Министерство вмешивается в дела Хогвартса

Уэнсдей зашла в Большой зал, когда все ученики уже сели на свои места. Она приехала еще час назад, точнее переместилась через камин. Поэтому успела разложить свои вещи в комнате и проверить лабораторию. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. Уэнсдей только обратила внимания, как Драко сразу посмотрел на нее, когда она зашла. На его лице появилась небольшая улыбка. Она ж просто отвела взгляд и села возле Гермионы. Напротив сидел Гарри и Рон, а Невилл был возле Дина и Симуса. Но когда увидел Уэнсдей, улыбнулся ей. Они все сидели посередине Гриффиндорского стола.       — Как добралась? — спросила Гермиона.       — По камину.       — Я имела в виду, все ли хорошо было.       — А должно было быть плохо? — Уэнсдей не понимала, что шатенка хотела от нее.       — Забудь, лучше расскажи почему ты вчера была такой странной с Эльзой.       — Это для ее безопасности.       — Уверена? — Уэнсдей не нравились вопросы Гермионы, она хотела что-то узнать, но напрямую не говорила.       — Да, и можно закончим этот разговор?       — Хорошо, — Гермиона обернула голову в сторону преподавательского столу.       — А мы познакомились в поезде с Полумной Лавгуд, — сказал Гарри. — Очень милая и интересная девушка.       — Я знаю ее, — парни удивленно посмотрели на принцессу.       — От куда? — спросил Рон.       — Она ходит гулять в то же время, что и я. Поэтому познакомились.       — Даже боюсь спросить, кто был инициатором, — тихо сказал Рон на ухо Гарри.       — А это кто? — резко спросила Гермиона, показывая на середину преподавательского стола. Ребята посмотрели на стол. Гермиона показывала на пухлою и приземистую, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами женщину, она повязала голову ужасающей ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофточки, которую надела поверх мантии.       — Это Амбридж, — сказала Уэнсдей и мысленно разбирала в своей голове информацию.       — Кто-кто? — спросила Гермиона.       — Она работает у Фаджа, — оветил Гарри. — Была на моем суде.       — Кофточка, что надо! — ухмыльнулся Рон.       — Работает у Фаджа… — нахмурившись, повторила Гермиона. — И что, в таком случае, она делает здесь?       — Понятия не имею… — ответил Гарри. Гермиона, сощурив глаза, оглядывала преподавательский стол.       — Министерство таки решило вмешаться, — сказала тихо Уэнсдей смотря на Гарри. Разговоры в Большом зале разом умолкли. Первокурсники выстроились вдоль преподавательского стола лицом к остальным ученикам. Профессор МакГонагалл бережно поставила перед ними табурет и отступила. Уэнсдей не слушала церемонию, а только думала про новую информацию. Она догадывалась, что министерство решится кого-то отправить в школу. Хоть и не знала кого… Уэнсдей сидела смотря на одну точку, пока на столах не появилась еда. Она заставила задуматься и о другом. Поэтому посмотрев на Гермиону, поняла, что им нужно будет поговорить на этой недели.       — Теперь, когда мы начали переваривать этот великолепный ужин, я, как обычно, в начале учебного года, прошу вашего внимания к нескольким кратким сообщениям, — сказал Дамблдор. — У нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дерг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Темных искусств. В этот момент весь пазл голове Уэнсдей подтвердился. Она внимательно слушала слова Амбридж. Ей не нужно было на них реагировать, ведь она только ждала подтверждения своей информации, чтобы потом придумать план.       — Ну, и что это все означает? — нетерпеливо спросил Рон. Уэнсдей ответила одновременно с Гермионой:       — Означает то, что Министерство вмешивается в дела Хогвартса.

