Часть 1

Жизнь - сложная штука, особенно, когда ты ходишь по лезвию, каждую секунду имея возможность упасть с него в бездонную пропасть забвения. И самое обидное, что никто не поможет подняться, никто не удержит от падения. Почему люди считают, что в этом мире каждый сам за себя? Почему никто не хочет осознавать правду, скрывающуюся прямо у них под носом? И что делать, если ты все же оступился и падаешь вниз? Акиро долго размышлял насчёт этого, но так и не нашёл ответа на свои вопросы. Всё слишком запутано! Из раздумий его вывел грозный рык. Сейчас он стоял перед новым человеком в его жизни слуги, не понимая, что он уже успел сделать не так. Да уж, аристократы умели действовать ему на нервы, а их приближённые бесили ещё больше. Но что он мог сделать? Он был пленником этих людей столько, сколько себя помнит, и был благодарен, что они не убили его сразу. Теперь он должен быть "хорошим мальчиком" и делать то, что ему прикажут эти надоедливые люди. Слушая разглогольствования фаворита графа, ушастый невольно вжал голову в плечи. Этот голос был ему противен, а запах алкоголя, бьющий прямо в нос, заставлял ненавидеть этого человека ещё больше. - Ты слышал, что я сказал? - во второй раз спросил старший и невольно поразился его спокойствию. Только он не знал, что Фюрстенберг всё прослушал и сейчас коротко кивал на все навязчивые вопросы, чтобы от него отстали. Златоглазый настолько устал от подобных речей, повторяющихся чуть ли не слово в слово, что мог преспокойно повторить все слова от А до Я, но в этом не было нужды. Хотя, кое-что всё же оставалось проблемой. Он так увлёкся своими размышлениями, что не услышал имени своего хозяина. Это не было проблемой, ведь он мог решить её через контакт с другими слугами. Если они есть, конечно. Его беспокоила натура его нового хозяина. Что если он будет хуже, чем тот? А если он решит его убить, когда он надоест? Сглотнув, златоглазый последовал за мужчиной в свои новые "владения". Они не выглядели так, как ожидал Фюрстенберг. Там было чисто и довольно уютно.. Что ж, значит, служанки всё же есть, отлично. - Располагайся, чувствуй себя, как дома. - с лёгкой издёвкой в режущем слух голосе сказал аристократ, закрывая за собой дверь. И так, новый день на новом месте. А из головы все не выходила мысль о том, как он и его милая подружка попали сюда. В самом деле, ничего ведь не предвещало беды. Вспомнить бы даже их первую встречу.. Тогда ушастый охотник только-только приехал на новое место и бродил по коридорам, ища хоть кого-нибудь, кто поможет ему сориентироваться. «Стоит осмотреться, мало ли, собрание какое, а я тут ни к месту..» - решил было юноша, как вдруг послышался ещё один голос: - Вот ты где! Я тебя везде искала! Ты где пропадал? К блондину подбежала девица лет эдак 20, нахмурившись да недовольно скрестив руки на груди. Она была хороша собой, но этот миловидный образ рушила строгость, с которой она говорила и смотрела на несчастного Аки. Ушастый был заинтересован и стал внимательно слушать девушку, попутно успевая осматривать её. Видимо, просить о том, чтобы она провела его, не было смысла, пока эта леди не отчитает его. Незнакомка имела длинные каштановые волосы, заплетённые в косу, а к этим шелковистым локонам прилагались серые глаза, что словно сверкали в свете заходящего солнца. На щеках девицы были царапины и несколько грязных пятен. Шатенка была одета так же, как и остальные слуги, которых мельком видел Акиро, однако её вещи были опрятнее, что говорило о явной любви к чистоте. Парнишка нелепо улыбнулся, когда понял, что слишком долго смотрит на новую знакомую. Он опять всё прослушал! - Итак, надеюсь, что ты всё понял и вопросов у тебя не будет. - закончила свою речь девица и испытующе взглянула на своего нового подопечного. - Я.. А как Вас.. - Лин-Лин. Зови меня просто Лин-Лин. - фыркнула девица, понимая, что блондин даже не слушал её. Нахмурившись, она развернулась и жестом приказала следовать за ней. - Повторяю последний раз, тупица. Я не собираюсь нянчиться с тобой, так что можешь даже не расчитывать на то, что я буду тебя покрывать. Хозяин стерпит твои выходки, но чем их больше, тем меньше терпения у него остаётся. Будь