Часть 1

      Выпивка поглощает меня полностью. Я не учитываю меру, и позволяю потерять самообладание и разум, чтобы хоть какое-то время не думать о нём. Я без понятия какое будет моё состояние завтра. Как я проснусь, и где я проснусь. В чужой квартире, у себя дома, или может какой-то маньяк ухватит меня в лес и разберется со мной как ему подсказывает воображение? Такой вариант меня не устраивает, но мучать себя мыслями, я не в силах. И так намучалась, как только хваталась за офисную работу, чтобы кое как отвлечься, он ходит у меня перед глазами, придавая заданий. Всё бы нормально, спасибо что даёт задания, чтобы я больше могла углубиться в них. Но этот человек, который их раздает… От его имени у меня мурашки по коже, тело начинает трястись, воображение переходит в другую грань, и от всего этого я хочу спрыгнуть с окна высокого офисного здания, пока мой кабинет находится на седьмом этаже. Мои мысли были ироничными, но в последнее время серьезно хочется сделать именно так. Босс не отстаёт от меня, мысленно издевается, но что очень благоразумно с его стороны, то, как хорошо поднял мне должность и зарплату. Я и впрямь благодарна ему за это, но на самом деле, для этого не было какой-либо необходимости, мог найти и другого человека. Меня устраивала и та зарплата, ведь я не в чём себя не ущемляла. И от части лучше бы не повышал меня. Вокруг пошли отвратительные слухи о моих сексуальных достижениях, чтобы заполучить такую любовь. Тем не менее, коллектив даже не догадывается о наших взаимоотношениях. Я с ним с самого начала его бизнеса, была первой работницей, отвечающей сразу за всё. И до сих пор остаюсь верным человеком, которому он даёт на проверку документы, а за последнее время, доверяет всё самое важное, ведь поставил для себя правой рукой. Поэтому может и ходит постоянно перед глазами? Проверяет?       В моих руках уже пятая стопка коньяка, он крепкий, обжигает горло, но именно это и отвлекает меня от него на минуту, пока жжение не уходит. Я как глупая надеялась, что поможет, но, когда подействует алкоголь, никто не знает. Мой взгляд осматривает помещение, для такого дешевого бара мой внешний вид идеально подходит. Оделась по-простому: старая футболка, джинсы, поношенные кеды. Выгляжу как подросток, это меня забавляет, ведь в баре правда в основном одни подростки. За этим зданием не следят правоохранительные органы, в этом и ответ. С мыслей меня вытягивает парень, который сел за соседний стул. Он веселый, явно пьяный и самое главное юный. Ему лет 15, если не меньше, явно не знает меры. Отчасти мы похожи, только я это делаю специально, а он, потому что неопытен. — Ух какая красотка. — сказал он.       Подкат такой нелепый, что я еле сдерживаюсь от звонкого хохота. Малый не обращает внимание на мою реакцию, хочет коснуться моего лица, точнее щеки. Тыльной частью указательного пальца проводит волнистую линию по коже. Я не сразу понимаю, что происходит, и только когда он касается моей шеи, грубо отталкиваю. Мой пронзительный карий взгляд впивается в его глаза, пока он испуганно хлопает ими, открывая рот за-ради объяснений: — Прости… — виновато произнёс. — Я Макс, я проспорил и мне сказали познакомится с тобой. — головой он кивает в сторону компании, не поворачивая на их взгляд.       Я понимающе осматриваю, вспоминаю свою молодость, как приходилось подходить к практически 30-летнему мужику, который потом вовсе захотел, чтобы я его ублажила, а тогда мне было 16. — И что ты ещё проспорил? — я делаю глоток коктейля, ведь коньяк уже не лезет. — На то, чтобы поцеловать тебя. — мои глаза расширяются.       Малый робко, но быстро касается моих губ, неопытно углубляя поцелуй, пользуясь шоковым состоянием. Моё осознание пришло спустя 5 секунд, тогда я толкнула его и отскочила в сторону, с угрозой смотря на подростка. Злость росла, ведь я 25-летняя девушка явно не желаю поцелуй с 15-летним школьником.       Я уже хотела раскрыть рот, прочитать длительный монолог, уже заготовленный у меня в голове, но случайно взгляд бросается на компанию: пара из них смеются, прикрывая рот ладонью, а остальные с интересом наблюдают, только видя мой грозный взгляд, стыдливо уводят свой. Желание и подойти к ним, читая ту же нотацию также присутствует, но с этого момента я поняла, что алкоголь действует, и я практически не могу сдерживать эмоции. — Совсем мозги двинули?! — я не сдержалась, — если будешь слушать своих дружков ещё, для тебя это плохо кончится.       