Часть 1 и последняя

Умереть – значит перестать умирать. Ночь. Что делают люди ночью? Кто-то спит, это понятно, ведь сейчас ночь. Кто-то сидит у окна, как та девочка-эмо, и пытается понять чувства мира и свои собственные, но у них ничего не выходит. Или выходит, но это не интересно. Кто-то мучается от боли, давая миру новую жизнь. Кто-то наоборот отнимает чужую, стараясь за ее счет поправить свое положение. Как эгоистично, не находите? Вариантов много, все они разные, все не переберешь. И все это за одну ночь, за 12 часов. На пол ванной комнаты полетели мыльница, пара бутыльков с шампунем и гелем, несколько коробочек с солями и прочими женскими штучками. Мужчина перевел дыхание от резкого скачка адреналина и снова закашлялся. Измученный болезнью, он сплюнул комок крови и пару листиков в раковину. По белому лицу катились капли пота, мужчина устал от жизни, полной боли и мучений, но исправить ничего не мог. Посмотрев в зеркало, он ухмыльнулся своему отражению и запустил пятерню в волосы: - Ничего, прорвемся! Так он говорил постоянно, каждую ночь, пытаясь то ли подбодрить себя, то ли доказать миру, что его не так просто сломить. Второе, в силу его характера, было очевиднее всего. Оттолкнувшись от раковины, он включил воду. Ледяная струя моментально окатила его облаком мельчайших капель, даря легкую прохладу. Смыв с лица соль и пот, мужчина вышел из ванной комнаты. По пути захватив виски, он развалился на кровати за книгой, надеясь хоть так скрыться от мира и боли. - Деймон. Ноль реакции и эмоций. Глаза бегали по строчкам, но мысли Деймона Сальваторе были заняты вовсе не книгой. - Деймон, ты слышишь меня? Девушка повысила голос, желая привлечь внимание «читающего», и это у нее получилось. Медленно оторвав глаза от книги, вампир повернул в сторону Елены голову. Лицо приобрело пепельно-серый оттенок, глаза стали еще синее, чем обычно, взгляд стал диким, неосознанным. Но больше всего девушку напугала улыбка. Тонкие губы были растянуты в ласковой, даже снисходительной усмешке. Мужчина тяжело дышал, каждый вдох сопровождался хрипом, будто он болеет бронхитом не первый месяц и вообще не лечится. Когда Деймон заговорил, Елена на силу не отшатнулась от дверного косяка, голос был хриплым и каким-то скрежещущим: - Разве ты не видишь, что я занят? Что тебе нужно, говори скорее. Елена с трудом могла подобрать слова, настолько она была поражена видом Деймона. - У тебя все хорошо? Деймон начал терять терпение, это было заметно по еле дрожащим рукам и медленно разливающемуся безумию в глазах. Сжав книгу до хруста, он прохрипел: - Говори зачем ты пришла. Я не нуждаюсь в твоем участии. Если ты отвлекла меня от чтения просто так, то убирайся, пожалуйста! Елена еле проглотила гом в горле, ей было, откровенно говоря, страшно. Но тут пришло спасение в лице доброго и все понимающего Стефана. Елена стояла, словно приросшая к земле и не могла произнести ни слова, а Деймон был уже взбешен: - Стеф, сделай одолжение, забери свою сердобольную подружку, она мешает мне приобщаться к прекрасному. Спасибо. То ли Стефан не заметил внешних изменений в брате, то ли вообще он не отличался умом и сообразительностью, поэтому кинул в ответ на грубую просьбу брата шпильку: - Не знал, что приобщаться к прекрасному можно через чтение книги вверх ногами. Пойдем, Елена. Взгляд Деймона стал стеклянным. Резко поверну голову в сторону брата, он увидел только закрытую дверь – парочки уже не было. Выругавшись, он запустил книгу в дверь. Это не помогло, чувства съедали мужчину, ему было трудно думать, дышать, слышать, как в соседней комнате брат и Елена проводят друг с другом время. Душу и сердце разрывало от боли, хотелось выть волком. Расстегнув рубашку, он спустился в гостиную, ничто так не радует и не греет душу, как вкусная еда и качественный секс. Раскинувшись в кресле, он набрал номер проститутки. Голос Вампира было не узнать, он лился, опьянял, манил девушку на другом конце провода: - И подруг с собой возьми, сладкая, у нас будет масштабная вечеринка! Отбросив телефон, вампир снова закашлялся. Сплюнув на ковер, он почувствовал во рту веточку растения. Внутренние органы уже были опутаны тонкими побегами, жить ему оставалось недолго. Когда же это началось? Все началось когда Стефан познакомил его с Еленой. Девушка произвела на него должное впечатление, внешность – копирка Кетрин, но внутри скрывалась натура, способная на искренние чувства, жертвенность, понимание. Он давно не верил