добр выполнять свои обязанности как слуги, если не хочешь получить! Фюрстенберг закивал, чувствуя, что не может сказать ничего этой девушке, чтобы не разозлить её. Она явно была не в настроении, поэтому лишний раз портить его своей наставнице он не хотел. Пройдя следом за шатенкой, Акиро с удивлением понял, что раньше был в этом месте. Или, может, ему только показалось? Этот зал пропах алкоголем и табачным дымом. Нет, это не может быть правдой! Он не хотел возвращаться в это место снова. Неужели это то самое место, куда однажды его отправили в качестве работника? Однако, чем дальше проходил блондин, тем увереннее он становился. Нет, ему просто показалось. - Мы пришли. - буркнула старшая, открывая дверь. - Это твоё рабочее место. Очень жаль, но твоим напарником буду я. Не нервируй меня, и мы сработаемся. Сероглазая особа мельком осмотрела комнату, кивнула каким-то своим мыслям и ушла. С того момента прошло не так много времени. Всего каких-то пару месяцев. Он исправно выполнял свои обязанности, однако в какой-то момент решил расслабиться. В конце концов, он был лучшим среди всех слуг "безымянного", как тайком решил называть господина блондин. Он имел право на небольшой отдых! Хотя бы на эту ночь. Ему было необходимо восстановить силы, учитывая, что скоро у хозяина сея поместья был назначен приём. Гости явно не будут рады, если на столе у этого человека будет пусто, а особняк будет весь в пыли, грязи и, проще говоря, неухожен. Никому бы не понравилось такое, и получил бы, в первую очередь, сам Фюрстенберг. Ну, или не совсем в первую. В поместье сеньора Макдилла, как звали того самого "безымянного" господина ушастого негодника, между слугами ходило одно негласное правило: «Не хочешь делать сам - свали на другого». И все, как бы глупо это ни было, следовали этому правилу. Старший слуга, Нирро, скинул обязанности по приготовлению на своих помощников, а те в свою очередь продолжили цепочку, по убыванию. Одни переложили на других, другие - на третьих, и вот, в конце концов, цепь передач нашла свой конец в лице Аки. Паренёк не любил выполнять грязную работу, которую изначально отдавали другим. Хотя, кто его спрашивал, нравится ему это, или нет? Сказали делай, значит делай. Тяжело вздохнув, младший слуга поднялся с кровати и подошёл к стене, где виднелось маленькое окошко. Златоглазый с радостью понял, что на дворе стало заметно теплее, когда выглянул наружу: в саду распускались цветы, над ними кружились бабочки, кое-где сновали маленькие птички, ищущие пропитание, а из-за них колыхалась трава. Ветер гулял меж молоденьких деревьев, и они весело шелестели листьями от его прикосновений. День начался, как нельзя лучше. Сейчас недо-кот искренне надеялся, что его небольшой отдых никто и ничто не испортит. Он встал на носочки и потянулся. Наконец-то, впервые за долгое время, он смог расслабиться и получить удовольствие от простого пребывания в одиночестве. Блондин освободил от хватки верёвочки, которой он обычно заплетал волосы в маленький хвостик, не только свои тёмные локоны, но и ушки. Кошачьи уши - дефект его оборотных заклинаний. Что бы он не делал, эти проклятые уши не исчезали, словно они всегда были с ним, поэтому вскоре юный актёр смирился с этим. Он решил просто прятать свой маленький недостаток от других людей. От этого только беды и проблемы. Спасения нет от этого всего! Фюрстенберг снова присел на койку и прикрыл свои золотистые очи, на миг представляя себя маленькой птичкой, летящей прочь от этого страшного места. Он представлял, что ничего этого не было, что он не пленник. Он грезил, что его семья ещё жива. Обе семьи - и родная, и приёмная. Он надеялся на то, что кто-нибудь сжалится над ним и, наконец, отпустит на волю, но.. пока этого не произошло. Что ж, по крайней мере, ему давали передышки, так что жаловаться на это было бы глупо. Некоторые работали с утра до ночи без перерывов, так что ему повезло. Младший слуга спокойно стоял около распахнутого окошечка, пока не услышал знакомый девичий голосок. О да, Лин-Лин как всегда вовремя. На часах ещё нет восьми, а она уже хлопочет. - Акиро Фюрстенберг! - громко позвала шатенка, и вслед за её зовом последовал стук в дверь. - Открывай сейчас же. Тебя нужно приодеть. У герцога сегодня важная встреча! Он сказал, что все должны выглядеть прилежно, а не как..