Глава 8: Пещера сводит счёты – пленники вместе

      Тайд всегда хвастается тем, что ни разу не была в плену. Рядом конечно же всегда находится Мегатрон, который вставляет свои «пять копеек»: «Ты и на поле толком не бываешь, как же в плен то попадешь?». За это каждый раз он получает подзатыльник, если, конечно, нет лишних сенсоров рядом. Ещё поползут сплетни, что Тайдлэй имеет право поднимать на Хозяина манипулятор. Подумают, что это какой-то грязный фетиш, еще перестанут уважать.       Глупо об этом говорить, но Тайд мечтает попасть в плен к автоботам. Имея большое самомнение, она нередко перед оффлайном представляет, как перерезает корпус каждого солдата, что посмели дотронуться до нее. Это тоже своего рода месть. Потом находит консоли, связывается с братом и взрывает их базу к шаркам. Возможно, она идеализирует свои силы, ну, а кто из десептиконов так не делает?        Она никогда не скрывает, что вся эта война – лишь игра для нее. Все эти бесконечные бои, моря мертвых корпусов друзей – всё, чем так ужасна война, для нее лишь декорации для очередного развлечения. Конечно, она не лишена чувств полностью и часто с грустью вспоминает Скурджа. Скайсквейка. Тандеркрекера и Скайварпа. Но все их трупы не отменяют больной процессор Тайд, который четко для себя решает, что лучший способ не вредить себе – верить в то, что это всё лишь очередной уровень игры. Можно сказать спасибо Шоквейву.  - Зачем вы меня звали, мой Лорд? - с некой язвительностью спрашивает фем.       Брат поворачивается к ней. Редкий свет мостика подсвечивает его фигуру, буквально крича, что он здесь Бог. Он здесь власть.  - Тайдлэй, - кивает тот, подходя к сестре ближе. - Тебе выпала честь проведать заброшенную шахту вместе со мной.       Грозный взгляд красных окуляр на клик бросается в сторону трясущегося Старскрима. Тайд хмыкает.  - Почему вы решили доверить столь важное задание мне? - она не скрывает, что говорит с сарказмом.       Улыбается, скалит клыки. Мегатрон лишь усмехается.  - Я доверяю тебе больше всех, - вновь косится на заместителя, который спешит удалиться прочь. 

***

      В отличии от сумасшедшей Тайдлэй, автоботы часто бывают в плену у десептиконов. Особенно на Кибертроне. И каждый боится этого слова больше скраплетов. Плен — одно из тех слов, от которого веет холодом и безысходностью. Они забираются поглубже в броню и заставляют дергаться при каждом упоминании. Плен – не только про физические ограничения и потерю свободы. Не только про пытки и боль. Но и про моральные унижения перед самим собой за то, что попался. За то, что не сдох героем. За то, что ты выжил, а твои товарищи дезактивировались. Так было у Арси. Так она потеряла Тэйлгейта. Так она потеряла себя и попала в другой плен, намного опаснее и страшней – плен травм прошлого.        У Оптимуса всё было по-другому. Он не был пленником десептиконов. Он был пленником чужих ожиданий, упреков и груза ответственности из-за своего «праймства». А еще, его главным надзирателем в шарковой темнице была Тайд. Нет, не та Тайдлэйстер, которую он так любил и любит до сих пор, а безжалостная Тайдлэй. Жалкая пародия, в которой он, к сожалению, всё ещё старается найти свою возлюбленную. Она искусный пыточник, изощренный насильник и такой чуткий охранник, не дающий лишний раз выдохнуть.        Она хуже всех тех, кто постоянно напоминает Оптимусе о его долге, о его сдержанности, о его «ноше». Чем хуже? Она ходящее доказательство того, что когда-то он был счастлив. Все эти миллионы лет, пока они не виделись, он и забыл об этом и сражаться было легче. Хорошее забывается быстро и безвозвратно. А Тайд словно специально маячит перед его оптикой и, как земного котенка, нагадившего мимо, прижимает к луже больных воспоминаний, заставляя искру разрываться.       Но он не может ненавидеть её. Он всё так же застывает при виде фемского корпуса. Потрепанного, но такого родного. Команда уже сомневается в нём. Вечно серьезный Прайм стал больше витать в облаках, меньше слушать. А это просто надзиратель стянул наручники посильнее и дал звонкую пощечину.  - Ну, что там, Оптимус? Концерт вот-вот начнется! - кричит недовольная Мико вглубь пещеры, откуда не спеша выходят две фигуры.       Девочка сама чуть ли не со слезами навязалась на вылазку в заброшенную шахту десептиконов, а когда поняла, что из интересного здесь только камни, начала ныть.   - Мико, до концерта ещё два часа, - с усмешкой отвечает Джек, удобно расположившийся на большом валуне.       Конечно, раз уж появилась возможность попасть на миссию автоботов, он тоже напросился и наслаждался тем, что все его мысли о камнях и энергоне, а не очередной проваленной контрольной или проблемных отношениях с дамой его сердца – Сиеррой.  - Ты знаешь, сколько я ждала приезда «Стальных обезьян»?? - вскакивает Накадаи и обращается к Джеку.        Оптимус ей уже мало интересен.       Дарби приоткрывает рот, дабы поумничать, но девочка его опережает.  - Вечность! И я уж точно не хочу поменять их единственный концерт в США на кучу камней! - она пинает маленький камушек и, складывая руки на груди, садится на горячую от солнца горную породу.  - Тогда зачем напросилась? - хмыкает парень, в ответ получая лишь показанный язык.  - Ну, Оптимус! - кричит ещё громче Мико, подзывая автоботов махом руки. - Почему мы здесь так долго??         Писк прибора приближается. Агрх, почему эти двое идут так медленно, словно им вообще плевать на концерт Мико!   - Судя по всему, шахта давно выработана, - говорит лидеру Арси.  - Несмотря на твои наблюдения, Арси, мой прибор получает сигнал энергона, - отвечает Оптимус. - Сигнал слабый, но это точно сигнал энергона.   - Не понимаю, - вскидывает оптограни фем. - Работы на шахте были свернуты минимум пять земных лет назад, а десептиконы никогда не бросают энергон.   - Возможно, когда-то эта шахта должна была стать ловушкой для… - Оптимус не успевает договорить.   - Эй, извините, что перебиваю, но… - он пальцем указывает на пещеру, вглубь которой убегает радостная Мико.   - Она убежала, поверь не могу! - злиться Арси.  - Серьезно? - нервно усмехается Джек. - Это же…Мико.   - Я найду её, Опти… - начинает говорить фемма, но Прайм поднимает ладонь, мол, я сам.       Тяжелые шаги направляются внутрь пещеры прямо за радостной девочкой.  - Мико, остановись, - звучит серьезно, но не лишено мягкости.        Конечно, Оптимус понимает, что она ещё юнглинг. Многие в её возрасте на Кибертроне делали вещи и похуже, чем просто не слушались. Особенно, если вспомнить о рассказах Тайдлэйстер или Мегатронуса.       Шарк, он явно себе назло ковыряет эту рану. Как будто специально подзывает надзирателя, которому только в радость поиздеваться над пленником.  - Мико.  - Посмотри, - выкрикивает девочка, разводя руки. - Получится отличная база для репетиций! - она выглядит очень воодушевленно.       Прайм хочет что-то ответить, но девочка не унимается кричать:  - Приве-е-ет! Привет, фанаты-ы!  - Мико, это не лучшая идея, - начинает говорить Оптимус. - Старые шахты бывают нестабильны, а если здесь ещё остался энергон, то…  - Не нуди, Оптимус! - отмахивается Накадаи, спрыгивая с камня. - Она же заброшенная, что может случится?       Девочка никогда не стесняется говорить прямолинейно даже с лидером автоботов. Она, конечно, как и другие члены базы, стала замечать, как Прайм изменился за последнее время. Стал опасливым, ещё более серьезным, а главное – эмоциональнее. Праймы были бы им недовольны.  - Осмотрительность никогда не является лишней, Мико. Тебе сложно представить, но Мегатрон способен на любые зверства, особенно…  - Особенно, когда у них появилась его сестра, да? - Накадаи будто специально напоминает о Тайд.       По правде говоря, она хочет узнать о ней больше, а в идеале, вообще отомстить за убийство Импактора – друга Балкхеда.  - И это тоже. Тайдлэй верный воин Мегатрона, - Оптимус опускается на одно колено, приглашая девочку к себе на ладонь.       Пора возвращаться обратно к Арси с Джеком.  - А почему она выбрала Мегатрона? Неужели, она тебя не так сильно любила?       Оптимус замирает. Не ожидает таких вопросов. Особенно, если учесть, что он сам не знает ответов. И виноват в этом ни Мегатрон, ни Тайдлэй, а он сам.   - Не думаю, что я смогу ответить на это, Мико. Я сам в неведении.        Девочка запрыгивает на ладонь и задирает голову, чтобы лучше видеть собеседника. Щурится, словно бот у нее на допросе.   - А какого это, драться с той, кого любишь?? - в детских глазах появляется искра любопытства. - Я даже думаю про вас написать песню!  - Мико, - голос грубеет. - Фем, которую я когда-то любил уже давно нет в живых.        Накадаи цокает языком, предвкушая очередной пафосный монолог. Да кому он врет! У него в оптике всё написано.       Вот только продолжить Оптимус не успевает. Слышится быстро приближающийся грохот. Трещит потолок. С него сыпятся мелкие камни и пыль. Рядом с ними падает большой камень.  - Оптимус! - от страха взвизгивает ранее смелая Накадаи и плотно хватается к манипулятор лидера автоботов.       Тому приходится упасть на колени, удерживая вес камней одной ладонью.  - Мико, - серьезно говорит Прайм, видя, как от страха, девочка начинает медленно терять сознание.       Чтобы приземление было мягким ему приходится согнуться ещё больше, укладывая тушу на каменный пол. Мико дышит ровно. Так даже лучше, вторая ладонь свободна и позволяет удержать потолок. Под натиском тяжелой горной породой трещит спина, с которой явно сползает краска. Рядом падают большие куски камней.       Слышится лязг металла. Какой-то другой грохот. Оптимус поворачивает шлем на звук и удивленно расширяется оптика. С губ срывается тихое: «О, нет».        Ну, здравствуйте, надзиратель.

