Червь

Солнце едва окрасило небо, когда будильник наполнил комнату пронзительным писком. Ранбу открыл глаза. Головная боль наконец прошла. Проигрыватель всё так же был выключен. Комната была наполнена свежим запахом прошедшего ночью дождя. Парень потянулся. Вчерашние синяки продолжали болеть. Дядя улыбнулся ему, когда Ранбу спустился. Как будто вчера ничего и не было. Мальчик в ответ так же притворился, что всё в порядке. Таббо ждал его как всегда. Эмси также скоро нагнала их. Сегодня она улыбалась, и Ранбу снова почувствовал эту горькую фальшь. Пережить потерю никогда не бывает легко. Притвориться просто всегда. Томми снова встретил их после школы. Он долго извинялся за произошедшее, но друзья не заостряли на этом внимание. Это была просто глупая игра и подростки даже в итоге пришли к выводу, что было довольно весело. Правда, повторять этот опыт никто не желал. Ближайшие дни небо не скупилось на солнечный свет. Лучи лились сквозь школьные окна, заставляя одних морщиться, а других греться в возможно последнем дыхании тепла перед суровой зимой. Расследование шло медленно. У полиции снова не было никаких улик. Убийца действовал удивительно профессионально и расчётливо. Но главной загадкой были его мотивы — зачем кому-то убивать бедную старушку? Полиция так же пыталась связать это событие с гибелью Джонатана Брэда, но отсутствие зацепок, заводило их в тупик. У Ранбу продолжала периодически болеть голова, но в целом он стал чувствовать себя намного лучше. Возможно, солнце так на него повлияло, возможно, общение с друзьями согрело его душу, а может это всё дядя, который не смотря на объем работы всё же находил время для своего племянника. Вот и в это воскресение Сниг проводил свой единственный выходной вместе с Ранбу. Разве что он все же мог позволить себе поспать до обеда. И пока из комнаты мужчины раздавался тихий храп, мальчик решил быстро сходить в магазин. Тёплый свет ударил ему в лицо вместе с холодным ветром, когда он вышел из дома. Небольшая прогулка в одинокой тишине успокоила едва родившуюся головную боль. Ранбу шёл по улице, едва слышно напевая прилипшую мелодию. Он почти полностью растворился в сладком полу-сознании. Ранбу прошёл уже половину пути, когда до его ушей донёсся такой знакомый смех Таббо. «А вот это мы влезли в сгоревший дом!» — парень перебирал свои фотографии и показывал их незнакомому Ранбу мальчику. Ростом он был чуть выше Таббо, что впрочем не было удивительно. Приблизившись к ним, он робко поздоровался. — Ранбу! — Таббо радостно завопил — Это Эрин! Знакомьтесь! — Привет. — неловкое, но тёплое рукопожатие. -Я Ранбу, как уже сказали. Ты новенький? — Не, я тут всего на день. Мой отец работает на лесопилке, я приехал повидаться. Улыбка Таббо немного померкла. — Да… Скорей бы лето. Помнишь, как мы в прошлом году в лесу зажигали. — Ага, и как потом мать на тебя орала! Как ты только мог додуматься до самодельных петард? Двое рассмеялись так заразительно, что Ранбу не смог не улыбнуться. «Ребята!» — Томми почти врезался в них, размахивая небольшим пакетом продуктов. Ранбу не успел поднять руку в приветствии, как лицо Эрина исказилось неподдельным шоком. Его глаза расширились так сильно, будто вот-вот выпадут, его тело замерло, будто он боялся даже дышать. — Том? — спросил он иступлено — Том Саймонс? Теперь тот же шок ударил Томми. Блондин отшатнулся. Его ноги задрожали, требуя бежать. — Н-нет… Ты должно быть что-то путаешь. Я Иннит… Томми Иннит. Таббо обменялся с Ранбу непонимающими взглядами. — Но это же ты! — Эрин кричал так громко, что должно быть их слышали даже в другом конце города. — Том! Куда ты пропал? Твои родители всюду тебя искали! Мы думали, что ты умер! Томми панически сделал шаг назад. — Я… Я не понимаю о чём ты… Блондин вздрогнул, когда на его плечо легла рука настолько холодная, что это чувствовалось даже через куртку. — Что-то случилось, Томми? — Уилбур смерил подростков острым взглядом. Ранбу ощутил желание скукожится. — В-всё нормально, просто этот парень меня с кем-то спутал. Пойдём домой. Уил кивнул и подтолкнул Томми вперёд, будто приказывая идти первым. Мальчик даже не обернулся, спешным шагом удаляясь. Мужчина поправил очки, продолжая смотреть на подростков, будто хищник на свою жертву. Неожиданно он улыбнулся столь приветливо, столь сладко, что от этого хотелось вырвать. — Пожалуйста, не доставайте Томми. У него было много проблем в старой школе, и я не хочу