То ли буйвол, то ли бык, то ли тур...

— Флаттершай? — Кризалис расхохоталась. — Та самая, которая боится даже летать? Ну да, ну да, грозная няшка-стесняшка. Я в ужасе, о да. — Как знаешь, — Дискорд безмятежно пожал плечами. — Можешь не верить, как тот несчастный драконь. Но на твоём месте я бы не гулял ночами поблизости от избушки у Леса на опушке… чтобы не проснуться невзначай в засолочной кадушке. Я уж молчу про сарай. — Ой, да брось, — Кризалис отмахнулась. — Она даже перед тем, как бупнуть когопони в нос, извиняться будет. — Ну, это, знаешь ли, зависит от подхода, — флегматично заметила Луна. Пока Дискорд троллил Криз, она успела пошарить магией в подозрительно зашуршавших кустах, и теперь держала в воздухе несколько дрыгающихся и пищащих ноздреватых шаров размером примерно в половину хуфбольного мяча. — Кажется, Зекора опять ходила в лес по грибы… — О, сыроежки! — обрадовалась Эпплблум и кинулась к мешку. — Ща я котелок-от достану, сварим. — Ты что, хочешь это есть?! — Скуталу опасливо отодвинулась подальше по бревну. — Ну а почему нет, они же съедобные и, как я читала, вкусные, — Свити Белль меланхолично пожала плечиками, подсовывая в костерок ветки. — Правда, сыроежками их назвали потому, что они съедают всех, кого могут, живьём… так что это ещё и профилактика несчастных случаев. — И вы ещё таки к питанию чейнджлингов имеете что-то на докопаться?! — выпучила и так немаленькие глаза Кризалис, брезгливо глядя на трясущиеся колобки. — Фу-у-у… — «Фу-у-у» — это ты ещё кладовку Зекоры не видела, — Луна хмыкнула, хорошенько шлёпнула сыроежек друг об друга и уронила обмякшие грибы в подставленный Эпплблум котелок с водой. Скуталу сглотнула. — Вот уж кто умеет подходить к кулинарии творчески. — И не хочу видеть! — поспешно открестилась Кризалис. — Эта ваша зебра вообще отбитая на всю голову! — Все мы здесь не в своём уме… — Дискорд медленно растаял в воздухе, к Кризалис поплыла лишь его ехидная улыбка. — И ты, и я. — Ты так уж точно, — Кризалис пересела на другое бревно. — И я, наверно, тоже, раз уж заигрываю с едой. Что сказала бы моя маменька… — Она бы порадовалась, что к вопросу твоего перевоспитания не подошли более творчески, полагаю. — Улыбка Дискорда стала ослепительной и бабахнула фейерверком, рассыпая зубы. — Вон Луна знает. Драконикус, как ни в чём не бывало сидящий у костра, подобрал ветку и превратил её в большущую ложку. Свити рассеянно вертела банку с маскотом, вяло перекатывающаяся по стеклу сонная клякса неохотно меняла цвета. Скуталу подозрительно косилась на покрасневшие грибы, култыхающиеся в закипающей воде. Эпплблум как следует посолила варево и накрыла крышкой. — Малёхо потомить, и готова вкуснятина, — радостно потёрла лапки. — И что же такого Луна знает? — с подозрением спросила Кризалис, не дождавшись реакции от принцессы, щурящейся на огонь с несколько мечтательным видом. — А? — Луна вскинула на неё взгляд. — Ну, я знаю, что было бы в иноздесь и инокогда, если бы Тия применила… Творческий подход Небо было голубое, облака — белые и кучерявые, словно барашки, кусты зеленели, птички и пегасы чирикали, цветочки нагло занимались публичным кексом при участии мотыльков, пчёл, и прочих летучих органов, башни Кантерлота вздымались вокруг парка лесом праздничных леденцов… — Дискорд, преврати их обратно, будь любезен. Жарко, пони к полам прилипают. — Скучная ты, Лести, нет у тебя полёта фантазии… — печально вздохнул Дискорд. — Полёт фантазии плохо оценивается в полёте с подтаявшей лестницы, не находишь? — Эх, вот всегда ты стремишься обуздать души моей прекрасные порывы… — драконикус неохотно щёлкнул пальцами. — Только если они слишком хаотичны для других. — Селестия сдвинула на нос тёмные очки. — Не все привыкли к твоим выбрыкам так, как Флаттершай, знаешь ли. — Ну-ну… Кстати, да. Слышь, Тия… — Дискорд поскрёб бородку, глядя на уродливый тройной монумент. — А зачем ты на самом деле велела превратить их в камень? Да ещё чарами куролиска… Только не говори, что эта троица умудрилась своим смехотворным «захватом Эквестрии» аж настолько тебя допечь, или про консерву на будущее. Твоя верная Твайка слишком наивная и простодушная, она воспитает смену без твоих интриг и подставных чудиков. К худу или к добру, но… — Кому, как не тебе, знать о многогранности магии и сущности, — пожала плечами Селестия. — Как ты думаешь, куда девались все злодеи, что были и до тебя, и после, но были либо не столь