Часть 1

Стив тянется к своему шкафчику, чтобы взять учебники по биологии, и смотрит на нее и ее большие голубые глаза, которые невинно моргают, как будто она только что не попросила его сделать это. Его желудок скручивает при одной мысли об этом, сердце колотится, ладони потеют. Не потому, что она ему нравится, конечно, она ему нравится. Она всегда ему нравилась. Но Стиву нравятся многие люди, так что дело не в этом. Это потому что это она. Она его лучший друг, не просто девушка, не просто девушка. Она Нэнси. Кто-то, кто заслуживает большего, чем Стив может дать, и он знал это много лет, поэтому он никогда не думал об этом в таком ключе. Он полагал, что в конце концов она найдет кого-то, кто сможет позаботиться о ней и уважать ее, относиться к ней так, как она того заслуживает — как к королеве. Кого-то, кто бы поставил бы ее в центр вселенной и был бы благодарен за то, что он на ее орбите. Кто-то настоящий, кто-то настоящий. Кто-то с хорошими нравами и добрым сердцем. Тот, кто не боится быть тем, кто он есть. Это не он. Он не уверен, что это когда-нибудь будет он. И он думал, что она нашла этого человека, учитывая, что последние несколько недель она притворялась, что в отношениях с Джонатаном, чтобы заставить Стива ревновать (это сработало), так зачем… зачем это нужно? — А… — его щеки пылают, — ты уверена? Нэнси поднимает глаза на него брови. — Если это слишком, так и скажи. Стив откашливается и закрывает дверцу своего шкафчика. — Это не так, — умолкает он. — Твои родители сегодня дома? — тихо спрашивает она, глядя на него сквозь ресницы. Дерьмо. — Э… э… нет, — он качает головой, не желая ей лгать, — конечно, нет. Боже, она для него все. Как он может… сделать это с ней? Обнять ее рукой — это одно, притянуть ее к себе и притвориться, что шепчет ей милые мелочи, — совсем другое, и до сих пор они целовались только с закрытыми губами. — Тогда в чем проблема? — Нэнси хмурится, — я… Стив хватает ее за руку, оглядывая коридор и всех других учеников вокруг них, прежде чем привести ее к месту, где он обычно совершает свои завоевания. Несколько парней в холле свистят им вслед, но Стив игнорирует их, открывает дверь для Нэнси и входит за ней, его щеки раскраснелись. Она оглядывает маленькую кладовку, затем снова смотрит на него, хмурясь. — Здесь? — Нет, не здесь, — шипит он себе под нос, — я бы не стал этого делать с тобой здесь. Она скрещивает руки. — Почему бы и нет? — Почему бы и нет? — он бледнеет, его сердце колотится в груди, он нервно проводит руками по волосам, — боже, ты что, шутишь? Почему ты… почему… Я думал, ты хочешь Джонатана. — Я действительно хочу Джонатана, — говорит она, и Стив наблюдает, как его самые слабые, самые нерешительные надежды и мечты разбиваются об эти слова, — но я не хочу, чтобы мой первый раз был плохим. И я знаю, что он девственник, и я хочу быть для него лучше, так что… — Один раз не сделает тебя экспертом, — сообщает ей Стив. Наконец она краснеет. — Я знаю это. Но я… я хочу знать, каково это. И я слышала, как девчонки говорили о тебе, я знаю, что ты… ну, я знаю… Брови Стива поднимаются вверх, о боже, что она знает? — Все говорят, что ты хорошо разбираешься… — ее лицо становится еще краснее, — с этими вещами. Стив усмехается и наклоняется, кладя руку на полку над ее головой. — Да? — тихо спрашивает он, играя другой рукой с ее юбкой, — что за «вещи»? Нэнси фыркает и отталкивает его руку от себя. — Серьезно, Стив. — Я совершенно серьезно, — искренне говорит Стив, — что они говорят? Она отворачивается от него, пренебрежительно пожимает плечами, а затем говорит: — Говорят, ты знаешь, что делаешь, в отличие от большинства парней. Какой способ сказать что-то и ничего одновременно. Стив начинает просить ее