Я вновь вспоминаю беспечные дни.

- Мне кажется ты совсем забыл где ты находишься!! Когда тебе в лицо прилетает кулак, день наверное кажется ужасным, в особенности когда ситуация итак не из самых лучших. Кто вообще мог разрешить такому индивиду как Крису оставаться в совете? - Не приводи к драке, ты прекрасно понимаешь что прав в этой ситуации я. К тому же разве есть смысл выходить наружу именно в этот момент? Черт! Я не питаю никакой симпатии к идее сгинуть средь ходячих кусков дерьма с кишками вокруг шеи! Кажется мои слова лишь больше задели его. Хоть меня и совершенно не ебет факт того что его чекнутая мамаша относится к тем кто без банальных антибиотиков скоро коньки отбросит, но в какой-то степени мне даже было жалко его, когда на красном лице брови резко начинали вздрагивать, а глаза метались по моему телу в попытке найти слабое место. Думаю он бы продолжил пихать мне кулаки в морду если бы я быстрее не направил на него пушку. - Я сказал тебе прямо, ты либо садишь свой тощий зад на кушетку, либо в одиночку идёшь разъебывать стаю биомусора, пока она ещё не разъебала тебя! Парень с треском сел на кушетку, его руки колотились пока держались за лоб в попытке придумать решение, наш спор зашел в тупик. Он и сам вероятно понимал что у нас нет шансов выжить на воле сейчас, да и потом тоже. Мы все говно которое не смылось при первом залпе. Даже я будучи военным со стажем не смог бы одолеть даже мелкую семейку заражённых этой грибковоподобной хренотенью. - Нет, черта с два! Я не позволю тебе, сукин ты сын, забрать у меня возможность спасти хотя бы ее! С грохотом он поднялся и схватив с бочки ,наполненной фильтрованной водой, автомат 5 калибра, ёмкостью 30 патронов, побежал к вышке, я лишь смотрел ему в след думая насколько это идиотская затея. Я не пытался его остановить, мне было по боку, однако его попыталась остановить Айма, коей я с ходу преградил дорогу. Причин было много: начиная от осознания того насколько беспечно ведёт себя юноша, до мысли о том что жертвенника и смерть не изменит. Ну, или же это едкое чувство кислоты на сердце от картины в которой она помогает такому как он ничтожеству. - Давай забудем о чувствах, одним самоубийцей больше, одним самоубийцей меньше, ты ему не поможешь. Бледное, прекрасное личико дрогнуло, губки разошлись хотя что-то сказать, но также быстро захлопнулись не в силах возразить мне. - Ты изменился.. Ее тонкие ручки кои я так старался откормить, дабы они не выглядели столь больными обняли меня, отчего я всё больше осознавал свою никчемность пред этой женщиной. Лишь она знала мои истинные намерения и даже сейчас вероятно заметила как мои руки ответно дернулись и осторожно коснулись ее боясь сломать столь хрупкую статуэтку. Её бархатная щечка потерлась о мою щетину, которая наверное доставляла ей неудобства. Я до сих пор помню как она жаловалась что я становлюсь похож на чупокабрку когда на моем лице вновь и вновь вырастает этот черный мох. - Изменился не я, изменилось моё мировоззрение. Она скривилась от улыбки. Когда Айма отпустила меня я почувствовал медленно угасающее тепло что и так давалось мне с трудом после тех дней, казалось она раз за разом идёт дальше пока я словно обращённый в камень стою и наблюдаю за этим. - Ты снова врешь мне...надеюсь эта привычка выйдет из твоего ума до моей смерти. Шаги эхом раздались по узкому коридору, кажется, они вновь одновременно с бетонным полом прошлись по мне. Мне плевать на мальчишку, мне плевать на бога или какой-там шутник наблюдает за мной, мне даже плевать на то как ежедневно смерть всё сильнее настигает каждого. Айма, та, кого я обязан спасти любой ценой.