О вкусах не спорят

— Не слушаю такое. Мне больше… — он сглотнул мешавший в горле ком и запаниковал сильнее, словно эту заминку могли расценить как неумелую ложь, — Rammstein и Eisbrecher по душе. Дальше разговор потек уже без участия австрийца, наполненный шутками про немецкие патриотизм и суровость даже в музыке. Только МакТавиш как-то ехидно улыбнулся, словно знал больше, чем остальные.