — Вы же всегда так осуждали харассмент. Что теперь случилось? — ехидно поинтересовалась она. Кира, пытающаяся его поддеть, ему однозначно нравилась. — Понимаешь, одна прекрасная женщина свела меня с ума… Она звонко рассмеялась, быстро коснулась его губ своими, так же быстро отстранилась. — Мне надо работать. Вечером Алексей предложил отвезти её домой, не давая задержаться в офисе под очередным предлогом. В её квартиру они зашли вместе. — Ты же помнишь моё обещание? Будем спасать тебя от работы, недосыпа и выгорания. — Всем бы такого начальника, — усмехнулась Кира. А Алексей невозмутимо попросил её поднять руки, снял футболку, расправил кровать и аккуратно уложил девушку. — И всё? — протянула она, будто бы разочарованно, потом, зевнув, пробормотала. — Я всё равно так устала, что… — Завтра на работу не ходи, отдохни, — сказал Алексей, поправляя ей одеяло. — Я посижу немного и уйду. — Не уходи, не надо… — сонно прошептала Кира. На следующее утро она впервые за долгое время почувствовала себя отдохнувшей. Алексей ушёл, как и обещал, а воспоминания о вчерашнем вечере отзывались клубом тепла в груди. Когда пришло собираться на работу, Кира хитро улыбнулась отражению в зеркале, долго красилась, потом выбирала самое красивое платье и пошла туда в отличном настроении.