***

      Два самолета трансформируются около той же пещеры. Иронично. Тайд элегантно потягивается и смотрит на солнце, которое режет оптику. Поворачивается на Мегатрона и улыбается. Какой-то он слишком хмурый.   - Ну, Мега, что случилось то! - дергает того за манипулятор сестра. - Зачем нам нужна заброшенная шахта? Я вроде бы не предавала Лорда Мегатрона, чтобы он меня звал на совместное задание, - хихикает она и идет вперед.       Ни для кого не секрет, что если Хозяин ни с того, ни с сего зовет тебя на задание, значить это может лишь одно – ты его предал и должен поплатиться мучительным дезактивом. Тайд же и думать так делать не смеет. Она и предать родного брата? Немыслимо.   - Это далеко не заброшенная шахта, Тайд, - хмыкает близнец.   - Так вот почему Старскрим такой напуганный, - усмехается фем, переглядываясь с братом. - Но, тогда почему ты не позвал его? Здесь бы и прикончил за измену.   - Решил, для начала, собрать доказательства. Тем более нам с тобой давно надо было поговорить вне корабля.        Мегатрон идет не спеша, изредка смотря вверх и явно подбирая слова для разговора.  - Да ладно тебе, Мега! - отмахивается Тайд.  - Я серьезно, - отвечает мех. - Меня настораживает тот факт, что против тебя сговорились другие десептиконы. Тем более мы не виделись тысячи лет и многое изменилось, нам пора поговорить о твоем нахождении в рядах десептиконов.  - Ох.       Тайдлэй не любит серьезные разговоры, особенно с братом. Каждый раз ей кажется, что он просто отчитывает её.  - Подумаешь, сговорились, пф. Ты же всех успокоил, да и у меня есть свои помощники.  - Дай угадаю, Брейкдаун, например? - усмехается Мегатрон, щурясь.  - Вот, Саундвейв, - процеживает сквозь денты фем. - Коннетились мы всего один раз, а теперь мой раб навечно, - она искренне смеется, буквально заставляя брата наконец-то улыбнуться.       В этом вся его Тайд. Так беззаботна и весела, несмотря на тяжелые времена. Это даже придает сил.   - Если что, ты ведь всегда знаешь, что я рядом, - отвечает Мегатрон.  - Да, дани, - вновь язвит та, получая небольшой удар в плечо. - Эй!  - Еще я хотел обсудить твои…принципы.       Они доходят до более просторной пещеры. Тайд инстинктивно оглядывается, махает ладонь, мол, я слушаю. А после ахает при виде оставленного оборудования.   - Праймус, да тут целая парковка хороших буров. Ну, Старскрим, - бурчит себе «под нос» фем, сталкиваясь взглядами с братом.  - Я понимаю, что на Кибертроне ты дезактивировала только ради мести. Но здесь всё по-другому. Автоботов осталось пятеро, поэтому настоятельно прошу тебя отставить свои принципы назад и дезактивировать их, если есть такая возможность. Твое содействие будет неоценимо, - кажется, его даже не заботят оставленные буры.       Тайд хмурится и впервые за весь разговор выглядит серьезно. Облокачивается о камень и складывает манипуляторы на грудной пластине. Суровый взгляд оглядывает потрепанную лицевую брата. Он просит невозможного и сам понимает это. Давит на больные места, на желание победы.  - Ты же понимаешь, что это невозможно?  В этой войне не осталось ничего светлого, кроме собственного кодекса чести? Ты ведь соблюдаешь «Правила гладиаторов»? - приподнимается одна оптогрань.         А ведь она тоже в своеобразном плену.        Мегатрон кивает и тяжело выдыхает. Знает же, что она откажет. Так зачем опять начинает эту брехню. Что на Кибертроне она была непреклонна, что сейчас. Но зато где-то внутри приятно греет гордость за сестру. Она честнее любого автобота и даже самого владыки Тьмы.  - Ну, вот. У меня свои «правила». И я никогда их не нарушу. Ни-ког-да, - лязг когтей друг об друга. - Но ты же понимаешь, что ничего не мешает мне просто избивать их, а убивать будет другой.        Мегатрон хмыкает и проводит ладонью по стене. Тайд присматривается к его движениям.  - Что ты делаешь? Думаешь, Старскрим сделал здесь секретный вход в своё логово? - и вот, она уже веселая и язвительная натура, как пять кликов назад.       Фемма подходит к братцу и внимательно наблюдает за его движениями. Даже не дергается, когда тот резко ударяет стену, явно что-то вытаскивая оттуда. В когтистой ладони появляется большой кусок голубого кристалла. Тайдлэй удивленно приоткрывает приемник и бормочет:  - Вот идиот, - адресовано это Старскриму. - По-моему, это он сумасшедший, раз решил у тебя под носом оставить рабочую шахту?  - «Под носом»? - с явной злостью на заместителя спрашивает Мегатрон, вскидывая оптограни.  - Праймус, нахваталась людских словечек! - театрально та выбрасывает манипуляторы в разные стороны, демонстрируя вселенское горе.  - Нужно поменьше в их сети сидеть за рабочим местом, - с долей смешка отвечает кон, со всей силой сжимая в ладони кристалл.  - Ну, Саундвейв, - почти взвизгивает фем. - Ты сначала обеспечь мне полный арсенал химикатов, а потом и наблюдай за бурной деятельностью! Хотя, лучше спроси насчет химикатов у Старскрима, думаю, он и это успел себе присубкарманить!       Она возмущается и улыбается одновременно, явно пытаясь разозлить братца ещё больше. Ну, а зачем гнев в себе копить? Тем более Тайд обожает смотреть за тем, как Мегатрон дуется, желая дезактивировать всех и каждого, кроме нее. Это так греет искру и подпитывает самооценку.  - Я сломаю его пополам! Как он посмел предать меня?! - он смотрит на сестру.        Та лишь кивает. Она давно уже знает, что во время злости Лорду Мегатрону нужно лишь поддакивать и кивать, даже если не согласна или хочешь дать развернутый ответ. А то ещё может и тебя случайно задеть. Если ты, конечно, не Тайдлэй.        Кулак прилетает в ту же стену и вызывает волну падающих маленьких камней. Тайд лишь усмехается. Почему-то братец всегда вызывает улыбку. Потом она прямо и зависает на наноклик. Приподнимается с камня, быстро хлопает по манипулятору Мегатрона и говорит:  - Мега, гости.       Один манипулятор трансформируется в бластер при виде автоботской фемки и ее питомца. Те в свою очередь тоже сразу не отбегают, явно удивляясь такой встрече.        Владыка Тьмы недовольно рычит и не сдерживает пыла, несколько раз стреляя в незванных гостей. Видно, что перед его оптикой ничего, кроме гнева – выстрелы не попадают по целям. Тайд инстинктивно пригибается и довольно улыбается, сталкиваясь взглядами с растерянной Арси. Автоботская фемма хватает напарника, делает кувырок за скалу и небрежно ставит его на землю, громко крича своему человеку:   - Беги к Оптимусу и Мико!        Зря она это сказала. Отлично слышащая Тайдлэй хмыкает, неразборчиво что-то говорит братцу и убегает прочь за человеком. Смотрит на длинный туннель без развилок и довольно усмехается.   - Поиграемся, Оптимус.       Она перепрыгивает человека и под крики Дарби, адресованные Арси, убегает прочь. Как же она может оставить лидера автоботов без своего визита?        И даже несмотря на начавшийся обвал, который явно происходит из-за Мегатрона, она продолжает элегантно двигаться, уворачиваясь от каждой глыбы. Уж очень хочется дойти до пункта назначения. Особенно, когда всё буквально на ладони.       Вот только спустя время она теряет бдительность. Обвал усиливается. И один из камней прилетает ей прямо в сенсор, оглушая. Тайд из-за боли пытается выпрямиться, напрочь не чувствуя низкий потолок пещеры. Ударяется шлемом о горную породу, вылетает в экстренный оффлайн и обмякает. Даже не зная, что находится уже у желанной цели.       Ну, здравствуй, пленник.

