Требуется злодей. Соцпакет гарантируем

Вчитайтесь в историю любого героя: герой не станет героем, пока не появится монстр. Ай Вэйвэй

      Огромный город с таким же непомерным аппетитом, коим и являлся Мусутафу, был чудаковатой смесью старой и новой Японии.       Он пестрел словно пазл из разных кусочков, которые, как ни странно, идеально подходили друг другу.       Старинные храмы и дворцы, где казалось, что вот-вот из-за угла выйдет сёгун в дорогих одеждах, гармонично сочетаются с высокими небоскрёбами с донельзя начищенными стеклами, в которых отражается почти весь город. Изысканные творения архитектуры насмешливо соседствовали с безликими бетонными коробками для менее зажиточных слоёв населения. Запутанные, как клубок пряжи, улочки источают головокружительный запах местной кухни. А многочисленные магазинчики, плотно прижатые друг другу, словно боясь, что им не хватит места, предлагали товар на любой цвет и вкус.       Мусутафу был таким и остаётся таким же. Огромный и многоликий. И его разнообразие дополнилось ещё множеством деталей с момента появления в мире сверхспособностей.       Появление причуд мелкими шагами изменяло облик городов, постепенно вливаясь в привычные пейзажи и становясь их неотъемлемой частью.       Рекламные щиты пестрели не только брендовой помадой и автомобилями. Теперь с ярких билбордов на горожан взирают идеальные лица профессиональных героев и героинь. Огромные экраны заполнили свою ленту всевозможной рекламой, хоть как-то касающейся сверхспособностей: от супер растягивающейся одежды до спа-процедур для шерстистых и каменистых.       Не будет преувеличением сказать, что герои стали целой индустрией, продуктом, на который есть спрос. А следовательно, есть и предложение. Фильмы, сериалы, комиксы, реклама, мерч и так вплоть до производителей киндеров и готовых завтраков. Всё и вся претерпело перемены. Даже фирмы, создающие геройскую форму для профессионалов и академий, стали новыми мировыми брендами одежды, а дома моды могли устроить показ геройских костюмов высшего эшалона.       Среди города раскинулись словно бисер геройские агентства. Успешные и не очень, это всё равно не умоляло их количества. К слову говоря, для создания агентства нужно мало. Геройская лицензия, помещение, соответствующее нормам безопасности, хоть одноэтажка в тридцать квадратных метров, с одним окном и дверью и, конечно же, работники, один герой-подчинённый как минимум, будь это твой брат, сын или внучатый племянник.       Одна неделя беготни по инстанциям и всё, ты гордый владелец геройского агентства. Но мечты мечтами, сразу ты не взлетишь.       Топовые герои — вот у кого успешные агентства. А «маленьким героям» оставалась роль «магазина у дома», где выполняли мелкие заказы, по типу поиска пропавших котов, снятия этих самых котов с деревьев и крыш, переноса шкафов и комодов. Но мелькали и «крупные» дела. Например, поимка карманника в метро или поиск угнанных автомобилей. Вот так и живут «мелкие герои», в тени и скромности, завлекая клиентов скидками и льготами. Но как бы старательно они не работали, их никогда не вызовут на настоящее место преступления, разве что охранять периметр от любопытствующих.       Шелестящая полицейская лента ровной линией очерчивала место преступления. И в тоже время своей яркостью притягивала случайных прохожих и вездесущих журналистов. Здесь уже собралась приличная толпа, жаждущая утолить своё любопытство и развеять скуку серой повседневности. Пара полицейских, словно средневековые рыцари, рьяно защищали неприкосновенность оцепленной территории от снующих как крысы зевак.       Перед подошедшим героем в элегантном костюме с галстуком сразу же подняли ленту, будто бы специально зазывали внутрь, к хаосу, к смерти, к очередной бездыханной жертве.       Когда поступил звонок, Курогири наслаждался спокойствием пока пустого агентства и запахом свежесваренного кофе, заботливо приготовленного его секретаршей. Порой герой ловил себя на мысли, что хочет завести бар, пусть маленький, но уютный. Где можно пропустить пару стаканчиков виски или бурбона, посидеть в безмятежной обстановке и подумать о всяком житейском, но не это всё. Убийства, грабежи, смерти, травмы. Каждый день. Замкнутый круг порока.       В нос сразу же ударил ни с чем не спутаемый запах горелой плоти. К нему, словно нарочно, примешивалась липкая вонь чего-то гниющего и кислого. Белоснежный полиэтилен, бережно накрывавший тело, крайне неестественно и чужеродно выглядел среди грязи и сырости богом забытого переулка. Рядом шипели облезлые коты, защищая свои драгоценные мусорные баки. Совсем скоро их прогонят и распотрошат весь мусор на атомы, дабы выискать там возможные улики. Битое стекло бутылок противно похрустывало и скрипело под ногами. Повсюду валялись шприцы, окурки и ещё не весть что. Воистину богом забытое место. И таких мест в городе было уж слишком много.       Курогири, вызванный сюда как Герой Номер Два из-за чрезвычайной важности дела, задумчиво посмотрел вверх, на небо. Два старых здания, чьи потемневшие монолитные стены создали этот переулок, угрюмо нависли над людьми. А голубое, почти чистое небо было слишком далеко, перекрытое паутиной проводов. Из-за этого ракурса это место казалось свежевырытой могилой, чьи края вот-вот захлопнутся, навсегда отделив мертвеца от неба и солнца, от мира живых.       Герой Номер Два задумчиво вздохнул и, поправив и без того идеально сидевший галстук, двинулся к жертве и приехавшим сюда агентам.       Вокруг тела словно вороны кружили судмедэксперты и криминалисты. А как только к ним подошел герой, они синхронно упорхнули в стороны, открывая обугленное до черноты тело. Это был известный герой, Древесный Камуи, входивший в топ-10. Его опознали по геройской лицензии. Она, изготовленная из неплавящегося пластика, смогла уцелеть от огня. Курогири поймал себя на мысли, что в смерти героя было что-то неправильное.       Те, кто призван быть щитом и мечом мирного населения, могут запросто быть убиты вот в такой гнилой дыре. Судьба, видно, та еще шутница.       — Приветствуем, Курогири-сан, для нас честь работать с вами, — прибывшие на место преступления люди были сливками правоохранительных органов с успешнейшей карьерой.       — Меня зовут Гинко Исая, старший детектив и начальник следственного отдела, — немного грузный человек с усиками восторженно пожал руку героя. — А это специальные агенты Сайто-сан и Судзуки-сан.       Двое агентов в аккуратнейших чёрных костюмах поклонились. Без вежливости и учтивости в японской системе никуда.       — Приветствую вас, я рад нашему сотрудничеству, — Курогири вежливо улыбнулся, хотя заметить это на его лице было невозможно. И всё из-за причуды, сделавшей голову и тело героя больше похожим на извивающийся тёмный туман. И это также было причиной, что маленькие дети его до дрожи боялись. Однако это не уменьшало его фанатскую аудиторию. Подростки и молодые люди считали такую внешность крутой и запоминающейся.       Курогири, досконально изучив отчёт по начальному осмотру тела, присел, чтобы рассмотреть умершего самостоятельно.       Как и говорилось в бумагах, Камуи был ещё жив, когда его охватило пламя. На этот факт указывают расположение трупа и остатки его полуобугленных древесных лиан.       Они были повсюду. Скрюченные почерневшие плети змеились по земле. А оставленные ими чёрные от сажи следы извилистыми полосами покрывали стены, как будто он пытался ухватится за что-то. Но не мог сдвинутся с места. А значит была причина, по которой герой не мог уйти от поджигателя и спастись от пожирающего огня.       — На теле и возле него были найдены следы горючего, — начальник следственного отдела усиленно пролистывал блокнот с записями, — К тому же, свидетели убийства пока не обнаружены.       Во время обхода ближайшей территории Курогири не увидел ни одной исправной камеры. Большая часть фонарей выполняла роль столбов для объявлений, чем роль осветительных приборов. Ближайшие дома пустовали, или их владельцы ничего не видели и не слышали. Что поделать, неблагополучный район. Казалось, что даже солнце не способно развеять гнетущую атмосферу бедных кварталов. Мусутафу не был таким радужным, каким его описывают риелторы в телевизорах.       Низенький криминалист с поклоном решил принять участие обсуждении.       — Видите здесь линию? Это след возгорания. С этой точки, назовём её точка А, началось возгорание, и далее огонь последовал по разлитому горючему к точке Б, где стояла жертва. То есть эта точка Б и была местом ловушки. Это мы написали в отчёте. Теперь нужно узнать причину того, почему герой, боже храни его душу, не сошёл с места. Возможно, это воздействие причуды, которая заставила его замереть. Если это воздействие снотворного газа или тому подобного, то в крови найдутся следы. Но я не думаю, что он был без сознания или оглушён. Он бы так не сопротивлялся.       — Значит, в первую очередь необходимо пробить тех преступников, имеющих причуду обездвиживания и тех, у кого был зуб на Камуи. А таких было много. Если найдутся следы применения определённой способности, то это сузит круг поиска.       — Дело грозит уйти в ящик для глухарей, — тяжело пробормотал один из спецагентов, — А мой сынишка прямо фанател от него. За что его так, такой хороший герой был… Но и причина того, как он здесь оказался — нехорошая, не для общественности.       В теле Камуи обнаружили высокий процент алкоголя. Он шёл с вечеринки, всех участников той гулянки уже опрашивают. Однако это была веская причина кое-что утаить от прессы.       — Скорее всего, если рассматривать все аспекты дела, то это дело рук мафии Старателя, — предположил его напарник.       — Мне чутье подсказывает, что это что-то другое, — задумчиво ответил начальник отдела, — Что-то явно другое. Называйте как хотите, но это чутьё.       — Но ведь это же их территория? И стиль убийства, сжигание живьём, же фирменная метка клана Тодороки? Да и кто ещё мог убить топового героя, кроме Старателя или его банды? Как я знаю, это не стиль Всемогущего. Он бы его просто в лепешку… А Старатель бензином не пользуется, у него точно хватит огня даже для испепеления тела.       — Позвольте вмешаться, — Курогири выпрямился, закончив осматривать тело. — Да, всё напрямую указывает на них. Но здесь есть некоторые несостыковки. Место преступления слишком нелюдимое. И самое главное, голова на месте.       — Что простите? — вся команда явно опешила от последних слов героя.       — Голова, — задумчиво продолжил Курогири. — Её не тронули. А он ведь был из топ-10. То, что сейчас я сообщу вам, является малоизвестной, но достоверной информацией. Чтобы доказать силу или войти в состав командиров, нужно принести боссам голову топовых героев. Обычно это десятка, двадцатка, тридцатка и так до пятидесятого места. При этом бой должен быть, как бы это сказать, честным? Один на один и при зрителях. Чтобы были свидетели. Это любое людное место. Не только Мусутафу, сражение может быть и в другом городе.       Курогири раздражённо вздохнул. Если так судить, то герои для них добыча. И чем ценнее она, тем выше твоя награда.       — Для них голова именитого профи — это ценный трофей, доказывающий силу. Как бы цинично это не звучало. Они бы никогда не оставили голову. А также после долгих наблюдений, я заметил, что есть определенная «квота» на убиваемых топовых героев за год. Вы же знаете, что за год в Японии погибает около ста-ста двадцати про-героев. Это мои лишь догадки, но есть кое-что. Пять-шесть из них обязательно находят безголовыми. Есть, конечно, вероятность, что Камуи как-то помешал данной мафии, тогда бы мы и тела не нашли. Его убрали бы по-тихому или в назидание другим. Однако, стиль не тот. Значит, это не Старатель, не его клан, не Всемогущий, не кандидаты. Это преступник со стороны.       Оставался только вопрос, зачем ему это делать? Есть много причин, вплоть до заказного убийства. Бывалый ли это злодей или новичок? Всё это покажут результаты экспертизы. Нынче наука творит чудеса. Даже малейшая улика приведет их к убийце.

***

      Новости уже во всю мусолили смерть Древесного Камуи. То и дело мелькали статьи и репортажи с кричащими заголовками, тщательно заправленные различными подробностями. С одним большим «НО». Камуи погиб героически. Ушёл в иной мир при выполнении служебных обязанностей. Да, по идее так и оно было, но с весьма нехилым градусом в крови. Так сказать, зажёг напоследок.       Горожане вовсю воображали себе животрепещущие сцены храброй гибели героя. Как он один выступил против злодея-бугая с мощной причудой, экипированного по последнему слову техники, а некоторые добавляли в их неравную битву ещё парочку злодеев-приспешников, которые, как стервятники, напали на героя со спины. Но им никак не представлялся в виде злодея милый коротыш с метр ростом, со смешной прической, одутловатыми щечками и круглыми как мандарины глазами. Эх, общество, ты мыслишь стереотипами. И это тебя погубит.       Виновник «сия торжества» спокойно сидел за столиком в залитом солнцем парке, потягивая виноградный смузи и вдыхая запах прелой травы.       Его так и подмывало пойти на место преступления. Оно звало его, манило и тянуло магнитом. Но Минета Минору не собирался поддаваться этому соблазнительному, но губительному зову. Как он вычитал в одной книжке, многих преступников повязали именно тогда, когда они возвратились на место преступления. Это как-то связано с психологией, ну или по крайней мере так думают сами учёные. Но они же учёные, им виднее, что нам знать, холопам… Проще говоря, наукой принято считать, что преступник всегда возвращается на место преступления. Факт и точка. Однако никто точно не сказал почему.       Поэтому Минору продолжал безмятежно наслаждаться погодой вдали от того переулка, где произошел неприметный для других, но важный для него лично триумф.       В город, наконец, придёт весна. Прекрасная пора, которая заставит деревья покрыться облаками нежно-розовых цветов, которые будут радовать глаза. А воздух наполнится ощутимым веяньем счастливых перемен.       Она ознаменует начало учебного года в геройских академиях, да и во всех школах Японии. Новый учебный год — новое начало жизни, когда ты планируешь прийти в школу или в академию полностью обновлённым человеком, постройневшим или более мускулистым.       Минета то и дело видел подростков, спешащих на подготовительные курсы. Их стремление стать героями поражало. Даже несмотря на то, что большая часть из них получит полный отворот-поворот от сурового отбора академий, особенно сейчас, когда в мире насчитывается около восьмидесяти процентов обладателей причуд.       Не каждому удается попасть под «священные» своды геройских академий, особенно таких именитых как ЮЭЙ или Шикецу. Если ты, конечно же, не сын директора или у тебя мегабогатый папа, ну или мама, ну или дед с бабкой.       Разочарование и глубокое чувство собственной бесхозности постигнет любого, кто провалится на вступительных испытаниях. Оно то и верно. Мечта, столько лет гулко стучавшая в мыслях, рассыпается в прах прямо перед тобой. Это не так больно, если у тебя есть достойная причуда, которую можно без стеснения записать в анкете. Но если у тебя бестолковая причуда, то это фиаско по жизни. Будущее офисного планктона или разносчика пиццы тебе обеспечено.       Но это всяко лучше, чем отсутствие сверхспособностей.       Беспричудность. Страшный диагноз этого времени, ставивший крест на полноценной жизни. Аномалия, на которую брезгливо тычут пальцем.                    Вселенская несправедливость, от которой хочется выть волком, лезть на крышу и проклинать оттуда весь мир.       Минору благодарил всех богов и небогов, что у него есть хоть какая-то причуда.       Его родители — простые офисные служащие с маленькими мечтами, с маленькими целями, которые радовались маленьким успехам своего единственного сына. Обычная семья, обычный сын, у которого будет обычная жизнь. Страшно. Минете было страшно от одной мысли об этом.       После скорого окончания средней школы у него на руках будет аттестат. Пара листочков бумаги, которые решат его судьбу. Ну и конечно же, как без характеристики и довольно плотного отчета о твоей причуде, которые тоже добавят свои пять копеек в его дальнейшую карьеру? Перед ним будет лежать серьёзный выбор. Как он хочет построить свою жизнь?       Каждый день, напоминающий День сурка, каменная коробка, называемая офисом, бесконечные кипы бумаг и кричащий свинорыл, именуемый боссом? Минета не хотел себе такой судьбы. И пусть злодеи долго не живут, конечно же, он подчерпнул эту информацию из фильмов и мультиков. Он твёрдо решил, что ворвётся в этот суровый мир взрослых с разбегу и проживёт хоть и короткую, но супернасыщенную и безбашенную жизнь. Он не затеряется среди многих, он оставит свой след. И как без горячих цыпочек?       