Глава 21 "Восьмое марта"

      С той жгучей ночи, навсегда оставшейся в нашей памяти, прошло два месяца.       Сегодня Восьмое марта. Проснулась я, в уже знакомой, Витиной квартире. Для меня он затеял косметический ремонт и прописал меня сюда, что бы я, уж наверняка, не сбежала от него. Расписались мы тринадцатого января одно тысяча девятьсот девяносто четвёртого года, в его любимое число.       Алые лучи мартовского солнца, отскакивая от белоснежных стен, заставили меня сощуриться. Былой холод холостой квартиры улетучился. Первым делом после ремонта мы накупили новую мебель евро класса, которая соответствовала и статусу семьи, и личному комфорту и уюту нашего очага.       Обычно, утро в нашем доме начиналось так: я просыпаюсь раньше и спешу на кухню готовить то, что в очередной раз сразит и докажет моему новоиспеченному мужу, что деятельность взломщицы не мешает деятельности повара внутри меня. Я всегда любила готовить, а папа всячески способствовал этому. Наша экономка была счастлива, что я, как нормальная девочка, засматриваюсь не только на пистолетики и отмычки, но и на кастрюли и сковородки. Мария Ивановна с радостью научила меня многим рецептам, прямо как бабушка.       В это утро я проспала свой ранний подъем, а когда заерзала на простыне то поняла, что левая сторона шёлковой простыни холодная. Разомкнув зелёные, почти изумрудные, глаза на солнце, я прищурилась, пряча взор от горячего святила. Обшарив рукой кровать я окончательно убедилась в том, что Витя давно уже не спит. Кричать попросту не было сил и я, приподнявшись на локтях, учуяла запах чего то очень аппетитного, но слегка подгорелого. Запах с кухни перебивался запахом моих любимых белых роз, стоявших у меня на тумбе.       Заставив свою ленивую задницу подняться с кровати, я вдохнула невероятный аромат свежести и прочла записку рядом:       Доброе утро, моя дорогая, моя любимая, моя самая красивая, моя самая лучшая, моя самая умная, моя самая изящна, моя маленькая девочка! С недавних пор я зову тебя «моя жена», что очень не привычно, но крайне приятно, знаешь ли! Когда я, среди толпы, крикну тебе: «Жена!», а ты обернешься и расплывешься в улыбке. В своей самой замечательной и тёплой улыбке. Когда все мужики обернуться и про себя подумают: «вот повезло мужику!»       Спасибо тебе, моя маленькая! Просто за то, что ты вошла в мою жизнь, так красиво, резко и не совсем уравновешенно, но так, как могла только ты! Я хочу, что бы ты улыбалась своей ангельской улыбкой не только сегодня, в этот день, но и во все следующие, по этому сегодня, открывая любое место, ты будешь видеть то, что я постараюсь запечатлеть и подписать время ;)

