Часть 1

Судьба наказывает тех, кто, по её мнению, недостоин. Клинт был в их числе. По крайней мере, так он думал. И всё, что оставалось поверженному лучнику — смирение в полной темноте. Вечной мгле, которую не в силах развеять никто, даже самый великий гений на Земле. Но, несмотря на это, в один момент Стив решил, что Бартону не помешало бы не просто смириться, а и действительно научиться жить с этим. — Клинт, я тут-.. — тяжёлая рука ложится на плечо Бартона, и он точно знает, кому она принадлежит. Научился различать. Такой тяжёлой она может быть только у Кэпа или Тора, да только Одинсон не стал бы так бережно касаться. Он бы дружески ударил по плечу, да так, что то едва не сломалось бы. Про Халка речь уже даже не шла. — ..-хотел тебя кое-с-кем познакомить. — С кем? — полубезразлично поинтересовался лучник, оборачиваясь к мужчине. Сейчас у него происходила очередная попытка нарезать салат, которая, скорее всего снова закончилась бы тем, что Бартон бы порезался. Он пока ещё не научился чувствовать присутствие кого-то постороннего в комнате, ощущать на себе чужой взгляд. — Привет. Клинт, верно? — послышался со стороны женский голос. Затем, два тихих шажка по комнате, явно приближающихся на каблуках, о высоте которых судить было не ему. Бартон чуть повернулся на голос, в очередной раз вспоминая, что рассмотреть незнакомку не вышло бы при всём возможном желании. Осознание этого привычно удручало: смириться он, может и смог, а вот привыкнуть всё не получалось. — Он самый, — невесело и, возможно, слегка грубовато отозвался стрелок. В последнее время, он разговаривал так со всеми, раздражённый собственной беспомощностью и бесполезностью. Соколиный глаз даже не замечал, как вымещал собственные эмоции на окружавших его людях, тем самым повышая возможность словесно ранить их. Даже, если абсолютно ненамеренно. Впрочем, девушку, по всему видимому, стоявшую напротив, это, кажется, нисколько не смущало. — Рада знакомству. Моё имя Патрисия. Пэт, если угодно. Пожмём руки, если ты не против. Я не настаиваю, но так привычнее, — предупредила девушка, видимо, осведомлённая о том, что ей предстоит общаться со слепым человеком. Он вложил ладонь в мягкую руку девушки. Та тут же была пожата и в тоне новой знакомой послышалась улыбка, явно не скрываемая: — Слушай, не хочешь немного прогуляться? — Да куда уж мне? Я, даже выходя с кухни, убиться могу, — выдохнул мужчина, качая головой. Он едва не рассмеялся со своего состояния, сжимая во второй руке нож: настолько беспомощен, не способен даже просто пойти и прогуляться. Сейчас он осознал это в полной мере и это легло на его плечи тяжёлым грузом, делая его состояние в разы хуже. Бартон поджал губы на несколько мгновений. — А по мне, так прогулка — это отличная идея, — донёсся задорный и вечно бодрый голос Капитана откуда-то со стороны. Бартон вскинул бровь, взглянув примерно в ту же сторону, откуда доносился звук. По его лицу отчётливо читалось что-то, вроде: «Ты серьёзно, мать твою, Роджерс?», но после нескольких секунд затяжного молчания, Клинтон, наконец, обречённо выдохнул, опуская голову. Капитан заговорил снова: — Подожди возле выхода из башни, Пэт. — Конечно. Только… Клинт, предупреди, пожалуйста о своём присутствии, я могу задуматься и не заметить тебя. Если, конечно, ты всё-таки выйдешь, — улыбнулась Патриция и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу, оставляя мужчин наедине. Клинт сжал нож ещё сильнее, а затем воткнул его в стол, хотя собирался воткнуть в доску, на которой резал овощи. — Серьёзно, Кэп?! Отличная идея?! Да я десять раз упаду, пока выйду из башни! — резко прорычал он, после разворачиваясь обратно к Капитану. Он был явно зол