Глава 1, в которой Стив вступает в наследство

      Оглядываясь назад, Стив думал, что это было довольно символично: утром в понедельник он только закончил читать «Мор, ученик Смерти», как раздался телефонный звонок. Немолодой мужчина уточнил, говорит ли он со Стивеном Грантом Роджерсом, представился мистером Тодом и попросил подъехать в его контору на авеню Лаффайет по делу, связанному с наследством его двоюродного деда, Теренса Роджерса. Стив о нем и слыхом не слыхивал. Мама почти не рассказывала о детстве, большинство ее историй относились к тому времени, когда она переехала в Нью-Йорк и встретила отца.       «Тод и партнеры» располагалась в нескольких комнатах, обитых темным деревом и слегка пахнущих сигарами и дорогим одеколоном. Ни клиентов, ни сотрудников, кроме Стива и мистера Тода, видно не было. Нотариус провел его в кабинет, плотно прикрыл тяжелую дверь с блестящей медной табличкой, достал увесистую папку из ящика стола и вывалил на Роджерса массу новостей.       Сара Роджерс была родом из небольшого городка Сангривер на северо-востоке штата Коннектикут. В юности она разругалась с отцом, уехала и почти оборвала связи с семьей, только изредка обмениваясь письмами с матерью. Родители Сары давно отошли в мир иной, а недавно за ними отправился и ее дядя, младший брат отца. Детей у него не было, и из родственников остались только какая-то седьмая вода на киселе, проживающая не то в Австрии, не то в Австралии, и Стив — двоюродный внук. Он становился владельцем внушительного состояния и, самое главное, семейного бизнеса.       — Что, простите? — Стиву показалось, что он ослышался.       — Похоронное бюро «Роджерс Ритуал», — спокойно повторил мистер Тод, — переходит вам в полноправное владение. Вы должны управлять им не менее семи лет, поддерживая имидж предприятия и выполняя еще ряд условий. До истечения этого срока фирму продавать нельзя, иначе вам будет отказано от наследства. Каждый год мой партнер из Коннектикута, который и передал мне это дело, будет проверять, как вы выполняете обязательства.       Вот уже десять лет Стив помогал людям жить как можно дольше и как можно лучше. Он тренировал женщин, мечтающих похудеть, и мужчин, мечтающих подкачаться. Тренировал старушек, которые обсуждали скидки в супермаркетах и сватали ему своих внучек, и стариков, которые задыхались после двадцати шагов на беговой дорожке, но лезли в драку в разгар споров о бейсболе. Стив изучал усвоение пищи и составление рационов, методики восстановления подвижности и новые тренажеры. В этой сфере с бешеной конкуренцией у него даже появились постоянные клиенты, советовавшие его знакомым. А теперь ему предлагают уехать к черту на кулички, чтобы закапывать в землю трупы?!       Первым порывом было отказаться, но нотариус уже протягивал ему опись имущества, и Стив машинально начал читать. Средняя ежемесячная прибыль «Роджерс ритуал» в два раза превышала его зарплату. Должно быть, люди в этом Сангривере мрут как мухи. Может, там какое-то опасное производство? Дом с четырьмя спальнями в колониальном стиле (в папку была вложена фотография). Деньги, которых хватило бы на квартиру-студию в неплохом районе. Немного акций и…       — Самолет?!       — Да, недалеко от города находится аэродром, там размещен ваш бизнес-джет. Иногда мистеру Роджерсу приходилось использовать его для работы — сами понимаете, в этом деле не все можно сдать в багаж в аэропорту — но обычно миссис Роджерс летала на нем на Ривьеру по выходным. Морской воздух шёл на пользу её суставам.       — И что, говорите, мне нужно делать?       — Вы должны управлять бюро так, чтобы клиенты оставались довольны. Нельзя кардинально изменять направление деятельности, перестраивать здание или увольнять кого-либо из персонала. Я понимаю, для вас это неожиданно, — нотариус поправил очки, — Но прошу, не отказывайтесь сразу. Бизнес в хорошем состоянии, а работники — профессионалы. К тому же, у вас должно быть что-то вроде наследственной склонности к этому делу!       Стив вздохнул. Сказать по правде, наследственной склонности к погребению он предпочел бы какую-нибудь наследственную болезнь.

