Часть 1

      Корона в маленьких ручках заманчиво переливалась всеми цветами радуги. Неидеальные линии золотой оправы, в некоторых местах полностью стёртые, обнажившие тёмную часть, без позолоты. Блестели на солнце крошечные камушки, создающие вместе россыпь прекрасного света. Вся из себя корона не представляла никакой ценности. Реши она отдать её в музей, учёный выбросил бы вещицу в гору бесполезного металла. И для богов корона не имела ценности.       Но она имела ценность для её единственного друга. — И как тебе подарок? Я пойму, если ты скажешь: «Опять ты дрянь какую-то принёс, отнеси на помойку». Ты достойна всего наилучшего.       Ахиру перевела взгляд с короны на странного (для семьи и школы) друга, смотрящий на неё с некоторым страхом и трепетом. Он старался найти ей достойный подарок на день рождения, именно поэтому искал его и нашёл парочку приключений. Что сказать, он был Мусорным Богом, для народа личность неприятная, с ассоциацией как минимум небрежной, и потому у него были свои существенные ограничения по силам. Он был очень, ну очень невезучим, и не мог пользоваться магической силой, только своей саблей, тоже потёртой от времени, но крепкой. В свою очередь, сабля имела разум и имя Куро за чёрный оттенок. И от этого тоже были свои неприятности. Сабля с очень грубым характером по отношению к другим богам, и мягкий к его преданному другу. Всё это в совокупности делала его низшим богом в иерархии. Ниже всех и потому ближе к простым людям.       Нанаши с пониманием относился к причудам людей и богов, находя причины для радости везде, где только возможно и где нельзя. Он смог отыскать смысл встать, когда после становления богом его подвергли унизительной церемонией низших богов. А именно: низших богов приковывали к каменной плите и набивали на их коже ограничения. Каждое ограничение ставилось в расчёте на предназначение бога. Но в тот день ему казалось, что его тело пронизывают сотни клинков. Ограничения, шрамами проходившими по белой коже. И он думал, что с ограничением по любви людской он не сможет найти того, кто сможет понять его как человека. Возможно, ограничения заживают. Он не умел ненавидеть и потому старался не потерять её дружбу подарками. Он едва ли осознавал, что это смотрелось печально.       Ей не нужны были подарки. Ахиру уголками губ улыбнулась, протянув корону другу, и склонила голову словно наследная принцесса. Нанаши понял без слов, хоть и порядком удивился, что его подарок приняли без омерзения. Торжественным движением он возложил венец на её голову, невольно залюбовавшись ею. Цветок, распустившийся в золотой ночи. Не чета он ей ни разу, простой бог в одеянии даосского монаха. — Нанаши, ты мой лучший друг! И для меня ты бог, которому я хочу молиться. Я... желаю, чтобы ты был счастлив. Ты можешь исполнить его?       Он мог попытаться.