***

Рон и Гермиона пошли показывать дорогу первокурсникам. А Уэнсдей ушла скорее всех, чтобы не видеть этот ужас. Так еще Гарри хотел с ней побыть пока ребята занимались с первокурсниками. Поэтому она скоро скрылась в подземелье. Ей нужно было проверить записи тетради перед тем, как начать новый эксперимент. С начала года она занималась только пополнением своих запасов и усилением некоторых зельев. Поэтому решила, что сейчас нужно продолжить эксперименты. Как только тетрадь открылась в двери постучали. Она не могла понять, кто это мог быть. Поэтому закрыв тетрадь, взяла палочку и открыла двери.       — Думал, что уже не встретимся, — с улыбкой сказал Драко. — Это тебе. Парень протянул одну черную розу девушке. Она ее взяла и пока смотрела на нее, парень зашел внутрь. Уэнсдей закрыла двери и посмотрела на парня, который стоял возле стола.       — Почему пришел?       — Скучил, — парень начал загинать пальцы. — Хотел тебя увидеть, хотел подарить розу и поцеловать. Он подошел к ней и посмотрел на губы девушки. Она не изменилась за лето. Волосы той же длины и заплетены в две косы, макияж оставался черным, но вот цвет помады стал на один оттенок ярче. Она хоть и была форме, но Драко был уверен, что фигура такая ж. Он был в захвате от нее.       — Как провела лето?       — Королевский тур, Гермиона, нападения на Поттера и безмысленный приемы, — они смотрели друг другу в глаза.       — Я читал, что писали в газетах и был в захвате от фотографий. Только вот думаю, что в твоим образам не хватало одной детали. Парень говорил медленно, тем самим хотел привлечь внимания девушки. И у него получилось, она пыталась понять, что он хотел сказать. Драко потянулся к внутреннему карману пиджака и достал небольшую коробку.       — Я ничего не дарил тебе на день рождения, поэтому прими это, — он протянул коробочку девушке. Она взяла ее и открыла. Внутри лежали сережки (*фотография будет в конце). Ей часто дарили украшения и тем более в ее распоряжение была целая королевская скарбница. Но ей понравился подарок.       — Знаю, что у тебя много драгоценностей. И ты не носишь в обычной жизни сережки, но пусть они будут у тебя. Вдруг оденешь когда-то и будешь вспоминать меня.       — Если будет повод, тогда одену, — Уэнсдей закрыла коробочку и посмотрела на парня.       — Гордая — это мне нравится, — с улыбкой сказал парень. — Хоть мой отец не самый святой человек. Но любить и уважать любимую женщину научил. Малфоев есть особенность, мы никогда не изменяем вторым половинкам. Так же всегда поддерживаем и защищаем. Парень приблизился к губам девушки. Он слегка их коснулся, после чего начал целовать. С каждым поцелуем, он вставал более напористым. Она ответила на поцелуй. Поэтому уже через минуту, они страстно целовались в губы. (16 лет, уже можно ;)). Рука парня была у нее на талии, а вторая на шее. Уэнсдей ж держала в одной руке розу и сережки, а вторую положила на груди парня. Она это делала для личной защиты. Ведь случаи небезопасности могла защитить себя. Можно из-за этого сказать, что она ему не доверяла? Возможно. Уэнсдей помнила только слова дедушки. Всегда будь внимательно и осторожна. Ведь напасть могут в любой момент. И даже близкий человек может тебя придать. Принципа из-за этого она и не спешивалась заводить друзей. Ведь знала, что могут придать. Так еще будут отвлекать от важных дел.       — Кажется я знаю неплохое место для поцелуев, — сказал парень когда поцелуй закончился. — Только вот нужно согласия хозяйки подземелья.       — Я подумаю, — принцесса достала палочку и наколдовала тоненькую вазу с водой, в которую поставила цветок. — Просто может быть проблема, что ты будешь слишком часто хотеть.       — Тогда напиши в графику время для поцелуев, — он подошел к ней. — Я готов даже в шесть утра вставать, чтобы получит от тебя поцелуй.       — Почему ты такой? — спросила Уэнсдей, посмотрев на парня. — Почему готов быть не гордым возле меня?       — Я ж говорил Малфои особенные в отношениях. Мои родители уже несколько лет вместе. И я ни разу не видел, чтобы папа не уважал маму. Он всегда делал, что она хотела. Возле нее он был просто влюбленным человеком.       — Это низко, ты ж себя не будешь уважать в таких отношениях.       — Кому как, — парень пожал плечами. — Но разве в твоей бабушки и дедушки не так? Или в родителей? Я просто читал немного летом про вашу семью, точнее про любовные истории. Драко был прав, в семье Виндзоров женщин уважали. В первую, очередь через королевы, а во вторых, через влияния женщин королевской семьи на мир. Женщины брали пример со стиля принцесс. Все ровнялись на них. Их любили и уважали во все мире, поэтому женщина была важна в семье. Ее дедушка был сильным и важным на публике. Но когда был с бабушкой, то уходил на второй план и делала все, что нужно было для нее. Если это не касалось семьи, там он был с ней на равных. Ее отец так же был возле матери. Всегда любил и уважал, он уходил на второй план и восхищался нею на публике. Как будто она самый дорогой алмаз мира.       — Ты думаешь я хочу, как у них? — спросила принцесса.       — Я думаю, что тебе нужен человек который будет помогать. Человек, который не будет мешать в работе и не предаст. Но самое главное заниматься тем, что тебя не будет интересовать. Я прав?       — А тебе это зачем?       — Я хочу тебя, поэтому… Уэнсдей понимала, что парень действительно много прочитал про ее семью. Так же достаточно хорошо ее изучил за это время. Ее не удивлял этот интерес к себе. Ведь это было в его интересах.       — Что? — парень заметил странный взгляд на себе от девушки. Она потянулась к нему и поцеловала. Он был выше нее, поэтому ей пришлось положить свою руку на его затылок и потянуть к себе, чтобы было поудобнее. Парень не растерялся и ответил на поцелуй, после чего обнял ее.