уточнить, но она прерывает его. — Вот чего я хочу, — говорит она, сжав руки в кулаки, — я хочу знать… я хочу знать… — На что это похоже? — он предлагает. Она кивает. — Я не могу просто взять книгу в библиотеке и прочитать об этом. — Вообще-то… — начинает Стив, и ее глаза расширяются. — Ты читал об этом книги? — удивленно спрашивает она, — О-о… сексе? В нашей школьной библиотеке? Стив пожимает плечами. — Там есть несколько дерьмовых любовных романов вроде тех, что читает моя мама. Не спрашивай меня. Но книги по анатомии тоже помогают. — Стив! — почти кричит она, и он смеется. — Ты думаешь, мне не нравится узнавать об одном из моих любимых занятий? Нэнси хлопает его по руке. Стив наклоняется, глядя на нее. — Хорошо, я сделаю это, — говорит он только потому, что он полный идиот. Если она хочет, чтобы он лишил ее девственности, он это сделает. Она заслуживает того, чтобы ее первый раз быть хорошим, идеальным, был с кем-то, кто будет уважать ее и никогда никому об этом не расскажет. Конечно, люди, вероятно, заподозрят это после того, как они покинут эту комнату, но он никогда не скажет об этом ни слова. И если он не сделает этого сам, он беспокоится, что она может попытаться попробовать с кем-то другим, с кем-то, кто может быть действительно грубым и невежественным. Другая его часть, часть, которую он все время пытается игнорировать и постоянно что-то вдумываться, говорит ему, что это единственный способ получить шанс с Нэнси Уилер, узнать, что будет с самой умной, самой красивой девочкой в школе. Ее глаза загораются, и она хватает его за руки. — Правда? Стив кивает, виновато сглатывая. — Правда, — подтверждает он, — думаю, увидимся после школы. В тот момент, когда они садятся в машину, он обычно отключает притворство «фальшивого парня», но на этот раз он этого не делает, протягивая руку через сиденья, чтобы положить ей на бедро, как он делал с другими девушками в прошлом. Ее глаза отрываются от ремня безопасности, и Стив смотрит на нее, ухмыляясь. — Твоя мама знает, что ты будешь у меня? — тихо спрашивает он, его рука скользит внутрь, между ее ног, сжимая кожу промеж ее бедер. Нэнси кивает, ее глаза широко раскрыты, а грудь вздымается. — Д-да, я сказала ей. — Отлично, — говорит Стив, выезжая со школьной парковки. Сколько раз они ночевали у него дома, сколько раз она спала в его постели, в его пижаме, и они никогда не делали ничего подобного? Карен настолько доверяет им, что позволяет дурачится. Конечно, он думал об этом, но он всегда вел себя только как джентльмен. Стив был уверен, что никогда не увидит ее с другой стороны, что с этой он никогда не столкнется. И он был в состоянии это выдержать, он принял этот факт давным-давно. На красный свет он просовывает руку ей под юбку, ее кожа холодеет от его прикосновений, и она резко вдыхает. Но она не отталкивает его, не говорит ему остановиться. Может быть, она хочет этого так же сильно, как и он. Может быть, это платонически, но, боже, может быть, она все еще хочет этого, может быть, у нее есть соблазн наброситься на него в машине, как и у него. Он думал об этом уже несколько часов, как он это сделает, как он сотрясет ее мир, как он затмит Джонатана, независимо от того, как долго они будут встречаться после того, как она побудет с ним. Стив полон решимости сделать так, чтобы она всегда думала о нем, когда она с другим мужчиной. Если ему повезет, то с тоской. Сейчас он больше не занимается этим в машине, как раньше. Хотя это заманчиво. Он может чувствовать тепло, исходящее от ее ноги, и у него текут слюнки от одной мысли об этом. Она, наверное, прекрасна на вкус. Рука Нэнси падает на его запястье, поглаживая волосы на его руке, и Стив улыбается про себя. Он паркуется и убирает руку, вылезая