Главы 49-50. Партнёр Гильдии.

49

5-й день Вечерней звезды, 4Э 202 год.

      Мы прибыли в Рифтен рано утром. Горожане по большей части спали, по улицам лениво сновали патрульные, прилавки на главной площади пустовали.       Как стороннего гостя, я провела Азруила во «Флягу» через Крысиную нору. В таверне под городом, ожидаемо, не было ни души. Сонный Векел, без энтузиазма натиравший до блеска кружки, завидев меня в компании снежного эльфа, немало удивился. Трактирщик тут же предложил нам кофе и выпечку, любезно выставив угощение на мой любимый дальний столик.       – А неплохо тут! Вкусно, – приговаривал Вингот с набитым ртом, уминая яблочный пирог за обе щёки.       Векел, глядя на него, самодовольно рассмеялся.       Однако, узнав, что мы пришли к Бриньольфу, он хмуро покачал головой:       – Брин отбыл пару дней назад по какому-то делу, вернётся только к обеду. Ждать придётся долго.       Азруил шумно выдохнул и в негодовании закатил глаза. Я махнула рукой:       – Ничего, придумаем, как скоротать время.       – Вив?? Где тебя носило?!       Звонкий девичий голос заставил аж подпрыгнуть от неожиданности.       А в следующее мгновение меня чуть не снесли со стула, задушив в объятьях.       – Мы все думали, что ты где-то сгинула, – расстроенно бросила Векс, уткнувшись мне в плечо.       Потом она нехотя отстранилась, подхватила лишний стул, уселась рядом и в нетерпении подпёрла голову ладонью. И на нас с Азруилом посыпались вопросы. Эльф стоически отмалчивался, играя роль высокомерного учёного, а я вкратце пересказала ей выдуманную версию про встречу с ним и сделку.       – Ну, дела, – протянула воровка, задумчиво оглаживая волосы. – Даже и не знаю, что сказать. С этим – точно, только к Бриньольфу.       Её вердикт оказался довольно исчерпывающим – между нами повисла неловкая тишина. Векс кокетливо накрутила на палец белоснежную прядку и с хитрым прищуром глянула на Азруила.       – Вы ведь фалмер, не так ли?       Векс беззастенчиво заулыбалась – неловкое смущение молодого мера позабавило воровку. Вингот от такого вопроса в лоб несколько оторопел, но, быстро вернув самообладание, спокойно проговорил:       – Да, это так. Но лучше вам не кричать об этом на каждом углу.       Векс лишь отмахнулась:       – Да, понятное дело. Меня кое-что другое волнует, – а немного склонившись ко мне, она заговорщически спросила, – Вив, если не секрет, это он?       Азруил, хмуро глядя на воровку, отшатнулся, недоверчиво вскинул бровь и слегка скривил губы. Что же она имеет в виду? Я искоса зыркнула на неё исподлобья, склонив голову в немом вопросе.       – Ну, твой «тот самый». Кого ты нагадала, – слегка стушевавшись, пробормотала Векс и потупила взгляд.       Её неловкий ответ, кажется, застал Азруила врасплох. Я несильно пнула под столом голень эльфа, чтобы тот взял себя в руки.       Что ж, надеюсь, Вингот догадается подыграть.       Мне так хотелось поделиться с Векс правдой. Рассказать про Викария. Но я соврала:       – Да, это он. Тот самый красавчик из зеркала.       Ей пока не стоит знать про Виртура. Азруилу – тем более.       На его щеках выступил лёгкий румянец.       – Да, мы вместе, – тут же добавила я, стараясь отвести подозрения. – То, что Азруил связался со мной иначе, как чудом, не назовёшь. Думаю, это и впрямь судьба.       Вингот окончательно впал в ступор, воровка широко улыбнулась.       – Ах, вот ты где, моя Безделушечка!       Чей-то приятный бархатный голос послышался из коридора – его обладатель, похоже, только что вышел из цистерны и замер на пороге таверны. Азруил бросил на того изумлённый взгляд. А мне, почему-то, захотелось скрыться от этого кого-то куда подальше.       В следующее мгновение этот высокий статный молодой человек подошёл к нашему столу и, хищно зыркнув на Азруила, по-хозяйски перекинул Векс через плечо, да утащил в штаб Гильдии.       