Навеки Твой — Виктор Павлович

Пчелкин

      Слезы любви и собственного недоверия в то, что это не сказка, не сон застилали мне глаза. Из-за угла послышался щелчок, я подняла глаза, полные солёной воды, с прижатыми изящными пальчиками ко рту, и глянула прямо в глазок камеры.       Витя…       С совсем недавних пор это имя стало самым часто произносящимся в моём лексиконе, самым часто обдумываемым в моей голове, самым часто виднеющимся на горизонте. Мой муж. Мой Витя.       — Эй! Я лохматая и помятая, а ты!..       — А я уже сфоткал и подписал. Как и обещал! — он кивнул на записку в моих руках, лучезарно улыбаясь, стоя на одном колене клетчатых домашних штанов.       — Слышишь ты, Отец Браун! У тебя еще чуть — чуть и подгорит мой завтрак, как я понимаю. — я усмехнулась, смахивая сапфировую слезинку с розовой щеки.       — Ой, ё! — Витя вскочил с пола, улыбка моментально улетучилась, переходя в гримасу паники. Фотоаппарат ударился о грудь и закачался на шее. Фотокарточка полетела к моим ногам.       Я подняла её с пола и подошла к шкафу, потянув за дверцу. Из-за красного дерева на меня посыпались белые лепестки, оглаживая хрупкие озябшие плечи своим бархатом…       Розы… Белые лепестки ароматных роз осыпали меня. Из-за угла вновь раздался щелчек. Я обернулась, сверкая белоснежным оскалом, смотря в небесные голубые глаза.       — Оп! Десять сорок пять! Смотри! — он, как радостный ребёнок, протягивал мне ещё чёрную плёнку, не успевшую проявиться.       Взяв тонкую карточку в руку, я посмотрела на собственное лицо и руки, прижимавшие к груди лепестки, упавшие на волосы и пол вокруг. Мои зелёные глаза сверкали счастьем на этом фото, волосы переливались золотой ареолой вокруг головы, ямочки на щеках стали более заметны в последнее время.       — Витя, спасибо тебе! Дорогой ты, мой! — я кинулась к горячему телу, руки которого сжимали меня, сильнее прижимая к широкой груди.       Муж поймал меня и закружил вокруг себя, хохоча, зарываясь в волосы, покрывая шею горячими поцелуями.       — Стой! Вить, стой! Пожалуйста…       Голова резко закружилась и громкий смех сменился ужасающим чувством темноты и тошноты. Меня тянуло свалиться в обморок и одновременно к белому другу…       — Ась? Что с тобой?.. — он резко остановился, отшатнулся от меня, под натиском толчка в грудь, и подорвался следом за мной, хватая волосы уже у самого унитаза…       — Вить…       — Ась, ну ты что! Тихо, я подержу. — он прилержал меня за талию, пока из меня выходил вчерашний ужин. Нос и горло ужасно жгло.       Ужасное чувство, появившееся первый раз за последний год. Я еле отошла, Витя прибежал почти с целой аптекой и огромными глазами, со зрачками, сузившимися до размера точки в моём школьном диктанте.       — Вить, успокойся, всё хорошо, правда… — я выдохнула, запила таблетку водой, и слабо улыбнулась его испуганным глазам. Они были для меня доказательством, в который раз я убеждалась в том, что они выражали его любовь ко мне без слов.       — Солнце, ты как? — он поджал губы и беспокойно изучал меня взглядом. Мы прислонились к бортику ванны спинами, я склонила голову на его грудь.       — Всё хорошо. Съела что то не то, наверное…       — Точно? Ась, ты уверена? — прожигающий взгляд заставил меня засомневаться в собственных словах.       — Ну, да… Что может быть ещё?.. — я медленна подняла глаза на него и молча понимала о чем его мысли.       Без слов, Витя встал с пола, поднял меня и ушёл. Я осталась стоять в ванне, глядя в зеркало на спутанные кудри и залегшие тени под глазами. Что это за вид? Ася, как ты довела себя до такого!       Я хлопнула себя ладонями по щекам и зажмурилась, когда холодные капли стремительно скатились по коже. Умывшись, я вышла из ванной и направилась к кухне очень уверенным шагом.       В холодильнике меня ждала куча еды, которую мы накупили ещё два дня назад, так почти ничего и не съев с работой и всей этой суматохой. Взяв торт и бутылку молока, я налила кофе и взяла столовую ложку. Не разрезая, большой кусок крема с орехами отправился в рот. Это бы самый вкусный торт в моей жизни, я уверенна в этом. Витя так и не пришёл. Что случилось с его обеспокоеннвм взглядом, куда он выскочил я так и не поняла.       Накинув плед, я вышла на балкон, прихватив торт и кружку с горячим. Лёгкие клубни дымка раздавались над чашкой, ударяя в нос звонким ароматом кофе, в перемешку с весенней сыростью. Я напряжённо смотрела вниз, разглядывая в редких прохожих сивую макушку.       Спустя несколько минут я заметила его в любимом пальто, с пакетиком в руках, летящим по тающему льду, в сторону нашего подъезда.       — Ася! Сдурела? — на меня обрушился шквал его негодования от моего пребывания на балконе в пледе.       Выхватив торт и кофе из моих рук, он подтолкнул меня в комнату, сажая за стол.       — На, держи. — мужчина протянул мне белую упаковку.       — Что это, Вить? Ты куда вообще выскочил? — я крутила головой по сторонам, пытаясь уловить взгляд его синих глаз, думающих куда кинуть тёплую вещь.       — Тест. Иди, делай, там инструкция для чайников, сказали, разберешься и без меня. — с совершенно обыденным лицом, невозмутимой интонацией кинул он и быстро ушёл в прихожую, вешать пальто.       — Вить, да нет! Ты что, мы же пре…       — Ася, не спорь. Сделай, для общего спокойствия.       Круглыми глазами я смотрела на белую упаковку с цветными буквами, в своих дрожащих руках, думая что делать с ней. Спустя пару секунда я мотнула головой и, шатаясь, пошла в ванную.       — Ну что там. — Витя стоял под дверью уже пятнадцать минут, пытаясь вытянуть хоть слово.       Я стояла в ступоре глядя на белые полосочки в руке. Всё три упаковки показали положительные результаты…       Во мне живёт маленькое чудо..