чтобы они были и здесь. — Он говорил тепло и мягко, но холодная угроза была ощутима почти физически. — Кто вы ему? — Эрин застыл, пытаясь осмыслить ситуацию. Уил усмехнулся. «Я его старший брат» — бросил он прежде, чем продолжить свой путь по улице. — Да уж, жуткий тип — прошептал Таббо, когда мужчина оказался достаточно далеко. Ранбу кивнул, а Эрин продолжал стоять растерянный. — Я… Я не понимаю. Это точно был Саймонс. И у него никогда не было никакого брата. — Может ты правда обознался? — Ранбу чувствовал копошение червей в своей груди. — Я, чёрт возьми, учился с ним в одном классе! Это точно был он! — Ладно тебе, — Таббо осторожно хлопнул его по плечу — пойдём лучше ко мне. Ранбу, ты с нами? И это был первый раз за последнее время, когда парень действительно не хотел. — Нет, я сегодня буду со своим дядей. Они сухо попрощались, и Ранбу продолжил идти по залитой светом улице. И только когда он вышел из магазина, в его голове промелькнуло воспоминание. Оборванное объявление о розыске. Мальчик блондин примерно его возраста. Сердце пропустило удар, когда пазл наконец сложился у него в голове. Ночью Ранбу смотрел в потолок. Образ мальчика с плаката никак не покидал его разум. И может слова Эрина и тот факт, что он видел Томми почти каждый день повлияли на его воспоминания, но теперь он отчётливо видел своего друга на той фотографии. Следующие два дня никто не видел Томми. И идти к нему домой никто не решался. Вечером вторника Эмси пригласила ребят к себе. Она жила в небольшом домике почти в самом центре. Как только Ранбу вошëл, он почувствовал приятный запах запечённой индейки. Улыбнувшись, парень закрыл глаза и представил, что вернулся в родительский дом. Мать готовит ужин, отец вернëтся в любую минуту, а Ранбу просто счастлив, хоть сам этого не осознает. — Хей! Бубс, ну что ты застрял там? — Таббо прокричал из гостиной. Ранбу смахнул остатки тяжëлых мечтаний. Полчаса шутливых почти бессмысленных диалогов, вкусный ужин с родителями подруги, несколько безуспешных попыток нанести на протестующего Таббо макияж, несколько тестов из глупого журнала. Но Ранбу никак не может избавиться от камня в груди. — Ты в порядке? — наконец спрашивает Эмси, устав играть слепую. И Ранбу не может сказать правду. Повсюду счастливые фотографии. Из комнаты едва слышно, как родители болтают на кухне. А пахнет уже не индейкой, а удручающей несправедливостью этой жизни. Да, Ранбу завидует. Он завидует, тому у кого всё хорошо. Тому, кого обнимают перед сном. Но он ничего из этого не говорит. Это низко с его стороны. Его друзья не виноваты в том, что его жизнь рухнула. Никто в этом не виноват, но это не мешает червю разъедать его внутренности. — Я просто переживаю за Томми — говорит он после неловкого молчания. Таббо прерывает свою попытку выбросить журнал в окно и садиться рядом. — Вы замечали, что в школе о нём никто не слышал? — Ранбу продолжил. — Конечно он говорил, что на домашнем обучении или вроде-того, но даже учителя о нём никогда не упоминали. — Это Эрин тебя натолкнул? — Просто… Мне кажется, я тоже встречал его раньше. — Да? Где? Ты же жил через пол страны. — Мы остановились на заправке миль за двести от сюда. И… я видел объявление о пропаже мальчика там. Тогда я не придал этому значения, но теперь я понимаю, что это был один в один Томми. — Это сходится с тем, что говорил Эрин. И мне не по себе от этого. — произнëс Таббо. — Действительно странно. — Эмси почувствовала желание закрыть дверь. — Таббо, ты, помниться, говорил, что сфотографировал их фургон, когда они приехали. Когда это было? — Кажется недели три назад — мальчик немного порылся в рюкзаке и достал фотокарточки. Ранбу задумался перебирая их. Это не совсем совпадало с предполагаемой датой исчезновения, но они могли останавливаться и в других городах. Взгляд зацепился за фото высокого человека напротив его дома. Лёгкие сжались, судорожно выпуская воздух. Боль прошла от затылка до висков. — Господи, этот тип тут довольно жуткий — сказала Эмси, указывая на кадр, где братья шли вместе. — Это тебя ещë не было, когда он наехал на нас на улице! Он был точь в точь как убийца! — Убийца… — прошептал Ранбу и резко схватил фотографию — Таббо, ты ведь говорил, что они шли к дому Брэда в ту ночь, когда его убили. — Д-да, но это же просто совпадение, они могли идти куда угодно, в той стороне много домов. — Да, но послушайте. Помните, как он ходил в той кофте весь вечер, пока