на суперсолдата, пусть и где-то глубоко внутри вполне себе понимал, что Стивен просто хотел как лучше. Впрочем, спокойный голос собеседника явно поумерил его пыл. Стив привык слышать агрессию со стороны друга, так что, сейчас совершенно не обращал на неё внимания. — Тебе сейчас нужно отвлечься, Клинт. Я понимаю, что тебе сейчас очень сложно, и ты не понимаешь, как продолжать состоять в команде, но Пэт, она… Прекрасная девушка, и я уверен, вы сможете найти общий язык, — рассуждал Капитан Америка, возвращая свою тёплую и тяжёлую ладонь на плечо Клинта, и слабо сжимая его в жесте поддержки. — Тем более, что тебе нужно научиться жить с этим, а не просто существовать. — Кэп. Ты решил познакомить меня с новым человеком, чтобы я опозорился с первых же минут знакомства или что? — куда более спокойно спросил молодой человек, опуская голову вновь и закрывая его верхнюю половину ладонью. Рука Капитана сжалась сильнее, заставляя Бартона устремить в глаза Роджерса взгляд своих — невидящих. — Клинт. Ради нас. Нам тяжело наблюдать за тобой, за тем, как тебе больно день за днём осознавать себя таким беспомощным. Просто постарайся пообщаться с ней получше. Хотя бы одна прогулка, — выдохнул Стивен, и было очевидно, что он смотрит прямо в глаза невидящего лучника сейчас. Клинтон невольно прикусил внутреннюю сторону щеки. — Ладно. Поможешь дойти до выхода? — наконец, сдался он, впервые в жизни попросив помощи самостоятельно. То, что он решился на такой шаг, было уже очень ценно, и Капитан без лишних слов взял всю руку друга в свою, заставляя довериться, выводя сначала из кухни, а затем — по коридорам, к лифту, и к выходу из башни. Затем, как только в лицо подул свежий ветер, Стив отпустил его руку и затих, видимо, уходя обратно в башню. — Пэт? — Клинт. Всё в порядке? — тихо спросила девушка, и её тонкие пальцы коснулись мужской ладони. Клинтон аккуратно сжал её ладонь в своей — просто потому что идти вперёд, когда тебя ведут, намного проще, чтобы не наткнуться лицом на первый попавшийся столб или не упасть этим самым лицом в грязь. Бартон слабо дёрнул уголком губ. — Да, всё хорошо. Идём? — спросил он, медленно направляясь вперёд. Шаги Пэт, идущей рядом, сопровождались тихим стуком её каблуков. Большой палец девушки, в какой-то момент, мягко скользнул по тыльной стороне его ладони, и это было, в каком-то смысле, даже неожиданно. Но Клинт предпочёл списать это на самый обычный жест поддержки. — А как ты… Ну, ты понимаешь, — прозвучало не то утверждение, не то вопрос, словно девушке и самой было чертовски неловко об этом спрашивать. Почему-то, это не только расстроило, но и позабавило Клинта. Беспомощным, слепым котёнком чувствовал себя он, а неловкость слышалась именно в её голосе. В какой-то степени, это было даже мило. — Два слова. Красный Череп. Вернее… Как он себя там обозвал? А, да… Космический Череп. Глупее не придумаешь, — выдохнул мужчина почти насмешливо, усмехаясь на одну сторону, и совсем забыв, что Пэт может не понимать, о чём вообще речь. На удивление, заместо непонимания, Клинтон получил в свою сторону лишь тихий и звонкий девичий смех. — И правда… Злодеи никогда не умели придумывать себе прозвища, — хмыкнула Патрисия, и Клинт был готов поклясться, что на секунду смог увидеть серые, как два туманных омута, радужки её глаз. Конечно, всё это произошло лишь в его фантазии, но он нашёл в себе смелость, чтобы сделать небольшое, но очень точное предположение: — У тебя… Серые глаза? — раздался вопрос, огорошивший обоих. Ни Клинт, ни Патрисия не ожидали что первый задаст этот вопрос. В особенности, вслух. Несколько секунд висело напрягающее молчание, оба не просто замедлили шаг, а буквально замерли на