Глава семнадцатая. Вечное возвращение

Больше чем можно простить, Больше чем можно спасти из пустоты Дальше Только не плачь Я лягу на землю В объятия холода

- Так это был ты, - прошептала Рей, отступая на негнущихся ногах к иве в поисках хоть какой-то опоры. В голове шумело. И сложно было понять почему, учитывая все недавние обстоятельства: переходы между мирами, самонадеянную попытку обороны и, конечно, потрясающие, мать их, новости. - Это мог быть я, - без особого энтузиазма поправил Кайло. Он выглядел неестественно равнодушным. Словно это открытие не стало неожиданностью. Или нет? В любом случае парализующая волна шока, захлестнувшая девушку, быстро сошла на нет и вполне ожидаемо сменилась вспышкой гнева. - Хватит, - требовала она, сжав руки так сильно, что короткие ногти полумесяцами впились в нежную кожу ладоней, - прекрати увиливать. Как ты еще мог узнать о свойствах этого места? Ты приходил сюда из своей реальности. Я многое вспомнила, хотя сложно во всем этом разобраться. Но кое-что прояснилось. Почему ты продолжаешь отрицать очевидное? - О, мы вернулись к тому, с чего начали, - с легкой насмешливостью подметил мужчина. Он поднялся на ноги, отряхнул брюки от мелких травинок и сложил руки на груди, выжидающе глядя на нее. Вместо того, чтобы просто согласиться со всем этим, двойник снова выстраивал между ними непробиваемую стену. Но в этот раз Рей не собиралась сдаваться так просто, как и уходить или позволить ему избежать разговора. - Ты сам сказал, что был… Беном, до того как заблудился, блуждая по мирам, и потерял дорогу домой, - продолжила она, медленно, шаг за шагом, приближаясь к нему, и, в свойственной Кайло манере, задала вопрос, который он неоднократно задавал ей, - в чем твоя проблема? Почему ты отказываешься признать правду? Я… - она ухватила мужчину за руку и скомкала его холодные пальцы в своих, - я здесь. Я помогу. - Тебе не понять, - Кайло медленно покачал головой и скривился, - ты, должно быть, совсем забыла, кто я теперь. Что я теперь. Монстр, которого ты должна бояться. Лучшее, что я могу для тебя сделать – послужить примером того, чем заканчиваются все эти чертовы путешествия. Это… - Нет, - возразила Рей. - Это необратимо. - Нет, - с напором повторила девушка. Она преодолела разделяющее их расстояние и коснулась кончиками пальцев его неестественно холодной кожи. Холодной, как льдинки, из которых ее Кай слишком долго складывал слово «вечность». Дни становились длиннее. Солнечные лучи безжалостно разгоняли притаившуюся под деревьями тьму и превращали в грязные лужи чудом уцелевшие островки снега. Сквозь рыхлую землю пробивались первые травинки. Бесконечно долгая зима Новой Англии приближалась к концу. Рей ликовала, имея миллион разных причин терпеливо дожидаться весны и окончания своего заточения дома. Рассудив, что время пришло, она бежала к островку на реке, перепрыгивая через бегущие по склонам ручьи талой воды и уворачиваясь от обнаженных цепких веток кустарника. - Бен! – крикнула она, заметив знакомую фигуру на фоне серебристой глади реки, несущей на своих волнах мелкие обломки льда. Ее взрослый друг обернулся, и весеннее солнце привычно ожило в его глазах, подсветив их и сделав не просто карими, а золотыми. - О, мелкая, - он слабо улыбнулся и окинул ее придирчивым взглядом с ног до головы, - снова ты. - Не такая уж я и мелкая, - притворно обиделась Рей, которой минувшей осенью уже исполнилось четырнадцать, что в ее понимании означало весомый повод наконец-то избавиться от глупого прозвища. Несмотря на беспечное настроение и радость от встречи, она не могла не отметить перемену, произошедшую в молодом мужчине за время их разлуки. Он будто стал старше на целую жизнь, обзаведясь хмурой морщиной между бровей и глубокими синяками под глазами. И… этот черный строгий костюм, который, в понимании девочки-подростка, куда больше подходил для похорон, нежели для прогулки у реки. Ей хотелось узнать причину, но она боялась задавать лишние вопросы. Со временем Рей прогнулась под мнение матери и все чаще останавливала себя, ощутив порыв лезть в жизнь взрослого человека. Однажды зимой она проходила мимо дома на холме и издалека увидела Лею. Женщина хмуро кивнула ей и поспешила скрыться за живой изгородью из вечнозеленых кустов. После той случайной встречи девочка долго боролась с собой, испытывая непреодолимое желание нанести визит соседям, чтобы справиться о делах своего друга и самочувствии матери. Она пообещала себе, что обязательно дождется весны, чтобы сбегать на островок, являющийся нейтральной территорией. Ведь визит сюда не был бы проявлением ее навязчивости, верно? - Смотри, - Бен поманил ее, подбородком указывая себе под ноги. Рей нерешительно приблизилась, кутаясь в теплую куртку, и присела на корточки, чтобы лучше рассмотреть то, на что друг посчитал важным