Его перепуганные глаза ходили по всему помещению, и на долю секунды задерживались на моём лице. Я не могла позволять какому-то школьнику целовать меня, взрослую девушку с отличным заработком и квартирой в отличном районе города, но, честно говоря, это явно не единственная причина. Я бы позабавилась этой ситуации, была бы не влюблённой дурой. Осознание того, что даже под алкоголем мне адски больно думать о нём, наносят удар ножом в спину, но следом ожидается и второй. — Катя? Какая встреча. — я дёрнулась. Медленно повернула голову и увидела его. — Здравствуйте, Владимир Ильич… — Просто Володя, Катюш. — его голос рай для моих ушей.       Я почти растаиваю в его тембре: грубый, басистый, но такой спокойный и уверенный. Его черные волосы лежат неаккуратно, тем не менее, ему так лучше. Я хочу, чтобы он не улаживал их. Видно, что он недавно проснулся, и на секунду в мою голову поселилась мысль, что я хочу просыпаться с ним, и смотреть на него, таким милым и сексуальный одновременно. Его рубашка, сверху которой пальто, помятая. Даже собирал впопыхах, ведь рубашка, скорее всего была кинута куда-то, потому что желал только быстрее раздеться и завалится на кровать. Сегодняшний день у нас был трудным, мы сидели у него в кабинете, обсуждая срочный заказ. Тем не менее, у него было одно желание — быстрее завалится на кровать, а у меня — напиться и забыться в алкоголе. — Что-то случилось что приехал? — За этим, — кивнул в сторону Макса, — Мой товарищ, а его отец, позвонил мне чтобы я забрал сына, ведь он занят. Этот постоянно здесь, кажется, все знают где ты шастаешь. — обратился уже к парню.       Я словила его испуганный взгляд, и сама до чёртиков удивилась тому, что это сын его друга. В голове сразу всплыл момент поцелуя, стало противно, Я ведь, жаждала поцелуя от Володи, а не от маленького мальчика, который проспорил компашке придурков. — Понятно. — Пошли Макс, опять будешь звездюлей от отца получать. — сказал это с улыбкой на лице, только в ней было что-то странное, даже не искреннее, а выдавленное.       Он послушно направился в сторону выхода, поглядывая на компанию, которая хлопала ему. За то, заполучил авторитет пацана, держащего слово. Вот только от отца, жаждет самое страшное, и меня это по-детски смешит, заслужил, что уж. Я уже взяла в руки напиток, и хотела отпить глоток, как ощутила руку на своём хрупком, но держащем многое плече. Я прекрасно поняла, что это Володя до сих пор не ушёл, ведь его касание особенное, и его легко отличить от чужого. — Не уходи, я отвезу его и приеду обратно. — сказал он, и сразу направился к выходу.       Меня передёрнуло, и внутри заселилось волнение. Он не спросил моего мнения, просто покинул помещение, но в этот момент даже это не тревожило и не обидело. Меня съедал интерес, и естественно, хотелось надеяться, что эта встреча не пройдет по поводу работы. Может, я решусь и признаюсь? Для этого мне точно нужно ещё пару стопок тяжёлого алкоголя. Деньги есть, поэтому пока того нет я заказываю, и пью одну за другой, вспоминая то, с чего всё началось.       4 года назад, я только что выпустившая из университета ищу работу, естественно по своей специальности: «Экономист». Работы никак нет, то маленькая зарплата, то часовой график не подходит, или же слишком мало выходных. Работу хочется комфортную для себя, но ничего подходящего не попадается в моё поле зрение, поэтому видя вакансию с хорошей зарплатой, с 8 часов утра до 9 вечера, что не очень меня устраивало, но зато с двумя выходными, а не одним как везде, я сразу же пишу на почту. Приняли меня до воли быстро, на следующий день, предлагая приехать в офис на собеседование. Тогда меня трясло. Волнение что это моя первая настоящая работа в жизни, а не подработка за 50 рублей в час, раздавая листовки, казалось мне таким авторитетным, что росла гордость от себя.       Здание показалось мне потрёпанным, старый ремонт, хрупкие на первый взгляд двери, всё это заставляло пошатнуть уверенность на этом месте. Но войдя в кабинет, и увидев уставшего молодого человека, который смотрел в документы что-то внимательно читая, мне захотелось остаться, ведь от него веяло чем-то приятным, явно дружелюбным. А когда я услышала и историю создания этой компании. То как семья состояла из архитекторов, а его совершенно не тянуло на что-либо творческое, но хотелось быть связанным с семьёй, и иметь собственный бизнес. Он и решил создать строительную компанию, и родительские проекты домов производить в реальность.       