А мы с Винготом лишь молчаливо переглянулись.       – Что сейчас произошло, я не понял? – выдавил он, едва отойдя от замешательства. – Что это за тип?       – Сама не знаю, – буркнула я и пожала плечами. – Из новеньких, наверно.       – Почему ты ей сказала, что мы в отношениях? – в следующую секунду возмущённо вопросил эльф и покачал головой. – По-моему, это лишнее.       Я наклонилась к нему ближе и вполголоса возразила:       – Нет, так есть шанс, что они потом не станут меня удерживать. Бриньольф, думаю, отнесётся к подобному лояльно.       Вингот раздражённо выдохнул:       – Ладно, так уж и быть, – и, резким движением ладони оправив робу, тут же вдобавок строго пробормотал, – но ты потом расскажешь, что это ещё за гадание такое, и причём тут фалмеры.       – Ладно.       Я тяжко выдохнула – в таком случае, боюсь, придётся выложить всё, как есть. Но я бы охотнее выдала всю правду Векс, чем ему. Если Азруил Вингот узнает, кто мне на самом деле привиделся – пиши пропало. Всё это мигом до Викария дойдёт. Я бы предпочла сама ему рассказать, но не сейчас.       Судорожно придумывая, как выгодно преподнести информацию и, в то же время, оставить всё в тайне, я опять подпрыгнула от неожиданности, услышав знакомый голос.       – Меня оповестили о твоём приходе. Ну, привет, детка.       Бриньольф уселся за стол на место Векс.       – Итак, похоже, кое-кто имеет виды на Глаза?       Гильдмастер пристально воззрился на Азруила. А тот ловко ему ответил:       – Это так. А вы, значит, тот самый Бриньольф, новый руководитель скайримской Гильдии воров? Я ничего не слышал о вас, но, надеюсь, вы куда более дальновидны, чем ваш предшественник.       – Мерсер Фрей? – Бриньольф приподнял брови.       Эльф утвердительно кивнул головой и бесцветно проговорил:       – Он самый. Я вышел на него, когда искал того, кто сможет раздобыть для меня этот, несомненно, очень ценный артефакт. Мерсер без всяких зазрений совести кичился тем, какой он искусный вор. Прямо-таки, «царь всех воров», – Азруил закатил глаза и разочарованно выдохнул, – но миссия провалена, исполнитель сгинул, а я так и не получил Глаза.       – Хах, «царь всех воров». Это на него похоже, – усмехнулся Бриньольф и, тут же, резко посерьёзнев, спросил, – сколько вы ему предложили?       – Двести пятьдесят тысяч.       Когда Вингот озвучил оговорённую сумму, Брин чуть не слетел со стула. Ошеломлённо уставился на эльфа и поперхнулся. А, прокашлявшись, вор сипло выдавил:       – Сколько?! Вы, должно быть, шутите. Это же целое состояние!       На лице Азруила не дрогнул ни единый мускул.       – Я абсолютно серьёзен. Я готов предложить вам сделку на тех же условиях. Двести пятьдесят тысяч септимов в обмен на оба Глаза Фалмера.       Бриньольф задумчиво хмыкнул и огладил подбородок.       – Предложение весьма заманчиво. Но, боюсь, я не могу дать вам ответ сразу, ребятки. Такие сделки не заключаются вот так вот просто, второпях, на коленке, – рыжеволосый норд скептично покачал головой и твёрдо произнёс, – мне нужно время, чтобы всё хорошенько обдумать и обсудить с доверенными лицами. Три дня. Надеюсь, вы не торопитесь?       – Конечно, я дам вам три дня, по истечении которых вы обязательно огласите своё решение. В случае отказа я готов предложить бόльшую сумму или заключить с Гильдией иное соглашение.       Выслушав эльфа, Брин огладил подбородок и в заключение коротко бросил:       – Я приму это во внимание.       А когда Векел подал томатный суп с мясом хоркера, глава Гильдии с аппетитом принялся за трапезу.       – Вив, ты останешься?       Его будничный вопрос камнем упал в сердце. Готовясь столкнуться с осуждением, я собралась с духом и глухо выдохнула своё «нет».       Он лишь пожал плечами, да буркнул в ответ отрывистое «дело твоё».       