Глава девятнадцатая. Миссия помочь всем:выполнена. Одна из сотни.

***

-Что? Как я тут оказалась? Девушка оглянулась, она была в саду полностью состоящем из деревьев глицинии и синих цветков листочки которых чем-то напоминали лапки пауков. На душе было спокойно, она была до предела расслаблена. На столько, что Айко и не почувствовала чужое присутствие позади себя. «Хм, это не похоже на моё подсознание где живут личности.» - Задумалась она, параллельно проводя рукой по листьям глицинии. -Здравствуй Айко. Привычный низкий тембр можно узнать из тысячи, а отцовское тепло исходящие из каждого слова нельзя спутать ни с чем. На глаза навернулись слёзы, она резко обернулась. К ней спиной стоял человек, которого для себя она считала отцом. -Я рад что смогу наконец увидеть тебя, пусть и не при тех обстоятельствах при которых хотелось бы. - Парень наконец обернулся на Макото. -Ты выглядишь так же как я тебя представлял и даже лучше. - Он нежно улыбнулся. Той болезни, что с каждым днём убивала его, как и не бывало. Его радужка глаз имела куда насыщенный ярко фиолетовый цвет чем раньше. Одет был в превосходное чисто белое кимоно, по верх которого отдающее лёгким сиреневатым оттенком хаори, что так подходило ему. Теперь он больше не мучается от поглощающей его тело болезни, он свободен. -Ояката'сама! Девушка, не сдержав чувств, разрыдалась в голос, падая на колени перед Убуяшики. Она склонила голову, прозрачные слёзы опадали на зелёную траву под ногами. -Ну-ну, не надо плакать. Парень не торопливо подошёл ближе, утирая слёзы девушки белым платком с золотистой кромкой. Тишина. Всё что было слышно следующие не долгие минуты. Он не спешил её торопить чтобы та встала, ведь знал что девушке нужно время чтобы собраться. -Как вы могли... - Голос мелко дрожал. - В вас нуждаются столько людей. Вы нужны всем и каждому... - она шмыгнула носом и не долго промолчав продолжила. - И мне. Айко утирала всё непрекращающиеся слёзы своим запястьем. Сейчас она как никогда была похожа на маленькую девочку. Когда же глаза перестала покрывать прозрачная пелена, она подняла взгляд и наткнулась на протянутую к ней руку. -Я понимаю всю боль что ты испытываешь моё дитя. Но по другому и быть не могло. - Он продолжал держать руку, терпеливо дожидаясь ответных действий девушки. - В скором времени, я всё равно должен был умереть от болезни. Как бы это не звучало. - Секунда молчания. - Я слаб, не имею столь прекрасную силу как Гёмей или же обладаю скоростью Узуя, поэтому, всё что я мог сделать чтобы хоть чем-то вам помочь, это пожертвовать собой во благо всем. Айко в последний раз шмыгнула и подняла голову. Она приняла помощь и поднялась на ноги. -Я... Понимаю ваш поступок, будь я на вашем месте поступила бы так же. - Она смахнула последние слёзы с лица. - Нам всем будет очень не хватать вас Ояката'сама. Вы были лучшим главой организации демонов. Девушка низко поклонилась как ей и полагается. -Я уверен что мой наследник будет ни чуть не хуже и он уже это доказывает. Не так ли? -Вы совершенно правы господин. - Она грустно улыбнулась, наконец ощущая в голове принятие. Держись Айко, я не позволю никому тебе навредить... Чей это голос в голове?! Девушка встрепетнулась, не понятливо оглядываясь по сторонам. Она посмотрела на свои руки и с ужасом заметила то что они становились полу-прозрачными. -Что ж, я полагаю что тебе пора возвращаться. Пока тебе ещё рано оставаться в этом месте. Парень как обычно в своей манере кивнул на прощание головой. -Для меня было честью служить вам, Ояката'сама. В ответ тот лишь улыбнулся. А после слабо встрепетнулся. -И Айко... мне бы хотелось чтобы ты кое что сделала.. -Очнулась! Макото'сама очнулась! Макото не успела толком придти в себя как услышала восторженные крики какуши над собой. А открыв глаза она поняла, что находится уже не в крепости бесконечности, а в развалинах чут-ли не в центре орода. -Что... Произошло? - Голос