Его взгляд был до ужаса уставший, небритая щетина, весь он выглядел вымотанным, видно мало кому хотелось идти на такие невыгодные предложения. И мне самой не хотелось, но другого варианта нет, главное зарплата нормальная, а жить за это возможно. Тем не менее, когда пошла работа и на меня взвалилось много обязанностей: клиенты, которые совершенно не хотели нам доверять, но моя способность заговаривать людей помогала, и они явно были всем довольны, много документации, проекты, — всё это неосознанно привязывало меня к этому месту.       Со временем приходили новые работники, работы стало меньше, и теперь рабочий час у меня не с 8 до 21, а с 9 до 19. Это для меня было комфортным, даже идеальным, спустя год невыносимой работы. Не уходила тогда, ведь моя зарплата удивительно быстро росла, так же, как и сама компания, которая быстро заполучила авторитет качественной работы без сбоев. Я заполучила отличный статус у всего офиса, и у самого начальника, который очень уважительно ко мне относился, даже любезно пока к остальным с опасением, и холодом. Ежедневно я ловила взгляды зависти и ненависти, какого же это было забавным, пока я их жалела, забирая мелкую работу себе, чтобы они полностью углубились в главные дела, не отвлекаясь.       Главная роль в офисе забирала все силы, но, когда я услышала вежливую просьбу директора сильно удивилась: Пол года назад: — Я хочу тебе предложить должность повыше. Чтобы ты была моим помощником. — его голос звучал с необычным для него волнением, будто боялся, что я откажусь, — Что скажешь?       Его мужские пальцы стучали по столу из чёрного дерева, а сам он слегка покачивался на офисном стуле на колёсах. У него не только голос был с волнением, он весь волновался, и дабы постоянно не глазеть на меня, осматривал свой недавний ремонт в кабинете. Большие окна от пола до потолка, в которых было видно закат, растения, книжные полки, забитые больше психологией и документами, чем книгами с слезливыми историями. Я ловлю на себе его взгляд ожидания, понимая, что тупо молчать не смысла. — А… Я не знаю, это слишком неожиданно, мне нужно подумать… И с чего вообще я? — Ты та, которой я могу доверять сильнее чем кому-либо. Я знаю тебя как человека пунктуального, правильного, усердного, ты не бросаешь всё на самотёк, берёшь всё в свои руки, и твои знание экономиста мне уж точно понадобятся. — Володя говорил уже со спокойствием, — У тебя зарплата будет выше, можешь работать на дому, когда будет нужно.       Я не глупая, была готова закричать: «Конечно!», но сдерживалась, показывая всю серьёзность и уважение. Он продолжал смотреть на меня, ожидал окончательного ответа, и я, не церемонясь, кивнула с фразой: «Я согласна».       С этого дня поднялась моя зарплата, обязанности стали более серьезными, и я была полностью связана с Володей. С этого и началось, как я сама себя заваливала, забирая работу из офиса, прося босса придать мне работы, и иногда оставалась на работе дольше обычного. При виде Володи моё сердце было готово выпрыгнуть, и сама я не могла связать адекватного предложение при нём. Его нежный взгляд каждый раз осматривает меня при встрече, будто обнимает, а при коллективе вежливо пожимает руку целуя её тыльную сторону. Я не могла спокойно смотреть на него, я краснела как маленькая девочка, и хотела убежать в уборную, спрятаться от мира всего, и выйти только тогда, когда никого не будет. Жаль, что в этой жизни так не работает, и даже сейчас, я продолжаю сидеть в баре, дожидаясь Володю, который хочет поговорить со мной.       О чем он желает со мной поговорить? В моей руке уже четвёртая стопка после его ухода, а он до сих пор не вернулся. Я пью залпом, передерживая горечь по рту своей недовольной миной. Кажется, бармен смеётся с меня, но ничего, мне явно не до него. Вдруг слышу, как входная дверь открывается. Поворачиваю голову и вижу его. Уже более бодрый, с такими же взъерошенными волосам, в той же одежде, которая выглядит на нём слишком что ли, возбуждающе? Я сглатываю, поворачиваю голову обратно, стараюсь восстановить дыхание, и выходит, этому я рада. Всё же не могу сидеть к нему спиной, я разворачиваюсь полным телом, а он протягивает мне руку, намекая пройти в угол