Во время размышлений его взгляд рассеянно блуждал по окружению. Деревья с аккуратно покрашенными стволами. Орущий ребёнок, который уронил обслюнявленное мороженое. Влюбленная парочка, чуть ли не облизывающая друг друга. Молодая мамочка, сюсюкающая младенца. Зелёные, как изумруды, глаза. И они на него пристально смотрели.       Какой-то веснушчатый парень с неаккуратной копной тёмно-зеленых волос в несоразмерной толстовке, чёрных джинсах и ярко-красных ботинках уставился на него. Этот незнакомый ему мальчишка изучал его. Минору сразу не понравился этот взгляд, который напоминал ему хищника, наблюдающего за своим будущим ужином. Это сравнение он взял из канала Дискавери, который он смотрит каждое воскресенье.       Его лоб покрылся липкой испариной. Вдруг за ним ещё кто-то следит? Он медленно отвёл глаза. Не надо показывать страха, по крайней мере, так было написано в форуме «Дельные советы. Как дать отпор школьным врагам». Минета как бы невзначай скользил взглядом по посетителям парка, но теперь более внимательно. Этому он научился, смотря шпионский сериал по вторникам.       Его подозрения оправдались. Как минимум, ещё два человека пристально смотрели на него, будто бы специально хотели, чтобы он заметил это. Второго парня, с выбивающимися блондинистыми волосами из-под надетой задом наперёд кепки, Минета причислил к типичным хулиганам. Хоть таких бандюганов в его школе было много, но откровенно такого кровожадного он встретил только сейчас. Агрессивного вида подросток с алыми глазами устрашающе ухмыльнулся, увидев, что Минору смотрит на него. Вот про кого бы он сказал, что это настоящий злодей. Маленькая толика зависти тихо проскользнула в его мысли.       Хотя третий тоже был не лучше. Человек со шрамом на лице всегда выглядит опасным. Хоть он и накинул на голову капюшон, двухцветные волосы сразу бросались в глаза. И кстати о глазах. Они тоже были разного цвета. Минору не мог уловить каких-либо эмоций на пустом лице наблюдателя, но смотрел он так, словно прикидывал как тебя лучше убить и где потом спрятать твоё бездыханное тело.       «Чёрт, они знаю, что случилось в переулке? Надо бежать? Или это воры-карманники? Красть-то у меня нечего, только пара йен в кармане, да и телефон у меня ненавороченный, кирпич одним словом. Или это похитители? Почему тогда они не похищают какого-нибудь богатого сынка миллиардера? Почему нацелились на меня, чьи родители тщательно планируют расходы на месяц, а живем мы у чёрта на куличиках? Или они хотят меня пустить на органы? Могли бы выбрать кого-то помясистее и повыше! Или я мелкий? Поэтому меня можно буквально запихать в чемодан! Или если меня разрежут на куски, то и в рюкзак влезу! Стоп! Я же злодей! Я должен держать себя в руках, всё-таки я прибил самого Камуи… Это они должны меня бояться!»       Но мозг Минору упрямо продолжал выдавать сценарии развития действия хлеще прежних. И в этих тяжёлых переживаниях он и не заметил, как наблюдатели плавно пересели за его столик.       — Ты умыкнул не какую-то пташку, а целого жирного фазана. Ты вроде местный, но хоть имеешь представления о городе, о его территориях и соглашениях?       Минета громко икнул от неожиданности.       — Что простите? — его голос прозвучал, словно шелест бумаги. Тихий и покорный тон, дурацкая привычка, которую он получил в школе.       — Ты прибил Камуи на чужой территории. Это было нагло и невежливо, — оскал блондина заставил душу Минору уйти в пятки.       — Он был такой манящей спичкой, которая так мельтешила перед глазами, — как-то задумчиво произнёс парень в капюшоне. Фиолетововолосый что-то увидел в этих разноцветных глазах. Он понял, что этот тип давно планировал свою расправу над Камуи. И Минета украл его долгожданную жертву. Шумно сглотнув, он вспомнил, что делает крупный хищник с более мелким, если последний пытается украсть его добычу. Он убивает.       Пот покрыл всю его спину, заставляя одежду неприятно липнуть.       — Только побеги или закричи, я оторву твои маленькие ножки, и ты станешь ещё ниже.       Минета автоматически кивнул. Он и без этих слов понял свои низкие шансы на побег. Простое знание, возникшее в его голове. Любой из этих троих с легкостью его догонит.       Позвать на помощь? Мысль быстро мелькнула и погасла. Минору был почему-то уверен, что троица в худшем случае просто растерзает всех присутствовавших в парке. Или же в лучшем случае, посетители просто не обратят внимания на его призывы о помощи. Просто странно посмотрят на него, может посмеются и вернутся к своим делам. Гражданская апатия — страшная вещь, жуткое явление современности, раковой опухолью поразившее общество.       Поэтому Минета приготовился к худшему.       Вдруг зеленоволосый, который до этого молчал, рассмеялся. Казалось, что напротив Минору сидит солнце. Настолько это был чистый, радостный смех.       — Никто тебя убивать или калечить не будет, — отсмеявшись, сказал паренёк, который толстокожестью самого слона игнорировал взгляды окружающих. Он будет смеяться, когда захочет, плевать на чьё-то мнение. А если у кого-то претензии к этому, он будет рад познакомить их со своими кулаками.       — Реально, чувак, у тебя было такое лицо, будто ты готовился к смерти.       Блондин на этот раз улыбался не так кровожадно, что Минору он показался не таким уж пугающим. Хотя нет, ошибся. Красноглазый всё ещё выглядел чистым злодеем.       — Не бойся. Мы просто решили пошутить, — более-менее дружелюбно произнёс гетерохром.       Зеленоволосый парень продолжал улыбаться. Вернее, он сиял, рассматривая его, словно это был не Минета Минору, а неогранённый алмаз.       — Я Мидория Изуку, это Бакуго Кацуки и Тодороки Шото. Рады знакомству. Скажи, кто научил тебя планировать и убивать?       — Я самоучка, — после небольшой паузы тихо ответил Минета. Они будут осуждать или издеваться?       Бакуго громко засмеялся. Вернее будет сказать, что он ржал. И ему уж точно было наплевать на чьё-то мнение или косые взгляды.       — Самоучка сумел убить героя из топ-10! Герои, вы пали ниже некуда, — просипел блондин, стараясь унять смех.       Да, фиолетоволосый, этот новоиспечённый злодей, был самоучкой. И начал он не с того угла, как говорится. Он черпал знания из весьма сомнительных источников, то бишь комиксы, фильмы, подозрительные форумы и выпуски новостей. Не то что бы его можно было назвать «тепличным мальчиком», но Минору не видел полной картины, которая представляла собой Мусутафу, город, где живут Герой и Злодей Номер Один.       — Ты просто потрясающ!       Минору замер. Никто ему такого никогда не говорил. Конечно, родители его хвалили, обычно на уровне «молодец, сынок, отлично справился». Но никогда так откровенно не восхищаясь, радуясь, как этот зеленоволосый пацан. Минета Минору, коротышка со смешным лицом и идиотской причудой, был потрясающ?       — Пусть это убийство даже случайность, помощь сил свыше или грёбанное везение, ты крут Минета! Вступай к нам, ты будешь настоящим злодеем!       «Злодеи? Не банда, а злодеи? Это же преступники! Он готов к этому? И почему он сразу поверил, что они злодеи? Но как ни странно, ему это показалось правдой. Что-то в них явно было не так».       Мидория по-совиному наклонил голову.       — Я прямо вижу, что ты сейчас думаешь. «Вот чёрт, они злодеи, чё за хрень? Они преступники и так далее». Угадал?       — Ммм… Да?       — Всё просто. Мы настоящие злодеи. Ты злодей-новичок. Мы ищем новобранцев. Ты стремишься набраться опыта и стать настоящим злодеем. Верно?       — Верно.       — Тогда тебе к нам. В Лигу Злодеев. Видишь, всё просто, — он объяснял всё так, будто это вступление в какую-то спортивную секцию или драмкружок. Хочешь подкачаться? Тогда тебе к нам, в секцию бодибилдинга. Хочешь стать уверенным? Тогда тебе к нам, в кружок драматического театра.       Изуку был странным, не надо иметь пять пядей во лбу, чтобы понять это.       — Вы ничего обо мне не знаете, как я могу…       — О, ещё как знаем. По гороскопу ты Весы, твоё увлечение — девушки, твой рост — сто восемь сантиметров, ты родом из префектуры Канагава, но потом твои родители переехали в Мусутафу. Твой боевой стиль –поддержка средней дистанции. Каждое утро ты делаешь упражнения, чтобы немного вырасти. Мне продолжать? — с интересом закончил Мидория.       — Ты сталкер?! О боже, за мной следил сталкер! — Минета запаниковал, наверное, они видели, как он прятал свои похабные журнальчики или пытался подглядеть в школьной душевой за девушками.       