это время, тянувшееся, как казалось Клинту, целую вечность, если не в разы дольше. Ему вдруг стало неловко от собственного вопроса. — Да. Серые, — наконец, ответила Пэт, кажется, совсем не понимая, откуда он знает об этом. Клинт невольно засмеялся, поняв, что напугал девушку. Он приложил ладонь к лицу, понимая, насколько идиотом может выставить себя сейчас, но руку девушки так и не выпустил из второй. Ситуация выходила и правда невероятно-глупой, но оттого, невероятно-комичной. — Прости. Прости. Я просто подумал, что… Что у тебя могли бы быть серые глаза. Глубокие серые глаза… — спокойно заговорил он, пытаясь оправдать себя. Теперь засмеялась и девушка, делая шаг вперёд и продолжая их небольшую прогулку. Её смех определённо успокоил Бартона: возможно, не так уж и сильно он напугал её, обещал, ведь, Стиву попробовать наладить общение с ней. — Ты это по голосу понял, или по тому, как ладошка в руке лежит? — попыталась отшутиться Пэт, снова заливаясь тихим смехом. «По интонациям» — хотел, было, ответить Клинт, но предпочёл не говорить ничего, и просто молча улыбнуться. Когда девушка успокоилась от смеха, между ними снова возникла тишина. Но на сей раз, вполне комфортная, вызывающая тепло где-то внутри. Они шли в этой тишине ещё какое-то время, пока Клинт вдруг не почувствовал, что Патрисия резко остановилась. Затем, в его свободную руку легло что-то гладкое, прохладное и тонкое… Ощупав то, что ему дали, молодой человек понял, что в его руку лёг кленовый листок. Почему-то, на лице от этого действия появилась улыбка, а где-то внутри разлилось странное тепло. Уютная тишина продолжила следовать за ними ещё какое-то время. — Думаю, нам стоит вернуться. Мне ещё нужно будет приготовить обед на всю команду, да и ты, думаю, успела проголодаться, — спокойно отозвался Клинтон, несмотря на то, что он и сам понимал, что «приготовить» ужин в его понимании означало, скорее, «попытаться приготовить». Потому что, с высокой вероятностью — а вернее, со стопроцентной — он бы покалечился снова, пытаясь сделать что-то полезное для команды. Конечно, это било по нему с невероятной силой, но не попытаться приносить пользу молодой человек не мог. — Да, идём. Если нужно, я… Прости, это, наверное, прозвучит так, словно я думаю что-то не то, но я бы могла помочь. Я просто правда люблю готовить, и, думаю, вместе у нас получится намного быстрее, — Патрисия сейчас звучала немного застенчиво, словно ей и правда было стыдно за своё предложение, и это вынудило Клинта ответить без той агрессии, с которой он ответил бы любому другому. — Знаешь, я буду только рад, — отозвался он, и тут услышал негромкий вскрик, видимо, падающей девушки. Скорее всего, та споткнулась, но уже через секунду оказалась в крепких руках Бартона. Кажется, никто из них не понял, как это произошло, просто тело Клинта сработало раньше, чем мозг и отсутствующее зрение. Он даже не знал, в какую сторону она будет падать, но поймал буквально интуитивно. — Вау, твои рефлексы безупречны даже сейчас, — с наигранной насмешкой выдохнула Пэт, так доверчиво приобнимая своего спасителя. Тот мягко поставил её обратно на ноги, всё ещё пытаясь осознать, что это было вообще. Казалось, будто реакции тела были настолько точны, что ему не нужно было видеть девушку, чтобы точно понимать траекторию её падения. Мозг будто бы выстроил её, основываясь на памяти тех моментов, когда он всё ещё обладал зрением. — Мои рефлексы безупречны всегда, — с напускной уверенностью отозвался Мститель, несмотря на то, что на деле этой уверенности в нём не было ни на грамм. Впрочем… Если он всё ещё мог вытворять такое, может быть даже слепой Мститель всё ещё был не таким уж бесполезным, как он