Часть 3. Как приходилось выживать

      Это должно было произойти. Не сегодня, а может и не завтра, но рано или поздно должно. Лена сидит со связанными руками и ногами в углу какой-то комнатушки, на нее поочередно то испуганным взглядом глазеет Альвин, то зыркают надсмотрщики бандитов. Острые зенки торчали над шейным платком, под коим прятали половину лица, и четко бдили, как бы пленники не улизнули куда. Лена, собрав волю в кулак, твердо решила не реветь. Также твердо она молилась, чтобы наконец через дверь в дом вошел не очередной бандит, а один беловолосый ведьмак с паскудненькой ухмылкой на губах. Ведьмака все не было, а девушка уже устала надеяться. — Не волнуйся, — вдруг говорит мальчуган, слегка улыбнувшись Лене. — Мы спасемся. Геральт нас спасет. — Откуда ты… Договорить Лена не успела. Молочные волосы мелькнули в водовороте сражения, послышался лязг оружия и вскоре все похитители уже лежали поверженные кто без головы, кто без руки или ноги. Девушка поморщилась, но спазм желудка сдержала. Подняла глаза на ведьмака и почувствовала, как сердце застучало быстрее, но совершенно не от страха. Лютик, не весть откуда знавший как всегда больше, чем полагается, рассказал Геральту все красочно и в деталях. Как Лена, не находящая себе места, шаталась по улицам города; как Альвин сбежал из лечебницы, в итоге прилипнув к девушке, точно репей на собачий хвост; как их обоих поймали Саламандры. — Кармен сказала, — облизнув пересохшие губы, проговорила Лена, — у входа вниз парень ходит. Предлагает деньги за работу. Я ждала утра, гуляла. Смотрю — Альвин. Ему скучно там, в лечебнице. Геральт быстро прикинул, у какого такого входа вниз Лена искала потенциального работодателя. Понял, что речь про пройдоху, который нагрел друзей, а сам получил дорогущее кольцо в награду, и, не сдержавшись, выругался. — Хотела сгинуть в канализации с монстрами? В том склепе существа, которых ты стрелой разве что пощекотать можешь! А ты о чем думал, когда ночью вышел бродить? Альвин не струхнул и взгляд ведьмака выдержал спокойно. Сказал, что увидел Лену, проходящую мимо лечебницы, решил погулять с ней. — Она работает вместе с Шани. Помогает больным, за мной ухаживает. Иногда мы даже играем вместе, правда, Лена? Лена, разумеется, кивнула. Геральт снова выругался. — Хорошо, что из Лютика такой ценный информатор. Ладно, пойдем. Трисс будет в восторге.