уличные шавки. - Терпеть не могу собак, ты же знаешь, Лин. - недовольно протянул блондин, невольно оторвавшись от лицезрения прекрасной природы и подходя к деревянной двери. Их господин не мог жить без различного рода ругательств, но при людях знатных да богатых он придерживался таких странных, хоть и вполне объяснимых изречений. Учитывая, что сам златоглазый был кошатником, он не разделял и любви своего хозяина к своим псам. Их, на минуточку, герцог любил даже больше, чем свою жену и сына. Молодая герцогиня, пусть и была ревнивицей, не беспокоилась о его симпатии к этим зверям. И за что они их вообще любят? Недовольно фыркнув, блондин открыл дверь, пропуская подругу внутрь комнаты. Последняя тут же вскинула руками и вздохнула. - Аки, я понимаю, что ты очень любишь свой бардак, но это уже чересчур. Ну-ка, живенько сложи всё это в кучку. Разберём после. - со спокойствием в голосе проговорила сероглазая. - Нужно сделать из тебя хорошенького мальчика, а не чучело с огорода! - Но.. - попытался было возразить младший слуга, но лёгкий жест бледной руки заставил паренька стихнуть. Да кто он такой, чтобы возражать ей? Юноша послушно сгрёб весь хлам в кучку и сел на стул, кивнул - дескать делай, что хотела - и замер неподвижно, словно маленькая статуя. Лин-Лин тут же принялась за работу, и уже через двадцать минут стараний молодой служанки на нее смотрел уже совершенно другой человек. Опрятный, чистый, пригожий. Коротковатые светлые волосы были причёсаны, пряча кошачьи уши паренька. Золотистые глаза были прикрыты, на щеках красовался лёгкий румянец от холода в коморке. Поглаженная, чистая рубашка с загнутыми вовнутрь манжетами сидела на нем, как влитая, а тёмно-серый жилет подчёркивал некую строгость этого наряда. Сразу видно - парадная форма. Обычно делами Фюрстенберг занимался в одёжке старой и пошарпанной, под предлогом того, что ее не жалко. - Вот. Теперь выглядишь, как человек! - улыбнулась старшая, - Просто глаз не оторвать. Красавец! - Ты тоже симпатичная в этом платье. - усмехнулся бывший охотник, только сейчас заметив, как его подруга прихорошилась. Последняя мило улыбнулась, будто благодаря его за комплимент. Она взяла его под руку и потащила к выходу из комнаты. Уже в коридоре был слышен шум от суетившихся в громадной зале слуг. Они во всю готовились к прибытию гостей. Фавориты герцога, обычно сваливающие свои обязанности на других, сейчас тоже были при делах. На подготовку оставался всего час, они должны были успеть. Слова были излишни. По сложившейся ситуации можно было догадаться, что в гостях будет кто-то новый. Кто-то, чье внимание жаждал заполучить герцог-собачник. - О, вот вы где! - окликнул парочку один из слуг. - Я уж думал, не дождусь. Идите за мной, поможете. Акиро тяжело вздохнул, но ничего не сказал и последовал за знакомым на кухню. Что ни говори, а отдохнуть ему бы не дали. Ни сегодня, ни завтра. Если хозяин решил устроить прием, то этот прием будет длиться уйму времени, вплоть до выходных. А там уж отдохнут все, и бывший охотник в том числе. С этой мыслью он выслушал знакомого и принялся за выполнение своей части работы. И вот, спустя время долгого и усердного труда все было, наконец-то, приготовлено к прибытию гостей. Следующие несколько часов превратились для младшего слуги в нескончаемый цикл беготни из залы на кухню, и обратно. Он сновал туда-сюда по приказам гостей герцога, то и дело пересекаясь с фаворитом последнего. Этот паршивец, за всё то время, что Фюрстенберг провёл в этом поместье, ни разу не выполнил того, о чём его просили старшие по чину, умудряясь сочинять ложь, которой все верили. До сих пор никто, кроме тех, кому частенько перепадали обязанности старшего, не знал, что на самом деле этот тип ни черта не делает, лишь притворяясь умелым да преданным слугой. Однако сейчас и этот мужчина был крайне взволнован. Причина была неизвестна ровно до десяти часов. Люди начали понемногу разбредаться: одни в отведенные специально для них комнаты, другие из них давно покинули поместье, а остальные