умны, либо попросту невменяемы? Следуя такому курсу, мы бы уже держали в парке целую армию статуй, не ломать же лишние. — Сестра Наша желает изречь, поелику… тьфу, блин, привязалось. Какого Дискорда все борзописцы вкладывают в уста Наши речь древнюю?.. А, кобылять! — вылезшая из-за куста хвостом вперёд Луна с досадой потёрла мордашку. — Эй, тут уж я и вовсе ни при чём! — обиделся Дискорд. — Короче, у куролиска чары специфические. — Луна только отмахнулась. — Обычный камень нельзя было бы превратить назад в живое — но куролиск замедляет резонансом движение наимельчайших частиц материи. Временно. На кой бы ему ляг сдался камень для еды, сам подумай? Этот же принцип применили и Элементы на более длительной основе — но в твоём случае играло роль то, что ты существуешь не только в одной реальности, у тебя есть и собственное карманное измерение, где ты частично пребываешь. — Да что ж это за жизнь такая, все мои секреты повызнали… — Дискорд увял, теряя листья и лепестки, ветви его поникли. — Надо срочно придумать новые! Он выхватил из уха свиток, озаглавленный «Секретнейший тайный список моих секретных секретов», и ожесточённо в нём зачиркал хвостом, превратившимся в вечное перо. — Флаг тебе в лапы и перо на шляпу, — фыркнула Селестия, обходя статуи и примериваясь к ним «рамочкой» из перьев на манер фотографа. — Лу, ты всё принесла? — Табуретка творческая — одна штука. Подушка для табуретки творческой — одна штука, — начала перечислять та, загибая перья на крыльях и выуживая магией из-за кустов поименованное. — Творческая задница творческой Селестии для творческого восседания на творческой табуретке — одна штука. Сама творческая Селестия прилагается в комплекте по творческому умолчанию. Зубило и молоток творческие для творчества творческой Селестии, творчески восседающей творческой задницей на творческой табуретке — две штуки. Творческое ведро с творческой глиной для вышеуказанного творчества вышепоименованной Селестии — одна штука. Мастерок, стек и ещё какая-то творческая ерунда для творческого колупания дырок в вышеозначенной творческой глине — три штуки… — И всё?! — разочарованно покосилась на выставленное сестра, стоически проигнорировав периодически указующее на её тылы синее маховое перо. — Ах, да, ещё творческий тортик и творческие печеньки, плюс творческий сок манго, половину которого я уже творчески употребила. Потому что нетворчески жарко. — Творческая трагедия, — прокомментировал Дискорд, чей творческий список секретов уже начинал творчески путаться под ногами у принцесс. — Да, никто не ценит нас, творцов… — пригорюнилась Селестия, отбирая у сестры остатки творческого сока. — Одни вредители, аж синие от зависти. Буль… буль… буль! — Зависти? Ха! — Луна задрала нос. — Да я вам запросто такого наваяю!.. — Пх-х-х… — Селестия подавилась соком. — Кхе-кх-ха… Вот этого я и боюсь. Однажды ты уже… наваяла. Творчески. — Ну а что, неплохо же получилось. — Луна окинула горделивым взглядом Дискорда. — Не развалился же? И даже польза в итоге вышла! — Ч-чТо?! — У дИсКОрдА аж РЕгИстР сБилСЯ и свиток выпал из ослабевших лап. Выкаченные глаза намертво прилипли к ведёрку с глиной. — Шутка! — хором сказали принцессы, фальшиво улыбаясь. Дискорд нервно икнул, заметив, как хвост Селестии сложился в подобие кулака и исподтишка погрозил Луне из-за спины. Судорожно погремев ржавыми шестерёнками в как-то разом опустевшей голове, драконэквус кое-как отодрал лапами выкатившиеся глаза от ведёрка и предпочёл развить тему подальше от ущемления своего в ужасе трясущегося эго. — А-а-а… Э, я так и подумал, да. — Столь же фальшиво улыбаясь до ушей, он ввинтил глаза обратно и наспех погладил эго по голове. — Стоп… то есть глина… — Ну да, вырожденная материя основы плюс так же обработанная глина, плюс немного магии подобия… обычно хватает даже желания, если ты маг. А магов у нас… — Селестия прикинула на перьях. — Да почитай, все по-своему. Но мало кто знает про этот фокус, да и ума у большинства хватает не лезть в Вечнодикий и тем паче ставить опыты с его обитателями. — Не считая двух уникумов с ручными куролисками на подхвате, — хмыкнула Луна. — Ой, не напоминай, — Селестия закатила глаза. — Как вспомню, чего мне стоило уговорить Твайлайт избавиться от… лишнего, и сколько заплатить этой синей прохвостке за неразглашение, и чтобы она не брала патент на магическое изобретение… Драконикус ощутил острую боль от зависти. Открыв дверцу на груди, он