***

      Оптимус не знает, сколько проходит времени. Из-за своих мыслей и переживаний, он совсем теряет счет времени. Обвал закончился уже давно, поэтому у него получается выпрямить спину, чтобы улучшить обзор.        Люди верят в то, что мысли материальны.  Что чем ты больше думаешь, тем больше посланий отправляются во Вселенную, чтобы именно ТАК и случилось. И, кажется, Прайм тоже начинает верить в этот бред. Иначе, как объяснить, что в нескольких метрах от него лежит, словно оффлайнит, Тайдлэй. Что она вообще здесь делает? Неужели эта шахта всё-таки ещё рабочая?        Так, нужно собраться. Если повезет, то Арси найдет их с Мико быстрее, чем десептикон вернется в онлайн. А что, если Тайд здесь не одна? Скорее всего. А если здесь Мегатрон??       Оптимус слегка машет шлемом, пытаясь отогнать дурные мысли. Фокусирует взгляд на маленьком тельце близ его сервопривода. Считывает состояние Накадаи. Девочка дышит ровно, через пару минут уже очнется. Нужно придумать план, как её защитить. Но в процессор лезет совсем не то.        Страх. Ведь его плен стал реальностью. Он здесь со своим насильником, который может сделать с ним всё, что взбредет в процессор. А он и сдвинуться не сможет.        Праймус, хватит!       Он сильнее машет шлемом. Слегка теряет равновесие, лишний раз двигается, из-за чего с потолка падают маленькие камни. Один падает прямо около девочки, заставляя её задвигаться и начать просыпаться. Слышится детский кашель. Мико садится лицом к автоботу и пытается откашляться, размахивая около себя ладонью.   - Мико, как ты себя чувствуешь? - спрашивает Оптимус, опуская оптику вниз.  - Нормально, - отвечает девочка, поднимаясь на ноги. - А у ты ка…? - она задирает голову вверх и ахает.       Лидер автоботов держит огромный валун, ранее служивший в этой пещере потолком. В некоторых местах до сих падают маленькие камни. Выглядит…страшно. Ведь рано или поздно Оптимус устанет держать «потолок» и… Мико отмахивается и подбегает ближе к Прайму, громко крича:  - Держись, Оптимус, я нас вытащу!   - Мико, стой, - дергается Прайм.       Девочка задирает голову и хмурится. А после машет рукой и поворачивается в сторону обвала. Он, что, думает, что она не сможет их спасти?? Конечно, сможет! Она делает несколько шагов, пытаясь через пыль приглядеться к неестественной куче камней.  - Мико, даже не думай к ней приближаться! - уже громче говорит Оптимус, не боясь разбудить гостью.       Накадаи замирает. К кому это, к ней? К куче камней? Пф, что за бред! Девочка делает ещё несколько шагов и только полностью разглядев странное тело, она прикрывает рот рукой и наконец-то останавливается.  - Что она здесь делает?? - Накадаи поворачивается в сторону Оптимуса. - Это она всё устроила??  - Я не знаю, Мико. Но, пожалуйста, не отходи от меня!        Девочка решает не играться с судьбой и нервами Прайма, начиная разбирать завал с другой стороны. Пыхтит. Но так старается перетаскивать камни побольше, чтобы успеть сбежать, пока десептикон не проснется.        Японку надолго не хватает. Конечно, ведь почти все валуны больше ее самой, а она ведь тем более физкультуру прогуливает! Та опирается о сервопривод автобота и медленно скатывается на пятую точку, тяжело дыша.   - Мико, ты в порядке? - заботливо спрашивает Оптимус.  - В полном, - она показывает пальцем вверх.       Голос запыхавшийся. На лбу выступает пот, из-за чего челка неприятно липнет. А воздух вообще какой-то тяжелый. Будто бы специально не хочет попадать в легкие.   - Тебе стоит меньше двигаться, здесь нет доступа к кислороду.  - Но как мы тогда выберемся? - лениво поднимает голову девочка. - А как же Арси и Джек, вдруг им тоже нужна помощь??       Оптимус приоткрывает приемник, чтобы что-то ей ответить, но не успевает. Слышится скрип шарниров. Недовольный сонный стон. Корпус начинает двигаться, а его обладательница что-то бубнит.   - Дредвинг, твою же дани, ты чем напылил?? - звучит лениво.        Мико затаивает дыхание и аккуратно прячется за сервопривод Оптимуса. Тот же напрягается. Никогда не знаешь, чего можно ожидать от этого десептикона.        Корпус потягивается. Оптика активируется. Тайд зевает и фокусирует картину перед собой. Удивленно дергается и застывает. Это точно не её отсек! Тогда кто рядом шуршит?? Фем долго не думает, легким взмахом супинатора поднимается на сервоприводы и напрягает кулаки для боя. Точно, они ведь были с Мегатроном в пещере и она хотела увидеть…  - Оптимус?       Звучит, как нервная усмешка. Она оценочно пробегает сначала по замкнутому каменному пространству, а потом и по лидеру алозначных, что выглядит так жалко с этим потолком в ладонях. Хоть стой, хоть падай от смеха.   - Ну, надо же! - она сначала просто улыбается.       Потом делает шаг вперед, видимо, пытаясь удостовериться, что ей не кажется. И усмешка перерастает в смех. Даже можно сказать – в истеричный хохот. Мико она напоминает злодея из мультфильма, который наконец-то смог поймать своего главного врага.  - Поверить не могу, что мне так повезло!       Она складывает манипуляторы на грудной пластине и продолжает хохотать от ироничности ситуации. Что за идиотский троп из сериала для юнглингов? Они заперты в пещере, как романтично. Оба пленники каменной породы, но он пленник больше.   - Тайдлэй, - серьезно начинает Оптимус.        Фем выглядит устрашающе, медленно приближаясь к врагу и виляя бедрами. Она будто бы чеканит каждый шаг, наслаждается моментом. Упивается своим везением. Предвкушает волну издевательств, придумывает изощренные пытки. Не стоит забывать, как она любит издеваться над пленником.  - Только попробуй тронуть Оптимуса!        