А я уж боялась, что Бриньольф заставит меня вновь работать на Гильдию.       – Так вот просто отпускаешь? – безучастно спросила я, постаравшись не выдать в голосе истинные мысли. Он кивнул.       – Мерсер завербовал тебя против воли, заботясь лишь о личной выгоде. А с моей стороны было бы несправедливо удерживать тебя.       Брин озвучил свои соображения без тени упрёка или каких-либо других скрытых эмоций. Мы с Азруилом распробовали фирменный кофе Векела. Ух, и крепкий!       А Гильдмастер, расправившись с супом, широко зевнул и откинулся на спинку стула.       – Признаться, я буду по тебе скучать, – с лёгкой грустью вздохнул он.       – Работы полно, не заскучаешь.       Моя реплика заставила Брина громко рассмеяться.       В уме всплыл образ того плечистого парня, так бесцеремонно похитившего у нас Векс. Кто же он такой?       – У вас новенький? – осторожно поинтересовалась я.       Рыжеволосый норд непонимающе вскинул бровь.       – Высокий такой, темноволосый, фривольный, к Векс цепляется.       Моё короткое описание попало в точку – быстро поняв, кого я имела в виду, Гильдмастер слегка закатил глаза, раздосадовано вздохнул и пресно протянул:       – А, этот. Нет, он наш партнёр, Жан Кало. Хочет открыть в Солитьюде развлекательное заведение вроде таверны. Попросил помощи в деле в обмен на часть прибыли.       А мельком ухмыльнувшись, Брин отметил:       – Неудивительно, что Векс растаяла – он довольно… необычно себя преподносит.       – Мы заметили.       Я без всякого восторга сухо хмыкнула. Азруилу этот Жан Кало явно не понравился – с долей раздражения эльф круто сменил вектор нашего разговора, вернув его в деловое русло.       – Что ж, раз мы с вами договорились, я вместе с Вивьен скоро покину Рифтен – нужно решить ещё кое-какие дела, – уверенно проговорил он и в заключение добавил, – через три дня мы снова будем здесь, и вы дадите окончательный ответ.       Бриньольфа его предложение более чем устроило.       – По рукам, – спокойно буркнул он без лишних вопросов.       В скором времени вор доел оленью отбивную, откупорил бутылку медовухи и скрылся в цистерне.       Я в последний раз подлила нам кофе – чайник опустел. Азруил придвинулся ближе и с беспокойством зашептал на ухо:       – Послушай, от этого Жана Кало мне не по себе – он явно что-то скрывает. Ты видела, как он на меня уставился? Брр! Он как будто оценивал меня, как… товар? Когда я показывал фалмерские артефакты учёным в Синоде, те точно так же смотрели – этот жадный блеск в глазах ни с чем не спутать.       Я согласно кивнула – тот тип и впрямь казался весьма подозрительным. И вдвойне странно было то, что недотрога Векс его к себе подпустила. Интересно, уж не он ли ей в зеркале примерещился? Вряд ли. Судя по весьма бурной негативной реакции на видение, ей явился кто-то знакомый, кого она, мягко говоря, не жалует.       Допив кофе, мы передали грязную посуду Векелу и неспешно потянулись к выходу из Фляги, в сторону Крысиной норы.       Азруил дёрнул прошитую металлическими клёпками дверь из тяжёлого древесного массива и шагнул в мрачное подземелье. Дубовое полотно быстро захлопнулось прямо перед моим носом, я потянулась к ручке, как вдруг кто-то легонько тронул меня за плечо.       Подумав, что это Векс захотела попрощаться, я без всяких подозрений обернулась. И увидела перед собой Жана Кало. Успела лишь недоумённо вскинуть брови. Воспользовавшись мимолётным замешательством, он в ту же секунду притянул меня к себе, схватил за подбородок и властно впился в губы.       Чёртовы ноги схватила предательская дрожь – они тут же подкосились в коленях, и я потеряла равновесие. Этот подхватил меня за талию, красиво склонившись как в танце.       И снова овладел моим ртом, заполняя его трепетным языком. Искусным поцелуем Жан Кало свёл меня с ума, захватил мою волю, подчинил себе. Я была не в силах сопротивляться.       