I

Даже не знаю, что именно странно: что я её помню или что только я её помню? Да, я живу счастливо, как и моя семья, я – добропорядочный семьянин, пример для моих детей. Все злодеи или вышли на пенсию, или лежат где-то в разобранном состоянии – не нужно уже что-то или кого-то спасать каждые несколько лет. Но меня всё не отпускало ощущение того, что меня преследует прошлое. В последнее время оно особенно мучает: столько мыслей и… огромное чувство вины. Может, напишу об этом, и это меня отпустит… Кто знает, каким бы я был и где бы я был, если бы не она... Нет, я сейчас не о моей жене, Ривет. Я о моей самой первой, моей самой… яркой, горячей, искренней любви. И перед ней, этой светской дамой, мне… о-о-очень стыдно. Но надо начать сначала – с самого начала. Молодость моя была невероятно бурной: много, чего натворил доброго, даже для всей моей ушедшей из этой Вселенной расы. Глядя назад – в то время, когда я иногда бегал с голым торсом, красовался золотистой шерстью – я убедился в том, что самая яркая часть жизни – молодость. Нет, я не о детстве: для меня это было кошмаром. Самое сладкое – в подростковых годах и чуть дальше. Это ужасно! Когда ты растёшь совершенно один, в песчаной дыре, еды и воды почти нет (скорее всего, поэтому я вырос столь худощавым и низкорослым) и ты в горной местности – один неверный прыжок или шаг – распрощайся с жизнью! Хотя, это даже жизнью трудно назвать! Максимум, что у тебя есть – ключ, хлам и книга по кораблестроению, и то непонятная. Я сразу понял, что надо делать, пусть я и читать даже не умел. Годы ушли на строительство кораблика, я отбирал только самые отборные кусочки, чтобы он хотя бы увёз меня оттуда. Последнюю запчасть искал долго – ох, как я был счастлив, когда мой будущий лучший друг спустился с небес и подарил возможность улететь, наконец! Я был вне себя от счастья – прошлая жизнь позади, предо мной расплывались звёзды – лети к какой хочешь. Лишь тогда, будучи подростком, я почувствовал, наконец, свободу, сладкое чувство свободы. Но вот какая возникла проблема: я рос один, кто же меня воспитывал, учил самому основному – тому, чему учат многих с пелёнок – добру и состраданию? Никто. Неудивительно, что я поначалу всем грубил и отпускал в их сторону шуточки. Даже Кланку, моему лучшему другу. Я просто не понимал, как устроен мир. Скорее, видел в нём только плохое. И мне не было нужды меняться глобально. Годы шли, галактики спасал (да, такой "зелёный" – а уже неоднократный спаситель галактик), а нужды глобально меняться не было. Зачем, когда я со всем и так справлялся? Живу и наслаждаюсь свободой. Кланк, чуть что, мне бы мозги вправил. Итак, Доктор Нефариус, войдя в историю, как… кстати, а как он вошёл в историю, и помнят ли его ещё? Что ж, мои письмена не совсем о нём. В любом случае, Нефариус объявил войну всей органической жизни. И, должен сказать, у него правда были шансы победить, уничтожить всё живое, оставив лишь бездушные машины, пусть он был единственным полководцем на его же стороне. Обстоятельства так сложились, что мы (только я и Кланк) связались не с кем-нибудь, а с Президентом Фироникс, правителем Соланы. А вскоре – с ней, с его прекрасной дочкой, Сашенькой. Восхитительная девушка, и я это понял, как только я оказался на её флагмане флота Соланского. Не думал тогда, что в принципе встречу кого-то адекватного (я про семью Фироникс в целом): всюду только барыги всего, чего угодно, да зажравшиеся звёзды и бизнесмены. Не думал тогда, что в принципе встречу кого-то так похожего на меня внешне: шёрстка только темнее, по пять пальчиков на её тёплых ручках. Да, она не моей расы, но точно близкородственной. А её фигура, формы и офицерское звание сразу говорили о том, насколько она… ответственная. Нет, правда, она чуть старше меня – уже капитан. С другой стороны, я всё детство провёл в дыре, в бедности… Прошу, вот бы правда была машина времени, которая правда перемещает тебя во времени. Без последствий для Вселенной. К слову, как ни странно, и я ей тоже сразу понравился, пусть, по идеи, она должна была во мне видеть лишь наёмного убийцу. Сами сравните принцессу галактики и (тогда ещё, плюс-минус) просто любителя пострелять по всему, что угрожает Вселенной. Хотя, любовь – штука хитрая, никогда не узнаешь, где встретишь её (или его). Так вот, возвращаясь о войне жизни и стали, те дни длились невероятно долго, будто вечности проходили. Мои отношения с Сашенькой складывались ну очень хорошо. Армия Нефариуса пыталась наступать куда угодно, и её родная планета, где в тот момент находился Президент, не стал исключением. Я помню, как она, после потери сигнала отца, была готова расплакаться. Сразу с Кланком вызвались помочь. Её родной дом очень красив, пусть царские города лежали в руинах, и рядом пролетали залпы плазма-пушек слизняков. Не без помощи её солдат мы смогли