Из своего укрытие выбегает Мико. Останавливается около сервоприводов Тайд, машет руками и что-то ещё кричит. Словно собака, защищающая своего хозяина.        Но в глазах страха нельзя спрятать. Накадаи представляла её чуть иначе. Менее воинственно и пугающе что-ли. Она ведь никого не боится, кроме Мегатрона. А его родственника? Видимо, тоже. Признаваясь честно, эта десептикон выглядит более устрашающе, чем её брат. И дело ни в габаритах, в которых всё равно выигрывает владыка Тьмы, ни в многочисленных шрамах, которые уже не отполируешь, и даже ни в когтях, что, кажется, острее, чем у Старскрима. Вся причина в оптике. Да, Мико боится двух красных огонечков, в которых читается чистое безумие. Она явно не похожа на других десептиконов. От этого и страшно. Неизвестно, чего от нее можно ожидать. Хотя, кого Мико обманывает, от всех десептиконов так. Но смотря именно на Тайд, по спине пробегает холод.   - Оптимус, что ты молчишь, что мы не одни, - фем, не теряя улыбки, нагибается к разговорчивому человеку и когтями подцепляет футболку, отрывая девочку от земли. - А я думала, что у вас один питомец. Как вам не мерзко?        В оптике пробегает игривая искра. Взгляд сталкивается с голубыми серьезными окулярами. Оптимус пытается запугать им. Но лишь смешит.  - Эй, а, ну, отпусти меня! - рвет голос Мико, размахивая конечностями. - А то хуже будет!       Тайд хмыкает и внимательно рассматривает человека. Мягкая кожа, покрытая белковыми отростками, называемые волосами. Бррр, это даже наощупь ужасно.   - А ты смелая белковая, люблю таких, - перемещает окуляры на автобота. - Как думаешь, что будет, если я сейчас отпущу её? Я слышала, они забавно лопаются.       Конечно, она не будет пачкать манипуляторы. Она лишь издевается, запугивает, манипулирует. Ждет того самого: «Пожалуйста, не надо!». Она ведь искусный палач.  - Тайдлэй, прошу тебя, отпусти ребенка. Иначе я похороню нас всех под этим сводом.       Тайд фыркает и цокает глоссой. Она ожидает бОльшего.   - Никакой фантазии, - отмахивается та и небрежно ставит человека на землю.        Мико же, не стесняясь, показывает фемке язык и средние пальцы.   - Сделаешь так ещё раз, вырву всё, - почти рычит Тайд и сверкает алой оптикой.       Накадаи решает не нарываться и убегает в свое «убежище», за сервопривод Прайма.  - С вами конечно хорошо, но… - она прижимает палец к коммлингу и чувствует неприятный писк. - Агрх, сенсор задела! - нажимает ещё раз и по корпусу проходится легкая боль.        Тайд хватается за шлем и недовольно выдыхает. Что же за напасть такая!  - А ты смог до кого-то дозвониться? - она поворачивается к Оптимусу и вспоминает, что манипуляторы то заняты. - Точно, дотянуться не можешь, - смешок.  - Учитывая, что я не получил ни одного сообщения от Арси, эта горная порода блокирует какую-либо связь.  - Да, мой телефон тоже не ловит! - размахивая сотовым в разные стороны, добавляет Мико.   - Ну, какую-либо связь это ты поспешил. Рэведж, - Тайд один раз постукивает по правому бедру.       Одна из пластин на сервоприводе двигается и трансформируется в минибота, напоминающего Мико людскую пантеру. Рэведж скалится на незнакомцев.  - Тихо-тихо, фемочка моя.       Она поворачивает морду на хозяйку, явно задавая немой вопрос.  - Отправь сигнал Саундвейву.        Минибот кивает и замирает. А после недовольно мяукает. Тайд встречается взглядами с Оптимусом. У него на лицевой буквально написано: «А я говорил». Так и хочется вмазать по этой физиономии.   - Тогда нужно ждать Мегатрона.       Оптимус тяжело вздыхает. И он, конечно же, тут.   - Не думаю, что у нас много времени. Сюда не поступает кислород, а люди не могу жить без него.  - А мне то какая разница? Это вы в плену, а не я.       Тайд с громким звуком шлепается на большой камень, опирается спиной о стену. Сверху на сервоприводы запрыгивает и удобно устраивается Рэведж.  - Не забывайся, Тайдлэй. Одно мое движение и…       Слышится недовольный фемский вздох, обрывающий автоботскую угрозу.  - И мы будем все под потолком, да-да. Ну, ты прямо суровее Мегатрона, - усмехается фем. - Но радуйся, что я тоже не горю желанием здесь оставаться.       Она встает, убирает манипуляторы в боки и подходит вплотную к автоботу. В глазах Мико она выглядит устрашающе, непредсказуемо и сумасшедше. Такого девочка не чувствовала от Старскрима. Или, даже, от Мегатрона.  - Как только выберемся отсюда, Мегатрон тебя по стене размажет. Так что даже не вздумай заниматься самодеятельностью, понял? - и вновь проявляется эта несвойственная ей серьезность.        По стеклу на большой грудной пластине Тайд проводит когтем. Издается неприятный лязг, заставляющий человека сморщится.  - Временное перемирие закончиться тогда, когда мы выберемся из пещеры, - сурово.  - Отлично, - она протягивает ему ладонь в знак заключения сделки, а потом усмехается. - Упс, забыла.        Фем вновь улыбается, потягивает спину, явно готовясь к тяжелому труду, и зовет свистом Рэведж.  - Охранять, - она когтем показывает на Мико.       Минибот довольно рычит и парой рывков допрыгивает до девочки. Та начинает что-то выкрикивать, пытаясь запугать пантеру. Тайд встречается взглядом с Оптимусом, ловя недовольное выражение лицевой.  - Это моя гарантия, что ты не выстрелишь мне в спину. Если Рэведж покажется, что ты готов напасть, то она незамедлительно убьет твоего питомца.       Прайм лишь вздыхает. У Тайдлэй нет причин доверять ему, поэтому это звучит даже справедливо. Но Мико продолжает что-то ворчать, не желая проводить время в компании железного животного.   - Не трать кислород, белковое, - напоследок усмехается Тайд и подходит к груде камней.   

