***

у Меня - два из сорока четырех, у Него - пустота разделенных болей. Ему все равно, что тело Его берет тень подъездная, но не более. Я шутом наряжаю себя легко. что бывает, когда умирает шут? Его взгляд как пропущенный апперкот, Его слово - порванный парашют. Мой язык - Мой враг, но любимый сын захочу, свяжу его в крепкий узел. Его, окровавленным и босым, снова видели в Льеже или Тулузе из Меня не вышло хорошей Ему жены, видно, так положено безнадегам. сорваны яблоки, яблони сожжены, и Его, как обычно, зовет за собой дорога.