был тихим и в голову ещё не пришло до конца осознание ситуации. -Юширо'кун смог убить демона что управлял крепостью. А сейчас столпы сражаются против мудзана! Он рассказал как можно быстрее ведь времени на разговоры не было. -Ясно. Первая луна, Кокушибо, соврал что процесс не обратим. Девушка почти не чувствовала в себе сил демона и сейчас ощущала слабость раненого человека во всей мере. Её тело было изрезано. Она закрыла глаза. «Сорок процентов демонической силы.» Девушка почувствовала как раны затягиваются, а усталости как и не бывало. Как только она закончила восстанавливаться то сразу же ринулась в сторону откуда исходил бесконечный лязг железа и разрещающейся плоти. -Живая значит. - Мудзан безразлично смотрел в сторону появившейся девушки. -Айко! Кёджуро только почувствовав знакомое присутствие обернулся. Макото ужаснулась. Выглядел он мягко говоря плохо: множество глубоких порезов по всему телу, форма истребителя была растерзана в клочья и толком почти ничего и не прикрывала. Один глаз был повреждён и на добрую половину лица красовался надрез. В прочем видок у остальных столпов был ничуть не лучше. Чёрт, пока она была без сознания исцелять же их было некому. Став снова человеком она потеряла возможность контролировать пребывание сущностей на свободе. За размышлением она не успела среагировать. Девушку откинуло в ближайшее здание ударной волной. «Что это сейчас было? Очередная его безбашенная техника?!» Она с ужасом обнаружила у себя порез от бедра до колена. Но не составило ей и труда его восстановить. Однако остальные не имеют такой возможности, поэтому нужно как можно скорее придти на помощ товарищам. Она с ужасом видела ослабевшие тела её товарищей. -Техника демонической крови. Четвёртая сила. Дзайка, Кансин, Одороки, Гисин. Почему-то на большее она не была способна. Что-то не позволяло вызвать больше(Сила сюжета вот что. Извините не сдержался...) эмоций, стоял будто эдакий барьер. -Одороки, Кансин, делайте тоже что и до этого Дзайка, Гисин в бой. -Да! - Хором ответили те. Честно признаться сражаться против того кто сделал тебя демоном, то есть сражаться против самого короля демонов, было намного сложнее чем казалось. Пятьдесят девять минут до рассвета. Время как всегда тянулось медленно, намеренно отдавая демону больше времени на то чтобы вымотать последних выживших, тех кто мог сражаться, здраво мыслить и вообще стоять на ногах. Она заметила то как изменился внешний вид у Мудзана. Его волосы были чисто белыми, такими же как и у неё. Правда на нём казалось что они были седыми. Его тело было до жути странным: где только не глянь выступали клацающие зубами рты и уродливые глаза. Танжиро, что сражался с ней бок о бок, имел на глазу какую-то шишку из кровавой плоти. Судя по всему Мудзан его ранил, это не сулит ничего хорошего. Она не сможет так во время боя восстановить его, но и покинуть поле боя не может. Вступив на него, девушка поняла, что Кибутсуджи не позволит ей куда либо уйти. Оставалось надеятся, что после, эта шишка не сделает ничего плохого с Камадо. К слову, Игуро прибыл как никогда кстати, у него были повреждены оба глаза, то есть они были исцелены Кансин, но он не мог ничего видеть судя по тусклому виду радужки его глаз. Увы как и говорилось раньше, нельзя исцелить никого полностью. Это и был максимум сил Кансин. Но даже так Танжиро выкрутился, доставая листочки с помощью которых змея Обаная может заменить тому свои глаза. Как бы транслировать всё что видит змея прямо Игуро. Змеи видят по другому, ему было не привычно, но гораздо легче видеть так, чем ничего от слова совсем..       