***

Уэнсдей сидела в Большом зале и читала газету. Напротив нее сидел Невилл, который заканчивал свой завтрак. Они уже были на пробежке, и вместе пошли на завтрак. Уэнсдей закончила быстрее чем он, поэтому сразу достала газеты. В заде нее сидел Малфой, который часто поглядывал на нее, хоть она и сидела к спиной нему. Вчера они ушли с подземелья перед началом комендатского часа. Что делали? Ну кроме поцелуев, Драко рассказал про свое лето. Так же он часто прислушался к разговорам родителям. Поэтому парень был уверен, что Поттер не врет.       — Ты мне веришь? — спросил Гарри подойдя к принцессе, которая продолжала смотреть в газету.       — В плане чего?       — Про то, что случилось в лабиринте, — он сел возле принцессы.       — Я уже тебе говорила, и повторять не собираюсь, — в этот момент Гермиона выдернула газету с рук Уэнсдей.       — Тогда убеди других, — сказала шатенка забирая другие газеты, ведь знала, что принцесса сейчас начнет их читать.       — Зачем мне это нужно? — Уэнсдей посмотрела на Гермиону, которая села с левой стороны.       — Чтобы Гарри перестали считать ненормальным.       — Кому нужно, тот и знает правду.       — Ага, но только половина смотрит на Гарри, как будто он всем врет, — сказал Рон сидя возле Невилла.       — Я уже слышала от Невилла все, что говорят в гостиной. Но ничем вам помочь не могу. Гермиона посмотрела на преподавательский стол. Она уже поняла, что Уэнсдей не собирается им помогать. Хоть принцесса так говорила и в прошлом году. Но таки помогла со вторым испытанием.       — А ты хоть знаешь, где Хагрид? — спросила шатенка грустным голосом.       — Да, он занимается делами, которые ему поручили.       — Что? — четверо ребят посмотрели на принцессу, которая достала свое расписания.       — Не смотри на меня так, я всегда знаю больше информации чем вы. Никто не успел ей ответить, потому что подошла Анджелина:       — Привет, Анджелина.       — Привет, — бодро бросила она. — Как лето? — И, не дожидаясь ответа: — Слушай, Гарри я теперь капитан команды Гриффиндора по квиддичу.       — Отличная новость, — улыбнулся ей Гарри.       — Нам нужен другой вратарь вместо Оливера. Отборочные испытания в пятницу в пять часов, и я хочу, чтобы собралась вся команда, — надо посмотреть, как впишется новичок.       — Хорошо, — сказал Гарри.       — Уэнсдей, может ты попытаешься попасть в команду? — спросила Анджелина.       — Нет! — ее ответ был резкий, что удивило Гермиону. Ей даже сдалось, что Уэнсдей не умеет летать на метле. Гермиона ж никогда не видела ее на метле. Анджелина пожала плечами и улыбнувшись отошла. Принцесса вернулась к расписанию, вместе с ней ребята достали свое и начали изучать.       — Ну и денек сегодня! — простонал Рон. — История магии, сдвоенное зельеварение, прорицания и сдвоенная защита от Темных искусств… Бинс, Снегг, Трелони и эта Амбридж — все в один день! Хорошо бы Фред и Джордж поторопились со своими Забастовочными завтраками…       — Что я слышу? Не обманывают ли меня уши? — спросил Фред, который как раз появился вместе с Джорджем. — Староста Хогвартса хочет прогуливать уроки? Он втиснулся на скамейку между Гарри и Уэнсдей.       — Вот, полюбуйся, что у нас сегодня, — хмуро сказал ему Рон, подвигая к Фреду свое расписание. — Худший понедельник в моей жизни.       — Я тебя понимаю, братишка, — кивнул Фред, просмотрев листок. — Ну что ж, могу по дешевке уступить тебе Кровопролитную конфету.       — С какой стати вдруг по дешевке? — с подозрением спросил Рон.       — С такой, что у тебя от нее как пойдет носом кровь, так и не остановится. Противоядия у нас еще нет, — объяснил Джордж, беря себе копченой рыбы.       — С чем вас и поздравляю, — угрюмо сказал Рон, засовывая расписание в карман. — Нет уж, лучше на уроках посижу.       — Кстати, о ваших Забастовочных завтраках, — сказала Гермиона, поочередно сверля глазами Фреда и Джорджа. — Вы не должны были помещать на доске Гриффиндора объявление о наборе испытуемых.       — Кто это берется нам указывать? — с изумлением спросил Джордж.       — Я, — ответила Гермиона. — И Рон.       — Меня, пожалуйста, не припутывай, — поспешно сказал Рон. Гермиона сверкнула на него глазами. Фред и Джордж хихикнули.       — Скоро ты, Гермиона, другие песни запоешь, — проговорил Фред, густо намазывая маслом сдобную лепешку. — У тебя пятый курс пошел, скоро сама будешь выпрашивать у нас Забастовочные завтраки.       — Почему это на пятом курсе я вдруг начну их выпрашивать? — спросила Гермиона.       — На пятом курсе сдают СОВ, — объяснил Джордж.       — И что же?       — А то, что у вас впереди экзамены. Вас так нагрузят, что спины затрещат, — с удовлетворением сказал Фред.       — Возможно нам поменяться с расписанием? — спросил Рон посмотрев на расписания Уэнсдей. — Та там рай. Гермиона забыла про близнецов и посмотрела на расписания принцессы. Там не было: истории магии, травологии, магловедение, астрономии и нумерологии.       — Ну пять предметов нет, потому, что она уже сделала по них СОВ, — сказала Гермиона и начала смотреть дальше. Уэнсдей в этом году должна была ходить только на: заклинания, защиту от темных искусств, зельеварения (из-за Невилла, потому что ей предлагали летом сдать СОВ по нему, но она отказалась), трансфигурация, древние руны и…       — ПРОРИЦАНИЯ! — Гермиона была сильно удивлена. — Ты сама говорила, что никогда не будешь ходить на этот предмет!       — Я бы и продолжала не ходить, если бы профессор Макгонагалл не сказала, что мне нужно иметь то же самое количество предметов, что и у вас. Поэтому я выбрала прорицания.       — Хагрида променяла на сумасшедшую! — Гермиона не могла сдержать эмоции.       — Я хотела, была выбрать алхимию, но мне отказали.       — Кто? — спросил Рон, который не думал, что кто-то может отказать принцессе.       — Профессор Снейп. Уэнсдей встала скамейке и забрала в Гермионе расписания. После чего посмотрела на близнецов.       — Заберите свое объявление с доски, как это хочет Гермиона, — ее голос был достаточно суровым и парни были уверены, что она теперь будет помогать соседке. Принцесса одела рюкзак и вышла с Большого зала. Потому, что пока у них была история магии, принцессы было свободное время. Поэтому она пошла в библиотеку, чтобы найти нужную книгу. Ведь помогать Гарри ей таки придется. Хоть она это будет делать для себя.