Но краем сознания фиолетововолосый уже представлял себя полноценным злодеем, как его прозвище подвергает всех в страх и трепет. Но мысли плавно и неизбежно вернулись к его причуде.       — Но у меня причуда хуже некуда, да и какой из меня злодей. Или герой. Вы же видите? — в его голосе зазвучало отчаяние.       Мидория слегка нахмурился. Те же ощущения о своей неполноценности были и у него когда-то. В этих словах он уловил те же чувства, которые испытывал сам. Убитая самооценка, осознание своей беспомощности и слабости, стереотипы, ставившие клеймо «Изгой». Но у Изуку всё было намного хуже. Он был беспричудным, до того, как Всемогущий, Злодей Номер Один, даровал ему причуду.       — У тебя хотя бы есть причуда, — что-то скользнуло в словах Изуку. Минору даже не уловил что именно, так как парень уже сменил настрой на более весёлый. Он быстро менял эмоции, словно нажимал на переключатель. Это было странно, если бы Минета интересовался психологией, то он бы рассудил это как тревожный звоночек.       — Как всегда говорит Тошинори-сан, потенциал вашей причуды ограничивается только вашим воображением.       — Но что я смогу сделать для вашей организации?       — Причуды поддержки всегда нужны. Порой боевые силы не всегда важны в сражении, порой главный вклад вносят именно такие причуды, как у тебя. Ты и сам, наверное, заметил, что любое более-менее успешное геройское бюро не состоит сплошь из штурмовиков с боевыми причудами. Около пятидесяти процентов работников агентств — это обладатели причуд поддержки.       — Ну да в этом есть смысл, — Минета задумался, припоминая все популярные агентства героев.       — И кроме того, из тебя бы вышел отличный шпион, разведчик, наблюдатель, связной и так далее! Если добавить актерского мастерства, то это вообще будет высший класс!       — А почему другие из вас не могут ими стать?       — У Бакуго злодейская физиономия.       — Что сказал? — злобный взгляд блондина впился в зелёные глаза Изуку.       — Каччан, ты себя в зеркало видел? Твоей рожей запор можно лечить.       — Кто так подумает, урою нахрен.       — Ну вот видишь? Безнадежный случай. А Шото порой почти смахивает на обычного подростка, но у него эмоциональный диапазон как у зубочистки. А хотя нет, он вообще ни в коем разе не нормальный парень. Что с вами не так, ребята? Псих психом погоняет и психом закусывает.       Блондин злобно фыркнул, оскалив зубы.       — Чья бы корова мычала. А сам-то не хочешь шпионом стать?       — Мне нельзя. Я босс.       — Не завирайся, мы втроем лидеры Лиги и равны в полномочиях. Так что засунь своё «Я босс» куда подальше.       — Ладно-ладно. Ну что, Минору, дать времени на раздумья? Другие подробности сообщим позже, когда ты примешь решение. Хорошенько подумай, лады? Обратного пути не будет.       — Лады.       — Если согласен, то приходи завтра по этому адресу.       Зеленоволосый парень с ухмылкой от уха до уха вытащил идеальный прямоугольник бумаги с напечатанным адресом и вручил его Минете с таким видом, словно это Святой Грааль, а не просто визитка.

***

      Посреди оживленной улицы, как заведённый попрыгунчик, скакал человек, раздавая листовки и выскакивая перед каждым прохожим как мракобесина. Поодаль от него можно было заметить натянутый между двух деревьев плакат, который ветер силился разорвать на куски и унести с собой в небо.       Фигуры, изображенные на надувавшемся как парус плакате, они узнали сразу. Однако некоторые детали заставили их ухмыльнуться. С лёгкой руки Всемогущий и Старатель обзавелись рогами, гнутыми и острыми как сабли, а в их глазах неистово плясал дьявольский огонь. Это было похоже на обложку комикса, где злодей тёмной горой стоит перед горящим как само пекло городом. Однако надпись была как из Библии: «Не убоимся мы зла».       — Граждане, соседи! — агитатор от всей души взывал к проходящим мимо людям, — Только развитое гражданское общество и сильное самосознание поможет побороть злодеев и преступность! Вступайте в гражданский дозор города Мусутафу! Только выступив единым фронтом, мы поможем героям и одолеем зло!       Он бурно потрясал листовками, словно это было Священное Писание, а не просто раздаточный материал. И сам Бог возложил на него великую миссию по спасению мира.       — Всё зависит от нас, товарищи! Вступайте в дозор! Возьмите эту листовку, это билет в будущее, где нет преступников и злодеев, билет в лучший мир! Позвольте будущим поколениям не знать слова «злодей», позабыть его как чуму или холеру! Приходите! Сегодня вечером состоится собрание! Вступайте в гражданский дозор! Проявите инициативу и храбрость, да не убоимся мы зла, коего сейчас много!       Агитатор продолжал изливать на прохожих свою «проповедь». И весьма действенно. Многие брали листовки, поддавшись романтике борьбы со злом. А кто не хочет быть героем?       Но потом большинство всё же украдкой выкидывало полученную бумажку в мусорный бак и продолжало бежать по своим делам. Зачем они взяли этот бесполезный кусок бумаги? Поддались моменту? Возможно. Делать им нечего, тратить своё время на опасные вылазки. Есть полиция, есть герои. Пусть этим и занимаются. Как говорится, нам за вредность не платят.       — Не знаю как вам, но лично мне он напоминает религиозного фанатика, только факела и горящей ведьмы не хватает, — хмыкнул Кацуки, и у всех троих в головах возник весьма яркий образ. Полыхающие костры и запах сжигаемого живьём человека. И рядом танцующие «поборники справедливости», люди с вилами, на которых торчат оторванные головы злодеев. Да, картина маслом.       — Этих дозорных как кегли в боулинге раскидают, если не пришьют в первую же вылазку. Где хвалебная полиция? Этот тип буквально призывает людей на самоубийство, — сказал Мидория и благо не очень громко.       К ним внезапно, со скоростью чёрта из табакерки, подскочил этот самый «фанатик». Он тут же начал усердно пихать им в руки листовки, как будто от этого зависела его жизнь. И не только его, но и его внуков, правнуков, бабки, тетки, деда по какой-то линии и не пойми ещё кого.       — Молодые люди, вы любите героев? Вступайте в гражданский дозор! Помогите миру стать чище!       Троицу одарила такая сияющая улыбка, что хоть солнечные очки надевай.       — Ох, — Мидория мгновенно сменил язвительность на набожность. — Мы просто обожаем героев, но, увы, мы несовершеннолетние, — бормоча извинения и неловко кланяясь, продолжил зеленоволосый, — Но мы возьмём листовки, будет хорошей мотивацией для нас, чтобы стать героями.       Радости агитатора не было предела.       — Молодцы, ребята, так держать! Вы станете отличными героями! ЮЭЙ, геройские академии, вот фундамент геройского общества! Будьте добры, передайте эти листовки своим родителям, пусть приходят! — и он всучил им по три, целых три, бумажки каждому.       Невиданная щедрость. Хотя если внимательно посмотреть, то можно было увидеть неподалеку целую коробку этих самых бумажек. Сказать, что их напечатали вагон и маленькую тележку, — это ничего не сказать. Или у него заело принтер, и всю ночь техника исторгала из себя листовки? Кто знает.       Изуку искренне пожалел деревья, которые напрасно сгинули ради самой нелепой цели. Ради никому ненужных листов бумаги, пачками выкидываемых в мусорные урны. Гори в аду, злой бумагомаратель.       — Да, моему отцу будет интересно об этом узнать, — Тодороки бесхитростно улыбнулся. Старателю будет очень интересно услышать об этом дозоре.       — Я думал, меня сейчас блеванет, — выдохнул Бакуго, смотря вслед «активисту», который уже мчался к другой жертве, к рослому парню в кепке.       — Может навестим их? — спросил Шото, изучая полученные листовки. Бумага была дешёвой, как тетрадный лист. Немного липковатой на ощупь. Рисунок тоже желал лучшего. Творил явно тот, у кого руки из филейной части растут. Но место сбора нарочито было напечатано жирнющим шрифтом красными буквами. На ум невольно приходила мысль, что на листовках значительно сэкономили. Главной задачей было только сообщить адрес и всё. Ни цели, ни руководящих личностей не было. Просто рисунок, адрес и незамысловатый лозунг. Это явно попахивало обманом.       — Ага, хорошая взбучка им не помешает. Выясним, чем они являются.       Мидория всегда считал, что порой такие маленькие камешки вызывают чудовищные лавины. И лучше сразу предотвратить это, чем попасть под неё.