Есть так же небольшая интересная новость. Харуто-её верный наставник от которого с самого начала битвы было ни слуху не духу. Оказывается работал в команде с Чачамару. Помогая разносить флакончики с противоялием всем заражённым. Сорок минут до рассвета. Этот подлый трус убегает! Он хочет скрыться. Тактическое отступление, да? Глупо. Хотя не удивительно, он бережётся о своей заднице лишь бы выжить. Вполне оправданная тяга к жизни. Каждое существо будет сражаться до конца чтобы не сдохнуть. Как бы то ни было девушка всё равно не позволит ему сбежать. Все люди(и не только) что могли сражаться, всечески старались задержать его на открытой местности, к которой бы с лёгкостью пробрался солнечный свет. Король демонов собирался разделиться на несколько частей и сбежать таким способом. Если бы не яд Тамаё, который не позволяет разделяться, то он бы и смог выполнить задуманное. А пока они продолжали сражаться не жалея сил. Постепенно в бой подключалось по одному столпу. Всё благодаря исцелению Кансин. Двадцать пять минут до рассвета. С каждой секундой кажется, что техники Мудзана становятся сильнее в несколько сотен раз с каждым новым использованием. Пятнадцать минут до рассвета. -Айко! Я не могу больше исцелять людей, ты можешь постра.. Макото отбилась от очередного удара Кибутсуджи и зло глянула на рядом стоящую, встревоженную, Кансин. -Если я сказала, значит ты обязана это сделать, не смотря ни на что. -Но Айко.. - Она открыла рот, но Макото не дала и шанса продолжить. -Выполняй приказ. -Хорошо... Пять минут до рассвета. На шее девушки образовалось что-то на подобии небольших трещин. И с каждой минутой они стремительно распространялись по телу. Рассвет. Кибутсуджи начал пылать под золотыми лучами солнца. Он увеличился в размерах чтобы хоть как-то оттянуть этот момент. Мудзан был похож на уродливого, немалого размера, младенца, от вида готового к горлу уже подступала тошнота. А брови хмурились от отвращения. Сейчас великий король демонов, выглядел до жути уродливо и был полностью беспомощен. Пути отступления Мудзану отрезали даже какуши. Они скидывали на него стелажи с книгами, один из какуши въехал в него автобусом, которым после перекрыли дорогу к побегу. От беспомощности он попытался скрыться под землёй, но и это у него не вышло. Танжиро, что был внутри этой огромной оболочки младенца, из-за того что не успел отступить, рассёк его тело. Мудзан был сожжен. Все присутствущие разрыдались в голоса, по настоящему радуясь победе. Но пока именно ей расслабляться рано. Айко отозвала личности и поспешила сама исцелить раненых. Первым кого она увидела, это потерявший ногу в бою Гёмей. Он сидел облокотившись о стену и забвенно улыбался, нашёптывая что-то невнятное себе под нос. Судя по всему парень находился в пограничье между землёй и небом. Она слышала как его сердце с каждой секундой замедляет свой ход. Девушка рванула что есть сил, подготавливая руки к исцелению. Она сосредоточила внимание на внутренних кровотечениях, а из внешних ран исцелила самые серьёзные. -Спасибо... - Гёмей погладил девушку по голове. -Это моя обязанность...-Она улыбнулась, и, отстраняясь, бросила короткую фразу. - Я должна исцелить остальных. Приближаясь к двум новым окровавленным силуэтам до неё доносился жалобный плач девушки. -Игуро'сан, если мы переродимся, если снова будем людьми, вы женитесь на мне? Девушка заливалась слезами, не имея возможности обнять его, а он не мог её увидеть. -Конечно, если ты этого желаешь..то я обязательно это сделаю... -Вы можете исполнить её просьбу и в этой жизни. Ни к чему так долго ждать. Айко заботливо улыбнулась опешевшей Мицури. -Айко! Живая! У меня уже начинаются предсмертные галлюцинации! - Мицури вновь залилась слезами. -Обидно, но нет, я живая, Мицу. - Айко заботливо вытерла слёзы Канроджи. И использовала регенерацию, возвращаю к Мицури возможность обнять Игуро. Девушка несколько минут в неверии осматривала целёхонькие руки, она запищала, а после накинулась на Обаная, сжимая в своих объятьях. Тот крепко держал девушку, совсем не желая отпускать. -Спасибо-спасибо-спасибо, Айко! Огромнейшее спасибо! - Верещала розово-волосая. Макото лишь погладила волосы Мицури и сделала