спасти не только отца Саши, но и остальной народ, наладив систему барьеров для планеты. Возможно, с этого момента она прониклась мною по-настоящему. Далее, когда был собран отряд "элитных" бойцов, призванный победить Нефариуса, самое смешное было то, что мы с Кланком делали всю основную работу, остальные валяли дурака на корабле. Одна лишь Саша активно помогала нам. Её поддержка с воздуха: её рейнджеры, те ещё весельчаки, транспорт и, классика, ракетный ливень на поле боя – помню, как сейчас. И чем дальше, там чаще мы виделись. Во многом она действительно помогала и всегда за нас болела и переживала, ведь сама не совсем солдат. Почти все в галактике, как только Кланк подался в актёры, называли его истинным героем и примером для всех, а меня, так, его шофёром. А Саша так не считала – она видела правду, и я герой в её лазурных глазках. Этот факт мне особенно согревал сердечко… Я подметил одну интересную вещь. Был тогда убеждён: только бедные люди могут быть несчастны. Нет. И Сашка была в своём роде несчастна: да, девочка росла в роскоши, она образована и интеллигентна, но ей не хватало, как бы так сказать, житейского, что ли? У неё было всё, но не понимала, что счастье кроется в простом – в том, что уже дано каждому с рождения. Хех, технически, можно сказать, она – моя полная противоположность (и Ривет, получается, тоже). Со временем, особенно тогда, когда всё закончилось, мы не скрывали того факта: ни перед другими, ни перед друг другом – что мы любим друг друга. А что, мы были молоды, не оставлять же такие бурные чувства на старость. Даже мистер Президент не старался мешать, видя, как дочери на пользу идут отношения. Вся галактика о них знала, но я часто напоминал Саше, что насчёт такого не стоит думать о мнении других. Мы вместе – уже счастье. Мы друг друга дополняли – и это прекрасно. Это очень даже интересно, когда общаешься с не похожим на тебя: многому можешь научиться. Отчасти, благодаря ей, благодаря её мудрости, богатому опыту, понимании души, её более сожалеющим убеждениям, я перестал быть просто любителем пострелять по всему, стал более приземлённым и добрым. Хорошо это или нет – не могу сказать наверняка. Когда Саша выключает свою официальность (а это бывало только тогда, когда рядом близкие), она – самая игривая мурка, какую я только видел. Любила много чего: резвится, лезть ко мне с обнимашками и целовашками. Всё что угодно, только не сидеть на месте и ничего не делать. Саша так воспитана. Помню те мгновения, как она опускала свою голову на моё плечо. Чувствовать её тепло, её пушистость – удовольствие. Слушать, как она под ушком мурлычет или хихикает – отрада для ушей. Видеть её лучезарную улыбку, особенно после её мурлыканья под ухом ночью – красота. Часто куда-нибудь выбирались. Не только заданий ради. Часто была чисто моя инициатива вызволить свою принцессу из флагмана на природу, на приключения. Хотя бы на пару часиков. Думал раньше, что можно быть только в цивилизации, быть окружённым технологиями. Нет. В такой атмосфере можно просто сойти с ума, даже комнатные растения не помогут. Надо выходить на настоящую природу. Там можно расслабиться, выплеснуть всё накопившееся зло без посторонних глаз, уединиться от всего современного, или, я бы даже сказал, навязчивого. За всё время наших отношений мы много чему научились друг у друга. Я – философии, добру, состраданию, письму, чтению – всему тому, чему бы я научился, не прожив бы в песчаной дыре всё детство. Она – пониманию житейского, выживанию и тому, как думает простой житель галактики. Вот только была одна проблема: это "всё время" было годом. Может, даже меньше. У нас правда было всё прекрасно. Пока наши пути не стали расходиться. Она – учиться политике дальше, её прямо-таки завалили учёбой. А я – злодеям морды бить, как я помню. Так мы и проводили долгие часы, даже дни и недели порознь. Пока мы в принципе не перестали встречаться. Да. Самое тупейшее расставание, какое можно себе представить. Даже после того, как я побыл в шкуре гладиатора на запрещённой арене, я с ней неоднократно пытался связываться. Что-то даже получалось, пока она не пропала без следа, пока я не оказался в совершенно другой галактике. И меня это гложет. Очень сильно. Хотя я понимаю, покопавшись в своей памяти и перечитав всё то, что я написал, что я не делал ничего сверхтяжкого против неё. Пусть у меня есть подозрения, что кто-то третий стоял за этим расставанием, не совсем полностью мы с Сашей в этом виновны, но… чувство стыда не покидает меня. Прошлое всё равно не покидает меня! Я даже не знаю, где она, что с ней стало, и жива ли она вообще. И в ближайшее время возможности это выяснить наверняка, похоже, нет... По её учениям, смерть может быть как духовной, так и физической. И… если она правда уже… того, то пусть она хотя бы не будет забыта. Мною уж точно.