***

      Смеркалось. Тени становились всё длиннее, а солнечные блики, отражающиеся от окон, алее. Солнце из последних сил освещало не такой уж мирный Мусутафу. Словно оно знало, что с приходом темноты, придут и злодеи.       — Злодейское прозвище?       — Ага, Айзава сказал придумать, ну или хотя бы наметить. И он доходчиво разъяснил, чтобы никто дебильные прозвища не брал.       — Король Взрывокиллер!       — Дебильно звучит.       — Уройся. Оно грозно звучит. У самого что?       — Наверное оставлю «Деку», привык как-то, — пожал плечами Изуку, вспоминая как Сотриголова сказал, что у кого будут идиотские прозвища, те будут бежать десятикилометровый марафон через лесистую местность. На время.       — Тоже дебильно, — цыкнул блондин.       — Если у тебя плохая фантазия, это не значит, что у всех она такая же. Как это вообще пишется? Оно ужасно длинное. Когда блин старушка будет звонить героям, то уже забудет, что она говорила. До такой степени оно длинное и заковыристое.       Если взглядом можно было убить, то Изуку помер бы здесь и сейчас. Однако Кацуки не стрелял лазерами из глаз, поэтому ему пришлось довольствоваться лишь витиеватыми ругательствами.       — Шото, не молчи, есть прозвище?       — По мне лучше, чтобы сама общественность дала тебе имя. Журналисты очень талантливы в этом деле, — увидев недопонимание в глазах этих двоих, Тодороки неохотно продолжил.       — Ну ладно, допустим, ты придумал прозвище. Что дальше? Не будешь же ты подходить к каждому встречному и говорить типа: «Эй мужик, сегодня я тебя не убил, но ты всем передай, что меня зовут Король Взрывокиллер». Или ты не залезешь же на высотку и не будешь орать: «Эй, народ мое прозвище Король Взрывокиллер, запомните или я вас уебу к чертям». И ты точно не запустишь рекламу со своим именем по ТВ. Хотя и общественность может дать тебе идиотское прозвище. Так всю карьеру и жизнь испортить можно, а репутацию вообще не поднимешь. Злодеям с прозвищами тяжелее, а вот героям намного легче.        В повисшей тишине они дошли до очередного перекрёстка.       — Знаешь, ты мудень, Шото, — проворчал Бакуго, — Хотя признаться никогда не думал о прозвище в таком ключе. И что теперь нахрен делать?       — Задачка… Можно делать надписи возле своих жертв. Это сделал кто-то и так далее.       Тодороки кивнул идее Мидории. Сама идея не нова, она стара как мир. Но что проверено годами, то безотказно работает. Хотя надо всё-таки позже спросить у старших насчёт этого вопроса.       — Это мыторно, краску возьми, маркер возьми, мел возьми, написать ещё надо. А если ты забыл? Всё дело коту под хвост.       — Не, пиши кровью.       — Пошёл ты, двумордый.       Впереди идущий Мидория внезапно сморщил нос. Откуда-то несло гнильем и застоялой водой, которая покрылась десятисантиметровым слоем тины и где сдохла пара рыбёшек.       Эти улицы были всегда чисты, нонсенс было найти здесь хоть фантик или окурок. Однако этот мерзкий запах упрямо забивал его нос. Краем глаза он заметил, что в темноте закоулков что-то двинулось. Что-то крупное.       Из тёмного переулка медленно выползло нечто, похожее на гигантский текучий ком грязи или ила. Оно быстро пробежало своими алыми глазами по подросткам, словно оценивая их. Полный рот острых зубов мерзко ощерился в подобии улыбки.       — Эй, детишки, не бойтесь! Мне нужно только одно тело. Будьте паиньками и, возможно, двое останутся живы, — тело болотника перетекало словно слайм. Это создание было реально большим. Тут и там на его теле возникали то ли руки, то ли щупальца, которые извивались похлеще конечностей осьминога.       — Чудо-юдо, ты чьих будешь?       Изуку с любопытством рассматривал явившегося перед ними злодея. Интересная причуда всегда пробуждала в нём исследовательский интерес.       Реакция этой компании, вернее полное безразличие у двоих и какой-то нездоровый интерес у третьего, заставили болотника остановиться и оглядеться по сторонам. Вдруг ловушка?       Однако, кроме этих троих, на улице никого не было. Тогда где же испуганные крики и мольбы о помощи, ну или хотя бы яростные атаки на него? Как будто перед ними выскочил не злодей, а пятиклашка в костюме бабайки.       — Эй, утырок, — злобно прошипел блондин, скалясь во весь рот, — Ты оглох? Тебе задали вопрос, отвечай.       — Сопляки, у вас крыша поехала от страха, — грязевик мерзко заулыбался, «поняв» в чем дело.       «Да. Верно, эти дети до того испугались, что совсем сошли с ума».       Болотник ещё раз огляделся. Вокруг никого. Лучший момент для захвата тела.       — Он чужак, — задумчиво произнёс Тодороки, пытаясь что-то вспомнить. Бакуго с большим презрением посмотрел на злодея и поцокал языком.       — Он ведь точно не из наших? — Мидория сузил глаза, припоминая всех новеньких этого месяца, поступивших на службу к Всемогущему и Старателю.       — Ага. Не припомню такого, я бы запомнил это… Как это назвать? Жижа, болотная тина? Хрень? — блондин кровожадно ощерился, предвкушая скорую расправу.       — Ублюдки! — болотник взревел от ярости. Что он вообще их слушает? Едва сбежав от долбаного Героя Номер Один и грёбанного Мускула, он стоит и слушает трёп малолеток.       — Я вас всех порешу! Я ваши трупы так изуродую, что мать родная не узнает!       — Эй, не горячись, чувак! Давай всё обсудим, и мы объясним тебе правила этого города… Жижка, — Изуку с лёгкостью придумал ему прозвище.       — Заткнись, коротышка!       Мидория никогда не отличался высоким ростом. Он не питал особых надежд догнать по росту Бакуго, а тем более Тодороки. Порой ему казалось, что он всегда будет невысоким, если не будет какого-нибудь волшебного скачка гормонов роста или тайных плюшек от переданной ему причуды. Хотя рост для злодея — не главное. Например, тот же Гран Торино, в молодости не отличавшийся особо высоким ростом. Но в старости ставший ещё ниже, с метр двадцать. Несмотря на это, он тёртый множеством сражений злодей, одна из легенд преступного мира, обучавшая самого Злодея Номер Один. Будучи молодым, Гран Торино был великолепен в бою, но и в старости мог дать жару. Получить от разогнавшегося до ста миль в час старика — сладким не покажется. Однако не скажешь, что маленький сухонький старичок с седой бородой является видной фигурой среди злодеев. Он тот, с кем советуются при необходимости сам Всемогущий и сам Старатель.       Однако Изуку не успел высказать свои возражения по поводу роста.       Болотник вспыхнул почти мгновенно.       Доли секунды естественная влажность болотника противилась неожиданной атаке. Но пламя с остервенелой жадностью поглотило тело злодея. Он не кричал, рот и всё полагающееся к нему огонь уже поглотил. Было только невнятное шипение, словно на разогретую сковороду налили студёной воды.       Воздух тут же наполнился неприятным запахом сожженных водорослей и прелой травы. Дымило от него знатно, будто кто-то поджёг покрышки. Густой чадящий дым столбом поднялся в небо.       — Шото, твою ж дивизию, я хотел с ним поговорить!       Зеленоволосый был в шоке. Не потому что это был человек, а потому что это был ПРИКОЛЬНЫЙ человек. Несмотря, что от него несло как от болота и канализации.       Расстройство Изуку было сравнимо с ошеломлением ребёнка, лицезревшего гибель любимой игрушки. Дико прискорбно, но не смертельно. Мидория уже начал составлять варианты по применению этой причуды и прикидывал её плюсы и минусы. Мог ли болотник регенерировать с крошечного кусочка? Какую форму он мог принять? Он родился таким ли это проявилось со временем? Это его боевая форма или он такой всегда?       Столько интересных вопросов хотел задать Изуку и даже провести несколько экспериментов, конечно же с согласия. Этот индивидуум мог стать отличным дополнением к его коллекции анализов причуд. Но грязевой злодей сгорел как спичка. И все его планы сгорели вместе с ним.       Хотя постойте. Сжигание тоже по своей сути было экспериментом для выявления слабых сторон причуды болотника? Верно? Мидория кивнул себе. Хоть что-то. Скорее всего, взрывы Каччана или способности его самого мало что бы сделали. Грязевик собрался бы снова. Если его «сдуть», а потом изолировать части друг от друга? Возможно, что это сработало бы.       Однако факт остаётся фактом: жидкое состояние соперника крайне проблематично в бою. Какой толк мутузить врага, если он как жидкость? Тоже самое, что бить воду. Тогда как с ним сражаться?       Тут-то Тодороки вежливо предоставил ответ. Моментальное сжигание было одним из эффективнейших способов уничтожения. Но возможно, что замораживание остановило грязевика, превращая состояние жидкости в твёрдую структуру. Это была теория. Но если под рукой нет огнемёта, или три ведра азота, или Тодороки Шото, что тогда?       Так много вопросов и все без ответов. Раздражающе.       — На кой чёрт ты его сжёг? — теперь пришла очередь Кацуки негодовать. Изуку был рад услышать, что блондин кой-то веки разделяет его мысли. — Я хотел его расхерачить!       А нет, Мидория ошибся.       — Я вспомнил его. На этого грязевика поступила ориентировка. Сегодня утром он разгромил офис, игнорировал предупреждения, возомнил о себе не весть что. Типичный злодей со стороны. А потом его повязали наш горячо любимый Символ мира и Мускул. И если он помер здесь, то грязевой сумел сбежать от них. Неплохо.       — Как это можно забыть?       — Понимаешь, у меня другим голова забита.       — Да хрен с ним. Пошли, а то уже опаздываем на дебильный шабаш.       — Эх…       Изуку бросил сожалеющий взгляд на дымящиеся останки некогда злодея. Такой интересный экземпляр пропал.