помещения, для разговора. Я соглашаюсь, поднимаюсь, и иду с ним за руку в место назначение. Сажусь, и он следом. Между нами неловкое молчание. Он смотрит на меня не отводя взгляда, я злюсь на то, что не могу понять, что он хочет от меня, но вдруг, ощущаю как указательным пальцем обратной частью проводит волнистую линию по моей щеке, как и тот мальчишка, который проспорил. Меня передёргивает изнутри, но оттолкнуть его я не решаюсь. Я смотрю в его карие глаза, переливающиеся в освещении бара. Он более слабо чем щеки, дотрагивается до моей шеи, наблюдает за реакцией? Что уж, наблюдай, я не вправе пошевелиться ведь твои касания отправляют в другой мир, и я буквально тону в них. — А если я тебя поцелую? Оттолкнёшь как Макса? — он приблизился к лицу, и я окончательно оцепенела. Если бы ты меня поцеловал, я была лишь рада, я мечтаю об этом около полугода, а до тебя никак не доходит. — Ну что же молчишь? — продолжил Володя. — Ты видел? — Да. Это было забавно. Всё же решил, что пусть на него наорёт отец, а не ты. А то голос сорвёшь, я знаю, как ты кричишь на подопечных. — он усмехнулся, продолжая вырисовывать узоры на моей тонкой шеи. — Так, что насчёт поцелуя? — он приблизился к моим губам, почти дотрагивался, но я выпалила правду: — О поцелуе с тобой я мечтаю уже полгода точно. — алкоголь даёт о себе знать, я не сдерживаюсь, говорю на прямую, ещё не понимая как на утро будет стыдно. — Серьёзно? — он по-настоящему удивился.       И именно с этого момента, пришло слабое осознание своих слов. Не так вот я представляла своё признание, которое изменит мою жизнь вдоль и поперёк, ведь он мой босс. Имею хорошую должность, и вот так вот, могу обрушить свою жизнь. Я продолжала молчать, в голове прокручивая буквально все исходы событий, и по-настоящему хотелось, чтобы я осталась лишь на одном, о взаимных чувствах. Он жаждал от меня ответа, глазами спрашивая снова, и это заставило открыть рот, но ничего не сказать из-за страха. — Скажи, как есть, я хочу услышать правду. — настойчиво произнёс тот же вопрос, лишь в другой форме. — Да. — Что «да»? — Та люблю тебя! Придурок. — я резко произнесла от некой злости и обиды, которая накрыла меня с головой по совершенно не понятной причине. Мне было страшно слышать исходный ответ, поэтому, лучшая тактика — это нападение.       Володя удивлённо глянул на меня, пытался что-то разглядеть, пока я всячески старалась не встречаться с ним взглядом. Но ощутив его теплую и большую ладонь на своей шеи, я непроизвольно повернулась, и следом ощутила его губы на своих. Он делал всё слишком аккуратно, дабы не спугнуть, медленно углублял поцелуй, проверяя мою реакцию, но не нужно проверять! Целуй меня, не переживай, жадно целуй, захватывай мои губы своими и давай насладимся этим вместе! Я не медлю, отвечаю на поцелуй, боясь того, что он сейчас прекратиться. Видя мою реакцию, он с неким трепетом ускоряется, и углубляет. Я бесстыдно кладу свои руки ему на шею, они холодные, и я чувствую, как он слегка дёрнулся, от чего быстро убрала их. Но также быстро и прекратился наш поцелуй. Мне казалось, что сердце сейчас выпрыгнет и убежит куда подальше, оставляя меня одну в такой ситуации. — Тебе холодно? — ласково поинтересовался он. — А?       Я крайне не ожидала такого вопроса, он беспокоится обо мне? Я не двигаюсь, осматриваю его, и в конце перед тем, как отвести взгляд слабо киваю. Чувствую, как не отрывает от меня глаз, жутко неловко. Неожиданно для себя ощущаю вещь на своих плечах, теплую, которая уж точно согреет от внешнего холода. Повернув голову, я увидела его улыбку, у меня приятные мурашки от неё, и также как и от взгляда хочу расплавится в ней. — Я думаю ты так согреешься. — поправил воротник пальто, которое лежало на моих плечах, словно одеяло. — С чего такая забота обо мне? — я неожиданно для себя смягчилась, негромко спросила, аккуратно поглядывая на него, резко меняющегося в эмоциях. — Думаешь просто так поцеловал? Я не в том возрасте чтобы просто так целовать девушек, мне 28 всё же. — Любишь? — я словно маленький ребенок громко вскрикнула в удивлении и радости, которая проявлялась на лице.       