Открытие

Что-то изменилось То было не солнце, яркими лучами пробивающее себе путь сквозь пушистые облака. Не песчаные горки, обдуваемые теплым утренним ветерком, переливаясь и поблескивая, словно гладь воды в ясный день. И даже не птицы, чьих трелей ещё не было слышно в этот ранний час. Все здесь осталось по-прежнему, словно время, залюбовавшись красотой этого места, решило остановиться. Все было неизменно с самых первых дней, как нога ее впервые ступила за арку, переливающуюся фиолетовым свечением. Тогда, казавшийся холодным песок приветствовал неразумное Дитя и вел его навстречу будущему. Спустя время — теплел, наблюдая за нежными объятиями друзей и искрометным весельем от новых свершений. Иногда — согревал в минуты тяжёлых дум и нежно обнимал, впитывая слезы усталости, сожаления и непонимания. Это был все тот же, что и прежде, песок. Однако что-то все же изменилось. Дитя окинуло взором раскинувшийся вокруг пейзаж — каменные глыбы, напоминавшие затонувшие в песочном море корабли, лёгкие взмахи крыльев бабочек, кружащихся в беззвучном танце. Облака, словно обнимающие величественное здание храма и таящие в себе ворота в Пещеру Пророчеств, веяли свежестью и лёгкостью. Давно отдав свое сердце Долине Триумфа, Ян в последнее время все больше предпочитала возвращаться сюда, на Остров Рассвета — настолько спокойным, умиротворённым, но радушным и… светлым было это место. Здесь как сладкий нектар по телу разливалась радость, а печали уносило прочь тихое дуновение ветра. Здесь не существовало ни суеты, ни проблем — все было словно текущий вниз песок в одной из тех вещиц, которую Дитя увидела однажды у продавца диковинками в Забытом Ковчеге. Кажется, он назвал это часами? Они никогда не медлили и не торопились. Песчинки падали именно тогда, когда им было предназначено. Дитя глубоко вдохнуло, прикрыв от удовольствия глаза. Казалось, не бурлящей энергии Долины она всегда искала, но здесь, на Острове Рассвета, обрела покой, который был так необходим. Что же изменилось? Ветер ласкал длинные волнистые волосы, наспех заплетённые пораненными руками. Ян снова оцарапала их во время сбора, будучи излишне торопливой на поворотах в гонке. Сейчас, в прочем, она не испытывала дискомфорта от ранок — долетев до одной из каменных колонн, она села, запустив руки в прохладный песок. И странно — разочарования от них тоже не было, а ведь будучи ещё недавно совсем неопытной, Ян с грустью рассматривала свои ладони и недобрым словом поминала те места, где поранилась. Теперь царапины и ушибы стали показателем того, что ей ещё есть над чем потренироваться на поворотах, а их уменьшающееся со временем количество — диаграммой возрастающего опыта. Ян начала понемногу понимать причину странного чувства. Да, в облаках открывались ворота в новые неизведанные места, приходили и уходили по разным причинам друзья, а гардероб пополнялся новыми вещами — но в целом, всё осталось по-прежнему. То было не её окружение, но отношение к нему претерпело большие изменения. Ян стала смотреть на мир и чувствовать его совершенно иначе. Она вспоминала: спеша собрать свечи до начала нового дня, Дитя совершенно не замечало того, что окружало ее в данную минуту — будь то успокаивающее шуршание дождя, громкий гул колокола, доносящийся из храма или звенящая тишина, прерываемая лишь тихим мерцанием далёких звёзд. Её словно поглотила рутина, стремление быть выше других в своих материальных возможностях, хотя она никогда и не кичилась запасом сердец и свечей перед друзьями. Конечно, Ян испытывала удовольствие — но было ли оно искренним и… настоящим? Могла ли новая прическа сравниться с теплыми лучами солнца, согревающими продрогшее после дождя тело? Теперь Дитя не могло представить свои дни без ощущения мира вокруг — даже смотря на привычный, казалось бы, пейзаж зелёных лугов Прерии, усыпанных яркими, словно бусинки, цветами, Ян вдыхала свежий, медовый запах, наслаждаясь тем, что может находится в таком живописном месте. Лишняя свечка в кармане теперь не могла сравниться с радостью от холодных капель дождя, падающих на раскрытые ладони, или треск поленьев в костре, освещающем мрачные коридоры храма Долины. «Что же изменилось?» — вновь задалось вопросом кудрявое Дитя. Она набрала горсть песка, который начал просачиваться сквозь раскрытые пальцы. Ян смотрела заворожено, словно тот загипнотизировал ее. Маленькие холмики песка понемногу становились все выше и выше. Подул ветерок, донеся до неё свежесть нового дня. Мысль пришла неожиданно, как недостающий кусочек паззла, который виден не сразу. Ян выросла. Конечно, это не касалось роста — она частенько пила зелье, делавшее ее выше или ниже. Дитя выросло внутренне — изменилось ее мироощущение, ее взгляды, мнения и интересы. Возможно она не была достаточно взросла и опытна, но успела уже полюбить этот мир, хоть на малую долю его понять и с каждым новым днём продолжать открывать его для себя все больше. День прибывал, и Остров Рассвета встречал Детей далёкими ударами колокола и лиловым отблеском пушистых облаков. Ян глубоко вдыхала тёплый воздух фиолетовой пустыни. Сегодня выдался прекрасный день. Сегодня ей открылось что-то новое — оно было вдохновляющим, волнительным, но в то же время таким простым, понятным и… пришло как раз вовремя — словно песок, мерно текущий в часах.