***

      Спустя некоторое время на той же улице появились двое про-героев. Высокий, мускулистый и хорошо сложенный человек, одетый в красноватую майку, которая обтягивала его мощную грудь, и тёмные штаны, концы которых были заправлены в чёрные сапоги до колен. Его пепельно-блондинистая голова знатно возвышалась над его коллегой, статным мужчиной в чёрном деловом костюме и в такой же тёмной маске, с выходящими из неё всевозможными металлическими трубками.       — Походу наш грязевик спёкся, — белозубо ухмыльнулся напоминающий больше бодибилдера, чем героя, человек, не выделив ни секунды на сожаление или хотя бы на притворство, что ему не всё равно. Они искали этого мерзкого злодея битые часы. И если бы не столб дыма, то поиски продолжились до самой ночи.       — Не смешно, Мускул.       Все за одного с момента побега грязевого злодея корил себя. Как они упустили его? А если этот болотник напал на гражданских? Когда уже эти двое отчаялись его найти и были уже готовы поднять всю полицию и ближайшие агентства, на горизонте появился тёмный дым. Все за одного и Мускул не думали, что это как-то связано с их беглецом, однако, как герои они, разумеется, отправились к источнику дыма. В воздухе витал характерный запах болотной сырости и гари, что сразу насторожило их. Они нашли чьи-то запекшиеся останки. Герои точно не знали, что это тот самый сбежавший от них злодей. Но чутье, а оно их никогда не подводило, тревожно подсказывало, что это точно он.       Кто-то убил злодея. Или он перешёл кому-то дорогу? Линчеватели или какой-то герой?       — А по-моему смешно.       Гото Имасуджи по прозвищу Мускул был весьма задиристым и драчливым героем, на которого подавалась большая часть жалоб других про, да и обычных граждан тоже. Но, к успокоению Все за одного, жалобы были несерьезные. Но он ходил по острию ножа.       Случайность. Любая случайность и на счету героя может оказаться ни в чем неповинная жертва. Мать-одиночка с двумя сыновьями, которые станут сиротами. Молодой отец или старушка, которую будут оплакивать внуки. Задержание преступника или бой со злодеем — это всегда непредсказуемо. Кусок бетона, непредвиденный взрыв или обрушение здания и кто-то не дождётся родных дома. Ведь люди — хрупкие существа, порой небольшой осколок стекла или арматура не под тем углом может запросто лишить жизни.       К непониманию и даже гневу Символа мира такие случаи заминались. Это стало рутиной. Жестокой и циничной повседневностью.       Бюрократическая система государства вытащила из своих недр своё очередное создание с витиеватым названием «Геройское бюро по коммуникации с населением», которое и занималось решением подобных инцидентов и их сопутствующими. Судебные тяжбы, выплата компенсаций, заглаживание скандалов и пиар-реклама опрофанившегося героя для поднятия его упавших рейтингов — всё это стало хлебом насущным для десятков сотрудников бюро.       И этой поблажкой без зазрений совести пользовались многие герои. Подумаешь, написать отчёт, дать показания и выступить на пресс-конференции с извинениями. Или вообще скинуть всё на злодея, мол это всё он! Ведь злодеи они такие! Снесут парочку домов, расхерачат к чертям три магазина и автобус, прибьют с десяток гражданских. А то, что в этом деле ему помогал герой — это дело десятое. Если нет, конечно, свидетелей или улик. И всё, гуляй, Вася. Это печальный, но сопутствующий ущерб. Но ведь главное, что мы защищали вас, верно?       Не проходило и дня, как Гото начинал задирать и выбешивать героев или полицейских. И без разницы были те на патруле или на обеде. И порой это заканчивалось разбитыми носами, синяками, царапинами, а бывало ещё и выбитыми зубами. Но какими бы минусами он не обладал, его фанбаза не уменьшалась, а, наоборот, даже увеличивалась. И стоит заметить, что большая часть фанатов Мускула была женской. Женщинам всегда нравились плохие парни.       Но на этот раз улыбка сползла с лица Мускула. Мышцы тугими волнами заходили под кожей Гото, а его кулак опасно сжался.       — Долбанутые линчеватели, эти вездесущие крысы отбирают наш хлеб.       Ведь герою, захватившему или одолевшему злодея, полагалась хорошая премия, размер которой варьировался от ранга злодея. А агентству с хорошими результатами выделялись всяческие льготы, денежная поддержка от правительства и, конечно же, повышение рейтинга, а соответственно, и популярности. А «вездесущие крысы» всё портили.       В этом неспокойном мире, кроме героев и злодеев, существовали так называемые линчеватели.       Часть из них была доморощенными поборниками справедливости, самоучками, начитавшимися комиксов. Погрязнув в идеалах, они выходили на ночные улицы в костюмах собственного производства, будь то самодельный плащ из простыни или продырявленная шапка вместо маски. Но за ними, как тень, следовала печальная статистика. Около семидесяти процентов таких «линчевателей» гибло в первые же вылазки, а остальная часть оказывалась на больничной койке или вовсе становилась инвалидами. И только последние десять процентов вели более-менее успешную деятельность.       Происходящее в комиксе или фильме разительно отличалось от реальности. То, что главный герой на раз-два улаживает всяких злодеев в подворотне, пафосно спасая знойную красотку, или как он защищает банк от целой банды грабителей с автоматами, это всё ни на йоту не приближено к реальности.       Правда куда суровее. Те самые злодеи из подворотни с удовольствием пройдутся по твоим почкам, чтобы не повадно было раскидываться речами о справедливости. И плевать они хотели на твои удары по шее, которые якобы должны их вырубить. А во время противостояния с грабителями такой гражданин имеет высочайшие шансы самому получить пулю, по пути захватив всех заложников с собой в могилу.       С такими вот линчевателями герои и боролись. Человек без должной подготовки добавляет лишь работы агентствам и портит статистику. Так что сидите дома. Герои сами всё решат, вы не зря платите налоги.       Среди другой части линчевателей более успешными являются «мстители», люди, потерявшие своих родных из-за злодеев и поэтому объявившие им тотальную войну. Порой ими становились герои в отставке по пенсии, инвалидности или те, кто добровольно решил покинуть геройскую карьеру, чтобы вершить незаконный, но эффективный самосуд. Или же это были бывшие семьянины, рядовые рабочие, простые граждане, отчаявшиеся в героях и справедливости. Но их глаза повязаны местью. И такие люди часто заканчивают крайне плохо.       Третья же часть линчевателей была профессиональными охотниками за головами. Рисковый бизнес с кровавыми деньгами. Щедрые награды за головы некоторых злодеев или террористов, которые выплачивало само правительство, были крайне привлекательны. Но обычно вознаграждения давались за высокоранговых преступников, поэтому успешность «охоты» была раз на раз. В это деле можно было срубить целый куш или рано двинуть кони.       — Не сразу линчеватели. Это могли быть и злодеи, — задумчиво произнёс Символ мира, рассматривая останки. Жар был большим, грязевик сгорел почти мгновенно. Да и дорожное покрытие оплавилось. Странно, до территории Старателя далеко. Возможно, что мелкие группировки или злодеи-одиночки здесь постарались.       — Территориальные разборки? — предположил Мускул. Грязевику вероятно не повезло, оказался не в том месте, не в то время. Или же его изначально заказали? Но он был мелкой рыбёшкой, так что вероятность заказного убийства крайне низка. Однако следствие будет рассматривать все варианты. — Я вызываю криминалистов и полицию.       — Да, я осмотрю окрестности. Не отходи от места преступления.       — Ясно-ясно, — ворча, Гото Имасуджи сел прямо на землю. Беготня по городу в поисках злодея сидела у него в печёнках и изрядно измотала его. Морально конечно, не физически. Кому-кому, а Мускулу в физической силе и выносливости не занимать.