***

      Геральт не мог объяснить, почему судьба девушки была так ему важна. Да, Яевинн был прав, он не мог бросить кого-то в беде, особенно, если человек ему приятен, но тут было что-то еще. Она нравилась ему как женщина, и эти чувства он мог принять. Что он не хотел принимать, так это странное ощущение комфорта и тепла от этой девушки, домашнего уюта и непринужденности. Лена была простая, как медный пятак. Это одновременно и прельщало, и заставляло скучать. — Геральт, старина, — басит Золтан после очередной кружки пива, — ты отрицаешь очевидное. Тебе просто нравится эта девчушка. Да, не спорю, милая куколка. Но это не повод делать из этого проблему! — Как раз-таки это, Золтан, я и не отрицаю. — Геральт опрокидывает в себя половину кружки, вяло ковыряясь в корстке соленых гренок. — И не из этого делаю проблему. — Он боится другого. Нормальной, простой, человеческой жизни с нормальной, простой, человеческой женщиной. Геральт любит драму, различные эмоциональные выкрутасы с последующим экзистенциальным кризисом. А Лена всего лишь простая девушка, которая теперь является своего рода запретным плодом для нашего друга, потому что… — Лютик, заткнись. -… потому что он боится разбить ее сердце. Его тянет к ней, в том числе в физическом смысле, но он видит, что девушка уже почти по уши влюбилась в его угрюмый экстерьер и слишком сложный личностный конструкт, а потому сторонится ее, как чумы. Еще скажи, что я не прав, Геральт. — Язви тебя в душу, Лютик. Просто язви. Вернуть Лену в ее мир было практически невозможно. Теоритически — реально, на практике — проблематично. Прыгать из мира в мир, да еще и в нужное время, не мог ни один из чародеев. А ждать, пока Альвин научиться контролировать свою силу, означало просто отказаться от затеи. Проще приложить максимум усилий и постараться адаптировать Лену к этому миру насколько это возможно. Девушка восприняла такую новость предсказуемо трагично. Почти половину дня молча сидела в кресле на нижнем этаже дома Трисс и отрешенно смотрела на книжный шкаф. Потом дала волю слезам, но от вина в качестве успокоительного категорически отказалась. Пропуска для Купеческого квартала у нее не было, ее вернули в Храмовый. И вот уже почти неделю она почти ни с кем не разговаривает, монотонно выполняя работу в лечебнице. Кости, кстати, тоже забросила. Геральт решает навестить ее спустя несколько дней после попойки с друзьями. У девушки был последний рабочий день, — Шани решила дать ей выходной то ли из жалости, то ли потому что ей надоел убийственный вид погруженной в себя помощницы. Лена выглядела уставшей, сразу видно, что плакала ночью, но в целом вела себя спокойно. Подпоясала на эльфийский манер брюки длинным, ярким платком, купила на лотке какие-то дешевые бусы из разноцветного стекла, несколько раз обернув их вокруг шеи, а штанины заправила в длинные сапоги. Волосы убрала в пучок, перехватила лоб повязкой из еще одного скрученного платочка меньшего размера, и в целом выглядела броско, притягивая взгляд. «Ну точно эльфка», — подумал про себя Геральт, подходя к девушке ближе. Она, заметив его, тотчас остановилась и устало улыбнулась. — Я думала, не увижу тебя снова. — Почему? Я бы никогда не упустил оказии повидаться с тобой вновь. Геральт удивляется своей полной безбожного флирта интонации еще больше, чем словам, слетевшим с языка. Лена, кажется, тоже не ожидала такого поворота, а потому впала в легкий ступор и слегка зарделась. Низкий тембр голоса, ласкающий слух точно патока, был излюбленным инструментом знаменитого Белого Волка, работающим почти безотказно. Но он не собирался соблазнять несчастную девушку! Спугнуть ее желал еще меньше. И тут неожиданно Лена спрашивает про Трисс. — А твоя женщина не злится из-за этого? Не будет, — девушка замялась, подбирая вылетевшее из памяти слово, — ре… ревновать? — У нее нет поводов для ревности. Трисс моя давняя подруга, и все понимает. Лена, не смотря на юный возраст, не купилась. Геральт возблагодарил мутацию за то, что она сделала с его капиллярами на лице, лишив возможности краснеть. Он хотел просто побыть с девушкой, поговорить, может как-то помочь. Лена же заявила, что ведьмак сделал все, что мог, и настала ее очередь как-то ему отплатить за труды и причиненные неудобства. — Я бы не хотел рисковать твоей жизнью, выполняя контракты. — Я не буду мешать. «Не возьму — уйдет», — проносится в голове у Геральта, и он согласно кивает. — Хорошо. Потом я могу накормить тебя. — Лена запинается, облизав пересохшие губы и нервно переступает с ноги на ногу. — Ужин в моем доме. «Сейчас откажется», — думает Лена, уже сожалея о сказанном, но тут ведьмак кивает вновь. — От хорошего ужина я никогда не откажусь.