из машины и хватая рюкзак с заднего сиденья, направляясь к двери. Нэнси следует за ним, оглядывая окрестности, словно боясь, что другие увидят ее и узнают. Стив может это сказать, просто взглянув на ее лицо. — Расслабься, — говорит он ей, отпирая дверь, — ты все время приходишь ко мне домой. — Верно, — говорит она, тяжело дыша, — конечно. Стив открывает дверь и входит первым, ожидая, пока она переступит порог, прежде чем закрывает дверь и прижимает ее спиной к ней. Нэнси задыхается от удивления, когда он наклоняется и целует ее. Но это не один из тех дерьмовых поцелуев в губы, которые они дарили друг другу последние почти два месяца, притворяясь парнем и девушкой. Он опускает ее челюсть, пробуя ее дыхание и проводя языком по ее нижней губе, прежде чем выгнуть и коснуться кончиком ее. Все тело Нэнси напрягается, ее руки поднимаются к его плечам, осторожно касаясь их. Стив хватает их, направляя к своим волосам, и она сжимает пальцы на его затылке, глотая стоны, когда его тело прижимается к ней. Его руки опускаются на ее бедра и поднимают ее на свои бедра, обхватывая ее ноги вокруг себя. Нэнси прерывает поцелуй, смеясь и недоверчиво глядя на него, а затем он прижимается к ней, дверь трясется от этого движения. Ее рот приоткрывается, голова прижимается к двери. — Ох, — вздыхает она, обвивая руками его шею, когда он наклоняется, чтобы поцеловать ее в шею и вплоть до буквы «V» на ее толстовке, — Стив. Все его тело отзывается на то, как она произносит его имя вот так, член пульсирует там, где он заключен в его джинсах, молния жмёт, и он почти сгибается. Стив оттаскивает ее от двери и поднимается по лестнице с ней на руках, их губы соприкасаются, беспорядочно и несогласованно, пока он не прижимает ее к стене у двери своей спальни и не останавливается достаточно долго, чтобы стянуть куртку и бросить ее на землю. Он заводит ее в комнату и кладет на кровать на спину, поднимая руки, чтобы помочь ей расстегнуть свитер. Нэнси помогает ему, садясь, чтобы поднять его рубашку, и они оба работают вместе, чтобы снять ее, затем он протягивает руку, чтобы снять и ее рубашку. Она начинает останавливать его, но затем просто кивает и позволяет ему тянуть ее вверх и вниз. — Все еще хорошо? — он спрашивает, чтобы убедиться, и она упрямо кивает, но он может сказать, что то, что они делают, заставляет ее нервничать. Он наклоняется, чтобы поцеловать ее, пытаясь успокоить ее нервы, расстегивая лифчик, и руки Нэнси быстро поднимаются, чтобы прикрыть ее грудь. — Не надо, — говорит он ей, отталкивая их. — Но- — Но ты прекрасна, — говорит он, поднимая брови, — ты прекрасна. Глаза Нэнси расширяются, когда она смотрит на него в ответ, позволяя ему полностью снять с нее лифчик и бросить его вместе с другой одеждой. Он снова целует ее, поглаживая ее щеки и укладывая ее обратно, когда его руки опускаются ниже, ладонями скользя по ее груди, и ее тело поднимается от его прикосновений. — Стив, — выдыхает она ему в рот, когда он зажимает пальцами ее левый сосок, и она резко втягивает воздух. Стив ухмыляется ей в губы и отстраняется, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. Боже, она понятия не имеет, как красиво она выглядит в таком виде, ее волосы рассыпаны вокруг нее, молочно-белая кожа сияет на темных простынях, большие голубые глаза горят похотью, которая покрывает ее кожу румянцем от щек до ключицы. — Ты такая красивая, — говорит он и снова целует ее, а затем перемещается вниз, целуя ее подбородок, шею, грудь, прежде чем обхватить свои губы вокруг ее правого соска, дразня кожу между зубами. Он проводит руками по ее спине, чтобы расстегнуть молнию и пуговицу сзади на ее юбке, сбрасывая ее с ее бедер. Она немного помогает, насколько может, хватая горстями