***

      Инаса Йоараши был и является человеком обостренного чувства справедливости. И гражданский дозор казался ему хорошим способом поддержать про-героев. И пусть Инаса пока школьник, но внешне он выглядел намного старше своего возраста.       Для своих школьных лет Йоараши был очень высоким и мускулистым. К тому же он не особо парился о своей прическе, постригая свои тёмные волосы под короткий ёжик. Парень даже не задумывался, что это создавало облик дородного бандита или вышибалы, к которому не то что одноклассники, но и обычные прохожие боятся подойти слишком близко. Но Инаса не расстраивался.       Хоть природа наделила его «откровенно бандитской рожей», это по словам старушек, но он был крайне энергичным парнем, заводилой, душой компании, который с детства хотел стать героем, настоящим героем с «горячей кровью», который будет защищать невинных и вдохновлять на подвиги других. И в момент появления его причуды, позволяющей управлять ветром, ему стало ясно как день, что он станет героем.       Мечта стала целью.       Хоть Инаса был ещё юн, но его контроль и мощь причуды были на достойном уровне. Сильные потоки ветра он контролировал с хирургической точностью, он даже мог нестись по воздуху.       Ветер, в любую секунду способный превратиться в бурю и ураган, был под стать энергичной и бурной личности Йоараши. И он точно знал, куда ему следует стремиться попасть. Геройская академия. Одна из ступенек для достижения его цели, уже не мечты. Прошли времена, когда он играл в героя в детском садике, воображая эпичные битвы со злодеями. Теперь он будет настоящим про-героем с настоящими сражениями за справедливость.       Однако в какую именно академию поступить, он пока не решил: ЮЭЙ или Шикецу?       У той и другой были высокие баллы в рейтинге лучших академий мира для подготовки про-героев. Хотя ЮЭЙ была именитей и известней, но у Шикецу была просто потрясная школьная форма! Только посмотрите на этот стиль, а эти головные уборы! Он давал сто пятьдесят процентов гарантии, что эта форма ему реально подойдёт.       В своих размышлениях, он быстро дошёл до нужного адреса.       И когда Инаса увидел место сбора, он разочаровался. Парень представлял это место как какую-нибудь контору или специальное для этого здание. Однако место, указанное в адресе, было непримечательным складским помещением, на голой стене которого висел одинокий плакат, возвещающий о сборе гражданского дозора.       Если бы он не знал о гражданском дозоре, то подумал бы, что там собираются заговорщики или преступники, замышляющие ограбление века.       Когда Инаса вошёл в здание, он разочаровался ещё больше. Убогое помещение, походящее разве что на складирование хлама. Пластмассовые стулья, на которых сидели люди, были словно с мусорной свалки. Лампочки то и дело мигали, а в воздухе висел стойкий запах гнилого дерева. Вдали от небольших окон, в неосвещенной части здания, виднелись пустые и поломанные стеллажи с какими-то банками и коробками.       Когда Инаса слушал «воодушевляющую» речь, он разочарование постигло его окончательно.       Где они, люди с «горячей кровью»?       Почему здесь так веет апатией и безволием?       Почему «лидер» дозора только и говорит о членских взносах?       Почему так?       Редкие хлопки гулко отдались от стен. От силы два десятка горожан, пришедших сюда.       Ему стало тошно от этого витающего в воздухе обмана. Инаса сжал кулаки и хотел уже уйти подальше от этого места и этих людей. Он неохотно поёжился, стало явно холоднее.       Сзади раздался тихий треск, словно скрежет льда. Парень мгновенно обернулся на звук, мгновенно насторожившись и взведя боевую готовность на максимум.       Толстый слой льда сковал всю противоположную стену, заключив дверь и окна, кроме одного, в мощный панцирь. Люди мгновенно подскочили с мест, жутко скрежеща стульями, а организаторы неловко попятились назад.       Из темноты вышел парень с накинутым капюшоном, который ввел рукой по замороженной стене, будто гладил огромного ледяного зверя. Вслед за ним развязно появился блондин, между пальцев которого струились ручейки дыма и раздавались маленькие взрывы. Последним из тени показался зеленоволосый парень с взлохмаченными волосами, который сделал короткий кивок.       В следующий момент из руки парня в капюшоне выскользнул яростный поток огня, прямо на места, где когда-то сидели люди. Миг и началась паника. Крики ужаса наполнили помещение. Все побежали к единственному незамурованному льдом окну. К окну, позволяющему вылезти только по одному.       Пламя полыхало, с жадностью пожирая деревянное покрытие пола. Использовать ветер в замкнутом пространстве было не самой лучшей идеей. Йоараши без раздумий применил причуду, чтобы потоками ветра пробить обледенелую дверь, при этом готовясь отразить любую атаку.       — Есть еще выход?!       — Он там, позади злодеев! — прокричал «лидер», яростно расталкивая горожан.       Йоараши невольно замер, обернувшись.       Хоть у них и были повязаны лица, он увидел до боли знакомое выражение глаз.       Это были такие же глаза как у того монстра, именуемого Старателем. Тот же холодный взгляд.       Инаса вживую видел Старателя, этого чудовищного злодея. И навсегда запомнил эту ужасающую ауру и его глаза. Бирюзово-голубые, яркие, но холодные, пронзающие насквозь.       Тогда парень был семиклассником, пытающимся тщетно справиться с задачей по физике. Как вдруг оконные окна лопнули, и его снесло взрывной волной. Мелкие осколки с жалящей болью впились в его спину. Благо, он не сидел лицом к окну. Но если бы сидел… По его спине пробежал холодок от одной мысли.       Осторожно выглянув на улицу, он замер.       Геройское агентство полыхало, будто ад вырвался наружу.       Агентство, которое было прямо через дорогу от его дома.       Агентство, которое было его мотивацией по пути в школу.       Агентство, чьих работников он знал наизусть.       И среди того ада он увидел громадную фигуру, полыхающую также яростно.       Инаса узнал его сразу.       Старатель. Злодей Номер Два.       Он выглядел как чёртово чудовище из геенны, с этими языками пламени на лице. Монстр, которого язык не поворачивается назвать человеком.       Инаса сколько себя помнил никогда не боялся огня. Когда-то он даже бросился в горящий дом и успешно спас оттуда человека. Но этот огонь его напугал. Казалось, что языки пламени лизали само небо. Его жар был словно из кузнечного горнила. А он помнил эту адскую температуру, когда приезжал на лето к дедушке-кузнецу. Как плавился казавшийся нерушимым металл.       Страх и гнев смешались в Йоараши. Одна часть хотела убежать и спрятаться от чудовища. Другая же хотела атаковать его, отомстить и наказать.       Ему казалось, что прошла целая вечность, но пролетело лишь мгновение. Праведный гнев одержал вверх.       Семиклассник выбежал наружу с яростным криком и в порывах ветра.       Чудовище повернуло голову на шум. И тогда он увидел эти глаза вживую, они заставили его внутренности нервно сжаться.       Инаса застыл.       Если Злодей Номер Два так пугающ, то каков Номер Один? Какой он монстр?       Фотографии и видео никак не передают то ужасающее давление ауры и силы. Теперь он понял, почему некоторые про-герои просто бегут от них, как звери от пожара.       Старатель посмотрел на него, вернее скользнул по нему бездушным взглядом, словно Инаса был никем, просто травой у обочины, камнем у дороги, тем, что не стоит его внимания.       Осознание ударило обухом. Злодей не видел в нем угрозы, он даже не достоин его пинка или удара, чего-то, что потратит время. Старатель просто ушёл.       