ещё продолжали сидеть, задорно переговариваясь между собой. В этот-то момент все и подкосилось. В усмерть пьяный господин ушастого охотника предложил одному из своих гостей выбрать любого его слугу и забрать себе. Вот это было неожиданно. Однако Аки почему-то не сомневался в том, что наутро мужчина даже и не вспомнит о своем предложении, как и о неизвестно куда пропавших слугах. Двое. Позволено было выбрать двоих. Молодой на вид и довольно симпатичный мужчина, как заметил младший, за весь вечер не притронулся к чарке с алкоголем. Он был абсолютно трезв, что немного напугало Акиро. Он согласился на предложение герцога не под действием алкоголя, а вполне обдуманно. - Лин-Лин! - тихо шепнул златоглазый, приближаясь к расставляющей стаканы подруге. - Он хочет отдать кого-нибудь из нас тому странному человеку за столом. Шатенка краем глаза взглянула на мужчину, легко улыбающегося на все речи пьяного собеседника. Она тихо фыркнула и мотнула головой, перекладывая использованную посуду на принесённый Фюрстенбергом поднос, который он же и держал в руках. - Он пьян, не видишь что ли? Завтра они обо всем забудут. - сказала было сероглазая, но тут же осталась, заметив как напрягся ее приятель. - Он не выпил ни одного бокала, ни одной чарки.. Ни капли хмеля в него не попало, понимаешь? - дрогнувшим голосом пробормотал блондин и направился в сторону кухни, оставив наставницу наедине со своими мыслями. - А вот любого выбирайте, Господин Мирроэйн! - услышал бывший охотник, когда вышел в зал с новым подносом, - Вот любого! Никого для вас не жалко! Считайте это подарком для старого друга. Заметив, что младший слуга смотрит на них и внимательно прислушивается, названный гость чуть улыбнулся ему. Ушастый отвёл взгляд в сторону, словно он тут ни причём, и поспешил было уйти, однако громкий голос Господина заставил беднягу замереть, вжав голову в плечи. - Эй, ты! Иди-ка сюда. - позвал аристократ, на что Акиро поначалу не отреагировал, лишь похлопав глазами. Что-что, а вот актерская игра у этого паренька была на высоте. Пьяный мужчина кивнул, снова позвав младшего, на этот раз даже попытавшись назвать его имя. Это у него, к сожалению или к счастью, не вышло, но Фюрстенбергу пришлось откликнуться на зов. Он не хотел ещё бо́льших проблем. Блондин приблизился к аристократам и замер прямо с подносом в руках. Его хозяин начал свою речь. - Значит так! По зав-вершению банкета ты отправишься вместе с этим уважаемым человеком. - говорил он, - Такова моя воля! Ушастый стих. Да, он хотел убежать подальше отсюда. Да, ему не нравилось всё, что здесь происходило. Но разве есть гарантии, что там не будет хуже, чем здесь? Уверенности не было, но оспаривать решение аристократа, а тем более выпившего, он не посмел бы. Пока что инстинкт самосохранения был выше его желаний высказать свое мнение об этих людях. - Это все, мой Господин? - как всегда спокойно протянул златоглазый, - Мне продолжить свою работу? - Продолжай. - на выдохе произнес мужчина. Аки взглянул на него, развернулся и продолжил свои дела. Этот тип был слишком пьян, чтобы заметить презрение в глазах младшего слуги, учитывая, что даже в трезвом виде он никогда не замечал этого. Безвольный актёр, прежде ворующий на рынках еду да охотящийся в лесах, что были неподалеку, был пойман людьми одного из баронов. Оказывается, эти люди и часть лесов себе присвоили! Да кто ж знал-то? Непутёвый охотник не знал, проклинать ли ему судьбу или благодарить, но поймавшие его люди заметили уши на голове парнишки и решили подарить его своему начальнику. Как игрушку.. А ведь они могли просто его убить! Наигравшись вдоволь, аристократы просто отдали его. И так раз за разом. Размышления о прошлом и работа уже не оставляли времени на перешёптывания с Лин-Лин, на причитания, на проклинание своей судьбы. Вообще ни на что. Время будто остановилось. Акиро даже успел позабыть о том, что его хотят отдать некому Господину Мирроэйну. Но вот банкет, наконец-то, подошёл к концу. Обладатель золотых очей относил грязную посуду в сторону, где хлопотала добрая кухарка со своей милой помощницей. Следующим утром, быть может, это все продолжится, но его ноги завтра точно здесь не