его волосы. Стив движется вниз, целуя нежную кожу ее живота, ниже, ниже… — Стив! — кричит она прежде, чем он успевает прикоснуться к ней, и он останавливается, чтобы посмотреть на нее. Ее глаза широко раскрыты, она сидит так, будто собирается остановить его. — Что? — спрашивает он, сбитый с толку. — Ты… — выдыхает она, вздымая грудь, — ты же не собираешься… — Я так и планировал, — бесстыдно признается он, но ждет, пока она соберется с мыслями. Она убирает волосы с лица. — Но я… это... — она начинает сжимать колени вместе, — я не уверена насчет этой части. Стив медленно кивает, понимая. — Дай этому шанс, — предлагает он, — если тебе не нравится, я остановлюсь, хорошо? Глаза Нэнси расширяются. — Ты… ты уверен? Он усмехается и облизывает губы, наклоняясь, чтобы поцеловать ее, чтобы попытаться успокоить. — Поверь мне, тебе будет хорошо, обещаю, — говорит он, укладывая ее обратно. Она смотрит на него снизу вверх, слабо кивая. — Хорошо, только если ты обещаешь. Стив подмигивает ей, затем движется вниз так же медленно, как и в первый раз, оставляя поцелуи на ее нежной коже. Пробираясь вниз по ее животу, всасывая приливы крови вдоль углубления после ее ребер, он раздвигает ее ноги. Из его рта снова начинает течь слюна, он обхватывает рукой одно часть ее бедер и притягивает ее к себе так, чтобы угол был правильным, и наклоняется, раздвигая одной рукой и проводя языком по ее складкам, снова и снова, чувствуя, как она становится все более влажнее и влажнее под его языком, пока он проводим им, наконец, по ее клитору, прежде чем всосать его в рот. На вкус она такая же вкусная, как он себе представлял, звуки, которые она издает, достигают его члена, пока она стонет и корчится под ним. Ее руки пытаются тянуть его за волосы, но он держит ее, посмеиваясь над чувствительной кожей, когда она сначала дергает его, а затем прижимается к нему, словно не может решить, что с ним делать. — Стив! — выдыхает она, опуская голову обратно на матрас и простонав, — о боже, господи. Стив, о, Стив… Это музыка для его ушей, слышать, как она выкрикивает его имя, издавая самые прекрасные звуки, которые он когда-либо слышал. Она дергает бедрами, как будто она парень, пытающийся трахнуть его лицо, и он чувствует знакомое жгучее покалывание в паху, но это его не останавливает. Его собственный оргазм пронзает его, но он не останавливается, выдыхая через нос, когда его ошеломленная голова кружится. Он снова станет твердым к тому времени, когда нужно будет. А пока он устраивается на животе, ловко посасывая и проводя языком по ее коже, пока она не кончит. Он тоже не собирается останавливаться на достигнутом, раздвигая ее ноги, но потом поднимает взгляд и видит слезы на ее лице всего за секунду до того, как она пытается спрятаться под руками. — Нэнси? — неуверенно спрашивает он, быстро поднимаясь и осторожно отрывая ее руки от щек, — эй, эй, ты в порядке? Блять. Он проебался. Что он сделал не так? Он был уверен, что все будет в порядке. О Боже. Его ноги налились свинцом, сердце колотилось в груди, кровь стыла в жилах. — Эй, эй, прости, — пытается извиниться он, вытирая ее слезы. — Не… Блять. О черт. – Не… извиняйся, – говорит она, глядя на него, – боже, не извиняйся, – повторяет она, – боже, что… что это было? Это было удивительно. Кровь, пульсирующая в его ушах, наконец, начинает немного стихать, и он снова успокаивается, быстро смаргивая слезы, прежде чем она успевает их увидеть. — Э… оргазм? — догадывается он, нервно посмеиваясь. Она хватает его за плечи и притягивает к себе, целуя, ее ноги трясутся, все ее тело выгибается к нему. — Трахни меня, я… я хочу, чтобы ты… — Пока нет, — говорит он, целуя ее в ответ и укладывая ее обратно на кровать. Трудно отказаться от такой