Он отцепился, по-собственнически оглядывая меня, очертил пальцем овал лица, огладил губы. Его руки опустились ниже.       – Мм, не так проста, как кажется, – с лёгкой хрипотцой выдохнул он и вернулся к изучению моего тела. А я же покорно позволила ему ощупывать себя. Проступила какая-то крупная дрожь. Его прикосновения вызвали во мне волны сладостного трепета, и, в то же время, я внутренне противилась ситуации. Идиотский ступор парализовал мысли, я не могла оттолкнуть от себя этого мужлана, или хотя бы поворочать языком, да смачно выругаться.       Я была словно птицей в клетке, а он – пленившим меня человеком по ту сторону тонких прутьев решётки.       Я оказалась в его власти и ничего не могла с этим поделать – ласковые прикосновения возбуждали, но разгорающееся во мне желание казалось отвратительным.       – Отвали от неё.       Отразившийся эхом от высокого сводчатого потолка «Фляги» звонкий голос Азруила разорвал чары этого человека, тягучими путами окутавшие меня с головы до ног.       – О, а вот и милый друг подоспел, – насмешливо протянул Кало и изящным жестом оправил свои тёмные с вороным отливом волосы, стриженные под безупречное каре до плеч.       – Ты знаешь, что ты чертовски красив? – промурлыкал этот, беззастенчиво оглядывая Вингота, и, в сладостном томлении закусил губу. – Прекрасен, словно неземное божественное существо. Интересно, все фалмеры были такими, или только ты такой? Я бы хотел тебя…       Кало решительно шагнул к эльфу, а тот рывком вытянул перед собой руку, заставив негодяя резко отпрянуть.       – Ай-яй-яй, как нехорошо, – раздосадовано рыкнул темноволосый, качая головой, обнажил золочёный кинжал и разбил застывшее прямо перед его носом тонкое едва различимое ледяное остриё, протянувшееся из указательного пальца Азруила.       – Я тебя заморожу, если не отстанешь. И никто тебе не поможет, – неожиданно страшным холодным голосом произнёс эльф.       Кало лишь усмехнулся:       – Ну, попробуй.       Вингот подхватил меня за плечо и потащил к выходу. Обернулся и, щёлкнув пальцами, заковал в лёд ноги этого гадёныша, да захлопнул дверь прямо перед его лицом.       Не говоря друг другу ни слова, мы спешно покинули Рифтен и наняли извозчика.       На полпути к Виндхельму тишина доконала меня.       – Ты ведь умеешь провешивать порталы, Виртур рассказывал, – нескладно пробормотала я, умоляюще глядя Винготу в глаза. – Ты не мог бы переместить нас?       Недавние домогательства Кало мерзким отголоском отдавали в памяти. Хотелось как можно быстрее оказаться на Благой земле. Увидеть Мерсера. Викария. Даже Вигге. Убежать как можно дальше от этого насильника. Противоречивые эмоции, вызванные им, болезненно разъедали душу.       Эльф удручённо нахмурился и покачал головой:       – Слишком далеко. Не в моих силах. От Виндхельма до Вайтрана смогу.       – Эй, не знаю, что вы там задумали, но меня в это не втягивайте!       В ответ на грубый возглас кучера, Азруил, миротворчески приподнял ладони и мягко проговорил:       – О, не беспокойтесь, мы покинем вас у конюшен Виндхельма.       Извозчик примирительно кивнул, да едва слышно затянул какую-то незамысловатую мелодию.       – От Вайтрана до Драконьего моста ты, надеюсь, «дотянешься»? – в беспокойстве заёрзав на месте, выдохнула я.       Вингот понурил плечи.       – Боюсь, всех моих сил хватит только на одно перемещение, – он сжал мою ладонь. – Не беспокойся – доедем верхом или наймём тамошнего возчего.       – Я не ездок. Придётся нам вдвоём на одного скакуна сесть, в таком случае, – расстроенно вздохнула я.       На что наш возница бодро проговорил:       – Коню гораздо легче будет унести на спине вас двоих, чем тащить за собой гружёную повозку.       Азруил лишь развёл руками, да проговорил:       – Что ж, в таком случае, мы прислушаемся к совету знающего человека.