шаг назад, чтобы исцелить и остальных. Но она услышала тихий голос Обаная. -Я благодарен тебе Айко. Демоница замерла, несколько раз проморгавшись, не веря в происходящее. -Я... Никогда не смогла бы простить себя если кто-то умрёт. В том числе если бы это были вы. Может мы и не ладили, но вы важны для меня. -Спасибо. - Это было последнее что слышала Айко от Обаная. Наконец Айко позволила себе без сил упасть на колени, накрывая лицо ладонями и тихо плача. У неё получилось, у всех у них получилось. Они победили и осознание этого пришло только сейчас. Она почувствовала как большое тело прижалось к ней сзади, сжимая в тёплых объятьях. -Айко ты молодец. - Кёджуро шептал совсем тихо. Его голос был охрипшим и ослабшим от изнурительной битвы. Девушка на секунду опешила, не зная куда себя деть и что сделать. Но не долго так понервничав, она накрыла руки Ренгоку своими. Позволяя своей голове откинуться на его плечо, и наконец по настоящему расслабится. Она чувствовала твёрдую опору в лице Кёджуро и всем телом доверяла ему. -Если бы ты меня не спас в крепости когда я потеряла сознание, то меня сейчас возможно и не было бы здесь. Макото прикрыла глаза, ощущая у себя под ухом сбившееся дыхание пламенного столпа. Перед ними появились полностью окутанный бинтами Шинадзугава, в придачу с недовольным Токито и ухмылявшейся Кочо. -А меня обнять сестрица? - Токито нахмурился и словно ребёнок скрещивая руки на груди. -Да-да, совсем про нас забыла. - Шинадзугава наигранно повторил действия Муичиро и Айко закатила глаза. -Бесишь. - цыкнула Айко. -Я тоже рад, что ты цела. - Санеми наконец отбросил ребячества и улыбнулся. Шинобу же молча улыбалась. Она с нескрываемой благодарностью во взгляде кивнула девушке Все трое, переглянувшись, разом накинулись на Айко и Кёджуро. -Ай-яй-яй-яй! Я сейчас лёгкие выплюну! Полегче! Ребята дружно засмеялась над извивающейся, словно контуженный червь, Айко. И вроде бы уже ничего не могло испортить их веселье. -Все кто может сражаться, возьмите оружие и идите сюда! -Что случилось?-Макото непонятливо моргнула, но сделала то как просили. Она со всех сил рванула в сторону криков. Айко с неверием смотрела на Танжиро. Он был похож на... Демона... Из его спины вырывались такие же отростки как и у Кибутсуджи во время сражения. Во взгляде читалось большими буквами безумие и желание крови. Отростки извивались, всё так и намереваясь кого нибудь поранить. -Похоже... Я знаю как ему вернуть человеческий облик. -Как?! Расскажи! - Воскликнул Санеми хватая девушку за руку и разворачивая к себе. - У нас нет времени, ну же! Девушка стистнула зубы. Руки Шинадзугавы были мягко убраны с тела девушки, после чего та повернулась ко всем спиной. Многие только сейчас заметили ужасные трещины на теле Макото, проходящие по от шеи до самых ног. Это заставило каждого напрячься наблюдая за девушкой, но они полностью доверяли ей и что бы Айко ни сделала, не будут вмешиваться. Она в мгновение оказалась рядом с Камадо под выкрики остальных. Айко не слышала и не слушала никого. У неё была одна задача - Защитить. Защитить как Танжиро и от него. -Предупреждаю, будет больно Братец. Макото в последний раз вздохнула и впилась клыками в шею Камадо. Он истошно завопил, и сразу же вонзил острые отростки в спину девушки. Танжиро всячески извивался пытаясь скинуть её с себя. Макото не обращала внимания на ноющую боль в спине, продолжая выкачивать заражённую кровь из тела Камадо. Она зажмурилась, с каждым глотком голова начинала кружится и разум туманился. На вкус было просто отвратительно жгуче и горько. Остальные только наблюдали за схваткой двух, будто с ума сшедших, демонов. Ни один не хотел уступать другому, Макото не собиралась оставлять Танжиро демоном, а тот пытался скинуть с себя, по его нынешнему мнению, помеху которая выкачивала из него все силы. Она болезненно промычала когда один из отростков смог пройти её тело насквозь. Из