красивой просьбы, но следующая часть — самая важная часть, и как бы он ни хотел, она должна быть выполнена правильно. Он смотрит ей в лицо, насухо вытирает ей щеки и целует их вдогонку, убирая волосы с ее глаз. — Почему еще нет? — Доверься мне, хорошо? — спрашивает он, встречаясь с ней взглядом, — ты еще не готова. — Я чувствую, что готова, — нетерпеливо говорит она. Стив качает головой. — Было приятно, правда? — она кивает, — хорошо, тогда просто позволь мне… — он целует ее в лоб, в щеки, а затем в губы, — поверь мне в этом, хорошо? Это важно. А потом он в третий раз снова опускается, снова раздвигая ее ноги. На этот раз она промокла до нитки, и он может с легкостью ввести палец внутрь, мягко, осторожно раздвинув ее, потянув за мягкую тонкую ткань первым суставом большого пальца, исследуя внутреннюю часть указательным пальцем. — Что ты делаешь? — спрашивает она через мгновение, глядя на него сверху вниз. Стив прислоняется ртом к выступу ее бедра, целуя кожу. — Тебе объяснить научно или ты хочешь, чтобы я упростил? Нэнси поднимает бровь. — Научно? — Ну, это не очень сексуально объяснять, — признается он, ухмыляясь пытливому выражению ее лица. Обычно он делает, когда девушки достаточно возбуждены, на самом деле не обращая особого внимания на то, что он делает — по крайней мере, но девственниц — но он все равно проверяет, на всякий случай. На этот раз все пошло не так, как планировалось, и он не хочет так говорить. — Просто скажи мне. Он снова поднимается, удерживая палец наполовину в ней и наполовину прижимая эту мягкую ткань. — Хорошо, — говорит он, встречаясь с ней взглядом, чувствуя, как горят его щеки, — я… — он поворачивает руку ладонью вверх, — раздвинул твою девственную плеву. — Мою… — ее глаза расширились. — Твою девственную плеву, — повторяет он, — чтобы она не рвалась и не кровоточила. Многие чуваки думают, что это просто часть секса, но на самом деле это чушь собачья. Я не хочу причинять тебе боль… Она смотрит на него снизу вверх, медленно моргая, как он никогда раньше не видел, чтобы кто-то моргал — меньше всего она, — затем она хватает его за лицо и притягивает к себе, целует, ее пальцы пробегают по его волосам. Стив целует в ответ изо всех сил, удерживая себя свободной рукой, чтобы не упасть на нее сверху. Он улыбается ей в рот, пока пальцы другой руки входят в нее все больше и больше, и он проводит своим языком по ее языку. — Как… — спрашивает она между поцелуями, — откуда ты знаешь… — Я думал, у нас уже был этот разговор, — дразнит он ее, поднимая бровь и отстраняясь, чтобы посмотреть на нее, — ты можешь позволить мне сделать свое дело? Ее веки опускаются, и она смотрит вниз. — Не будет больно? Стив качает головой. — Я бы никогда не причинил тебе боль. Нэнси улыбается ему, затем кивает. — Хорошо, я… перестану тебя отвлекать. Ему кажется, что она всё равно будет это делать, но он снова опускается и приступает к работе, осторожно, медленно раздвигая ее, пока не сможет удобно уместить три пальца, осторожно двигая вверх и наблюдая, как ее ноги снова начинают трястись, ее дыхание становится затрудненным, когда он откидывается назад и снова сосет ее клитор своими губами. Ее руки зарываются в его волосы, все ее тело дрожит вокруг него, и она снова и снова всхлипывает его имя, пока снова не кончает, ее стенки сжимаются вокруг него. Стив вытаскивает пальцы и снова поднимается, чтобы обнять ее, целуя в щеки. — Это хорошо? Она безмолвно кивает, издавая эти тихие звуки, прижимая его к себе, пряча лицо у него на груди. — Хорошо, мне нужно… — он протягивает руку, пытаясь вырваться, — дай мне взять презерватив. Нэнси начинает смеяться, легкий звук заставляет его перестать тянуться и посмотреть на нее, чтобы увидеть слезы на ее