успел надумать о себе сам? Это удачное стечение обстоятельств вселило в него, по крайней мере, толику всего того вечно позитивного настроя, что был у прежнего лучника. Дальнейший путь до башни был без происшествий, но у самых дверей девушка притормозила своего сопровождающего. — Погоди. Давай я возьму тебя под руку, будто это не я помогаю тебе дойти, а ты помогаешь мне? — предложила девушка, и собеседник удивлённо покосился на неё, но всё же, возражать не стал. Позволил ей высвободить руку из его крепкой ладони и провести от неё к локтю, ухватываясь за этот самый локоть. Мужчина согнул его, а затем, благодарно улыбнулся. — Спасибо, Пэт, — шепнул он, делая вид, будто сопровождает девушку к башне и по её коридорам. И вот, девушка уже смеётся с какой-то милой шутки Хоукая, когда лифт привозит обоих на нужный этаж и, судя по издаваемому звону, открывает дверь. Оба выходят из этого самого лифта, направляясь в гостиную Мстителей, где раздавался шум множества голосов. — Вы вернулись… Я, как раз, только собрал всех, — донёсся до ушей голос Капитана, и Бартон почувствовал на своём плече его тяжёлую руку. Тот, кажись, втиснулся между дамой и «кавалером», и Бартон был уверен, что на плечо той легла вторая его ладонь. Их провели в центр комнаты, а затем, Клинта вдруг отделили от его спутницы. Он ощутил, как её ладони отпускают его локоть, а его самого усаживают в кресло. — Итак, Мстители. Позвольте представить вам Патрисию Спиллвот. Она — наш новый Мститель, Белый Факел. Она, как и Клинт, слепа, но не думайте, что это доставит проблем, вовсе нет. Пэт, продемонстрируешь? — С радостью, Капитан, — улыбнулась Патрисия. Послышался всполох, а затем, какой-то шум, словно… Словно кто-то танцевал в центре комнаты сейчас. Но Бартону не давали покоя совсем другие мысли. Пэт слепа? То есть… Она не видела его жестов, не видела улыбок, его внешности, мимолётных кивков. И… Как она так спокойно относится к своему состоянию? Почему не сказала? Почему ей было так легко подкалывать его за тот же недостаток, что был и у неё? Как она научилась так просто ориентироваться в пространстве, словно всё время видела? А затем, Клинт покрутил между пальцами листок, который всё ещё находился в его руке. Яркий, наверное… Этого не знали ни он, ни она, но что-то вынудило её вручить ему этот листок. — Ещё одна слепая в команде… Впрочем, со своими силами ты, кажись, справляешься неплохо, Белый Факел, — саркастично отозвался Энтони. Послышался скрип дивана, видимо, Старк поднялся со своего места. Затем, его торопливые шаги к центру комнаты… Что происходило дальше, Клинт уже не слышал.Он не понял, сколько времени прошло прежде, чем плеча коснулись подушечки тонких пальцев. — Клинт… Я обещала помочь тебе приготовить ужин, — тихо шепнула девушка, аккуратно проводя от плеча до локтя и к ладони Клинта. Теперь, он понял, что девушка делала это для того, чтобы определить, где находится та самая ладонь, ведь увидеть её девушка никак не могла. Взяв новую знакомую за руку, Бартон поднялся с кресла, и направился на кухню вслед за ней. Под помощью, как оказалось, Пэт подразумевала то, что готовить она будет сама, а помогать будет Клинтон. Впрочем, ему не поручалось особо сложных задач, в особенности, тех, где Бартон мог пораниться. Пока мужчина раскатывал тесто по доске, он медленно опустил голову. Поджал губы. И задумался о том, как бы начать диалог, чтобы обоим не было так неловко. Подумав с несколько секунд, молодой человек взглянул в сторону, откуда доносился стук ножа о доску для нарезания. — Пэт. Почему ты сразу не сказала, что мы с тобой находимся в одинаковом положении? — спросил он для начала, и скалка в его руках замерла. Звук