***

      Около земного часа Тайдлэй довольно бесхалтурно выполняет работу. Вот только камни отбрасывает в сторону так небрежно, что стены дрожат. И в какой-то момент Оптимус не выдерживает. После очередного валуна, потолок трясется сильнее обычного и ему на шлем падает несколько камней.  - Тайдлэй, тебе нужно ставить камни аккуратнее, твоя небрежность может привести к еще бОльшему обвалу.        Тайд цокает, хватаясь за очередной валун. Поворачивается к Оптимусу в полусогнутом положении с, извините за выражение, оттопыренным бампером, сталкивается взглядом, дабы показать все свое недовольство. Резко решает отпустить камень, хлопает ладонью об ладонь, пытаясь избавиться от пыли.  - Тогда у меня перекур, - она сгибается, скрипя шарнирами, а после присаживается на пол, лицевой к стоящему Оптимусу.        Праймус, картина шикарна, конечно. Так и хочется побаловаться, поугрожать, жаль, что у Прайма один ответ на всё.        Из субкармана достается ги-кара и поджигается. К пыли добавляется ещё и плотный дым.   - Эй, ты ещё даже половины не разобрала! - кричит Мико и подбегает к десептикону.       Бесцеремонно пинает ногой по колесу у стопы и сразу слышит за спиной рычание Рэведж. Минибот задремала, поэтому сразу остановить проворную девчонку не смогла. Ну, ничего, сейчас порвет на куски.  - Тише, Рэведж, - хмыкает фемма и делает затяжку. - Ты правда перестала бы тратить кислород попросту, белковое. Я ведь всё-таки не грузчик, тоже могу устать.       Она вскидывает одну оптогрань. Смотрит на человека и где-то внутри довольно улыбается. Чем-то эта Мико напоминает Тайд её саму. Что-то в ней есть.  - Ты ведь огромный робот, для тебя эти камни раз плюнуть, - Накадаи сама не понимает: делает комплимент всем трансформерам или только Тайдлэй.  - Для человека ты весьма приятна, - фемка сбрасывает лишний металлический пепел. - Жаль, что не ту сторону выбрала, могли бы дружить.       Она говорит это искренне.  - Чтобы я и выбрала сторону лжецов, насильников и убийц, ни за что! - девочка вновь нагло пинает робота.       Тайд закатывает окуляры. В них на клик появляется разочарование с оттенком грусти.   - Лжецы, насильники и убийцы, - усмехается себе под «нос» фем. - Ну, конечно, полная промывка процессора.        Красные окуляры перемещаются на Оптимуса. В них больше нет ни игривости, ни печали – только злость. Свободный манипулятор сжимает в кулак. Она резко подрывается, вновь делает глубокую затяжку и подходит вплотную к массивному корпусу. Кажется, так близко они не были с начала войны.        Ну, давай, надзиратель, начинай издеваться.        Так же нагло, как Мико, десептикон выдыхает в фейсплейт Оптимуса дым. Тот старается держать лицевую, но всё равно закашливается. Накадаи хочет подбежать и защитить автобота, но Рэведж преграждает путь, загоняя человека в угол.   - Слушай, я же насильник, да? - она по-маньячески улыбается и облизывает губы. - Тогда почему я не могу потушить ги-кару об твою оптику?        Горячая вещь приближается к голубым окулярам. Немного пепла даже успевает осыпаться на грудную пластину Оптимуса.   - Тайдлэй, хватит, - серьезно отвечает Прайм, пытаясь сохранить суровость голоса.       Но предательская дрожь мешает. Заставляет насильника усмехнуться. Она, конечно, не будет этого делать. Лишь напоминает тому, что он в плену.   - Еще что. Тратить на тебя ги-кару, - вещь отправляется к губам.       Где-то внутри Оптимус облегченно выдыхает. Он ведь понимает, что Тайд способно на всё, что угодно. Её даже Мегатрон не сможет остановить.  - Знаешь, так и хочется забраться когтями тебе на боковые сегменты и пощекотать. Как думаешь, как долго ты будешь терпеть?        Прайм не понимает, шутит она или нет. Поэтому молчит, пытаясь выглядеть сурово и безэмоционально. Тайд в свою очередь шикает Рэведж, чтобы та отпустила кричащего человека.        Мико подбегает к Оптимусу, совсем не заботясь о кислороде, и оглядывает его на предметы повреждения.  - Боже, как ты вообще мог её любить?!         На испуганные визги девочки, десептикон лишь смеется. А после вновь глядит на Прайма.  - Удивлена, что вы посвящаете питомцев в такие подробности, - пара горящих окуляр перемещаются на быстро дышащую Мико. - Но нет, белковое, он любил не меня.        Накадаи фыркает и демонстративно отворачивается. Ещё одна. Вот нравится им говорить этими сложными фразами о сложности мира.   - Опять эти ваши метафоры, - взмахивает руками девочка и хочет уйти прочь.        Останавливает её твердое:  - Это не метафора.        Вот, чёрт! Внутри себя японка пару минут назад решила, что больше не будет вести с этим десептиконом никаких бесед, но она словно специально говорит что-то интересное. Конечно, она может спросить потом у Оптимуса, но…       Мико не выдерживает. Поворачивает голову и выгибает бровь, всем видом показывая, что хочет слышать объяснение.  - К началу войны меня полностью пересобрали и процессор тоже. Так что моя предшественница давно мертва.       Оптимус еле заметно опускает шлем, чувствуя, как по системам протекает грусть. Он никогда не верил в эти слухи. Думал, что это лишь страшилки, чтобы десептиконов боялись ещё больше. Конечно, Тайд могла врать. Но слыша это из первых уст, таким спокойным тоном, волей-неволей начинаешь верить.        Формально, фем все равно соврала. Процессор ей не пересобирали. Скорее пытались склеить сломанные обломки и добавили слишком много лишнего материала. Но ведь автоботам не обязательно знать такие детали. Иначе придется объяснять, как к этому привело.  - Но зачем Мегатрон это сделал? - с искренним удивлением спрашивает Оптимус, не заботясь о сдержанности.   - Это вам точно знать не надо, - огрызается та и отходит прочь.  - Может он просто монстр? - говорит Мико Оптимусу, пользуясь тем, что Тайд повернулась к ним спиной.       Жаль, что девочка не знает, как хорош слух у трансформеров.  - Не больше, чем автоботы, - шепчет про себя фем, зная, что только одни аудиосенсоры услышат это.       После осматривает оставшийся фронт работы и тяжело вздыхает. Резко усмехается и поворачивается к Оптимусу.   - Только перестань на меня на глазеть, Прайм.        Тот лишь отводит взгляд, строя грозный вид. Ответ «Я просто слежу за качеством работы» будет враньем. 