щеках, ее потный лоб и влажные волосы. — Ты не… мы даже не… — она недоверчиво качает головой. Да, наверное, он испортил ее многим парням, особенно Джонатану. Ну что ж. Возможно, он никогда не получит ее так, как хочет, но, по крайней мере, у него есть этот момент. Стив снова целует ее и тянется к тумбочке за презервативами, берет один из коробки и садится. Он отходит от кровати и снимает штаны, тщательно вытираясь трусами, прежде чем забраться обратно на кровать. Глаза Нэнси наблюдают за ним, ее колени согнуты, ступни упираются в кровать, когда она снова раздвигает для него ноги. Он осторожно открывает маленькую квадратную упаковку и надевает презерватив, зажимая при этом кончик, а затем перелезает через нее. Ее глаза расширяются, когда он опускает предплечье ей на голову, его рука убирает ее волосы с ее лица, когда он занимает позицию. — Готова? — мягко спрашивает он, целуя ее румяную кожу на плече. Нэнси кивает и сглатывает, облизывая губы. — Да, — говорит она, и он начинает входить. Его рот открывается, его член трясется, когда он скользит внутрь, ее стенки все еще скользкие от проделанной им работы, и она принимает его, достаточно свободно, но все еще так тесно. Он не может себе представить, как она была бы напряжена, если бы он не делал всего, что сделал, возможно, последний час. Она бы раздавила его. — Ох, — она вздрагивает под ним, ее руки касаются его плеч, касаются его волос, касаются его лица. Он наблюдает за выражением ее лица в поисках любого признака, любого намека на боль, но ничего нет, только растерянный, удивленный, наполовину разбитый благоговейный взгляд, когда он продвигается дюйм за дюймом. Ее шейка матки достаточно глубокая, ее тело облегает его, как перчатка, и он едва достигает ее. Идеальная. Она как будто создана для него. Нэнси смотрит на него снизу вверх, быстро моргая. — О… — выдыхает она, и из ее глаз снова начинают течь слезы. Не из-за боли, думает он, он почти уверен, что это не из-за боли. — Ты в порядке, все в порядке, да? Она кивает. — Хорошо, — говорит он, вероятно, больше убеждая себя, чем ее. Стив целует уголок ее рта, давая ей время привыкнуть. Он опускает руку, проводя большим пальцем по ее левому соску и прижимаясь губами то тут, то там к ее коже, пока не убеждается, что снова может двигаться. Сначала он задает медленный темп, наблюдая, как она задыхается и откидывает голову назад, впиваясь ногтями в его руки. — Стив, — выдыхает она между толчками, — е- ещ- — Еще? — спрашивает он, и она кивает. Он сидит прямо, кладя одну руку ей на живот, большим пальцем потирая ее клитор, а другой рукой он хватает ее за бедро и притягивает к себе с каждым толчком. Она поднимает ногу, и он почти останавливается, но помогает ей поставить ногу ему на плечо, поворачиваясь, чтобы поцеловать внутреннюю часть ее голени. — Стив, — на этот раз безмолвно произносит Нэнси, а затем кричит. Боже, она… она какая-то другая, она действительно здесь. Он улыбается, наблюдая, как ее ноги снова начинают трястись, на этот раз яростно, целуя ту, которая находится в пределах досягаемости, его дыхание сбивается, когда ее стены сжимаются вокруг него, и она выгибает спину из-под простыней внизу. — Черт, — бормочет он себе под нос, преодолевая это, спускаясь вниз и целуя ее, когда он обнимает ее. Ее пальцы хватают его за волосы, прижимают к себе и целуют в ответ. Стив соприкасается их носами, глядя ей в глаза, ее зрачки расширились, слезы упали ей на линию роста волос, а затем он кончил, выдыхая ее имя в ее губы. Он едва помнит, как потом отстранился, завязал презерватив, а затем потерял сознание с ней, свернувшейся калачиком в его руках. На следующее утро он просыпается рано, ожидая, что кровать будет пуста, но Нэнси все еще там, все