будет. Жизнь - сложная штука, особенно, когда ты ходишь по лезвию, каждую секунду имея возможность упасть с него в бездонную пропасть забвения. И самое обидное, что никто не поможет подняться, никто не удержит от падения. Почему люди считают, что в этом мире каждый сам за себя? Почему никто не хочет осознавать правду, скрывающуюся прямо у них под носом? И что делать, если ты все же оступился и падаешь вниз? Акиро долго размышлял насчёт этого, но так и не нашёл ответа на свои вопросы. Всё слишком запутано! Из раздумий его вывел грозный рык. Сейчас он стоял перед новым человеком в его жизни слуги, не понимая, что он уже успел сделать не так. Да уж, аристократы умели действовать ему на нервы, а их приближённые бесили ещё больше. Но что он мог сделать? Он был пленником этих людей столько, сколько себя помнит, и был благодарен, что они не убили его сразу. Теперь он должен быть "хорошим мальчиком" и делать то, что ему прикажут эти надоедливые люди. Слушая разглогольствования фаворита графа, ушастый невольно вжал голову в плечи. Этот голос был ему противен, а запах алкоголя, бьющий прямо в нос, заставлял ненавидеть этого человека ещё больше. - Ты слышал, что я сказал? - во второй раз спросил старший и невольно поразился его спокойствию. Только он не знал, что Фюрстенберг всё прослушал и сейчас коротко кивал на все навязчивые вопросы, чтобы от него отстали. Златоглазый настолько устал от подобных речей, повторяющихся чуть ли не слово в слово, что мог преспокойно повторить все слова от А до Я, но в этом не было нужды. Хотя, кое-что всё же оставалось проблемой. Он так увлёкся своими размышлениями, что не услышал имени своего хозяина. Это не было проблемой, ведь он мог решить её через контакт с другими слугами. Если они есть, конечно. Его беспокоила натура его нового хозяина. Что если он будет хуже, чем тот? А если он решит его убить, когда он надоест? Сглотнув, златоглазый последовал за мужчиной в свои новые "владения". Они не выглядели так, как ожидал Фюрстенберг. Там было чисто и довольно уютно.. Что ж, значит, служанки всё же есть, отлично. - Располагайся, чувствуй себя, как дома. - с лёгкой издёвкой в режущем слух голосе сказал аристократ, закрывая за собой дверь. И так, новый день на новом месте. А из головы все не выходила мысль о том, как он и его милая подружка попали сюда. В самом деле, ничего ведь не предвещало беды. Вспомнить бы даже их первую встречу.. Тогда ушастый охотник только-только приехал на новое место и бродил по коридорам, ища хоть кого-нибудь, кто поможет ему сориентироваться. «Стоит осмотреться, мало ли, собрание какое, а я тут ни к месту..» - решил было юноша, как вдруг послышался ещё один голос: - Вот ты где! Я тебя везде искала! Ты где пропадал? К блондину подбежала девица лет эдак 20, нахмурившись да недовольно скрестив руки на груди. Она была хороша собой, но этот миловидный образ рушила строгость, с которой она говорила и смотрела на несчастного Аки. Ушастый был заинтересован и стал внимательно слушать девушку, попутно успевая осматривать её. Видимо, просить о том, чтобы она провела его, не было смысла, пока эта леди не отчитает его. Незнакомка имела длинные каштановые волосы, заплетённые в косу, а к этим шелковистым локонам прилагались серые глаза, что словно сверкали в свете заходящего солнца. На щеках девицы были царапины и несколько грязных пятен. Шатенка была одета так же, как и остальные слуги, которых мельком видел Акиро, однако её вещи были опрятнее, что говорило о явной любви к чистоте. Парнишка нелепо улыбнулся, когда понял, что слишком долго смотрит на новую знакомую. Он опять всё прослушал! - Итак, надеюсь, что ты всё понял и вопросов у тебя не будет. - закончила свою речь девица и испытующе взглянула на своего нового подопечного. - Я.. А как Вас.. - Лин-Лин. Зови меня просто Лин-Лин. - фыркнула девица, понимая, что блондин даже не слушал её. Нахмурившись, она развернулась и жестом приказала следовать за ней. - Повторяю последний раз, тупица. Я не собираюсь нянчиться с тобой, так что можешь даже не расчитывать на то, что я буду тебя покрывать. Хозяин стерпит твои выходки, но чем их больше, тем меньше терпения у него остаётся. Будь