***

        Следующий разговор случается, когда фем и девочка слышат странный треск. А после жужжание. Стены слегка дрожат. Тайд небрежно отбрасывает валун и прислушивается.   - Что это такое?? - испуганно спрашивает Мико.  - Это бур! - на фейсплейте десептикона появляется легкая улыбка. - Здесь было заброшенное оборудование.   - Наконец-то! Арси или Джек спасут нас! - хлопает в ладоши Накадаи, а после закашливается и падает.   - Мико, - с беспокойством кричит Оптимус.       Тайд оборачивается на звук и взглядом  просит Рэведж помочь человеку. Конечно, пантера понимает хозяйку без слов. Подбегает к девочке, которая в страхе отмахивается от минибота, и подставляет морду ей под руки. Мико с опаской смотрит сначала на Рэведж, потом на её хозяйку, после снова на пантеру. Нехотя принимает помощь и встает. Трет ушибленное мягкое место.   - А если это Мегатрон? - шепотом спрашивает Накадаи и задирает голову, чтобы увидеть лицевую Прайма.       Тот хмурится, явно обдумывая вопрос. Десептиконы не славятся своей честностью.   - Я не даю пустых обещаний, - резко подает голос Тайд. - Так что выберемся отсюда целыми и потом он прикончит вас.   - Кха, ты ведь десептикон, с чего вдруг… - девочка еле может говорить и всё-таки предпочитает сесть не без помощи Рэведж.   - Эй, мы здесь! - начинает кричать фем, складывая ладони с своеобразный громкоговоритель. - Мы зде-е-есь!        По стенам пробегает протяжное эхо, просачивающееся сквозь щели и убегающее вглубь пещеры.   - Не думаю, что твой голос сможет привлечь внимание. Арси может подумать, что здесь только ты, - серьезно говорит Оптимус.       Тайд фыркает. А потом кривляется, словно юнглинг. Она ужасно не любят, когда ее пытаются учить.  - Тогда предлагай свой вариант. Ах, давай я буду бить камнем о камень, это же получится явно громче, чем мой крик! - злиться фемма.        Оптимус лишь кивает, соглашаясь с колким предложением Тайдлэй. Та возмущается, напоминая Прайму своего старого друга Рэтчета, берет в ладонь небольшой камень и начинает бить по стене. Раздается глухой звук. Явно тише, как и предполагала Тайд.   - Ох, Праймус, дай мне терпения, - бурчит про себя фем, присаживается и достаточно сильно ударяет себя по бедру.       Раздается звонкий гул, врезающийся эхом по стенам. Ударяет ещё раз. И ещё раз. Мико лениво поднимает глаза и хмыкает. Странно, что десептикон так старательно пытается позвать на помощь. Ей же будет лучше, если человек умрет. Лучше меньше думать, это забирает много воздуха. Накадаи полностью облокачивается на корпус лежащей Рэведж и тяжело вздыхает.        Вновь пещера заполняется плотным дымом. Тайдлэй явно хорошо разбирается во многозадачности.   - Тебе не стоит портить свой корпус ради нашего спасения, - конечно, куда без комментирования Оптимуса.        Тайд поднимает на него уставшие окуляры и выгибает одну оптогрань. Слышится треск. Ещё один. И потолок начинает ходить ходуном.   - Что это?? - взволновано спрашивает Мико, смотря на Прайма.  - Всё…нормально, - рвано отвечает автобот, напрягая лицевую.        Он явно старается что-то скрыть. Тайд прикладывает ги-кару к губам и поднимается, отбрасывая камень на землю. Одаривает пленника оценочным взглядом, останавливая взгляд на трясущихся манипуляторах  - Твои системы начали уставать. Ты продержишься еще максимум земной час.  - Я крепче, чем кажусь, Тайдлэй, - сказано с усилием.  - Эти сказки будешь ей рассказывать, - собеседница машет шлемом в сторону потерянной Мико. - Поэтому молчи и не учи меня.       Она хочет поднять камень и продолжить отбивать сигнал «помощи». Но её опережает тот самый гул, который становится подозрительно громким.        Тайд не успевает сообразить. Резко по спинному сегменту проходится острая боль. Бур сбивает её с сервоприводов и заставляет упасть, сильно ударяясь шлемом. Издается приглушенный стон боли. Крепкий корпус обмякает. Оптика тушится.        Рэведж слышит подозрительные звуки, поднимает морду и подрывается с места, совсем не заботясь о том, что Мико ударяется головой. Недовольный «бурк». Накадаи поднимает глаза и криво улыбается, тихо произнося:  - Арси…       Автоботская фем спрыгивает с пульта управления бура, вооруженная одним бластером и оглядывается. Смотрит на Оптимуса и слегка улыбается. Снизу мешкается Джек, помогая девочке подняться. Даже шипит. Стоп, шипит?!       Окрыленная находкой своего лидера Арси вспоминает, что, вообще-то, она кого-то сбила. Направляет оружие на недвижущийся корпус. В сервоприводах десептикона агрессивно завывает Рэведж, грозясь напасть прямо на фем.  - Оптимус, быстрее! - автоботка машет шлемом в сторону бура. - Нам повезло похоронить этого десептикона здесь!       Пыльный голубой корпус несколько раз стреляет в минибота, попадая четко в цель. Рэведж шипит от боли, а после падает прямо под стопы своей хозяйки.       Улыбающаяся Арси, не слыша ответа от лидера, поворачивается к нему ещё раз. Он выглядит сурово и подозрительно косится на темный корпус.   - Оптимус..?       Треск потолка. А после манипуляторов. Фем напрягается. Неужели очередной приступ его общелюбия опять спасет чей-то бампер?  - Мы не можем всё оставить так.       Да здравствует надзиратель!