внутри была настоящая жара? — К чему ты клонишь? Друзья уставились на него в небольшом недоумении. — На теле Клементины были следы борьбы. Она отбивалась от нападавшего. Я уверен, хоть она и не молода, это могло оставить хоть пару синяков. — Он прятал их — едва слышно закончил Таббо. — Клементина ведь видела нас, когда мы вылезали из того дома. Может Томми донëс ему и Уил решил еë убрать. — Но зачем ему это? — Не знаю… — Клементина всегда шла жаловаться прямо в полицию, даже если просто видела детей на улице после десяти вечера. Она бы пошла туда и сейчас и тогда бы этих двоих проверили. — взгляд Эмси будто прожигал фотографии. — Кукла… кукла была права… — Так давайте не будет возвращаться к этой стрëмной штуке! — Таббо возразил — Призраков не бывает! И вообще, на вопрос «кто убийца?» эта фигня сначала показала на Ранбу. Это же не делает его виновным. Хотя потом он отполз, и кукла указала уже на Уила… И все эти совпадения… — Мы должны сообщить в полицию! Ранбу усмехнулся. — Это даже не доказательства. Только догадки. Нам не поверят, но возможно к ним заглянут с вопросами и тогда они будут настороже. И я немного переживаю за Томми… Да, возможно, что они действуют вместе. Но вы замечали как много страха иногда в его глазах. Таббо кивнул. Часы пробили восемь. Холодная тревога заставила подростков вздрогнуть. — Ладно, оставим это сейчас. Мне пора домой, иначе дядя будет волноваться. — Давайте пока не будем никому об этом говорить. — Эмси встала, чтобы проводить друзей. — У меня есть небольшая идея. Чистя зубы, Ранбу в очередной раз прокручивал этот диалог в своей голове. Возможно, они слишком спешили со своими выводами. Возможно, их фантазия разыгралась от скуки. Но эти догадки просто не давали ему покоя. Парень замер, когда его рука коснулась крана. Вдох. Выдох. Это был просто кошмар. Ничего не случится. Он открыл кран. И от туда как обычно полилась чистая вода с едва заметным металлическим запахом. Ранбу судорожно выдохнул и принялся умываться. Закончив, он взглянул на себя в зеркало. Его волосы стали немного длинными, хотя он не возражал. В глазах была лёгкая усталость, а под ними небольшая тень. Он снова плохо спал. Свет погас и спустя мгновение включился снова. Ранбу поднял взгляд на лампочку, когда почувствовал боль настолько сильную, что казалось его череп сейчас лопнет. Он вцепился в раковину, надеясь хотя бы не потерять сознание. Три удара сердца и всё исчезает, оставляя после себя только пульсирующий испуг. Ранбу делает несколько неровных вздохов и снова невольно смотрит на себя. Его нижняя половина лица пропала. Как будто кто-то взял краску и неровными масками закрыл ему рот. Тревожная картина мерцала и двигалась. Телесные цвета текли по лицу, становились темнее, краснее, а потом снова возвращаясь. Ранбу коснулся своего лица и почувствовал, как его пальцы проваливаются сквозь горячую липкость. Его лицо будто таяло. Парень попытался стереть это с себя. Он тёр отчаянно, врезаясь ногтями и пытаясь счесать, оторвать, сделать что угодно, чтобы оно исчезло. Он чувствовал боль. Цвета стали алыми и теперь стекали с лица в раковину, оставляя пятна. Ранбу был готов закричать. Свет снова моргнул. Всё вернулось в норму. Или её омерзительное подобие. Ранбу стоял перед зеркалом с выпученными глазами, продолжая ковырять своё лицо. Его ногти превратили щёки в месиво. Зубы разорвали губы. Кровь стекала в раковину. Ранбу остановился только спустя несколько секунд. Его трясло, но он улыбнулся, чувствуя как рот болезненно растягивается. От безумного счастья, что его лицо на месте, ему захотелось рассмеяться. Осознание ужалило его прямо в мозг. Ранбу отшатнулся и поспешил смыть кровь. Это было ужасно. Он не сумасшедший! Это всё не правда! Закончив, парень забежал в свою комнату так быстро, будто за ним гнались. Слёзы потекли из его глаз, врезаясь в свежие раны и делая боль невыносимой. Ранбу попытался остановить их, стереть их, но плач лишь усиливался. Он упал на кровать в ужасных мучениях. Кровь начала впитываться в одеяло. Огромным усилием, парень перевернулся на спину. Теперь слёзы стекали по бокам, почти не задевая раны, но те продолжали болеть. Ранбу мучился почти два часа, боясь даже пошевелиться, чувствуя, как отвратительная корка образуется на его лице. И только когда у него не осталось сил плакать, не осталось сил вздрагивать, не осталось сил даже думать, он, наконец, погрузился в тревожную темноту.