добр выполнять свои обязанности как слуги, если не хочешь получить! Фюрстенберг закивал, чувствуя, что не может сказать ничего этой девушке, чтобы не разозлить её. Она явно была не в настроении, поэтому лишний раз портить его своей наставнице он не хотел. Пройдя следом за шатенкой, Акиро с удивлением понял, что раньше был в этом месте. Или, может, ему только показалось? Этот зал пропах алкоголем и табачным дымом. Нет, это не может быть правдой! Он не хотел возвращаться в это место снова. Неужели это то самое место, куда однажды его отправили в качестве работника? Однако, чем дальше проходил блондин, тем увереннее он становился. Нет, ему просто показалось. - Мы пришли. - буркнула старшая, открывая дверь. - Это твоё рабочее место. Очень жаль, но твоим напарником буду я. Не нервируй меня, и мы сработаемся. Сероглазая особа мельком осмотрела комнату, кивнула каким-то своим мыслям и ушла. С того момента прошло не так много времени. Всего каких-то пару месяцев. Он исправно выполнял свои обязанности, однако в какой-то момент решил расслабиться. В конце концов, он был лучшим среди всех слуг "безымянного", как тайком решил называть господина блондин. Он имел право на небольшой отдых! Хотя бы на эту ночь. Ему было необходимо восстановить силы, учитывая, что скоро у хозяина сея поместья был назначен приём. Гости явно не будут рады, если на столе у этого человека будет пусто, а особняк будет весь в пыли, грязи и, проще говоря, неухожен. Никому бы не понравилось такое, и получил бы, в первую очередь, сам Фюрстенберг. Ну, или не совсем в первую. В поместье сеньора Макдилла, как звали того самого "безымянного" господина ушастого негодника, между слугами ходило одно негласное правило: «Не хочешь делать сам - свали на другого». И все, как бы глупо это ни было, следовали этому правилу. Старший слуга, Нирро, скинул обязанности по приготовлению на своих помощников, а те в свою очередь продолжили цепочку, по убыванию. Одни переложили на других, другие - на третьих, и вот, в конце концов, цепь передач нашла свой конец в лице Аки. Паренёк не любил выполнять грязную работу, которую изначально отдавали другим. Хотя, кто его спрашивал, нравится ему это, или нет? Сказали делай, значит делай. Тяжело вздохнув, младший слуга поднялся с кровати и подошёл к стене, где виднелось маленькое окошко. Златоглазый с радостью понял, что на дворе стало заметно теплее, когда выглянул наружу: в саду распускались цветы, над ними кружились бабочки, кое-где сновали маленькие птички, ищущие пропитание, а из-за них колыхалась трава. Ветер гулял меж молоденьких деревьев, и они весело шелестели листьями от его прикосновений. День начался, как нельзя лучше. Сейчас недо-кот искренне надеялся, что его небольшой отдых никто и ничто не испортит. Он встал на носочки и потянулся. Наконец-то, впервые за долгое время, он смог расслабиться и получить удовольствие от простого пребывания в одиночестве. Блондин освободил от хватки верёвочки, которой он обычно заплетал волосы в маленький хвостик, не только свои тёмные локоны, но и ушки. Кошачьи уши - дефект его оборотных заклинаний. Что бы он не делал, эти проклятые уши не исчезали, словно они всегда были с ним, поэтому вскоре юный актёр смирился с этим. Он решил просто прятать свой маленький недостаток от других людей. От этого только беды и проблемы. Спасения нет от этого всего! Фюрстенберг снова присел на койку и прикрыл свои золотистые очи, на миг представляя себя маленькой птичкой, летящей прочь от этого страшного места. Он представлял, что ничего этого не было, что он не пленник. Он грезил, что его семья ещё жива. Обе семьи - и родная, и приёмная. Он надеялся на то, что кто-нибудь сжалится над ним и, наконец, отпустит на волю, но.. пока этого не произошло. Что ж, по крайней мере, ему давали передышки, так что жаловаться на это было бы глупо. Некоторые работали с утра до ночи без перерывов, так что ему повезло. Младший слуга спокойно стоял около распахнутого окошечка, пока не услышал знакомый девичий голосок. О да, Лин-Лин как всегда вовремя. На часах ещё нет восьми, а она уже хлопочет. - Акиро Фюрстенберг! - громко позвала шатенка, и вслед за её зовом последовал стук в дверь. - Открывай сейчас же. Тебя нужно приодеть. У герцога сегодня важная встреча! Он сказал, что все должны выглядеть прилежно, а не как..