***

      На базе Омега-1 всегда шумно. Но сейчас шумнее обычного. Раскрасневшаяся Мико с воодушевлением рассказывать мальчикам, как смело она общалась с десептиконом, наотрез отказываясь слушать подвиги Джека. Автоботская «молодежь» толпится в другом углу базы и уже менее экспрессивно обсуждают случившееся. Особенно с печалью отмечают, что обвал лишил их возможности забрать энергон. А Арси шепчется об Оптимусе. Вернулся он задумчивым. И пока Рэтчет подлатывает его плечевые шарниры, он ни разу не вступает в диалог даже со своим старым другом.       Медик подмечает такое состояние Оптимуса, но хочет всё узнать вечером, в тихом медотсеке. Но у автоботов другие планы.       Троица, состоящая из Балкхеда, Бамблби и Арси, подходит к лидеру и недолго мнется. Они переглядываются, словно решают, кто слово то молвить будет. В итоге, мехи уступают это дело фемке. Оптимус поднимает окуляры на солдата и вопросительно выгибает правую оптогрань. На фоне что-то бурчит Рэтчет, опять злясь на то, что ему мешают работать.   - Оптимус, я не хочу ставить под сомнения твои решения, но… - она явно старается подбирать слова. - Зачем ты её спас? После всего того, что она сделала на Кибертроне. После того, что сделала с Бамблби.  - И с Импактором, - осторожно добавляет Балкхед.       С последнего раза его пыл знатно поутих.        К разговору подключаются замолчавшие дети. До момента вызволения из-под каменных завалов Мико еще не дошла.   - Арси, - серьезно отвечает Оптимус.       Не любит разговаривать сидя, с помощью плеча Рэтчета поднимается и одаривает команду Прайм грозным взглядом.  - Я понимаю, к чему ты клонишь, - звучит, как упрек. - Но я сделал это не из-за своих личных предубеждений о десептиконах и их возможности встать на сторону света. Мы заключили с Тайдлэй перемирие, которое обязало нас помочь друг другу спастись.  - Пф, как будто бы она это бы сделала, - фыркает Арси, убирая манипуляторы в бока.  - Я не стану гадать на этот счет. Но один из фундаментальных ценностей автоботов – честность. Мы должны всегда отвечать за свои обещания, даже если они заключены с десептиконами.        Вот этот взгляд. Он не становится серьезным — он всегда серьезен. Но сейчас он переключается в режим, от которого у автоботов пробегает по системам дрожь.   - Но ведь Тайдлэй опытный офицер, приближенная личность к Мегатрону и…кровожадный десептикон. Оставив её там, мы бы смогли изменить ход войны или…  - Арси, автоботы никогда не будут действовать против кодекса чести. Милосердие – то, что отличает нас от десептиконов, - подключается Рэтчет, смиряя мотоциклетку осуждающим взглядом.  - Ты несколько дней восстанавливал корпус Би после их встречи с ней, - говорит Арси.       При упоминании этого, Бамблби вздрагивает и с тихим жужжанием опускает собранные буквально частям крылья-дверцы. Раф поджимает губы. Мико с Джеком грустно переглядываются.  - И она ответит за свои деяния. Но, нарушая соглашения о перемирии, мы не становимся лучше. Каждый здесь должен понимать, - два суровых голубых огонька оглядывает каждого из команды. - Что несмотря на деяния десептиконов, мы не должны терять наш холодный процессор. Мы, в первую очередь, отстаиваем нашу идеологию. Это ясно? - голос становится ниже.        Холодный голос Оптимуса впивается в металл и кожу каждого, пропитывает пол, стены и потолок, заставляя согласиться. Сам Прайм понимает, что если сейчас даст слабину перед командой – его перестанут уважать. Перестанут безоговорочно ему доверять. Перестанут быть его командой.  - Да, - отвечают трое автоботов в один голос, наклонив шлемы вниз.       Все начинают расходиться. Дети продолжают обсуждать сегодняшние события, только чуть тише.   - Бамблби, - говорит в спину тому Оптимус.       Юнглинг слегка дергается, поворачивается и протяжно бибикает.  - Тайдлэй обязательно ответить за свои действия, - старший автобот еле заметно улыбается. - Главное, что Рэтчет смог восстановить твое функционирование.       Разведчик радостно жужжит и кивает. А после уходит к друзьям. Всё-таки есть ещё множество тем, которые нужно обсудить.       Оптимус с громким скрипом шарниров присаживается обратно на мед платформу. Взгляд вновь приобретает нотки задумчивости. Рэтчет лишь вздыхает, молча продолжая сканировать корпус лидера.  - Рэтчет.       Названный сначала думает, что ему кажется. Голос Прайма звучит слегка…напуганно? Да не может быть!  - Да? - тот перестает работать, присаживаясь рядом с другом.  - Помнишь старую инсинуацию о том, что Тайд стала сильнейшим бойцом Мегатрона, потому что в начале войны Шоквейв проводил над нею эксперименты, полностью пересобрав?       Рэтчет напрягает процессор. Кивает и вопросительно буркает.  - Это правда. Тайдлэй сама подтвердила, что была полностью пересобрана вместе с процессором, - Оптимус звучит грустно.       Где-то в оптике можно разглядеть разочарование. Либо в Мегатроне, либо в десептиконах в целом. Может быть он поэтому не смог даже поговорить с Тайдлэйстер в начале войны? Может быть поэтому она даже не стала его слушать и встала на сторону брата? Да, в одной части процессора у Оптимуса таятся такие мысли, а во второй…появляется страх. Почти животный.        Рэтчет на сказанное реагирует скомкано. Лишь приоткрывает приемник и хмурится. Неужели Мегатрон настолько озверел? Как он мог положить под нож родную сестру?   - Что ты хочешь этим сказать? Она могла соврать, могла начать пудрить тебе процессор.  - А если нет? Многие слухи распространялись на Кибертроне, но есть лишь несколько, которые жили дольше остальных.        Оптимус замолкает. Рэтчет чувствует, что это не конец мысли. Смотрит на друга и поджимает губу. Трудно видеть вечно серьезного и стойкого лидера «таким». Кажется, он начинает понимать, к чему клонит лидер автоботов.  - Ты намекаешь на слух про Архивы Иакона? - почти шепотом спрашивает доктор, боясь оказаться правым.   - Да, - отвечает Прайм и сталкивается взглядом с собеседником. - Если это тоже окажется правдой, то…       Удивленный Рэтчет обрывает Оптимуса, словно завороженный говоря:  - Тайдлэй можно назвать убийцей Альфа Триона.       Удавка на шейных пластинах стягивается сильнее, надзиратель глумится и всё тянет, издеваясь. Выбравшись из одного плена, он сразу попадает в другой. 