обратить ее внимание. Из земли пробивался смутно знакомый девушке цветок – толстый стебель со стрельчатыми, жесткими листьями венчала кисть белоснежных соцветий. Она уловила исходящий от него прохладный аромат. - Странное место, - задумчиво произнес мужчина, опускаясь рядом с ней, - не видел здесь гиацинтов раньше. Никогда не угадаешь, чем оно удивит в следующий раз. - Ну… - Рей неловко кашлянула и выпалила скороговоркой, боясь, что малейшая минута промедления позволит страху задушить рвущиеся наружу слова, - как минимум, я. - Ты – самое невероятное. Через год он исчез. «Я была в других мирах и знаю, что ты просто не должна была существовать» «Не уверен, что оно вообще было в моем мире, как и ты». «Поисковая группа наконец-то смогла найти тело пропавшей пятилетней девочки». Рей тряхнула головой, отгоняя наваждение, но потусторонний холод, пробравшийся под кожу, никуда не исчез, а лишь глубже пустил корни. Словно их окружал не теплый, весенний день, а сырое подземелье. Звуки доносились приглушенно, словно едва пробиваясь сквозь плотные стены из камня, поглощающего дыхание бьющей ключом жизни, лишь недавно пробудившейся от зимней спячки. Для кого-то зима закончилась, но не для нее. У девушки была своя зима. Прорастающая сквозь грудную клетку изнутри. - Иди сюда, - сжалился Кайло, и ведьма с готовностью преодолела оставшийся шаг и прижалась к его груди. После минутной заминки она все-таки позволила себе сплести руки за спиной мужчины, растворяясь в таких нужных объятиях. – Только не реви, пожалуйста. - Я и не собиралась, - буркнула она куда-то в ткань его рубашки и заверила, - слишком зла. - Звучит обнадеживающе, - усмехнулся Безликий, - потому что я не собираюсь снова утирать тебе сопли. - Обязательно быть таким невыносимым? - фыркнула Рей, но все ее возмущение потонуло в удовольствии от прикосновения его ладони к ее собранным в небрежную косу волосам. Эта хрупкая ласка стоила намного больше всех его колкостей. - Пожалуй, уже нет смысла, - немного подумав, ответил Кайло, - от тебя все равно невозможно избавиться. Ты – как чертов бумеранг, чем дальше швырнешь, тем сильнее ты ударишь в голову, возвращаясь. Я ведь предупреждал тебя, - сокрушенно выдохнул он. - Но… почему? – Рей запнулась, чувствуя, как вопреки всем ее заверениям, к горлу подкатывают слезы, - зачем так усложнять? - Затем, что у этой сказки будет грустный конец, - он тяжело вздохнул, - я уже не тот человек. И… уже не человек вовсе. От меня ничего не осталось – ни тела, ни воспоминаний, ни дома. Десять лет здесь были для меня вечностью там, потому что в том мире нет времени в привычном для нас понимании. И что самое паршивое: я даже не помню, за что заплатил эту цену. Я не помню, с чего все началось. Безликие. Девушка отстранилась, чтобы заглянуть в родные глаза и увидеть в них ту же печаль, что пожирала ее изнутри. И эта печаль красной нитью связала хрупкие бусины ее воспоминаний, в которых два человека слились воедино. - Должен быть способ, - упрямо твердила Рей, - зачем тогда нужна вся эта магия? Все это могущество? - Способ есть, - согласился Кайло, - вернуться к началу и найти свой родной мир. Ты действительно думаешь, что я не пробовал сделать это? Сколько, по-твоему, существует похожих вариаций реальности, версий одного только проклятого дома моей матери? Отличие может быть настолько незначительным, что понадобятся годы, чтобы заметить его. У меня нет столько времени. Разве ты не усомнилась в том, что вернулась в исходную точку? И в самом деле. Она могла лишь полагаться на слова Леи о том, что все другие версии Рей погибали в детстве или не существовали вовсе. Леи, которая сама бесконечно долго скиталась по мирам и утратила рассудок. Глупо было исключать вероятность того, что, совершив переход, Рей просто не оказалась в очень схожем мире, который покинула другая ее версия. Думать об этом было физически больно. Если продолжать в том же духе, то можно окончательно лишиться твердой почвы под ногами. Не хватало только поддаться панике и шагнуть в зеркало, чтобы, проделав тысячу прыжков, достигнуть той самой точки, о которой говорил Кайло. - Но ты же здесь, - не очень-то уверенно возразила Рей, - или… меня в каждом мире преследует жуткий тип, выбравшийся из зеркала? - Кто еще кого преследует, - усмехнулся мужчина, и ведьма с удивлением обнаружила, что впервые за все это время видит его искреннюю улыбку. Улыбку из ее воспоминаний, въевшуюся в память настолько глубоко, что даже тысячелетнее путешествие по мирам не вытравило бы ее оттуда. Рей не сомневалась в самонадеянности своих мыслей, но пока плохо представляла, как ощущается предельно стерильная пустота внутри. Должно быть, это… неприятно, но отвратительного характера Кайло это все же не оправдывало. Хотя, в свете недавних событий, Рей почти готова была оправдать все