И теперь после стольких лет он вновь увидел этот бездушный взгляд. И такой же огонь.       Йоараши больше не испугается. Его мысли завертелись. Не время для страха и воспоминаний. Здесь люди, которых нужно спасать.       Тогда у кого лёд? Он не видел, кто заморозил стену. Если у светловолосого взрывы, а у того пламя, то у парня с зелёными волосами — лёд.       Ледяной панцирь пошёл трещинами. Ещё несколько ударов и дверь откроется.       — Люди, дверь почти открыта, продолжайте бить лёд…       Инаса с ужасом увидел, что они не слышат его. Ему было неприятно признавать, но он в омерзении поморщился при виде истинной натуры этих людей. Они как животные толкали друг друга, пинались и дрались. Несколько человек уже протиснулось наружу, а оставшиеся продолжали месить друг друга в давке. Он понимал, что паника — опасная вещь, которая никак не сочетается с человечностью и разумом. Чувство страха, подавляющее логическое мышление. Остаётся лишь желание выжить, которое не замечает, что под ногами живые люди.       «Чёрт!»       Будто в замедленной съемке он видел, как расцветает букет взрыва. Яркая вспышка, чадящая дымом, чуть не задела его. Блондин дико смеясь, взорвал пустоту.       Однако ударная волна доходит до Йоараши, отбрасывая его на метр назад.       Только отточенные рефлексы уберегли его от ожогов и куда более опасных травм. Взрыв прошелся по касательной, лишь слегка подпалив одежду. Дым затмил обзор лишь на миг. Резкий порыв ветра развеял завесу, явив ему хищную улыбку нападающего.       — Не отвлекайся на этих свиней.       Блондин злобно оскалился, резко ускоряясь с помощью взрывов, добавляя атаке дополнительный импульс.       Инаса еле успел укрыть себя плотным ветряным потоком, когда ослепительная вспышка врезалась в него, словно метеор. Отголосок атаки больно прошёлся по нему. На миг ему показалось, что атака злодея пробьет его «щит», он даже почувствовал жар взрыва на своем лице. Страшно подумать, что сделает такой удар с обычным гражданским.       Это определенно опасная причуда, словно у злодея неисчерпаемый и незаметный запас мощной взрывчатки.       Блондин отскочил назад, словно заново оценивая противника. Инаса было подумал, что он испугался или что-то ещё, но нет. Тот заулыбался ещё кровожадней.       Йоараши, взлетев вверх в потоках ветра, отправил с десяток ветряных кос в блондина. В качестве предосторожности он окружил себя потоками ветра, его страховка на момент неожиданной атаки. Почти не замедляясь, светловолосый пробил взрывами летящие к нему косы, стремительно приближаясь к нему. Он внезапно подпрыгнул вверх в жёлтых вспышках, почти вплотную оказавшись перед ним.       Вновь ветер и взрывы сошлись в поединке. Несколько столкновений, и они отпрыгнули в стороны. Противники не особо отрывались друг от друга в скорости и в силе атак. Даже не было первой крови. Схватка могла затянутся. И те двое почему-то стоят в стороне и не вмешиваются. Они могли что-то задумать, да и блондин серьёзно даже не дерётся, будто разминается. И тогда Инаса решил.       Подцепив щебенку, он направил поток в сторону злодеев, разгоняя пойманные ветром предметы до приличной скорости, до достаточной силы удара, серьёзного, даже смертельного. Уже не такая безобидная щебенка летела прямо на злодеев. Они приготовились к защите. Ледяная стена стремительно поднималась, закрывая всех троих. Однако в последний миг поток увернулся в сторону, с силой ударившись в заледенелую дверь.       Оглушающий треск и ледяной панцирь осыпался, открывая выход из полыхающего здания. Люди рванули наружу. Яркий свет заходящего солнца проник в тёмное здание, освещённое лишь пламенем. Инаса на миг даже улыбнулся. Будто этот свет — надежда, луч солнца среди туч, долгожданный поток свежего воздуха в затхлом помещении.       Он отвлекся на этот ход, пропуская стремительную атаку внезапно появившегося блондина. Обжигающая вспышка и резкая боль пронзила его голову. В глазах то темнело, то до ужаса становилось так ярко. Через мгновение он уже падал.       — Ты, как вижу, хочешь стать героем.       Перед ним кто-то сидел на корточках и заглядывал ему прямо в лицо. Ярко-зелёные глаза будто смотрели ему в душу. Инаса пытался сфокусироваться, но кровь продолжала заливать ему глаза.       — Ты мог с нами продолжать драться, наплевав на этих выродков. Но ты как герой решил спасти их. Похвально. Даже сделал вид, что собираешься атаковать нас, но потом резко сменил направление. Умно, а так мы бы помешали твоей попытке открыть дверь. Однако ты её замаскировал под атаку.       Он похлопал его по плечу.       — Ты старался, спасал их, а они тебя бросили нам на растерзание. Те, кого ты так старался спасти, кинули тебя. Здание-то горит знатно уже, а ты здесь один. Но не бойся. Мы не монстры. Пока что. Потом увидимся, герой.       В тот момент Инаса потерял сознание.

***

      Он резко вскочил, изрядно напугав склонившегося над ним медика, который видимо перевязывал ему голову. Испуганный врач отскочил в сторону все также держа длинную полосу бинта с антисептиком.       — Эй! Парень! Не пугай так! И не вскакивай так резко. У тебя сотрясение мозга вообще-то, да и надышался дыма.       — Как остальные? — видя до сих пор напуганные глаза, он решил, что выглядит довольно безумно. Со своим двухметровым ростом и окровавленным лицом.       — Ничего серьёзного. Просто ссадины и ушибы, денёк подышат кислородом и всё будет нормально. А тебе точно полторы недели положено лежать в больнице. Многие говорят, что сотрясение — пустяк. Но нет! Всякое может быть.       Инаса качнулся, держась за голову, чувствуя там что-то влажное. Он поморщился, засохшая кровь неприятно стягивала кожу лица.       — Не бойся… Ожогов не останется, у тебя лицо немного подпалено. Но целители поколдуют и ещё большим красавчиком станешь.       Парень вообще не слушал, что говорил медик после слов «Не бойся». Он вспомнил, что тот зеленоглазый злодей говорил.       «Не бойся…»       Его оставили? Все сбежали? Он мог сгореть или быть убитым. Но его вынесли оттуда.       «Ха, смешно. Злодеи спасли будущего героя. Смешно».       Однозначно, что его кто-то вынес наружу. Вокруг мельтешили медики, полицейские и герои. Мощный поток воды тушил яростно полыхающее здание, поднимая клубы пара в уже потемневшее небо.       Сейчас раздумывая на холодную голову, он кое-что заметил. Никто серьёзно не пострадал, кроме него. Да и то это несколько ожогов и сотрясение. А если бы они хотели по-настоящему навредить? Тот парень в капюшоне мог всё к чёрту спалить. Никто бы не выбрался, даже он сам.       Значит, это были хулиганы? Почему он принял их за злодеев? По росту и телосложению те трое точно подростки, как и он. Это чья-то жестокая шутка? Спор на слабо? Можешь ли ты поджечь здание, полное людей? И из которого нельзя выбраться?       Парень встряхнул головой.       Нет, это точно были злодеи. Скорее всего, молодые злодеи, поросль. Хулиганы так не действуют и не дерутся. Он обязательно просмотрит все объявления и сайты про злодеев, может быть узнает их. Инаса запомнил их причуды. Но из-за дыма он не успел увидеть кто именно создал ледяную стену. Но даже так можно что-то нарыть.       «Чёрт, я такой слабак».       Это его первый настоящий бой, не мелкая потасовка в школьном дворе. Однако ему наверняка сделают выговор за несанкционированное применение причуды. Ну и хрен с ними. Он спас сегодня людей, какими бы они не были. Спас… Как самый настоящий про-герой.       Это было как осознание.       Сегодня Инаса стал героем. И несмотря на то, что его чуть не поджарили, он лишь сильнее укрепился в своём желании поступить в геройскую академию.       «Да, ещё увидимся, злодеи».