***

      Два месяца спустя теплым майским утром Стив ехал на мотоцикле по шоссе Франклина Рузвельта. Он распрощался с клиентами и коллегами, уволился с работы и сменил место проживания на своих страницах в соцсетях. Купил два черных костюма, черные ботинки, штук пять рубашек и пару галстуков разной степени траурности. Кое-что из вещей (например, эллиптический тренажер) он продал, а остальные забрала компания, организующая переезды. С собой у него был только рюкзак со сменной одеждой и необходимыми мелочами. До Коннектикута можно было бы добраться самолетом, но Стиву хотелось проветриться. Как-никак, не каждый день твоя жизнь переворачивается с ног на голову.       Он выбрал дорогу более длинную, но проходящую поближе к океану, и повернул вглубь материка только когда проехал Норуолк. Останавливал мотоцикл в городах по пути, гулял, перекусывал и отправлялся дальше. К трем часам дня он выехал из Хартфорда, столицы Коннектикута, и еще примерно через час наконец добрался до Сангривера, затерянного в густых лесах.       На незатейливо названной Главной улице у бара «Мед великана» стоял роскошный, до блеска начищенный черный роллс-ройс, будто только что со съемочной площадки чего-то в духе «Касабланки». Стив аккуратно парковался рядом, когда двери бара распахнулись, пропуская двух мужчин. Первый, в костюме в черную и белую полоску, насвистывал что-то бодрое и, кажется, классическое. Его спутник, двухметровый верзила с мрачным лицом, нес деревянный ящик, весь уставленный почтовыми штемпелями.       — Не подскажете, как мне найти «Роджерс Ритуал»? — навигатор Стива не обладал настолько глубокими знаниями о планировке Сангривера. Мужчина в костюме сощурился.       — Простите, сэр, с кем имею честь?       — Роджерс, Стив Роджерс, — они обменялись крепким рукопожатием, а верзила коротко ему кивнул, — Я…       — Dannazione, ну конечно, вы сын Сары и внук Томаса! Так на них похожи! Доктор рассказывал, что вы должны приехать, и…       — Простите, — перебил Стив, смущенный бурным восторгом, — Вы знали мою мать?       — Si, она иногда играла со мной и Фестером, когда мы были детьми. Мистер Роджерс, я имею в виду вашего деда, подумывал отдать ее за кого-то из моих кузенов, но Сара не хотела этого брака и кузены тоже, так что они страшно поругались, oh mio Dio, помню ту ночь как сейчас, была страшная гроза! Ваша матушка уехала, а кузен Хулио женился на какой-то венесуэльской певичке, которая обчистила его и сбежала с садовником, и отец всегда говорил, какой он идиот и как счастлив был бы с такой женщиной как Сара! Вы непременно должны к нам зайти, Мортиша и дети обожают гостей. Вы любите сигары? Я только что получил посылку с превосходными сигарами, вот они, у Ларча. Как я рад, что ваше бюро теперь заработает, мы здесь без него, как без рук! О, я ведь забыл представиться — Гомес Аддамс к вашим услугам, мы с вами соседи. Седлайте стального коня и следуйте за моим автомобилем, я покажу, где ваш поворот.       Стив не ожидал, что за пять минут узнает о своей семье больше, чем за предыдущие двадцать восемь лет. Он ехал за величаво плывущим роллс-ройсом и смотрел по сторонам. Сангривер выглядел совершенно идиллическим. Каково было бы вырасти в таком городе? Учиться в классе с десятком отпрысков друзей семьи; всегда иметь под боком родственников; проводить лето на природе, а не в душном Нью-Йорке? В глубине души было немного обидно, что он был лишен такого детства. Стив ни с кем не дружил в школе, у него не было близких, кроме рано умершей матери. А может, дело было не в окружении, а в нем? На работе вокруг него было полно любящих жизнь красивых людей, которые, в отличие от одноклассников, нормально к нему относились. Он ходил потренироваться или посидеть в баре с коллегами, бывал на свиданиях разной степени успешности, но никого не мог назвать близким человеком. Потому и оставить прошлую жизнь оказалось не так трудно, как он сначала думал.       Автомобиль, тем временем, притормозил у небольшой площади, за которой дорога разделялась на три. Мимо на велосипеде проехала девушка с длинными рыжими волосами.       — Это мисс Максимофф, владелица магазинчика неподалеку, — пояснил Гомес, высунувшись из окна, — Теперь вам налево, первый же дом в той стороне — ваш, а напротив него бюро. Мне прямо, прошу, не стесняйтесь и заходите в гости в любое время! Чтобы не делать крюк, можете пройти через кладбище, оно расположено как раз между бюро и нашим домом. Ciao! — и роллс-ройс укатил вперед, туда, где над дорогой смыкали кроны старые темные дубы.       Стив свернул куда велели, и вскоре впереди замаячил дом, который он видел на фотографии в офисе мистера Тода. Через дорогу за кованой оградой стояло двухэтажное черное здание с вывеской «Роджерс Ритуал», и чуть ниже «Организация всех видов мероприятий». Стив затруднялся предположить, какие именно мероприятия можно организовать на похоронах. Оставалось надеяться, что сотрудники (черт, ему ведь теперь придется управлять людьми) введут его в курс дела.       Он зашел в контору. Откуда-то доносилась энергичная музыка. Стив узнал «Single Ladies» Бейонсе. Музыка стихла, и из неприметной двери в противоположной от входа стене вышел мужчина: постарше Стива, с аккуратной бородкой и седеющими висками.       — Вы мистер Роджерс? — Стив кивнул, — Я доктор Стивен Стрэндж, занимаюсь бальзамированием и, по необходимости, вскрытиями. Пойдемте, я вам все здесь покажу. Стив пожал протянутую руку. Пальцы и ладони у доктора были все в шрамах.       Контора была вся темное дерево и черная ткань. Стив и доктор («Пожалуйста, не мистер, а доктор Стрэндж») обошли хозяйский кабинет, комнату для приема клиентов, банкетный зал для проведения поминок, заглянули в крематорий в пристройке, спустились в подвал в прохладный морг (пока, к некоторому облегчению Стива, пустующий), вернулись обратно на специальном подъемнике («Это, — пояснил Стрэндж, — чтобы не таскать тела по лестнице») и через гараж (автомобили, конечно, уступали роллс-ройсу Аддамсов, но все же выглядели роскошно) вышли на просторный задний двор. За высокой кованой оградой виднелась еще одна — это начиналось кладбище, поднимавшееся верх по небольшому холму, на котором стоял огромный готический особняк.       — Это дом Аддамсов, — пояснил Стрэндж. — Вам стоит с ними познакомиться, они постоянные клиенты.       — О, — рассеянно ответил Стив, слегка потрясенный масштабом дела. — Да, я встретил Гомеса, как только приехал, он пригласил меня в гости. Думаю, я должен сходить?       — Непременно, — усмехнулся Стрэндж. — Семейство Аддамс — это ни с чем не сравнимый опыт.       Знакомство с бумагами и остальными работниками решено было отложить. Следующим утром Стив ожидал доставку своих вещей и хотел для начала обустроиться в доме. Ключи он получил от нотариуса еще в Нью-Йорке.       — Вы местный, живете в городе? — спросил он Стрэнджа, когда они возвращались к дороге.       — Я англичанин, работал в Лондоне, затем в Нью-Йорке, был нейрохирургом. А потом попал в аварию, — он усмехнулся и поднял ладони перед собой. — Живых мне теперь доверить нельзя, а мертвым все равно, если рука дрогнет. Я несколько месяцев не мог найти работу, а потом увидел объявление в медицинском журнале и приехал сюда. Ваш дед меня нанял. Тут раньше работала одна пожилая леди, она меня всему научила. И живу я здесь, в гостинице.       Оказалось, совсем рядом, скрытый деревьями и живой изгородью, стоял двухэтажный дом, тоже выкрашенный черной краской. Вывеска на нем гласила «Вечный отдых».       — Он используется, когда на похороны приезжает много гостей, и им негде остановиться. Отель в городе нас за это не очень жалует, но туда даже дальнобойщику ночную бабочку стыдно привести, не то что поселить скорбящих тетушек.       Попрощавшись с доктором, Стив с некоторым трепетом направился в свой новый дом. Он был двухэтажный, под черепичной крышей, выкрашенный в серо-синий цвет, с белыми наличниками на окнах. Сзади тянулась застекленная веранда. Стив заглянул на кухню, совмещенную со столовой, затем в гостиную. На каминной полке стояли фотографии. Он уставился на ту, на которой девочка с длинными светлыми волосами сидела на крыльце дома с книгой в руках. Его мама. Стив сглотнул комок в горле и поспешил на второй этаж.       