50

      Оставив взятого напрокат жеребца в Драконьем мосту, мы добрались до Вечерней пещеры пешком.       Скрывая бурю эмоций, я с каменным лицом открыла двери казарм и шагнула в прихожую.       В главном зале нашла беглым взглядом Мерсера – тот расслабленно развалился перед камином, потягивая из кружки горячий напиток. Я резко сорвалась с места, молча бросилась к нему и повисла на шее, вжавшись носом в его шероховатую щеку, поросшую грубой щетиной. Фрей, когда я в него вцепилась, чудом не расплескал травяной настой – бретон оторопело отставил кружку на пол чуть в сторону от дивана-колонны и мягко обнял меня. Я же окончательно раскисла – тело затрясло, неудержимым клокочущим потоком из глотки вырвался глухой крик. Вся горечь недавно пережитого выплеснулась наружу, навалилась на меня невыносимым грузом. Тихо всхлипывая и судорожно хватая ртом воздух, я уткнулась в его плечо.       Мерсер, пребывая в недоумении, раздражённо выкрикнул:       – Что, даэдра его раздери, сейчас происходит? Азруил?!       Вингот, похоже, впал в замешательство – застыл как штык, лишь растерянно хлопая глазами. Фрей шумно выдохнул и теперь мягко обратился ко мне:       – Вив, что произошло? Почему ты ревёшь? Из-за Бриньольфа? Сделка не состоялась?       Горло свело неприятным спазмом – совсем не хотелось говорить, я отчаянно прижалась к Мерсеру, а он мог только вздыхать от чувства собственной беспомощности.       Азруил, наконец, сделал волевое усилие и взял себя в руки.       – Нет, с Бриньольфом мы договорились, он сказал, что обдумает наше предложение, – дрожащим голосом проговорил мер в ответ, и, немного смутившись, осторожно произнёс, – произошёл один… инцидент, – а легонько тронув меня за плечо, полушёпотом спросил, – Вив, мне рассказать?       Я замотала головой и, подавив плач, сипло выдавила:       – Не хочу об этом слышать. Просто покажи через синхроний – я не буду смотреть. Мерсер, пожалуйста, не комментируй.       Азруил кивнул, а спустя время подошёл к нам, сжимая холодные металлические бока диковинного камня – проектора воспоминаний. Знакомая картинка тут же всплыла над головой эльфа, а я, покрепче зажмурившись, спряталась за плечом Мерсера.       Вингот, наконец, закончил показывать последние события, и, взмахом руки создав магический поток, отправил артефакт в свою комнату.       Я медленно подняла глаза.       – Вот же… чёрт! – выпалил Мерсер.       – Бриньольф полный идиот!       – И хватило же ума связаться с этой… швалью!       Фрей продолжил поливать грязью своего преемника.       – Перестань браниться. Не забывай, где ты находишься.       Суровый возглас Гелебора был проигнорирован. Старший паладин подошёл к нам, видимо, собираясь, вытрясти из Мерсера всю дурь, но, увидев в каком я состоянии, осёкся.       – Почему ты так ругаешься? – вопросил он уже спокойнее, с тревогой лицезря мою непрекращающуюся безмолвную истерику. Мерсер ощерился:       – Потому что Ганзо Ракшас.       Какой ещё Ганзо Ракшас? Лицо Азруила перекосило – кажется, он, в отличие от меня, понял, о ком речь. И, похоже, этот Ракшас имеет крайне дурную репутацию, раз вынужден скрывать своё имя и, судя по тому, как Вингот на него реагирует.       Из комнаты Вигге послышался саркастичный смешок. И этот о нём наслышан?       – Боюсь, это имя ни о чём мне не говорит, – мрачно буркнул Гелебор.       Мерсер покачал головой.       – Работорговец, – бросил он и в довесок процедил, – самый влиятельный во всём Тамриэле и, возможно, за его пределами. За голову Ракшаса в Империи назначена награда, слышал, на него неоднократно поступали контракты в Мораг Тонг и в Тёмное Братство. Однако, есть и немало людей, готовых охотно пользоваться его…услугами. Мой «папаша», бывало, покупал «материал» для своих исследований, – последнее слово Фрей, буквально, выплюнул, запнулся, а, скрестив руки, зло ухмыльнулся, – Бриньольф согласился с ним сотрудничать? Если да, то с Гильдией воров в Скайриме мы можем распрощаться. Почему? Он высосет из них все ресурсы, а потом просто заставит работать на себя, несогласных постигнет незавидная участь.       Мерсер выдохнул. Гелебору этот Ракшас уже заочно не понравился – старший паладин, испытывая праведный гнев, скривился.       – Что он с ними сделает? Казнит? – спросил он, взяв себя в руки.       – Это хуже смерти. Он подавит их волю. Подчинит разум. А потом просто продаст в рабство, – неприязненно выплюнул Мерсер одну фразу за другой. – Говорят, Ракшас очень искусный маг Иллюзий, но, я так не думаю – скорее всего, люди за магию принимают лишь развитый дар убеждения и природную харизму.       Азруил вскинул бровь и недоумевающе протянул:       – Хм, нам он представился совсем другим именем.       – И как же он назвался? Банго, Саруш? Или, быть может, Гозелло? – с издёвкой процедил Фрей. Точно так же он разговаривал со мной, когда я только вступила в Гильдию.       Когда Вингот рассказал, как представился тот тип, Мерсер скривился:       – Жан Кало. Когда ко мне заявился, знаете, как обозвал себя? Саруш Милосердный. Милосердный.       Последнее слово Фрей выплюнул, как яд.       – Когда ты был Гильдмастером, он приходил? А зачем? С тем же предложением? И что ты ему сказал в ответ? А как он потом отреагировал на твои слова?       Азруил завалил его вопросами. Мерсер в ответ коротко кивнул и проговорил:       – Да. Пришёл, когда я сместил Галла. Тогда я быстро дал понять, что никаких дел с ним иметь не буду, и что лучше бы ему больше не появляться в Рифтене.       Мер, выслушав Фрея, удивлённо захлопал глазами.       – Сколько же ему лет? Выглядит он довольно молодо. Разве могут люди столько жить и не стареть?       Мерсера его возглас позабавил.       – Ха, да он ещё к Галлу приходил, – усмехнулся бретонец, и заговорил дальше уже серьёзно, – Уже тогда он на своём поприще добился многого. За сотню гаду, не меньше. Не знаю, каким образом у него получается так долго жить и не дряхлеть. Возможно, и не человек он вовсе, а полуэльф какой-нибудь или вампир.       Азруил затих и, не зная, что на это сказать, вяло повёл плечами.       – С этим надо что-то делать, – возмутился Гелебор. – Надо призвать преступника к ответу.       – А зачем? – Мерсер с усмешкой взметнул бровь. – Проблемы Гильдии теперь не моё дело.       Старший паладин нахмурился – позиция Фрея претила ему.       – Не ради Гильдии. Посмотри на Вив. Скольких он заставил страдать? – голос древнего фалмера прозвучал жёстко, он скрестил руки и покачал головой. – Мерсер, я прекрасно вижу, что ты люто ненавидишь этого Ракшаса. У тебя есть все шансы разобраться с ним.       Бретон скривился:       – Ага. В героя поиграть? Шутишь что ли? Я один, за ним – целая банда работорговцев.       – А я бы ему за свою женщину репу оторвал голыми руками, – послышался над нашими головами басовитый хриплый голос – Вигге подошёл незаметно, возглас его прозвучал как упрёк. Мерсер закатил глаза и лениво отмахнулся от громилы, словно норд-берсерк был лишь назойливой мухой.       – А неплохая идея! – губы Фрея вдруг расползлись в глумливой усмешке. – Иди, заступись за неё. Или только словами разбрасываться можешь?       Лицо Вигге было непроницаемым, словно холодная каменная маска.       – Пойду и заступлюсь, – коротко, но твёрдо произнёс он и, уставившись Мерсеру в глаза, саркастично протянул, – а кое-кто трусливо поджал хвост и дал заднюю. Так себе кавалер.       – Провоцируешь меня? – ничуть не смутившись, хмыкнул тот. – Так себе приёмчик. Я не дурак, не поведусь.       Вигге и Гелебор были правы – с тем бандитом нужно покончить. Мерсер по неясным причинам пасовал, а у меня чесались руки – хотелось как следует отбить этому Кало-Ракшасу почки. Конечно, стоило бы сделать это сразу, но время не отмотать.       – Я с тобой пойду, – сипло отозвалась я, а Вигге, покосившись на меня, усмехнулся и надменно приподнял бровь – наверняка, он видел во мне слабую, ни на что не способную дурочку. Я, силясь взять себя в руки и перестать задыхаться от собственных переживаний, сделала глубокий вдох.       – Ты попала под его влияние. Тебе не стоит к нему приближаться. Посмотри на себя – до сих пор трясёшься.       Отрывистое бормотание Мерсера прозвучало у самого уха. Он притянул меня к себе, крепко обхватив руками. Я резко мотнула головой и хрипло прошелестела:       – Нет. Хочу лично вырвать ему сердце.       