уличные шавки. - Терпеть не могу собак, ты же знаешь, Лин. - недовольно протянул блондин, невольно оторвавшись от лицезрения прекрасной природы и подходя к деревянной двери. Их господин не мог жить без различного рода ругательств, но при людях знатных да богатых он придерживался таких странных, хоть и вполне объяснимых изречений. Учитывая, что сам златоглазый был кошатником, он не разделял и любви своего хозяина к своим псам. Их, на минуточку, герцог любил даже больше, чем свою жену и сына. Молодая герцогиня, пусть и была ревнивицей, не беспокоилась о его симпатии к этим зверям. И за что они их вообще любят? Недовольно фыркнув, блондин открыл дверь, пропуская подругу внутрь комнаты. Последняя тут же вскинула руками и вздохнула. - Аки, я понимаю, что ты очень любишь свой бардак, но это уже чересчур. Ну-ка, живенько сложи всё это в кучку. Разберём после. - со спокойствием в голосе проговорила сероглазая. - Нужно сделать из тебя хорошенького мальчика, а не чучело с огорода! - Но.. - попытался было возразить младший слуга, но лёгкий жест бледной руки заставил паренька стихнуть. Да кто он такой, чтобы возражать ей? Юноша послушно сгрёб весь хлам в кучку и сел на стул, кивнул - дескать делай, что хотела - и замер неподвижно, словно маленькая статуя. Лин-Лин тут же принялась за работу, и уже через двадцать минут стараний молодой служанки на нее смотрел уже совершенно другой человек. Опрятный, чистый, пригожий. Коротковатые светлые волосы были причёсаны, пряча кошачьи уши паренька. Золотистые глаза были прикрыты, на щеках красовался лёгкий румянец от холода в коморке. Поглаженная, чистая рубашка с загнутыми вовнутрь манжетами сидела на нем, как влитая, а тёмно-серый жилет подчёркивал некую строгость этого наряда. Сразу видно - парадная форма. Обычно делами Фюрстенберг занимался в одёжке старой и пошарпанной, под предлогом того, что ее не жалко. - Вот. Теперь выглядишь, как человек! - улыбнулась старшая, - Просто глаз не оторвать. Красавец! - Ты тоже симпатичная в этом платье. - усмехнулся бывший охотник, только сейчас заметив, как его подруга прихорошилась. Последняя мило улыбнулась, будто благодаря его за комплимент. Она взяла его под руку и потащила к выходу из комнаты. Уже в коридоре был слышен шум от суетившихся в громадной зале слуг. Они во всю готовились к прибытию гостей. Фавориты герцога, обычно сваливающие свои обязанности на других, сейчас тоже были при делах. На подготовку оставался всего час, они должны были успеть. Слова были излишни. По сложившейся ситуации можно было догадаться, что в гостях будет кто-то новый. Кто-то, чье внимание жаждал заполучить герцог-собачник. - О, вот вы где! - окликнул парочку один из слуг. - Я уж думал, не дождусь. Идите за мной, поможете. Акиро тяжело вздохнул, но ничего не сказал и последовал за знакомым на кухню. Что ни говори, а отдохнуть ему бы не дали. Ни сегодня, ни завтра. Если хозяин решил устроить прием, то этот прием будет длиться уйму времени, вплоть до выходных. А там уж отдохнут все, и бывший охотник в том числе. С этой мыслью он выслушал знакомого и принялся за выполнение своей части работы. И вот, спустя время долгого и усердного труда все было, наконец-то, приготовлено к прибытию гостей. Следующие несколько часов превратились для младшего слуги в нескончаемый цикл беготни из залы на кухню, и обратно. Он сновал туда-сюда по приказам гостей герцога, то и дело пересекаясь с фаворитом последнего. Этот паршивец, за всё то время, что Фюрстенберг провёл в этом поместье, ни разу не выполнил того, о чём его просили старшие по чину, умудряясь сочинять ложь, которой все верили. До сих пор никто, кроме тех, кому частенько перепадали обязанности старшего, не знал, что на самом деле этот тип ни черта не делает, лишь притворяясь умелым да преданным слугой. Однако сейчас и этот мужчина был крайне взволнован. Причина была неизвестна ровно до десяти часов. Люди начали понемногу разбредаться: одни в отведенные специально для них комнаты, другие из них давно покинули поместье, а остальные ещё