***

Зельеварения прошло, как всегда, скучно для Уэнсдей. Она на память знала ингредиенты зелья и поэтому быстра справилась. После чего контролировала Невилла. Парень сделал идеальное зелья, а вот Поттер забыл некоторые ингредиенты. Поэтому 5 баллов, которые заработала Уэнсдей были отобранные из-за Гарри. Дальше был ее первый урок прорицания. Хоть она и не училась этот предмет до этого. Но была уверенна, что ничего важного не пропустила. Поэтому весь урок внимательно слушала профессора и начала задумываться почему же не выбрала урок Хагрида. При том, что знала про другого учителя. Уэнсдей сидела возле Невилла, Лаванды и Парвати. Последнее две очень хорошо разбирались в предмете, поэтому часто объясняли некоторые вещи. Ведь книги по этому предмету не было… На уроке они слушали друг друга и объясняли, что мог значит их сон. Когда дошла очередь Уэнсдей ей не было что рассказать:       — Такого не может быть, нам всем что-то снится, — сказала профессор.       — Мне нет, — повторила Уэсндей.       — Как думаешь почему?       — Потому, что когда я ложусь спать у меня нет тревожных мыслей. Я ни о чем не мечтаю, потому что получаю все, что хочу. Когда у тебя порядок в жизни, то такое ж самое и голове, — ее ответ был немного жесткий.       — Домашнее задания: вы должны вести месячный дневник сновидений. После чего сдать его мне. Уэнсдей выходя с класса и готова была согласиться с Гермионой, что таки ошиблась с предметом. Хоть он ей нужен был для одного дела…

***

Когда она вошла в класс защиты от Темных искусств, профессор Амбридж уже сидела за учительским столом. Уэнсдей села вместе с Невиллом за первой партой.       — Здравствуйте! — сказала она, когда ученики расселись по местам. Несколько человек пробормотали в ответ:       — Здравствуйте.       — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз, пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся!       — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс, пока Уэнсдей пыталась понять, что за псих эта женщина.       — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберем, перья вынем. Профессор Амбридж, наоборот, достала из сумки волшебную палочку, которая была необычно короткой, и резко постучала ею по классной доске, где тут же возникли слова: Защита от Темных искусств. Возвращение к основополагающим принципам.       — Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? — сказала профессор Амбридж. — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Результатом, к сожалению, явилось то, что вы находитесь гораздо ниже уровня, которого мы вправе ожидать от вас в год, предшествующий сдаче СОВ. Вам, однако, приятно будет узнать, что эти недостатки мы теперь исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, теоретически выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса. Она постучала по доске. Слова, которые на ней были, исчезли, и взамен появилось: ЦЕЛИ КУРСА Все, что происходило дальше, вызвало эмоции даже Уэнсдей. И это при том, что она была спокойна на прорицании. Принцесса поняла, что уроки теперь будут бессмысленные. Ведь учебная программа была не для дуэлей, скорее «как уследить за домом». Но урок стал интереснее когда все начали возмущаться, Уэнсдей ж продолжала читать книгу. Ведь знала, что слова учеников были не важные для профессора. Принцесса только прислушивалась к словам. Только когда Гарри заговорил про Волан-де-Морта, ей пришлось забыть про книгу и только смотря на нее, слушать Гарри. Он высказывал свое мнения в полностью. За что был наказан. Но сидеть дальше в классе, не собирался. Поэтому встал, после чего продолжил. Гермиона пыталась его успокоить, но результаты были безутешные. Поэтому получив письмо от Амбридж, был отправлен к декану. На этот момент Уэнсдей уже знала, что делать. План был наполовину готов…