Он улыбнулся, кажется, что-то замышлял. Осмотрел помещение, пару раз проглядывая по персонам вокруг, и вдруг прильнул к моим губам, которые я мучительно кусала из-за стресса. Языком залечивал раны, которые ещё были не слишком зажившими. Губами сжимал мои губы, перенял инициативу полностью на себя, отвечая на мой вопрос положительно. Я таяла словно мороженое в нём, его действия совершенно не грубые, скорее нежные? Уж когда представляла с ним секс, явно не ожидала такой нежности, или же так только в поцелуях? Моя фантазия снова забурлила, когда тебя целует человек, с которым у тебя яркие фантазии, они уж точно становятся ярче, и так рвутся выйти наружу, чему я была бы совершенно не против.       Его ладонь ложится на мою талию, и прижимает меня к себе. Его пальцы скользят по спине, которую прикрывает футболка. Он не решается заползти под неё, и такая уважительность меня ухватывает, но ему не стоит сдерживаться, я ведь сама хочу ощутить твои руки на своём теле. Я чувствую его желание, страсть в поцелуе, и все существующие синонимы к слову «Любовь». На долю секунды отрывается от моих губ, ухватив воздух, а потом снова, ухватывает их, не давая мне внести свою лепту в страстный поцелуй. В нём он главный, и я даже не против. Наоборот желаю, чтобы он мной управлял. Мои хитрые ручёнки касаются его груди. Ладони уже теплые, я прохожу по его телу с опасение, но получив одобрительный кивок, продолжаю без стыда. Моё поведение слишком раскрепощенное, мне странно, но не могу терять такой шанс, пока на роль открытой барышни, не придёт стеснительная девушка.       Боковым зрением я заметила парочку взглядов на нас, то ли с завистью, то ли с злостью… Тут уж моего пофигизма не хватило, я отстранилась, смотря в его глаза полны заботы и ласки. Руки медленно сползли по рубашке вниз, а за тем я положила их на свои колени. Он улыбнулся, встал с дивана и протянув руку спросил: — Поехали? — Куда? — я удивилась. — Куда твоей душе угодно. — предложил до воли заманчивое предложение, но чёрт побери куда? Лучше к тебе, да, поехали к тебе, а там, делай со мной всё, что подсказывает тебе воображение. — К тебе? — мой вопрос с особенной интонацией сразу рассказал о моих намерениях, поэтому он направил меня к выходу.       А следом мне открытая дверь, ухоженный салон дорогой иномарки, ночной город, мои переливающиеся глаза, но самое главное, что с каждой минутой я осознавала, что теряю контроль над телом, коньяк проникает в мозг, запрещает себя останавливать. Пользуясь этим я кладу свою руку в его паховую зону, не стесняюсь, чуть сдавливаю наблюдая за тем, как выражение его лица быстро меняется. Делает глубокий вдох, и тяжело вздыхает, томным взглядом осматривая меня через зеркало. Мне забавно, я не убираю, дразню его, рукой проскальзывая под рубашку, ощущая выраженные кубики пресса. Затем виднеется слабый бугорок в черных джинсах, и тут я понимаю, сделала то что хотела, но точно ли я этого хотела? Ох да, точно хотела. Он решил отомстить, своими пальчиками стал проходить по бедру, а затем и во внутренней части бедра стал находиться как хозяин, чуть надавливая в области клитора, чтобы я автоматом сжала ноги. Только такой жест ногами его не остановил, ладонь его осталась там, поэтому мог одной рукой спокойно руководит рулём, а второй играться мной. Прикусив ладонь, я смотрела на дорогу, пока он продолжал. Стоны сдерживала в себе, он замечал все мои эмоции, то, как я старательно через алкоголь затыкала их, но неожиданно услышала его голос над самим ухом: — Не сдерживайся, в машине никого нет. — он усмехнулся. — Мг, помолчи, а лучше вообще прекрати. — я жалобно попыталась убрать руку, получалось, но он заново возвращал её туда.       Иногда мои стоны невольно вырывались из меня, развеиваясь по салону хорошей акустикой, и я видела его довольную собой улыбкой. Он желал слышать большее, черт, я готова стонать твоё имя сколько твоей душе угодно, но точно уж не в машине. Если уже мы оба хотим секса, то будь добр, на кровати, на кухне или же ванной, главное, что в доме, где я могу не сдерживаться. Эти мысли я не произносила в слух, надеялась, что он их прочитает, но он явно не супергерой из комиксов.       