людям, но ей – поверил. Он готов был пересмотреть свои взгляды на жизнь ради нее, только вот ей это было не нужно. Осушив очередной стакан, он бросил его в камин. Остатки алкоголя вспыхнули синим пламенем, стекло разлетелось на мелкие куски. Деймона раздражала его беспомощность, никогда он не думал, что умрет от любви. Ханахаки. Мифическая хрень, которая сейчас жила в его теле, питаясь его безответной любовью к Елене. Каждый ее визит в его дом заканчивается для Деймона новым приступом болезни. Искать способы лечения вампир не хотел. Даже в отношении к себе он проявлял свой привычный эгоизм. Звонок в дверь его немного оживил, приехали девочки. Распахнув двери, он сразу подчинил девочек соей воле. Те, словно кошки, облепили вампира, готовясь выполнить любой его приказ. Деймон пил виски вместе с кровью прямо из рук девушек. Он впитывал, возможно, последний момент наслаждения в своей жизни и хотел взять от него все. Рука легла на бедро одной ночной бабочки, одним резким движением он сорвал с нее мини-юбку. Раздвинув ноги девушки, Деймон укусил ее во внутреннюю часть бедра. Ей было все равно, даже когда он ее уронил на пол. Весь в крови, окруженный обнаженными и томными телами, он ощущал телесное удовлетворение. Но в душе словно выжгли дыру. Снова заняв кресло, он усадил на себя более-менее вменяемую жрицу любви и укусил ее в шею, показательно смакуя каждый глоток крови. - Как давно ты там стоишь, Елена? Или хочешь присоединиться? Девушка выдохнула. Оргия поражала своими масштабами скудное воображение Елены. Указав на девушку на коленях Деймона, она тихо спросила: - Ты ее… Деймону не нужно было продолжение вопроса, чтобы понять его суть. Сделав пару движений бедрами, он только кивнул, снова кусая девушку. Елена задохнулась от возмущения и отвернулась: - Ты устроил тут… Притон! Как ты можешь на глазах у брата? Раз ты меня не уважаешь, так хоть подумай о приличиях! Деймон был взбешен, скинув девушку с колен, он поправил одежду и, прижав Елену к стене, удерживая за горло, прошипел: - Какая ты до одури правильная! Что тебе нужно? Чтобы я изменился? Прекратил? Ты не знаешь меня, не представляешь, как я живу, что чувствую, чего хочу, но все равно продолжаешь лезть ко мне со своей моралью. Зачем? Хочешь меня исправить, чтобы на небесах тебе это дополнительными баллами зачли? Так вот, забей. И не мешай мне. Скоро я уйду и перестану доставать тебя, а самое главное святого Стефана своим присутствием. Елена плакала, мечтая оказаться от Деймона как можно дальше. Это он увидел в ее глазах, поэтому отпустил ее, позволяя безвольно сползти по стене и схватив бутылку с алкоголем крикнул: - Вечеринка окончена, девочки, все вон! Деймон чувствовал, как растения опутывают его сердце. Вот он – конец. Сила растений равна силе его любви к Елене, осталось только умереть красиво, чтобы никого не разочаровать. Заброшенное старое кладбище и предрассветные сумерки, бутылка виски и компания потрескавшегося ангела, что может быть лучше? Деймон уже не кашлял, не пытался как-то избавиться от болезни, он просто позволял ей поглощать себя. Он вспомнил самые счастливые моменты, связанные с Еленой, вспоминал, как он ей помогал, и как она принимала его помощь. Пусть она не радовалась его присутствию, но сейчас, вспоминая ее искренние эмоции, ему было легче умирать. Было больно. Эта боль превзошла все, что могло причинить вампиру вред. - Деймон, о, Господи, что с тобой? Елена опустилась на колени рядом с вампиром. Состояние, в котором она видела его, ее шокировало. Прямо из груди росли нарциссы, они пробили себе путь наружу сквозь плоть и кости, опутали тело, сжали органы. Деймон погладил пальцем окровавленный цветок и закрыл глаза: - Я умираю, дорогуша. Разве не видно? Елена прижала ладонь ко рту, сдерживая крик, но сохранять самообладание получалось плохо. Деймон посмотрел на нее в последний раз: - Да ладно тебе, я, может, еще вернусь. Но перед тем как мое сердце разорвут эти заросли – скажу. Я люблю тебя, Елена. А все это – доказательство моих искренних чувств. И умираю я с надеждой, вдруг лет примерно через сто моя любовь будет взаимной. Деймон вздохнул в последний раз, прежде, чем нарциссы сдавили сердце Деймона окончательно. Елена уже не сдерживала свои чувства, позволяя слезам капать на тело Деймона и смешиваться с его кровью. Утренний туман скрыл фигуру ангела и двоих у ее подножия. Деймон умер с надеждой, а Елена со Стефаном будут жить дальше, и кто знает, что будет в будущем?