Говорить нормально всё никак не получалось – голос сел из-за рыданий.       – Глупая! Ты не понимаешь, во что ввязываешься, – рявкнул Фрей и, встряхнув меня за плечи, вынудил посмотреть ему в лицо, после чего удручённо бросил, – гадёныш просто закончит начатое, и ты станешь его игрушкой.       – Ты сам боишься стать его игрушкой.       Одной лишь фразой, рассёкшей воздух словно ледяное копьё, Виртур заставил Мерсера осечься. Бретон сделал глубокий вдох и прикрыл глаза – похоже, Викарий точно увидел истинные причины его беспокойства. А Фрей, взяв себя в руки, на выдохе отрешённо произнёс:       – Как всегда, зришь в корень, Викарий.       Не может этого быть.       – Ты? Что он с тобой сделал? – всё ещё не веря услышанному, вопросила я дрожащим голосом.       – Примерно то же, что и с тобой, – мрачно отозвался он и недовольно выдохнул. – Но у меня хватило сил послать его, а ты совсем не сопротивлялась. Не приближайся к нему – ты очень уязвима.       Бедный Мерсер – наверняка, подобный опыт был для него очень унизительным. Я прижалась к бретонцу крепче и запустила пальцы в тронутые сединой волосы, нежно поглаживая кожу головы – это всегда успокаивало его. А Викарий подошёл ближе и склонился к нам.       – Вив, дай мне взглянуть на тебя, – вкрадчиво произнёс эльф. – Я определю, какого рода воздействию ты подверглась.       Я, немного помедлив, отстранилась от Мерсера и согласно кивнула, позволяя Виртуру сесть рядом и прикоснуться к себе.       Он внимательно глянул мне в глаза, осмотрел лицо, лёгким касанием ногтя нежно очертил скулы и подбородок, почти так же, как это сделал Ракшас. Но действия Виртура вовсе не вызывали во мне отвращения. Скорее, наоборот. По спине пробежал табун лёгких мурашек, дыхание сделалось прерывистым, а сердце забилось сильнее. В этот момент он так некстати решил нащупать мой пульс, приложив два пальца к сонной артерии. Коротко кивнул. Кажется, учащённое аритмичное сердцебиение выдало меня с потрохами. После эльф водил ладонями над моей головой и плечами, видимо выискивая в биополе следы колдовства. На этом закончив беглый осмотр, Викарий вынес свой вердикт:       – Это не магия Иллюзии. Не способности вампира. Не похоже на действие яда или зачарования. Хм… – он задумчиво хмыкнул и неожиданно вопросил, – Вив, полагаю, Ракшас показался тебе очень привлекательным?       Я чуть не поперхнулась и возмущённо выпалила:       – А это тут причём?       Викарий снисходительно выдохнул:       – Он очаровал тебя. Этот индивид, похоже, обладает исключительным природным обаянием. Ракшас превратил свой дар в опасное оружие, которое год за годом оттачивал до совершенства.       Ой-ёй, похоже, Виртур сделал немного неверный вывод, Ракшас просто воспользовался моим замешательством.       – Ты… уверен? – вполголоса выдавила я и скрестила на груди руки. – Может мне стоит рассказать, что произошло?       – Не стоит, – отсёк он, слегка мотнув головой, и тихо выдохнул, – Азруил всё наглядно показал.       Викарий, получается, присутствовал в казармах с самого начала? Как только я могла его не заметить? И, значит, истерику мою он видел. А вот из-за этого стало немного неловко. Я попыталась ему возразить:       – Этот… просто ввёл меня в ступор, а потом… распустил руки…       Вышло нескладно. Говорить о произошедшем во «Фляге» было непросто – без слов я звонко шлёпнула ладонью по лбу, прикрыв глаза. Никак не прокомментировав сей жест «рука-лицо», Викарий мягко произнёс:       – Да, я понял, – а сделав небольшую паузу, аккуратно добавил, – но по выражению твоего лица было видно, что его, м, действия были тебе отчасти приятны. Да, весьма противоречиво…       Нет, не говори об этом! Не хочу слышать. Я зажала уши.       – Виртур… ЗАТКНИСЬ!       Мой выкрик подействовал ошеломляюще – в зале воцарилась тишина. Лицо Мерсера от удивления сильно вытянулось, Вигге насмешливо фыркнул, у Азруила отвисла челюсть, а Гелебор с укором покачал головой.       Ой. Не стоило, наверно, грубить ему.       Я виновато покосилась на Викария.       Тот молча смотрел на ленивое пламя в камине.       Ну вот, попала.       – Блин, Викарий… у меня теперь неприятности, д-да? – робко проговорила я, но вместо ответных слов Виртур слегка приобнял меня и притянул к себе.       