глаз прыснули слёзы. Но она нашла в себе силы закончить начатое дело. Она отстранилась от мальчика, тот без сил упал на землю. А когда открыл глаза извинился и спросил о самочувствии остальных. -Айко, ты просто чудо! Кёджуро сделал шаг в сторону девушки. Когда же та сделала то же самое, то буквально в следующее мгновение свалилась бы на землю, но Ренгоку благополучно подхватил её. Силы покинули её организм. Она переставала чувствовать своё тело. Макото чисто физически не выдерживало такой силы в себе. Трещины разошлись до такой степени, что теперь покрывали даже лицо. Кёджуро со всей осторожностью держал голову девушки на своих коленях. -Айко, что, чёрт возьми, происходит?! Твоё тело трескается, такого никогда ещё не было! Что мы можем сделать?! - Шинадзугава упал на колени перед ослабленным телом Макото. Он судорожно сжал ладонь девушки в своих руках. Его руки тряслись, а голос срывался с каждым словом. - Сестра не имеешь права уходить сейчас! Нет, только не когда всё закончилось! Как бы это ни было прискорбно... С каждой прошедшей минутой жизнь покидает её тело. В скоре от неё останется одна лишь оболочка. И она это прекрасно понимала. Единственное чему она была в данный момент рада - это то что она не чувствует никакой боли. Лишь смирение. -Сестрица... Ты не можешь бросить нас в такой момент... Скажи что это не правда. Муичиро замер на месте словно статуя, тело сковал самый настоящий страх за близкого человека, он не мог пошевелить и пальцем. Казалось что всё это сон. Но к сожалению это оказалось правдой. Из его глаз прерывисто стекали ручьи слёз. Мальчик сделал короткий шаг к ней, но остановился, тело сдерживало ранее не известное ему чувство. Он в неверии качал головой, словно в бреду нашёптывал что-то явно не членораздельное, судорожно, до ноющей боли, сжимал в руках волосы на голове. Он не мог снова потерять близкого человека. Все остальные словно не ощущали реальность нынешних событий. Никто не верил, никто не мог ожидать, никто и не предполагал, что единственным человеком кто покинет их - была их всеобщая, уже ставшая родной, сестра Макото. Каждому она заменила настоящего члена семьи, она стала роднее всех на свете за столь не большой срок. Заняла особое место в сердце у каждого, и сейчас собиралась уйти, забирая с собой частичку души. Это было ужаснейшее чувство которое только могло быть на свете. Харуто... Верный наставник, что сопровождал её чутли не с самого начала её истории истребителя. Сейчас утыкался ей в руку, тихо завывая и надеясь на то что совсем скоро она как и раньше погладит его по голове. Кёджуро... Единственный кто не издал и малейшего звука, что было совсем не в его громком характере. Он тихо склонился над, терявшим жизнь, телом его любимой. Горячие слёзы наполненные горькой безпомощностью, опадали на хладное тело. Это был первый раз, когда он потерял всякую надежду. В его глазах больше не горела льющая ключом жизнь, они потухли. Живой блеск потерялся в сжигающем огне его пламенных глаз. Кёджуро знал одно: Умрёт она, умрёт и он. Внутри парень умирал вместе с ней. Он жмурился от нарастающей боли в области груди. Совсем-совсем тихо всклипывал и безмолвно глотал слёзы обиды. Очень жаль, что они не смогли провести намного больше времени вместе друг с другом. Рука Макото поднялась к тёплым щекам, бережливо смахивая его сверкающие слёзы. -Тогда я так тебе и не ответила... Не смогла сказать что..я..