еще в его руках, ее лицо прижалось к его груди. Стив чувствует, как болит его сердце, внезапное осознание того, что сделал, наконец озаряет его. Он проебался. Вот и все. Это было прошлой ночью. И не уверен, что оно того стоило. Одна ночь абсолютного блаженства? Ради того, чтобы испортить самые важные отношения в его жизни? Как она собирается снова смотреть на него теперь, когда он сделал то, что сделал, и она, наконец, может быть с Джонатаном, если захочет, не беспокоясь? Ему плохо, ему холодно. Его глаза начинают расплываться, боль, словно камень на груди, сдавливает его. Глаза Нэнси распахиваются, она медленно смотрит на него, и эта улыбка, расплывающаяся по ее лицу, словно нож в его сердце. Но она наклоняется и целует его, толкая на спину и забираясь к нему на колени, и… что? Стив почти останавливает ее, но не останавливается, его руки хватают ее за талию, когда она начинает прижиматься своим жаром к его обмякшему члену. О Боже. Боже, он не может. Он не может. Он не должен. Она улыбается шире, ее руки зарылись в его волосы, отбрасывая разум с края кровати. — Нэнси… — начинает он ее предупреждать. — Давай сделаем это снова, — говорит она ему в губы, — я хочу тебя так сильно, что никогда не хочу останавливаться. — Нэнси… — Стив пытается второй раз, кровь начинает наполнять его член. Она стонет, покачивая бедрами. — Стив, — говорит она. — Мы не должны, — он останавливает ее или пытается, но от его слов ее движения не замедляются ни на секунду. — Ты хочешь, — говорит ему Нэнси. — Я действительно хочу, — слабо соглашается Стив, полностью отданный на ее милость. Ее руки лежат на его груди, она держится и покачивается. — Можешь взять презерватив? Стив бездумно тянется к тумбочке, его член скользит сквозь ее губ и входит в нее. Воздух в его легких выбивается из него, когда она почти принимает его без всякой защиты. Единственное, что ее останавливает, это он, его руки хватают ее за бедра и останавливают ее движения. Нэнси начинает жаловаться. — Не думаю, что это хорошая идея, — нервно говорит он. — Почему бы и нет? — спрашивает она, хмурясь, — я думала, ты тоже меня любишь. Стив хмурится. — Я… я люблю тебя, я очень люблю тебя, Нэнси, — осторожно говорит он, глядя ей в глаза. — Но ты влюблен в меня? — спрашивает она, глаза все еще отяжелели от сна, — я надеялась, что это так. Надеялась? Стив чувствует, как у него сжимается живот, его сердце начинает бешено колотиться. — Я… — блять, ох блять, э-э-э, э-э, — да, — неуверенно говорит он, в горле пересохло. Нэнси медленно улыбается ему и наклоняется, чтобы поцеловать. — Я тоже тебя люблю, — говорит она, — я тоже тебя люблю. — Я думал, ты любишь Джонатана, — в замешательстве говорит Стив. — Нет, — признается она, — он мне нравится, он хороший друг, — сообщает ему Нэнси, водя руками вверх и вниз по его груди, — но я люблю тебя с тех пор, как мы были детьми. — Ты что? Нэнси краснеет. — Но ты никогда не смотрел на меня, — объясняет она, — это всегда были Бекки, или Аманда, или Джессика, или Кристи. Ты никогда не смотрел на меня. Стив моргает, пытаясь сложить два и два. — Что? Но… как насчет фальшивых свиданий? Штуки в школе… — Я подумала, что это единственный способ заставить тебя смотреть на меня, — говорит Нэнси, глядя на него в ответ. Он смеется и падает на кровать. — Серьезно? Она кивает. — Невероятно, — изумленно говорит он, — ты дура, ты знаешь это, верно? — Я? — Я был влюблен в тебя много лет, — говорит ей Стив, смеясь все громче, — все это время я боялся, что разрушу нашу дружбу. Нэнси наклоняется и проводит руками по его груди, по его волосам, целуя его, прежде чем снова встать. — Хочешь еще немного все испортить? — спрашивает она, облизывая губы. Стив ухмыляется. — С удовольствием.