Машина замедлилась, он уже не елозил у меня между ног своими ловкими пальцами, а парковался возле своего дома. Как истинный джентльмен открыл дверь, взял за руку и повёл подъезду, следом к лифту и к квартире. Войдя в квартиру, я не была удивлена: просторный коридор, современный ремонт, широкая столовая с кухней, зал с большой плазмой и удобным диваном, возле которого стоят два кресла. Полностью я осмотреться не успела, когда сняла обувь, он прильнул к моим чуть припухшим от прошлых поцелуев губам, прижал к стене, уже исследуя моё тело под футболкой. Я не сопротивлялась, ноги слабо держали меня на весу, но он ловко справлялся с этой ситуацией, придерживая меня. Кажется, дома он и сам не стеснялся терзать мои губы, в сладком поцелуе. Кусай, целуй, облизывай — сколько твоей душе угодно! Ты не один этого жаждешь, но я хочу не только невинных поцелуев, но и тебя полностью. Своё колено я завожу ему между ног, руками играюсь с волосами, пока одна не уходит вниз, касаясь его ремня и даже чуть ниже — ширинки. Его и так уже возбудившиеся место, слишком чувствительное, поэтому одно касание там, заводило ещё сильнее. Я это чувствовала по тому, как ты хотел мстить, целовать глубже, сильнее, но почему ты не хочешь моё тело? Издеваешься? Возбудил и всё, перетерпишь даже своё желание? Нет уж, не хочешь моё тело? Не ври, я вижу, и также хочу твоё, и планирую сделать тебе приятно, и даже большее, пока я не в трезвом состоянии, и не стесняюсь даже простого твоего взгляда. Моя вторая ладонь наконец отпускает его волосы, и переходит на помощь ремню. Я вижу, как Володя удивляется моему серьёзному намерению, его глаза округляются, и я, улыбающееся в поцелуй не прекращаю. Дохожу до ширинки, и расстёгиваю её, джинсы спадают вниз, и я ощущаю твердый, и сильно выпирающий бугорок. Зажимаю его в ладони, Володя стонет мне в губы, уже просто не отпуская их, но также не делая с ними ничего. Мне по-пьяному весело, поэтому первой отцепляясь от губ, я спускаюсь на колени, находясь полностью прижатой к стене. Он смотрит на меня, а я смотрю на его половой орган. Видно, какой он большой, даже под тканью белья. Интерес в моей пьяной голове только растёт, Володя только смотрит на меня, но во взгляде то видно, как он хочет, чтобы я это сделала.       Хорошо, я сделаю, я совершенно не против. Спуская и твоё бельё, я, который раз удивляюсь твоему размеру. Большой, не поспоришь. Не скажу, что в парне главное размер члена, совершенно нет, просто подтвердились слухи всей женской части офиса, о твоих сантиметрах. Неужели видели? Ты кого-то приглашал к себе в кабинет? Будет обидно, но ты ведь сам сказал, что тебе 28, просто так не целуешь, но может дашь просто так отсосать или же выебешь кого-то «просто так»? Всё же может обыденные слухи, ведь всегда о своем предмете обожания говоришь всё самое лучшее, а для них, ты был тем, о котором они мечтали. Откуда я это узнала? Когда была главной по офису, все слухи сразу доходили до меня, со мной ими даже делились. Только когда меня повысили, и я сразу превратилась в один огромный слух. Об этом всём мы ещё точно поговорим, перед тобой у меня новое задание, и срочное.       Придерживая его член, я языком касаюсь головки. Аккуратно, еле-еле, а уже вижу Володину реакцию. Он так сексуально стонет, я не могу сдерживаться. Левая рука произвольно спускается к моим половым губам через ткань джинс и белья. Я круговыми движениями массирую клитор, начиная заглатывать его достоинство. С каждой секундой я ускоряюсь, слышу то, как он сдерживает стоны, и теперь искренне хочу сказать: «Ну чего сдерживаешься? Дома никого нет». Языком провожу снизу вверх, стараясь запихнуть его в рот до самого окончания. Своими зубками не смею и касаться, непрерывными действиями заглатываю и вынимаю, лаская головку своим горячим языком. Его пальцы путаются в моих темных локонах, запихивает свой член поглубже, пока я со всеми силами подавляю рвотный рефлекс. Повторяюсь, я не против, делай со мной что твоей душе угодно, я готова делать тебе приятно. Отпуская член, я утыкаюсь пару раз в него носом, играюсь, дразню наблюдая за его действиями, как Володе хорошо.       Возможно, не сильно и умелыми, но ловкими действиями, я сжимаю его ладонью, провожу вверх-вниз очень быстро, наблюдая за тем, как Володины глаза закатываются, его возбуждение на пределе. Только вдруг он меня останавливается. Поднимает меня на ноги, и уводит в комнату, как я потом увидела — спальню. Аккуратно подталкивая к мягкой кровати, чтобы я упала спиной на матрас. Закрывает мне проход увильнуть, облокотившись руками поперёк моего туловища. Его поцелуи расходятся по шее, он уделяет ей не сильно много внимания, сразу переходит к груди, снимая мою футболку вместе с лифчиком. До этого момента я не ожидала, что моя грудь настолько чувствительная. Одно Володино касание, заставило изогнуться, оставив у него на шее лёгкий, но мокрый поцелуй. Мне хотелось также что-то делать, но он не давал, и единственное его оправдание было: — Ты уже сделала своё, Крошка, позволь и мне, сделать тебе приятно.       