***

      Тайд чувствует, что из оффлайна её выводит ни шум кого-то рядом, а резкая боль в области аудиосенсора. Кажется, удар вновь прошелся по нему. Она постанывает, почти переходя на рык, и лениво открывает оптику. Пусть рядом будет хоть сам Оптимус Прайм, который резко решит с ней свести счеты, она всё равно не сдвинется. Всё ужасно ноет. Явно последствия подработки грузчиком.        Картинка перед окулярами плывет, но рабочий сенсор улавливает голоса. Басистые и ровные. Точно не Прайм. Может быть её взяли в плен. Иначе не объяснить, почему вокруг так темно. Хотя. Автоботы не любители темных цветов.       Фокус наконец-то появляется и фем криво улыбается. Знакомый потолок родной Немезиды. Территория медотсека. Значит это кудахчет Мегатрон на пару с горе доктором Нокаутом. Тогда, как станет лучше, нужно пересмотреть свои системы и убедиться, что она не подцепила ржавчину из-за этого медика.       Конечно, на шорохи со стороны больной, поворачиваются все присутствующие. Их оказывается больше, чем предполагает фемма. Дредвинг, стоявший до этого неподвижно и внимательно выслушивающий Нокаута, дергается на звук первый. Смотрит на свет оптики и хмыкает.   - Лорд Мегатрон, Тайдлэй очнулась.       Главный десептикон поворачивается в сторону сестры и довольно быстро к ней подходит.       Улыбка фемки становится шире при виде знакомого фейсплейта.  - Мегатрон, всё-таки ты смог меня спасти, - она усмехается и медленно, словно пьяно, дотрагивается до больного шлема, корчась от боли. - Как ты меня вытащил из этой шарковой пещеры?       Серебристый удивленно выгибает одну оптогрань и выпрямляется, задавая вопрос подошедшему доктору:  - Нокаут, проверь её процессор. Есть вероятность, что он сильно пострадал?  - Эй-эй, - медленно возмущается та. - В каком смысле?  - Я нашел твой корпус неподалеку от входа в пещеру.   - Возможно, от сильного удара были задеты блоки памяти, - серьезно отвечает Нокаут, что-то печатая в терминале. - Хотя, по первичному анализу процессор не пострадал.       Тайд хмурится. Пытается принять сидячее положение, не без помощи манипулятора Дредвинга.   - Я же была в пещере с Оптимусом, потом был сильный удар… - в слух восстанавливает память та, а после подрыгивает. - Праймус! Где Рэведж??        Мегатрон молча указывает на соседнюю койку, где оффлайнит калачиком мини бот. Фем выдыхает, кладя ладонь на грудной значок десептиконов.  - Получается меня, что, спас Оптимус? - выгибая оптограни, спрашивает она у остальных. - Зачем?   - Потому что он идиот, - довольно хмыкает Лорд десептиконом.        Быстро лицевая меняется на серьезную. Видимо, он что-то вспоминает.  - Но, Нокаут, проведи ещё один анализ на наличие вирусом или другого ущерба. И не выпускай её отсюда до полного восстановления.  - Слушаюсь, мой Лорд.        Мегатрон привычно заводит манипуляторы за спину и не спеша уходит. Дредвинг, встретившись с грустным взглядом Тайд, делает тоже самое, прощаясь с обоими.        Тайдлэй лишь фыркает, закатывая оптику. Братец как-то уж слишком любит держать её в плену мед отсеков, будто бы она от этого станет здоровее.        Недовольная красная оптика проходится по темным стенам, оценивая будущее место заключения, и натыкается на один избитый корпус сикера, подключенного к аппаратам жизненного обеспечения. Она хмыкает. Если бы она была персонажем человеческого мультфильма, над её шлемом загорелась бы лампочка.