***

      Дом с вампиром в подвале изменил отношение Геральта и Лены настолько, насколько это возможно. Она старалась делать вид, что ничего не произошло, не давила и не мучила назойливостью, но по лицу было видно, что места себе не находит. Геральт же ушел в контрактный запой и не показывался в городе несколько дней. На вопросы друзей отвечал максимально уклончиво, что сразу убедило их в правоте предположений: между ведьмаком и Леной что-то произошло. Что именно — не понятно. Но произошло. Поначалу все шло как нельзя лучше. Ведьмак готовил смазку для меча, слушая истории из жизни чужестранки. Почему-то захотелось побывать в ее мире, увидеть те места, что были для Лены родными, а еще лучше, если при этом девушка будет рядом. Прогнав ненужные мысли, Геральт поведал ей о том, на какое задание они идут, и велел держаться ближе. Лена, предвкушая встречу с настоящим и первым в ее жизни вампиром, едва не вбежала в нужный дом вперед ведьмака. Бабулька, явно не горевшая желанием впускать в дом посторонних, вела себя до одури странно, и пока Геральт вначале неумело прибегал к таланту убеждения, а потом и магии, Лена услышала жалобное мяуканье в подвале. Испуганное, будто просящее о помощи. Бросив взгляда на ведьмака, поняла, что тот слишком занят хозяйкой дома, на которую хваленые Знаки никак не действовали и даже тройного Аксия она не заметила, и спустилась в подвал. — Кис-кис-кис… Кошка стремглав рванула к ней, прыгнув на руки и вцепившись мертвой хваткой. В свету единственного горящего факела можно было увидеть немногое, а потому у обитателя подвала были все шансы атаковать внезапно. Геральт бежит на девичий крик, на ходу вытащив меч из ножен. Успевает как раз вовремя, потому что фледр уже собирался вонзить в Лену клыки, и это точно не было бы также красиво и эротично, как в фильмах про вампиров. Но цапнуть когтями по предплечью успел, а запах крови разгорячил его еще больше. — Ты как? — Запыхавшийся ведьмак с растрепанными в бою волосами даже не замечает, как в подвал уже почти спустилась бабуля, злобными проклятьями награждая убийцу сына. Зато он замечает рыжий клубочек шерсти на руках Лены, который она защищала собой все это время. — Это кошка? — Да. Она плакала, я спустилась, а тут… он. Ты спас меня. Наверное так на Геральта еще никто не смотрел. Как на рыцаря, благородного спасителя, с благодарностью и восхищением. Раньше Лена такими взглядами не награждала. Неужели и впрвду влюбилась? Покинув дом разгневанной бабушки, Лена повела ведьмака к себе. Медсестра, с которой она делила жилье, с радостью приняла кошку, а вот на постороннего в доме отреагировала настороженно. — Он уйдет после ужина. Не будет здесь спать. — Лена повела мужчину наверх, а сама поспешила хлопотать у печи, попутно накормив спасенное животное. Про рану почти забыла, пока не спохвотился ее гость. — Это царапина. — Инфекция может проникнуть. У тебя есть чистая ткань, нужно промыть и перевязать как следует. Геральт сидел совсем близко, полной грудью вдыхая мятный запах от волос девушки, и чувствовал, что его слегка ведет. Хотелось ощутить мягкость ее кожи, почувствовать вкус ее поцелуя, услышать полный наслаждения стон… Будто слыша чужие мысли, Лена снова предательски засмущалась. Надо бы что-то резкое сказать, грубое, — обычно она так и поступала, когда клеился парень совершенно не ее вкуса, — но здесь был другой случай. Она слегка поворачивает голову, глядя в чужие нечеловеческие глаза, и ее пальцы сами накрывают его ладонь, скользящую с предплечья вниз к узкому запястью. Они целуются долго, наслаждаясь долгожданной близостью и изучая друг друга. Запустив пальцы в волосы Лены, ведьмак притянул другой рукой девушку ближе, желая усадить к себе на бедра, но та вдруг отстранилась, растерянным взглядом выдавая полную обескураженность. Повисла неловкая пауза. — Прости. — Спешно вскочив на ноги, пробасил ведьмак, даже не взглянув на девушку после этого. — Я лучше пойду. Лена не выходит за ним, не бежит останавливать. Она утыкается в одеяло на кровати и долгое время беззвучно плачет, совершенно не подозревая, что под окном ее дома еще долгое время сидел тот, по кому тревожно билось ее влюбленное сердце.