его омерзительные поступки, вдруг осознав, насколько трудно привязываться к чему-то, с чем в скором времени придется проститься. И ей не нравилось думать в этом направлении, потому что на задворках сознания начинали скрестись колючие коготки паранойи. Что если все это – очередная игра, затеянная им? Безликий уже однажды прикидывался Беном, чтобы обмануть ее. О, об этом точно не стоило вспоминать. Не в его объятиях на безлюдном островке, так часто фигурировавшем в ее тайных фантазиях. Желая отвлечься, Рей ухватила за рукав руку мужчины и поднесла к лицу, разглядывая странную татуировку на его запястье, по-прежнему представляющую загадку. Смутное ощущение дежавю проскользнуло в ее сознании, лишь слегка скользнув крылом по мареву мыслей. Кайло тоже смотрел на рисунок, но в его глазах не промелькнула и тень узнавания. - Чем может быть этот символ? – задумчиво проговорила ведьма, - и… почему он появился, если в моих воспоминаниях его не было? - Ну, в твоих воспоминаниях много чего не было, - хмыкнул мужчина, заставив ее залиться краской и смущенно отвести взгляд, - но у меня нашлось кое-что свое. По какой-то причине я счел это крайне важным и смог сохранить. Жаль, что толку от него никакого. - Лея сказала, что ты вел дневник, - вдруг вспомнила Рей и замерла, ошарашенная своим открытием, - но она не знала, где он. Что, если это подсказка, где его искать? - Лея? Где ты нашла эту старую ведьму? – заинтересовался Кайло, впрочем, заметно скривившись при упоминании матери. Учитывая, какой невменяемой она была в особняке, его отвращение к ней теперь казалось вполне оправданным. - В каком-то мире, - ответила девушка, припоминая детали их встречи, - она ждала тебя в особняке и пыталась отыскать дневник. Я… я могу отвести тебя к ней, кажется, я запомнила дорогу и могу попробовать повторить... «А что, если только это ему и нужно?» - промелькнула в голове ведьмы пугающая мысль. Под предлогом визита к потерянной матери все же впустить в ее мир своих друзей из мира без времени. - Нет, это исключено, - перебил ее Безликий, вмиг посерьезнев, он схватил Рей за плечи и сжал так сильно, что она пискнула от боли, - ты больше не полезешь в чертовы порталы, тебе ясно? Я годами практиковался в путешествиях, но все равно сбился с пути. Твой шанс на успех минимален. Торопишься стать еще одним чудовищем из ночных кошмаров Ришар? Ну да, конечно. Общение с ним просто не может пройти мирно. Небеса разверзнутся, если Кайло вдруг обойдется без уничижительных реплик в ее адрес. - Ладно, прости, - внезапно сжалился мужчина, осознав свою ошибку, - твой дар к портальной магии глупо отрицать. В ином случае, ты не смогла бы затащить меня сюда, да еще и настолько очеловечить. Рядом с тобой я начал даже что-то вспоминать, хотя… этого все равно слишком мало. Ого. Это еще что за новости? Неужели Кайло на самом деле осознал тщетность попыток отпугнуть ее от себя отвратительным поведением и бесконечным потоком колкостей? Можно ли засчитать это за победу в их маленьком противостоянии? Рей улыбнулась своим мыслям и осторожно уточнила, пользуясь тем, что сегодня он был не в настроении плеваться ядом: - Откуда ты знаешь Луизу Ришар и так много о новоорлеанском ковене? - Базин собрала достаточно информации об этом сброде, - сказал он, заставив девушку слегка скривиться при упоминании возможной соперницы, - думаю, что имел дело с ними в своей версии реальности, учитывая влиятельное положение Леи в колдовском сообществе. И что-то остается неизменным в каждом мире, - не удержался от язвительного комментария он, - по крайней мере, не думаю, что там общение с ними было более приятным. Эти ведьмы ненавидят мужчин, но мужчин-колдунов с особенной страстью. Этот многословный ответ заставил Рей напрячься, на уровне инстинктов она ощутила какой-то подвох, но сейчас не готова была размышлять на эту тему. Куда больше ее мысли занимала жутковатая магическая помощница Безликого. - Что ты обещал Базин за помощь? – поинтересовалась она, затолкав поглубже желание задать совсем другой беспокоящий ее вопрос. Она вспомнила рассказы Кайдел про печальную участь Верховной ведьмы Нового Орлеана и сочла это куда более важной темой. - А это, мелкая, не твое дело, - Кайло насмешливо щелкнул ее по носу, и только проскользнувшая в его голосе нежность не позволила девушке вновь ринуться в бой за подобное обращение. Он легко считал ее недовольство и, смягчившись, пояснил, - договор обязывает держать условия сделки втайне от третьих лиц. - Вы с ней… – ведьма чувствовала себя максимально неловко, запнувшись на середине фразы, которая в ее голове звучала дерзко и вовсе не напоминала жалкое блеяние, - спите? - Ревнуешь? – самодовольно ухмыльнулся Безликий, даже не пытаясь скрыть гадкое удовольствие от ее смущения, - я прекрасно помню твое обещание продемонстрировать