А вот это с его стороны было неожиданно. Я сглотнула образовавшийся в горле нервный ком.       – Нет, – спокойно отозвался он и вполголоса добавил, – я понимаю, что ты чувствуешь.       Викарий затих. А спустя пару секунд мягко выдохнул над ухом:       – Я хочу помочь тебе.       – Каким образом? – недоверчиво буркнула я, немного отшатнувшись от эльфа. – Заколдуешь меня?       Не думала, что он владеет магией Иллюзии. Да и не хотелось снова на своей шкуре испытать её воздействие – я всё ещё помнила экспериментальные заклинания Фестуса Крекса, после которых голова чуть надвое не раскололась.       – Заплету тебе косы, читая умиротворяющую мантру, – невозмутимо произнёс Виртур.       А в ответ на застывший в моих глазах немой вопрос, он терпеливо пояснил:       – Издревле волосы считаются сакральным элементом. У многих народностей встречаются колдовские практики, так или иначе, задействующие их. Порчи, заговоры… привороты и отвороты. Распустив твой хвостик, я как бы стряхну с тебя старые тревоги, а, собрав волосы по-новому, – успокою твой ум, приведу в порядок мысли.       Да, и впрямь – даже у нас существуют обряды с прядями волос, магия Вуду – самый страшный из них. Многие женщины делают новую стрижку, когда в жизни одни неурядицы, подсознательно отсекают таким вот образом негативные переживания. А заплетение кос на Руси считалось магическим таинством. Весьма интимным.       От мыслей о том, что Виртур будет прикасаться к моим волосам, перебирать в руках, пальцами разделяя на прядки и сплетая их в плотные жгутики косиц, по телу пробежала колкая дрожь – было в этом нечто будоражащее. Шумно выдохнув, я смущённо буркнула:       – Ладно. Надеюсь, это подействует.       Виртура моя интонация, похоже, позабавила – он беззвучно рассмеялся.       – Подействует. Сядь передо мной, – Викарий слегка развёл голени, указав на пол, и, как будто в оправдание, отрывисто добавил, – так удобнее будет.       Не говоря ни слова в ответ, я, борясь со смущением, устроилась у него в ногах, откинувшись к основанию дивана, уложила локти на согнутые колени, расслабленно свесила предплечья и немного наклонила вперёд голову, приспустив ворот плаща.       Виртур коротко усмехнулся, снял вторую перчатку, и запустил свои горячие пальцы в копну моих волос, словно оценивая их густоту. Легкими касаниями массируя затылок, эльф полушёпотом произнёс на древне-фалмерском первые слова мантры и развязал кожаный шнурок, затягивавший хвост на макушке.       Кожа головы, казалось, покрылась мурашками, а сердце замирало от каждого прикосновения его рук к моим волосам.       Я украдкой огляделась – Мерсер, созерцая огонь, скептично поджал губы, Азруил уселся на шкуры перед камином напротив нас и с интересом наблюдал за действиями Викария, видимо, стараясь как можно лучше всё запомнить. Вигге и Гелебора слышно не было и в поле зрения их не оказалось.       Нараспев повторяя некоторые предложения по два-три раза, Виртур, ловко перебирал прядки, заплетая косу за косой, стремясь сотворить из моих волос, видимо, что-то по-эльфийски немыслимое.       По всему телу разливалось приятное тепло, словно от горячего кофе, – чары Викария действовали, мне становилось спокойнее, дурные мысли о Ракшасе, камнем лежавшие на душе, медленно блекли и отступали на второй план.       Собрав все косы в одну крест-накрест, Виртур закрепил их моим шнуром и, произнеся последнее слово мантры, огладил моё плечо, давая знать, что обряд завершён.       Кончиками пальцев я робко тронула свою новую причёску. Основную часть волос посередине Викарий стянул в высокий толстый колосок, в который тонкими жгутиками вплелись боковые пряди. Слегка посечёный кончик косы он туго обмотал шнуром, превратив его в заострённый конус, наощупь напоминающий рог.       Я довольно улыбнулась.       – Круто. Подчёркивает мой характер.       – Я знал, что тебе понравится, – удовлетворённо произнёс Виртур. И в следующую секунду решительно заявил:       – Гелебор и Вигге правы – злодеяния Ганзо Ракшаса пора прекратить. Сделать это вам под силу. Отправляйтесь за ним. Вы справитесь, я уверен.