нарезания… Чего-то… Тоже остановился, и Патрисия, кажется, подошла на два шага, касаясь ладони Клинта, что всё ещё была в муке, и лежала на скалке над куском теста, что лежало на столе. Бартон ожидал ответа. — А разве это было необходимо? Тебе было комфортно со мной, когда ты не знал, что я слепа. Разве сейчас тебе со мной не так же комфортно? — спросила девушка, а затем, помолчав с несколько секунд, заговорила снова: — Стив попросил не говорить об этом, потому что я научилась жить со своей слепотой так, будто я вижу всё вокруг. И я правда вижу. Но не глазами. Я вижу руками, ушами, вижу по запаху и вкусу, вижу по ощущениям. Он верит, что ты тоже научишься так однажды. Поэтому, решил, что ты должен узнать об этом уже после прогулки. — И что? Ты можешь помочь мне с этим? — спросил Мститель так, будто это было для него всего лишь обыденностью, вопросом о погоде или настроении. Но, на самом деле, внутри него сейчас всё переворачивалось вверх ногами. Его это всё пугало, но в то же время, вселяло надежду на то, что он снова станет таким же полезным, каким был до этого, даже с этой темнотой в когда-то зорких глазах. Ответа не последовало, но… Буквально на следующий день Пэт разбудила Бартона лично. Начались «боевые учения» о том, как выполнять без зрения хотя бы самые будничные вещи. Вскоре, ему удалось самостоятельно приготовить салат. Затем, и помыть полы Клинт смог без посторонней помощи. А после, ему удалось самостоятельно прогуляться по коридорам башни. А дальше, ему пришлось заново учиться своим боевым навыком. И вот самой конечной целью стало заново научиться стрельбе из лука. И это оказалось самым сложным. — Клинт, — в один из дней подозвал… Беннер? Впервые за долгое время Клинтон слышал голос доктора Брюса Беннера, а не ненасытного нефритового монстра, способного разнести половину Башни Мстителей при помощи одного своего прыжка. Бартон удивлённо обернулся на голос учёного, глядя невидящим взглядом прямо в его глаза. Он и сам не знал, как ему удалось узнать, где находятся глаза доктора, но Мститель был уверен, что смотрит правильно. — Мы с Тони… Мы смогли разработать то, что поможет тебе заново иметь возможность видеть. — Что? — тихо спросил Соколиный Глаз. Он был шокирован, не мог поверить в то, что слышали его уши. Брюс дал указание следовать за ним, и тот сначала сделал несколько шагов вперёд, а затем вдруг замер, словно осознавая что-то. Покачал головой. Он не настолько эгоист, чтобы думать только о себе. — Пэт. Надо сказать ей об этом. Наверняка, она тоже хочет вернуть себе зрение. — Нет, Клинт. Я… Слишком привыкла к темноте, — выдохнула тихо подошедшая из-за спины девушка, за всё это время успевшая стать близкой лучнику. Настолько близкой, что о ней он думал прежде, чем успевал подумать о себе, своих желаниях и необходимостях. Патрисия мягко обняла Клинта из-за спины, утыкаясь губами в его плечо, а затем медленно приподнимая голову. — Ты заслужил того, чтобы снова увидеть этот мир. А мне хочется только оставить всё как есть. Эта темнота уже стала частью меня. Клинт хотел, было поспорить, но Беннер увёл его на операцию. Спустя несколько долгих, мучительных часов, он вновь вышел к девушке, которую теперь мог полноценно назвать своей. И теперь, он видел. Правда, видел. Конечно, пока только силуэты, но уже через пару дней его зрение вновь вернулось к ста одному проценту, и он смог увидеть ту, что снова подарила ему надежду. Увидеть её чёрные волосы, и серые, как и подсказывала интуиция, глаза. Увидеть её веснушки, тонкую талию и аккуратные, красивые пальцы… А затем, он вновь смог оглядеть каждого из друзей. Но выражение: «Я с закрытыми глазами в цель попаду» — сейчас было чистой правдой для него.