вещи, которые «ей и не снились». Кстати, как насчет этого, Рей? В особняке ты была хороша, но ничего сверхъестественного не… - Заткнись. - … впрочем, я вообще был удивлен, что ты, со своим градусом одержимости пресвятым Беном, не оказалась девственницей, - невозмутимо продолжил он, игнорируя все ее возмущения и гневные взгляды. Девушка невольно радовалась тому, что ей таки хватило мозгов вести некое подобие нормальной жизни, и потому она не доставила ему такого удовольствия. Если, конечно, не думать о том, как часто она представляла свой первый раз совершенно другим. Не на узкой койке в общаге с однокурсником, имя которого она давно позабыла, а здесь, на этом маленьком острове, на жесткой траве и с… - Ничего, что ты и есть тот самый «пресвятой покойник»? – передернула Рей, победно вскинув голову. Ну что, съел? Приятно, должно быть, обнаружить, что все это время воевал за место в ее сердце с самим собой? Как минимум, крайне абсурдно, хотя с расхищением собственной могилы это даже близко не стояло. - Мы не можем быть уверены в этом на сто процентов, - тут же пошел на попятную мужчина, слегка помрачнев, - и едва ли я соответствую светлому идеалу из твоих воспоминаний. Он был прав. Они неотвратимо вернулись к тому, с чего начинали. Но для ведьмы за прошедшее время слишком многое изменилось, и теперь она смотрела на сложившуюся ситуацию под другим углом. Даже если он окажется прав в очередной раз, что было бы отвратительно уже само по себе, Рей не собиралась затевать прежнюю игру с выискиванием в самозванце черт оригинала. В какой-то степени ее устраивала копия, но Рей не собиралась признаваться, удерживая свой козырь до конца. Она тоже успела кое-чему научиться, хотя сомневалась, что подобными достижениями стоило гордиться. - Ты вполне ему соответствуешь, если не открываешь рот, - смело заявила она, с хитрым прищуром наблюдая за тем, как гневно вспыхнули глаза мужчины от этой реплики. Призрак несуществующего соперника снова ожил между ним и, вроде как, окончательно запутавшейся в силках добычей. «Моя» «Скажи это» - Ну и катись тогда отсюда, - заключил Кайло, отводя взгляд, - зеркало в доме на Мэгэзин Стрит, попробуй вытащить из него еще кого-нибудь и молись, чтобы другая версия больше соответствовала твоим ожиданиям. Без твоей назойливости я смогу хотя бы спокойно… Рей не позволила ему закончить, заткнув рот поцелуем, хотя недосказанное слово так и повисло между ними, отравляя удовольствие. «…сдохнуть». Она злилась и пыталась прогнать его из своей головы, но оно пульсировало ноющей болью в висках. Она злилась, и от того поцелуй был наполнен ее яростью, смешанной со вкусом его крови. Впрочем, Кайло имел слишком сильную власть над ней, с легкостью усмирив разбушевавшуюся бурю нежными прикосновениями к ее пояснице, обнаженной задравшейся тканью старой клетчатой рубашки, помнившей еще старшую школу. И ведьма сдалась, позволив себе быть ведомой, делая их взаимодействие куда более неспешным и тягучим. Весь прежний опыт девушки был другим, ведь она привыкла бросаться в омут с головой со всей своей импульсивностью, воспринимая поцелуи не более, чем прелюдией к чему-то большему. Столкнувшись с неторопливой чувственностью, она оказалась обескураженной и беспомощной, словно впервые открывала для себя мир плотских удовольствий. - О да, это ведь именно то, о чем ты мечтала? – усмехнулся ей в губы мужчина, вызвав у Рей жгучее желание снова прописать ему лбом, - жаль, что тебе уже не двенадцать, правда? - Пятнадцать, - буркнула Рей, смятенная тем, что он в очередной раз использовал против нее глубоко личные вещи, которыми она вообще не планировала с кем-то делиться. Не самое приятное чувство, когда кому-то ведомы все твои самые темные мысли и порывы. - Да без разницы, - фыркнул Кайло и самодовольно заявил, - я все равно не стал бы трахать малолетку из другого мира. Надо же, а ведь в особняке на Мэгэзин Стрит он утверждал обратное. Он еще сам-то не запутался в своих противоречиях? - Ну и катись тогда отсюда, - передразнила ведьма, радуясь собственной находчивости и приобретенному навыку отбиваться от атак его же собственными словами. Впрочем, Рей пришлось пожалеть об этом маневре, потому что мужчина тут же отстранил ее от себя и выпутался из ее рук. Рей уже забеспокоилась, не перегнула ли палку, но он просто освободил себе больше пространства, чтобы стянуть пиджак и расстелить его на траве. Вроде как, ее пируэт не имел последствий, не вызвав у Безликого приступ особенно скверного настроения. По крайней мере, на темную ткань девушку он укладывал довольно бережно, а джинсы и кеды, полетевшие на траву, не стали жертвой ярости. Рей только сейчас вспомнила, что и сегодня не озаботилась выбором соблазнительного белья, быстро оправдавшись тем, что собиралась на кладбище, а не на свидание. Какие тут свидания, когда