Он выбрал спальню, выходившую окнами на бюро и дорогу, теряющуюся в бесконечном лесу, бросил рюкзак у кровати. Затем поднялся в мансарду. Там было пусто, только несколько коробок стояли в углу. Можно вспомнить, что он вообще-то любил рисовать, и обустроить мастерскую. Набить руку и писать заодно портреты почивших родственников по спекулятивной цене. Стив усмехнулся: вот и подняла голову семейная склонность, на которую так рассчитывал мистер Тод.       На улице, тем временем, стемнело. Стив съел купленные по дороге сэндвичи, принял долгий душ, смывая с себя дорожную пыль, надел пижаму, застелил кровать и, ощущая райское блаженство, завалился на нее со сборником Эдгара По. Но наслаждение продолжалось недолго.       Из ванной доносились странные хлюпающие звуки. Стив отодвинул шторку и чертыхнулся: мутная вода медленными толчками поднималась из слива, распространяя неприятный запах. Похоже, образовался засор. Стив пошарил под ванной, заглянул в шкафчики и в кладовку, но не нашел ни вантуза, ни жидкости для прочистки труб. Он вспомнил, что заметил магазинчик у развилки, где они прощались с Гомесом. Стив накинул куртку, сунул в карман кошелек, натянул кроссовки и трусцой направился в ту сторону. Ехать на мотоцикле не хотелось, а пробежка не представляла для него проблемы. А вот о чем городской житель не подумал, так это об отсутствии освещения на лесной дороге. Рядом с домом фонарь был, дальше пришлось осторожничать. Хорошо хоть ночь была лунной.       До магазинчика «У Ванды», все еще открытого, Стив добрался минут за десять. Толкнул дверь и вошел под звон колокольчиков. За кассой сидела хозяйка, замотанная в шаль и читающая толстую и очень старую на вид книгу. На звук она даже головы не подняла. Стив медленно двинулся по узкому проходу вдоль полок, заставленных продуктами (минимум известных ему по Нью-Йорку марок, в основном кустарные бумажные упаковки), посудой (в основном стеклянные емкости странной формы) и, почему-то, принадлежностями для шитья и вязания.       Он вернулся к кассе с пустыми руками. Ванда теперь смотрела прямо на него огромными светлыми глазами в черном контуре подводки.       — У вас нет жидкости для прочистки труб? Или хотя бы вантуза?       — И не бывает, — покачала головой она, — Вам нужно в супермаркет на въезде в город, но он уже закрыт, работает с восьми утра до девяти вечера. Вы новый владелец бюро Роджерса?       — Да, — правду говорят про маленькие города, слухи разошлись быстро, — а вы Ванда Максимофф? Я видел вас сегодня, и мистер Аддамс мне сказал.       — Он как всегда любезен, — улыбнулась она и, прежде чем снова погрузиться в чтение, добавила:       — Спокойной ночи, мистер Роджерс. Не бойтесь темноты, здесь вам ничего не грозит.       Стив проделал уже половину пути к дому, когда в лесу по левую руку послышался сильный треск, будто кто-то бежал, не разбирая дороги. Он задержал дыхание и вжался в дерево у обочины. Массивная фигура с неясными очертаниями вырвалась из леса, пересекла проезжую часть и снова скрылась за деревьями. Стив припустил вперед и остановился только у себя на крыльце, тяжело дыша от напряжения и страха. «Это был лось, — сказал он сам себе. — Лось или медведь. Надо узнать у местных, кто вообще водится в этих лесах и насколько они опасны. Может, придется купить ружье или хотя бы сигнальный пистолет для отпугивания.»       В глубине души Стив мог поклясться, что фигура выглядела довольно антропоморфной, но для собственного спокойствия он решил затолкать эту мысль подальше.       В ванной, черт бы ее побрал, все было в порядке. Вода утекла, оставив после себя только запах тухлятины и, что странно, моря. Стив включил фонарик на телефоне и заглянул в слив. Там что-то блеснуло, будто метнулось, прячась от света. «Наверное, вода капнула», — решил Стив и отправился спать.