Та ты одним своим голосом сделал мне приятно, не беспокойся, но я рада что ты хочешь сделать и мне приятно, объясняясь фразой, что парни должны делать девушкам приятно, а не наоборот. Тут я была чуть не согласна, возможно из-за алкоголя? В трезвом состоянии я бы искренне согласилась, не посмев и сказать что-то против, но сейчас, также не посмею, мне слишком хорошо. Я соглашусь на такую авантюру.       Его губы с зубками прикусывают и оттягивают к себе мой сосок. Боль с возбуждением перемешиваются, и остается лишь возбуждение. Я стону, тут я могу не сдерживаться. Мне слишком хорошо, ноги произвольно расходятся, мои ногти погружаются в Володины волосы, и я притягиваю его к груди сильнее. Он даже не сопротивляется, соглашается на то, чтобы продолжать кусать меня, засасывать, целовать. Все эти нежности он отдаёт моей груди, точнее мне. Картинки в моей голове переходят в реальности, и я чувствую, как становлюсь влажной всё больше и больше. Закончив с первой, переходит ко второй. Я извиваюсь под его ласками, всё же хочу большего. Неожиданно для себя, он спускается ниже. Оставляет лёгкие поцелуи на моём животе, рисуя ими некие непонятные линии. Привстаю на локтях, но он не даёт, приближается к моему лицу, обратно кладя меня на мягкое одеяло, и говорит: — Не стоит, просто наслаждайся.       Я не понимаю, и через секунду, когда он спускается вниз, я чувствую как расстегнул джинсы, спустил их, и его пальцы уже на ткани белья. Круговым движением раздражает клитор, такие чувства у меня новые. Нет, у меня были половые партнёры, даже лизали мне, но ты, это что-то особенное. Володя наблюдает за моей реакцией, пока я закрываю своё лицо, краснея с каждой секундой. Но не буду отрицать, что его руки — это нечто. Я недооценивала их, до этого момента, хотя считала чем-то эстетичным, и одним чем-то прекрасным в этом мире. Я замирала в наблюдение, как он поправляет свою рубашку, стучит по столу, либо перебирает документы. А замирала именно на пальцах, я без понятия почему залипала так на них, но, когда Володя сейчас ласкает меня этими пальцами, я буду восхвалять их сильнее.       Я не успела заметить, что он спустил мои трусы, как языком провёл вдоль половых губ, зарываясь в области клитора. Я замерла, а потом громко простонала его имя. Тут даже физически не была готова сдерживаться, он издевался надо мной, быстро играясь с моим раздражительным местом. Моя рука неосознанно потянулась к нему, стала руководить его головой. Ему нравилась моя открытость, но ты даже не заподазриваешь, что была бы я трезвой, я даже не решилась отсосать тебе. Он продолжал, губами засасывал головку клитора, одновременно лаская её круговыми, и быстрыми движениями. Из моих уст продолжали вырываться стоны, и иногда я произносила половину его имени, на вторую не хватало банальных сил. Его это забавляло, и заставляло продолжать, всё же он жаждал чтобы я снова сказала его имя, а не: «Воло» — всё что вырывалось с меня.       Я была практически на пределе, но разве ты дашь мне кончить, даже не проникнув в меня? Я хочу ощутить тебя внутри себя, умоляю, не мучай, и трахни как следует. — Володя… — произнесла я в полу-стоне, скорее жалобно, чем с просьбой. — Что, солнце? — снова приблизился к моему лицу, облизывая свою нижнею губу. — Я хочу тебя внутри себя. Умоляю, трахни меня, и быстрее… — Куда-то спешишь? — он усмехнулся, припадая к моей шеи, охватывая губами и оставляя багровые засосы. Я уже представляю, как буду замазывать её слоями тонального крема.       Всё же, оставляй хоть сотни, приходя домой я буду любоваться ими, находясь лишь в одном белье перед зеркалом.       Я чувствую, как он не пожалел, оставил три отметки, переходя к обычным мокрым поцелуям по телу. Ты мучаешь меня? Чёрт, та ты впрямь издеваешься надо мной! Моё возбуждение растёт с каждой секундой, я также вижу и его стоячий член, который трётся рядом с моим влагалищем, предавая желание самой вставить в себя его, и начать двигаться. Но ты не даешь мне даже встать, ты полностью забрал контроль на себя, и всем руководишь самостоятельно. Володины руки разгуливают по моему телу, придерживает за талию, продолжая целовать меня, облизывать ключицы, и опять придавая внимание моей груди, и ареолам. Ранее я имела сильный комплекс насчёт них, но твоё деликатное внимание к ним, заставляет подумать, что тебе они нравятся. — Ты так уделяешь им внимание… — я смотрела на него сверху вниз, которому было интересно исследовать моё тело.       