за тобой гоняется монстр из другой реальности, а в каждом новом случайном месте, куда ты попадаешь, кто-нибудь обязательно пытается тебя убить? И тот самый монстр, конечно, одарил ее очередным насмешливым взглядом. - Зеркало в доме на Мэгэзин Стрит, попробуй вытащить из него еще кого-нибудь и молись, чтобы другая версия больше соответствовала твоим ожиданиям, - с удовольствием протянула Рей, откидывая голову на траву и любуясь ясным куполом неба. За что поплатилась рубашкой, когда от резкого движения в стороны с нее полетели пуговицы. Лифчики она презирала еще со школьных времен, иначе и этот предмет одежды пал бы бесславной жертвой их страсти. Приятный, но все еще слегка прохладный весенний воздух лизнул обнаженную кожу ее небольшой, аккуратной груди. И следом за прохладой последовало тепло прикосновений Кайло и жар его дыхания. Он… больше не был холодным. Ведьма видела в том некую печальную закономерность, о которой не хотелось сейчас думать, но к которой она обязана была вернуться после. «Он паразитирует на тебе и твоих способностях, питаясь твоей силой». Сейчас мысль о том, что она вдыхала в него жизнь, даруя свое тепло, казалась милой и романтичной. Но потом ей все же придется разобраться с предостережениями Луизы. Потом. Точно не сейчас, когда его губы ласкали чувствительные горошины сосков, а пальцы, сдвинув белье в сторону, погружались в нее, готовя девушку к продолжению, заставляя нетерпеливо ерзать на приятной ткани подкладки его пиджака, сильно контрастирующей с колючими травинками и холодной землей под ногами. - Уже решила, чье имя будешь выстанывать в этот раз? – оторвавшись от груди Рей и опаляя ее шею дыханием, издевательски протянул мужчина, - сможешь меня удивить? «Там, откуда я пришел, нет имен» - Просто заткнись и сделай это, - взмолилась девушка, не готовая в эту минуту к очередному обмену колкостями. Сказать что-то грязное и дерзкое было намного приятнее. Не хотелось признаваться себе, но в каком-то смысле это действительно было воплощением ее маленьких фантазий, которыми она тешила себя все эти годы. Которым отчаянно пыталась противостоять, желая сохранить их историю чистой и светлой. Едва ли это было возможно после происходящего. Не после того, как Кайло снова поцеловал ее, но уже не так, как прежде, а хищно и глубоко, отвлекая от возможной болезненности момента, когда резко наполнил собой ее тело. Рей зажмурилась, смакуя ощущения, а затем резко распахнула глаза, осознав, что не хочет пропустить ни малейшей детали. Все это ей хочется запечатлеть в своей памяти, насадив на ту шелковую нить с бусинами воспоминаний. Кудрявую крону плакучей ивы над их головами. Его лицо, искаженное страстью, с упавшими на него прядями вьющихся темных волос. Янтарь глаз. Свое колено на его плече. Сияние реки, что убила его. Реки, которая убила и ее. Одной реки в двух разных мирах, слившихся воедино в этой конкретной точке бытия, в месте, где теперь сливались их тела и души. Ей хотелось сказать Кайло, что все, когда-либо происходившее на этом острове, больше не имеет значения в сравнении с тем, что творится между ними сейчас. Сказать, что даже если он уйдет в свой мир или исчезнет навсегда, она будет искать его, а не кого-то другого. Но все эти слова потонули в ее протяжном стоне, да и озвученные они словно утратили бы всю свою силу. Рей вовсе не хотелось говорить. Не хотелось выстанывать в мольбе чье-то имя, чтобы случайно не разрушить красоту момента очередной оплошностью. Да и как назвать того, кто… Безликий. Проглотив эту разрушительную истину, она кончила, прикусив мужчине губу до крови. Но едва ли это маленькое членовредительство могло сравниться с ее недавней выходкой на кладбище, хотя Кайло не жаловался. Он поцеловал ее в плечо и, перекатившись на спину, подтянул девушку к себе. Синева неба отражалась в его застывших глазах, и Рей успела испугаться, что он снова провалился в небытие, как это уже бывало, но мужчина слегка тряхнул головой, приходя в себя. - Сейчас скажешь что-нибудь о том, что нам не стоило этого делать? – предположила девушка, прокашлявшись. Ей было страшновато молчать рядом с ним, поэтому она решила взять огонь на себя и первой развязать очередную дуэль. И была приятно удивлена. Он только криво улыбнулся в ответ, но ее инициативу не поддержал, ограничившись допустимым минимумом своей язвительности. - Нет, это определенно было не зря, - с удовольствием заявил Безликий, - если все-таки объявится настоящий Бен Соло, его ждет неприятное открытие, раз я трахнул тебя здесь первым. От того, что он снова отказывался принимать правду и разделял себя с человеком из ее воспоминаний, Рей обдало волной фантомного холода. Ей стало невыносимо тоскливо. - У тебя раздвоение личности? – попыталась пошутить девушка, чтобы ослабить ощущение тугого узла, стянувшегося в