продолжали сидеть, задорно переговариваясь между собой. В этот-то момент все и подкосилось. В усмерть пьяный господин ушастого охотника предложил одному из своих гостей выбрать любого его слугу и забрать себе. Вот это было неожиданно. Однако Аки почему-то не сомневался в том, что наутро мужчина даже и не вспомнит о своем предложении, как и о неизвестно куда пропавших слугах. Двое. Позволено было выбрать двоих. Молодой на вид и довольно симпатичный мужчина, как заметил младший, за весь вечер не притронулся к чарке с алкоголем. Он был абсолютно трезв, что немного напугало Акиро. Он согласился на предложение герцога не под действием алкоголя, а вполне обдуманно. - Лин-Лин! - тихо шепнул златоглазый, приближаясь к расставляющей стаканы подруге. - Он хочет отдать кого-нибудь из нас тому странному человеку за столом. Шатенка краем глаза взглянула на мужчину, легко улыбающегося на все речи пьяного собеседника. Она тихо фыркнула и мотнула головой, перекладывая использованную посуду на принесённый Фюрстенбергом поднос, который он же и держал в руках. - Он пьян, не видишь что ли? Завтра они обо всем забудут. - сказала было сероглазая, но тут же осталась, заметив как напрягся ее приятель. - Он не выпил ни одного бокала, ни одной чарки.. Ни капли хмеля в него не попало, понимаешь? - дрогнувшим голосом пробормотал блондин и направился в сторону кухни, оставив наставницу наедине со своими мыслями. - А вот любого выбирайте, Господин Мирроэйн! - услышал бывший охотник, когда вышел в зал с новым подносом, - Вот любого! Никого для вас не жалко! Считайте это подарком для старого друга. Заметив, что младший слуга смотрит на них и внимательно прислушивается, названный гость чуть улыбнулся ему. Ушастый отвёл взгляд в сторону, словно он тут ни причём, и поспешил было уйти, однако громкий голос Господина заставил беднягу замереть, вжав голову в плечи. - Эй, ты! Иди-ка сюда. - позвал аристократ, на что Акиро поначалу не отреагировал, лишь похлопав глазами. Что-что, а вот актерская игра у этого паренька была на высоте. Пьяный мужчина кивнул, снова позвав младшего, на этот раз даже попытавшись назвать его имя. Это у него, к сожалению или к счастью, не вышло, но Фюрстенбергу пришлось откликнуться на зов. Он не хотел ещё бо́льших проблем. Блондин приблизился к аристократам и замер прямо с подносом в руках. Его хозяин начал свою речь. - Значит так! По зав-вершению банкета ты отправишься вместе с этим уважаемым человеком. - говорил он, - Такова моя воля! Ушастый стих. Да, он хотел убежать подальше отсюда. Да, ему не нравилось всё, что здесь происходило. Но разве есть гарантии, что там не будет хуже, чем здесь? Уверенности не было, но оспаривать решение аристократа, а тем более выпившего, он не посмел бы. Пока что инстинкт самосохранения был выше его желаний высказать свое мнение об этих людях. - Это все, мой Господин? - как всегда спокойно протянул златоглазый, - Мне продолжить свою работу? - Продолжай. - на выдохе произнес мужчина. Аки взглянул на него, развернулся и продолжил свои дела. Этот тип был слишком пьян, чтобы заметить презрение в глазах младшего слуги, учитывая, что даже в трезвом виде он никогда не замечал этого. Безвольный актёр, прежде ворующий на рынках еду да охотящийся в лесах, что были неподалеку, был пойман людьми одного из баронов. Оказывается, эти люди и часть лесов себе присвоили! Да кто ж знал-то? Непутёвый охотник не знал, проклинать ли ему судьбу или благодарить, но поймавшие его люди заметили уши на голове парнишки и решили подарить его своему начальнику. Как игрушку.. А ведь они могли просто его убить! Наигравшись вдоволь, аристократы просто отдали его. И так раз за разом. Размышления о прошлом и работа уже не оставляли времени на перешёптывания с Лин-Лин, на причитания, на проклинание своей судьбы. Вообще ни на что. Время будто остановилось. Акиро даже успел позабыть о том, что его хотят отдать некому Господину Мирроэйну. Но вот банкет, наконец-то, подошёл к концу. Обладатель золотых очей относил грязную посуду в сторону, где хлопотала добрая кухарка со своей милой помощницей. Следующим утром, быть может, это все продолжится, но его ноги завтра точно здесь не будет.