вытащил оттуда здоровенную жабу. Жаба тут же попыталась его задушить, и духу Хаоса пришлось постараться, чтобы оторвать её от глотки. — Это н-не та… аналогия… — прохрипел Дискорд, воюя со зловредно квакающей амфибиоморфной асфиксией. — Брысь! Получившая пинка жаба ушла по баллистической траектории к облачку-ягнёнку в небе. Облачко разинуло клыкастую пасть, схряпало жабу и поплыло дальше, сыто урча и темнея. В Вечнодиком Лесу явно ожидались осадки из лягушек. — Ф-фу… — Дискорд утёр трудовой пот с мозолистого и своего лба. — Это даже хуже, чем когда в тебе открывают каналы с конфами и устраивают зачитки фанфиков… Даже не спрашивайте! — тут же замахал головами и замотал лапой под заинтересованными взглядами сестёр. — Это слишком мозговыносяще даже для меня! — Поверю на слово, — пожала плечами Селестия, умащивая творческий зад на творческую табуретку, берясь за творческий мастерок и начиная помешивать творческую глину. — Просто добрые морды им наваяешь, как Урфин Джюс, или целиком переделаешь? — Луна телепортировала откуда-то мраморную глыбу, оценивающе прищурилась и стремительным ураганом магических лезвий усыпала траву вокруг грудами осколков, в четверть минуты вырубив из неё копию тройного памятника жадности и тупости. Дискорд нервно сглотнул и потихоньку отошёл подальше. — Халтура, конечно, но для сельской местности… Селестия критически обозрела обе скульптуры и кивнула. — Сойдёт. Нет, думаю, репу они себе прокачали в минус настолько, что одни морды дело не поправят, от них долго ещё будут шарахаться. Будет полный рескульптинг. — Угу, минус тыщупиццот к отношениям со всеми фракциями — это не шутка, — хмыкнула Луна, доставая из хвоста игровую приставку. — Эй! — приглядевшийся Дискорд вскинулся и негодующе ткнул в неё пальцем. — Это же моя старая приставка! Это ты её спёрла тыщу лет назад!!! — Ну надо же мне было чем-то на луне развлекаться? — Луна пожала крыльями. — А у тебя остался минотаврогочи. — Он копыта откинул через неделю! — Дискорд попытался выхватить приставку, но Луна отскочила и показала ему язык. — Обломись. Моя прелес-с-сть! — Ах ты ж ворунья синекрупая! Отдай сейчас же!!! — Дискорд кинулся за Луной, та со смехом исчезла в телепорте, и оказавшись на стене, дразняще помахала приставкой и опять исчезла. Селестия закатила глаза, потом улыбнулась. Постаравшись отрешиться от азартных воплей и сполохов телепортов всех видов вокруг, принцесса придала лицу одухотворённое выражение, зачерпнула мастерком увесистый ком глины, и с огромным удовольствием шмякнула его на оскаленную пучеглазую морду Кризалис. * * * — Оригинальный поворот сюжета, ага, — кисло сказала Кризалис и надулась, как мышь на крупу. — И что вас всех тянет меня исправлять? Материнский инстинкт непотраченный, что ли, спать не даёт? Ну так завели бы вы с Тией своих, вон, у Кадензы уже есть одна катастрофа… сразу бы стало не до того. — Тебе жить надоело? — с интересом спросил Дискорд, снимая мышь с крупа. — Империя от нас хоть далеко, а эти будут под боком, учти. И рано или поздно доберутся до тёти Кризи… — Э… — мышь превратилась обратно и зависла. — Не-не-не, не надо! Луна, ни за что не заводи жеребят, и Тии запрети! — Мне фестралов хватило, — хмыкнула Луна. — Фларри хоть одна, а там был целый детский сад. И всех учить новой магии, прививать и укреплять моральные ценности, утирать сопли, лечить, утешать, сказки на ночь, и… а у меня даже своего Шайнинга тогда не было. — И не говори… — тяжко вздохнула многочейнджлинговая мать-одиночка и пригорюнилась. Дискорд сдавленно покашлял, отвернувшись. Кризалис покосилась на него с подозрением, но тот ответил кристально-чистым голубым взглядом. Королева только лапкой махнула. Метконосцы, к вящему ужасу Кризалис тем временем в компании Луны и Дискорда с аппетитом слопавшие жутенькие грибочки вместе с юшкой, заскучали от такой темы и развлекались, перекатывая друг другу банку с флегматично меняющей цвета кляксой. — Но согласись, поворот сюжета оригинальный, — Дискорд щелчком пальцев приделал к банке маленькие шустрые ножки снаружи и руль внутри, и клякса, мигом осознав возможности, пустилась наубёг под восторженный визг жеребят, кинувшихся её ловить. — Пф-ф-ф… — Кризалис гордо задрала нос. — Ви таки хочете «вотэтоповорот»? Их есть у меня! Итак, мало кто знает, но на самом деле Луна вернулась и за вовсе не так. — Она хитро прищурилась на насторожившуюся Луну. — А как — ми вам сичас таки расскажем…