груди, - я читала, что так бывает, когда люди не могут принять какие-то свои черты и персонифицируют их в отдельное существо. - Ох, милая, - с тяжелым вздохом Кайло потерся носом о ее волосы, - мне приходится мириться с вещами куда более неприятными, чем собственный характер. - Мы со всем справимся, - упрямо подчеркнула Рей, отказываясь сдаваться и в очередной раз признавать его правоту. - Это не мой мир, я не смогу здесь остаться, - отрезал он. - Тогда я пойду с тобой на поиски твоего, - сказала ведьма и неуверенно добавила, - я ведь смогу находиться там, если… меня там никогда не было? - От тебя совершенно невозможно отделаться, – с грустью усмехнулся мужчина и продолжил, трагично возведя глаза к небу, - у меня изначально не было выбора, да? - Ты просто так от меня не сбежишь, - заявила она. Несмотря на все недомолвки и непримиримые обстоятельства, этот момент она отнесла к числу самых счастливых из всех, что ей довелось пережить на этом странном островке между миров. Самый прекрасный и самый печальный. Как это возможно? Могла ли склонность к двойственности и парадоксальности суждений передаваться половым путем? Иначе Рей не могла объяснить того, что с ней происходило. Она не доверяла человеку, в объятиях которого так сладко нежилась этим весенним днем, но в то же время верила безоговорочно. Она должна была ненавидеть его за все сделанное, но необъяснимым образом теперь понимала запутанную логику его поступков. Что чувствовала бы она, окажись на его месте? Явившись в незнакомый мир, где ждут не тебя, где ты занимаешь чужое место, но, черт возьми, так хочешь находиться именно здесь? Девушка не могла продолжать думать об этом, отвлекшись на колючую травинку, скользящую по ее обнаженному плечу. Безликий задумчиво выводил ею, как кистью, какие-то одному ему известные узоры, и Рей только и оставалось надеяться, что это не древние руны или заклинания в попытке избавиться от нее, превратив глупую ведьму в камень или растение. В цветок гиацинта? Она повела плечом, уворачиваясь от невесомых касаний, вызывающих щекотку. - Есть шанс, что теперь ты будешь меньше плеваться ядом? – буднично поинтересовалась она, - раз уж понял, что все это бессмысленно. - Еще чего, - рассмеялся Кайло, наконец-то выбравшись из своей задумчивости, - извини, дорогая, но я буду изводить тебя с большей страстью, чтобы окончательно превратить твою жизнь в кошмарный сон. Может быть, ты все-таки сдашься и отправишь меня обратно? - Нет, - отрезала девушка, которая не поверила ни одному его слову. Быть может, ей просто нравилось обманываться. Или у нее появилась хрупкая надежда, что все между ними может складываться иначе. По другому, менее разрушительному сценарию. Она выбралась из объятий мужчины и, немного поборовшись с ним, стала стаскивать с него оставшуюся одежду. Ей больше не давал покоя тот факт, что в очередной раз она валялась на траве полуобнаженная, а он не желал расстаться со своей черной броней. Как будто ему сложно было принимать себя, свою внешность и свое тело. Рей было грустно осознавать это, потому что… ей не приходилось настолько сильно терять себя, что все свое начинало казаться чужим. И… ей не хотелось знать, как это. Как и думать о том, что этого можно было избежать, если бы… первый ритуал, который они проводили с Бекки в ее пятнадцать, удался – и Бен нашел бы дорогу домой намного раньше. До мира Безликих. До этих десяти лет, неизвестно сколько длившихся там, где нет времени. Нет времени. Как это вообще возможно? Она когда-то читала о том, что понятие времени довольно растяжимо даже для нашей реальности, где вроде как физики определили все его законы. Учитывая скорость нейронных связей и обработки информации, время, допустим, ощущается совершенно по-разному для человека и… мухи. Что если отсутствие физической оболочки освобождало и от его влияния? Но в ее голове пока совершенно не укладывалось понимание того, каким должен быть мир, в котором обитают существа, лишенные тел. Он… пуст? Как-то выглядит? Похож ли он на тот потусторонний лес с одиноким зеркалом, куда ее выбросило после особняка? Пребывание в том странном месте хотя бы не сказалось на самоощущении Рей. Она… осталась собой, хотя и вынесла оттуда ощущение всепоглощающего холода. Под ее кожей по-прежнему пульсировали паутинки кровеносных сосудов, а нервные окончания посылали импульсы от дуновения ветерка и ощущения близкого присутствия желанного человека рядом. Да, она вновь проваливалась в марево своей похоти, не способная устоять перед искушением, утолить разом голод, терзавший ее десять лет. Она… слишком долго искала замену, чтобы упускать возможность, заполучив в личное пользование оригинал. Или… очень похожую копию. Раздражающую своим самодовольством и язвительностью. Неужели он всегда был таким, и ведьма просто не замечала очевидного в силу