Глава 19: Необходимость

Глава 19: Необходимость

      — Я не могу оставить всё так.       Эрдан метался по своей спальне, в спешке меняя старую окровавленную одежду на приличную рубаху и брюки. Только утром он смог надавить на главного лекаря и покинуть белые и давящие стены лазарета, где он пребывал под неустанным надзором Гвардии последние дни.       — Эрдан, прошу, давай успокоимся. — Маркус стоял в дверях, наблюдая за тем как мечется друг. — Она ушла, всё, история закончилась. Да и разрыв скоро затянется. Куда ты пойдешь?       — Не тебе призывать меня к спокойствию после того, что сделал. — Ответил герцог и одним движением освободился от верхней части своих одежд.       На мгновение стало больно — раны заживали слишком медленно. Но Эрдан даже не покривился. Сжал зубы и принялся натягивать чистую рубаху.       — Она сама хотела уйти. Это было её решение и я ей помог.       — Ты сделал это за моей спиной! — Воскликнул глава магпола. — Ты мог сообщить ей о возможности и позже. После того как мы бы с ней поговорили.       В душе у мага рокотал вулкан из эмоций, который ему всё никак не удавалось успокоить. Лишь чудом у Даута получалось сдерживать свою магию, что грозилась вырваться и, сметая всё на своём пути, пуститься на поиски той, что запала в самое сердце.       Мужчина знал, что разрушил те чистые чувства, которые возникли между ним и голубоглазой иномирянкой и боялся того, что в душе у Верóники останется лишь обида и ненависть.       Ему надо было увидеть её в последний раз. Просто сказать прости. И пускай это снова звучало эгоистично, но по другому у мага, чья магия была завязана на эмоциях, не получалось. Он всю сознательную жизнь жил, контролируя каждое своё движение, каждое чувство, выверял каждое слово и никогда не ощущал себя таким живым, как после одной мимолётной встречи с Верóникой.       — А что бы было если бы к тому времени портал затянулся бы? — Задал резонный вопрос оборотень. — Я бы не простил себя, если бы у неё был шанс вернуть свою прошлую жизнь, а я промолчал или сообщил об этом слишком поздно.       Что ни говори, но Маркус был прав. И Эрдан знал это. Поэтому не мог злиться ни на Маркуса, ни на Дариана, который тоже помог Верóнике. Единственным на кого он мог злиться — это он сам.       На секунду остановившись, Даут зажмурил глаза и когда снова открыл их, то продолжил уже более спокойным тоном:        — Я лишь одним глазом посмотрю на неё, удостоверюсь, что всё в порядке и отпущу. Извинюсь и отпущу. Мне это необходимо.       — А ей? — Спросил Маркус, а его жёлтые глаза блеснули.       На этот вопрос ответить было нечем. Даут посмотрел на друга.       — Думаешь ей легко было отпустить тебя? — Продолжил оборотень. — Особенно после того как ты чуть не покинул этот мир. Если ты появишься у неё на пороге это разбередит ещё не зажившие раны. Ей тоже тяжело, Эрдан. Также как и тебе. Новой встречей вы можете сделать только больнее друг другу. Разве ты этого хочешь?       — Нет. — Выдохнул глава магпола.       Делать Верóнике снова больно он не хотел. Слова оборотня немного отрезвили его опьяневший от эмоций разум.       — И когда ты стал таким знатоком людских душ? — Будто бы в пустоту задал свой вопрос Эрдан, не ожидая ответа.       Маркус лишь поджал губы. Он не знал, что сейчас творилось в голове у Даута, не знал с каким трудом друг сдерживал свою магию, но одно оборотень знал точно — главу магпола нельзя было сейчас оставлять одного. С появлением леди Верóники холодный, немногословный, властный и вечно пропадающий в работе глава магической полиции стал вспыльчивым и подверженным эмоциям, стал более похожим на человека нежели на безэмоциональное умертвие. И в данный момент граф Олби не знал хорошо это или плохо для друга, который был одарён одной из самых нестабильных магий.