-Айко тяжело дышала, каждый вздох давался с немыслимыми усилиями. Словно воздух прекращал быть источником её жизни. В её глазах застыли слёзы счастья, она была рада тому, что умрёт не в одиночестве, а на руках любимого. - Я люблю тебя, всем своим запятнаным кровью сердцем. Я отказывалась принимать собственные чувства, боялась твоей реакции. Боялась и того, что сильно привяжусь, боялась, что будет немыслимымо больно потерять тебя. И была права, меня распирает от давящего чувства в груди. Я не готова так рано расставаться с тобой. Я должна была сказать эти слова раньше, Чёрт, какая же я идиотка, что сказала их только сейчас. Кёджуро покачал головой. - Не говори такого о себе... Ты прекрасна сколько бы ошибок не совершила. Она нежно улыбнулась. Одинокая слеза, что была от края до края наполнена её болью, стекла по щеке, опадая на одежду Кёджуро. Айко накрыла щёку Ренгоку своей ладонью, нежно поглащивая обжигающую кожу своей хладной рукой. Он ластился к ней, словно это последний шанс почувствовать её прикосновения на себе. В данный момент Они существовали во всём мире лишь для своего любимого. Только он и она. Они наслаждались дополняющими друг друга чертами. Айко притянула его к ближе к себе. А он и не собирался сопротивляться. Он послушно прильнул к её, холодным по сравнению с его, губам. Персики. Наипрекраснейший аромат, он будет любить и леять его до конца своих дней. Этот аромат будет ассоциироваться только с этой прекрасной девушкой. Кёджуро наслаждался каждой клеточкой её губ. Со всей нежностью проводил по ним языком, спрашивая тем самым разрешения. Она дала согласия, отдавая в своём поцелуе всю любовь, что не смогла показать раньше. Его горячий язык проникал в её рот, переплетаясь с её. Настолько чувственно, настолько прекрасно... И больно от того что это последний их поцелуй. Они отстранились, но глаза до сих пор были прикрыты. Возлюбленные до сих пор были поглощенны чувствами друг друга. Они сидели прислонившись друг к другу лбами. Девушка открыла глаза, -Кёджуро, мне всегда нравилась твоя искренняя улыбка, подари мне её в последний раз. Как бы это больно не звучало, и как бы не было больно внутри. Он был обязан выполнить любую её просьбу в данные момент. Он улыбнулся, сквозь, стекающие огромными потоками, слёзы. Искренне, настолько насколько только можно было. -Я люблю тебя Кёджуро Ренгоку. -Я люблю тебя Айко Макото. И буду любить вечно... Глаза девушки закрылись. Улыбка спала с лица и руки лежашие на лице Кёджуро потеряли силу, опадая на землю. -Не-ет! -Прошу, пусть это окажется не правдой! -Айко! Кто-нибудь сделайте что-нибудь! -Этого не может быть. -Сестра... -Не бросай... Как ты могла бросить нас! -Сестрица... Это ведь всё простой кошмар? -Айко... Её больше...н.нет? Голоса смешались в голове. И уже ничто не могло заглушить этот шум. Кёджуро продолжал прижимать, уже полностью обмякшее тело к себе. Точно так же как и дрожащий всем телом Токито держащий её бледную руку. Ренгоку зарыдал навзрыд, проклиная всех богов за то что не смогли спасти его девочку.       Я заснул и снится мне – что на какой-то я войне Снится кровь и страшный суд Люди там как мухи мрут. Клинки, катаны, кровь из вен И дома стоят у стен Стоило очнуться мне И пришёл конец войне.       Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но внезапно я очнулся - И никто не погибает. Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но внезапно я очнулся - И никто не погибает. Погибает.       На части кто-то разрывался, А это демон не скрывался. Кто-то вешался в сарае Кто-то утопился в ванной Я заснул на пару лет Слёз пролив как сотни рек Люди странно умирали, А демоны лишь кровь пускали.       Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но внезапно я очнулся - И никто не погибает. Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но внезапно я очнулся - И никто не погибает. Погибает.       Снится мне всё тот же сон Исполняться должен он Есть такое существо Днём прятаться должно оно Люди странно умирали И от этого страдали Мне совсем нетрудно спать Людей своим клинком оберегать.       Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но внезапно я очнулся - И никто не погибает. Я заснул и не проснулся Люди странно умирают Но теперь я не очнулся И никто не погибает. Ведь долг давно я исполнял Но жизнь свою, увы, я потерял. В этот день. Она была одна мертва из сотни выживших.