наивности юного возраста? А, неважно. Скверный нрав Кайло по-своему нравился ей. Он щекотал нервы и подбрасывал сложные задачки. Вызывал желание сломить его, заставив выдать себя – этой нежностью ласк, долгими поцелуями, невольно проявленной заботой. Он был… лучше. Потому что Рей совершенно не была уверена в том, что приторная сладость не обернулась бы разочарованием. У нее, конечно, не было возможности убедиться в своей теории, но… мысль о появлении еще одного Бена, другого, быть может, мягкого и тактичного, почему-то заставила ее почувствовать себя дерзкой девчонкой, выбравшей плохого мальчика. Это волновало. Как и то, что ее плохой мальчик был, вроде как, еще и сверхъестественной тварью, пусть и имеющей человеческий вид. Теперь наконец-то она владела ситуацией и имела возможность продемонстрировать навыки, которыми так самонадеянно хвалилась по пьяни. Безликий не сопротивлялся, лишь наблюдая за ней с любопытством из-под полуприкрытых густых ресниц, на солнце слегка отливавших медью. За тем, как ведьма исследовала очутившуюся в ее распоряжении копию языком, губами и пальцами, с дотошностью ученого или первооткрывателя. Запоминая и фиксируя мраморную холодность кожи, геометрию родинок и твердость мышц. Чтобы наконец закончить свою маленькую пытку, оседлать его бедра и направить в разгоряченное лоно его член, достойный определенно куда большего внимания. Она точно вытянула счастливый билет, ведь, связавшись с существом из другой реальности, вполне могла бы обнаружить под его одеждой что-нибудь такое, способное повергнуть в ужас... Щупальца? Или жидкую тьму? Она скинула с себя болтавшуюся на плечах рубашку, но не почувствовала прохлады весеннего воздуха, согретая жидким огнем, растекающимся по венам. Ей нравилось ощущать себя обнаженной в этом некогда сакральном месте, скрытом от посторонних глаз густой растительностью и серебристым изгибом той самой роковой реки. Она чувствовала себя настоящей ведьмой, впитывая энергии этой земли, издревле пропитанной легендами о колдовстве и самой магией, неотъемлемой частью этого наследия. Лишенной стыда язычницей, поклоняющейся лесному рогатому богу; гибкое тело которой было прикрыто лишь распущенными волосами, змеящимися в такт ее резким, жадным движениям. Стыд – был отвратителен сам по себе. Грузный, душащий, существующий, чтобы убивать саму жизнь. Придуманный теми самыми пуританами, что веками жгли на кострах и истязали ее сестер, отравляя все, к чему прикасались. Теперь Рей была свободна от него, сбросив оковы, позволяя мышцам под кожей двигаться, подобно корням деревьев в земле; крови кипеть и наполняться первозданным, завораживающим волшебством ее ритуального танца. Она была готова принять свою суть, которой так боялась и избегала прежде. Она готова была впустить в себя эту силу. И… бороться хоть с самой смертью, скользкой змеей стремящейся ускользнуть в свою нору, чтобы укрыться от обжигающего дыхания самой жизни. Бороться с Безликими, чтобы вернуть то, что должно было принадлежать только ей. Этого мужчину. Его темную потерянную душу. Его память о том, что было между ними прежде. Потому что теперь Рей была абсолютно убеждена, что не отпустит его, не позволит раствориться в зеркальной глади. Только в ней. Во мне. «Моя» «Скажи это» С их финальным аккордом пожухлая, только недавно пробудившаяся ото сна трава наполнилась жизнью и насыщенным изумрудно-зеленым цветом. Ведьма без сил свалилась на грудь своего любовника, все еще чувствуя его в себе, но не так остро, как прежде, а сквозь пелену эйфории, наполнившей каждый сантиметр ее тела. Она почти не ощущала свои колени и уставшие за время этой безумной пляски страсти подрагивающие и непроизвольно сокращающиеся мышцы ног, живота и бедер. Дыхание вырывалось из груди судорожными толчками. Ветер жалил разгоряченную кожу, но Кайло предусмотрительно обвил девушку руками, возвращая ей ее же собственное тепло. Он нежно убрал прядь волос, прилипшую к ее щеке, и коротко поцеловал ее в мокрый лоб. - Ты чертовски прекрасна, - произнес он и тут же смутился прозвучавшего в этих словах искреннего восхищения, - видимо, проблема была в одежде. - Тогда в твоих же интересах сделать так, чтобы я как можно чаще оказывалась без нее, - тихо рассмеялась Рей и потерлась щекой о его ключицу, как кошка, ищущая ласки хозяина. Нужда была настолько острой, что почти приносила боль. Потому что прилив адреналина и гормональный всплеск миновали, оставив ее наедине с пустотой. С горьким осознанием того, какими самонадеянными были мысли ведьмы в пылу страсти, и как она в действительности бессильна перед обстоятельствами. Все волшебство рассыпалось колючими осколками. Того самого зеркала, которое ждало ее, чтобы… Он не сможет остаться. Нет. - Становится прохладно, - буднично заметил мужчина, перебирая ее волосы, и по печали в его голосе легко угадывалось, насколько и он сам разочарован тем, что собирался сказать дальше, - нам стоит убраться отсюда, как бы ни была заманчива перспектива остаться и трахаться дальше. Конечно. Рей невольно улыбнулась тому, какой родной уже успела стать его привычка прятаться за всем этим словесным мусором от собственной уязвимости. Грубость двойника больше не задевала ее, а вызывала непреодолимое желание приласкать его и успокоить, давая понять, что никто не станет использовать его чувства против него самого. Она мысленно сделала пометку разобраться с этим после. Если у них вообще будет это после. Впрочем, в чем-то он был прав: произошедшая между ними близость в своем первобытном неистовстве прекрасно вписывалась в рамки именно этого понятия. И в том не было ничего плохого. - Тебе стоит вернуться к матери, - строго сказал Безликий, пока они одевались. Девушка вынуждена была столкнуться с последствиями их маленьких шалостей в виде оборванных пуговиц на рубашке. Заметив ее смятение, Кайло протянул ей свой пиджак. Благо крой позволял застегнуть его именно так, чтобы сохранить хоть подобие приличия на самой грани. Мужчина окинул Рей оценивающим взглядом и довольно ухмыльнулся. - Так намного лучше, - похвалил он. Ведьма поморщилась и пригрозила ему пальцем. - Я тебя не перевоспитываю и тебе не советую, - буркнула она, хотя, опять же, вынуждена была признать его правоту. В этом пиджаке и джинсах, с распущенными волосами, она показалась себе не менее горячей, чем чертова Базин. Тем более после того, что между ними здесь происходило. - Я и не собирался, - довольно беззаботно заявил Безликий и подтянул ее к себе, чтобы утешить поцелуем, после которого продолжил со своей фирменной ядовитой ухмылкой, - но ты сделаешь мне одолжение, если перестанешь носить белье, снимая которое я чувствую себя педофилом. - Мечтай, - усмехнулась Рей и все-таки поинтересовалась, - и что я скажу маме, мы, вроде как, собирались уехать обратно в Новый Орлеан… - Не думаю, что она очень удивится, зная твою идиотскую импульсивность. Нам пока не стоит туда соваться. Девушка поморщилась, но не стала задавать лишних вопросов, хотя ее чрезвычайно заботило то, что после ее возвращения к Молли планирует делать он. Вместе со своей помощницей. Перед тем как выбраться из леса на асфальтированную тропинку, они остановились, потому что мужчине еще нужно было изменить свою внешность. Он настоял на том, чтобы проводить Рей прямо до двери родного дома, вызвав у нее волну теплоты и нежности, о которых она, конечно, предпочла промолчать, куда более занятая другим. Ведьме больно было смотреть, как после сотворенной магии он снова вынужденно вытирает выступившую под носом кровь. Воспоминание о состоянии, в котором она как-то раз обнаружила его на Мэгэзин Стрит, до сих пор заставляло ее содрогаться. Если, конечно, оно не было частью продуманного и отлично сыгранного спектакля, о чем она изо всех сил старалась не думать. Пропасть между ними хоть и стала меньше, но мостики доверия, перекинутые через нее, были слишком хрупкими. Да и какое может быть доверие после… всего. На сонный пригород опускались лиловые сумерки, а в коттеджах, прячущихся за обильной зеленью, начинали загораться окна. Но эта идиллическая картина отчего-то рождала в душе девушки тревогу. На пороге родного дома она крепко прижалась к Кайло, обхватив его широкую спину руками и уткнувшись лицом ему в грудь. - Поклянись, что ты не решил избавиться от меня, чтобы сделать что-то плохое, - прошептала она. Мужчина фыркнул и огладил руками ее бока. - От тебя так просто не избавишься, - заявил он и, понизив голос, добавил, - но я не могу пойти с тобой, потому что твоя мама с первого взгляда загорелась желанием спустить с меня шкуру. - Она очень хорошо разбирается в людях, - хихикнула Рей, искренне наслаждаясь тем, что градус острот и оскорблений в их общении снизился до вполне приемлемого уровня. Или… это уже больше напоминало щекочущую нервы игру двух любовников? В каком они вообще статусе? И разумно ли оперировать подобными категориями, когда между ними целое минное поле из отягчающих обстоятельств? И целая пропасть между их мирами. - Подожди, - Кайло вдруг напрягся, отодвинул девушку от себя и решительно двинулся к двери дома. Ведьма уже было хотела иронично прокомментировать его самоубийственный порыв встретиться с Молли лицом к лицу, но тоже почувствовала неладное на уровне инстинктов. Магия… Она влетела в дом, шумно распахнув оказавшуюся открытой дверь, опередив Безликого, который прошипел ей что-то вслед о ее безрассудстве. Рей пробежалась по всем комнатам, но не обнаружила ни матери, ни следов борьбы. Только записку на кухонном столе. На дорогой бумаге, выведенную красивым почерком с вензелями. Без подписи. «С удовольствием обменяем твою маму на Безликого и зеркало».