Мне нравилось такое внимание, но в каком-то моменте я считала это странным, неужели ты не хочешь быстрее войти в меня? Уделяешь мне так много времени, от части забывая про себя. Я правда готова тонуть в твоих нежностях, мне приятно, я готова извиваться под тобой столько, сколько твоей душе угодно, но хочу, чтобы и тебе было приятно. — Чему именно? — ответил он на вопрос спустя время. — Ареолам, я считаю их уродливыми.       Вместо ответа, он провёл языком по левой, а затем правой, намекая на то, что я не права. Меня это насмешило, я снова перешла к его волосам, игралась ими, перебирала, массируя кожу головы, но неожиданно изогнулась, прижалась к его телу, и уже сидя, притянула к себе. Любишь же делать всё слишком неожиданно. Я ощутила его член в себе, как он медленно входит, и я ощущала, как его достоинство явно хотело это уже давно, как и моя вагина. Он грубо простонал у меня прям над ухом, от чего по мне пробежала стая мурашек. Я также, сжав зубы, ждала пока слабое жжение не уйдет, от неожиданности. И ушло оно быстро, я была слишком возбуждена, и готова к его проникновению.       Он быстро проникал в меня, я прижалась сильнее, и прям над его ухом, как и он над моих, произнесла его имя. Его это завело, я ощутила, как он ускорился. Ох, да, мы хотели это вдвоём, поэтому не жалей меня. Я не девственница, я готова к жесткому проникновению, и жажду этого.       Его ладони легли на мои ягодицы, он сжал их, притягивая меня к себе и обратно оттягивая. Я еле-еле сдерживалась, но иногда они вырывались из меня. Дабы не упускать время, я стала расстёгивать его рубашку. Мои дрожащие руки слабо с этим справлялись, но он мне помог, и тогда пришёл мой черед, чтобы изучить тебя. Его спортивное тело меня покорило, мне удавалось его увидеть лишь пару раз, случайно зайдя в его кабинет без стука, перепутав уборную, и пролив на него воду. Тогда его рубашка промокла и прилипла к торсу, отображая кубики пресса. Меня такой вид сильно завёл, я старалась не подавать виду, обложила извинениями, хотела что-то сделать, например же высушить феном, но тогда он собирался домой, поэтому меня пронесло, но кажется, он не затаил какой-либо обиды, а наоборот смеялся с моей яркой реакции.       Но теперь, я могу полным взглядом осмотреть это желанное тело. Пара родинок на грудной клетке, и на правом плече. Они первые взяли на себя внимание, но я губами коснулась его ключицы, оставляя розово-фиолетовый след, который пройдёт максимум завтра, если не раньше. Тем не менее я жаждала оставить то, что будет с ним надолго, например, как мои три отметины на сильно видном месте. Володина мужская шея, сильно выпирающий кадык, на котором я оставила лёгкий поцелуй, а рядом поставила засос. Я заметила, как он для меня наклонил шею, продолжая двигаться во мне, слушая непрерывные стоны, которые я затыкала в его коже.       Мне всё же было мало, я ногтями вырисовывала кривые линии, по тому ритму как ты входишь в меня, но я хочу сильнее. Приблизившись к твоему уху, я старалась задержать в себе звуки наслаждения, чтобы попросил тебя о одолжении, но просьба смешивалась со стонами, что тебя вдвойне возбуждало, и ты с радостью выполнил моё желание: — Сильнее и глубже? — он прошипел, и только я успела кивнуть, как продолжил, — Тогда перевернись.       Я удивилась, по-пьяному округлила глаза, но осознав о какой позе он имеет виду, снова завелась. Картинки из моих фантазий проявляются в жизни, и кажется, эта поза была одной из самых частых. Ощутив, как его до сих пор возбудившийся член вышел с меня, я встала на колени, чтобы быть на уровне его лица. Его взгляд был полным желания, смешанный с беспокойством, но чего ты беспокоишься? Моему пьяному состоянию? Поверь, не стоит, моё пьяное сознание, это самое лучшее для тебя, потому что только так, я не стесняюсь осматривать тебя, и тем более уж оставлять засосы. Его взгляд блуждал по моему лицу, но всё что я сделала перед тем, как принять нужную позу, просто попросила: — Делай со мной, что хочешь. Я люблю грубо, пользуйся мной пока я пьяная.       Локтями я упёрлась об матрас, колени держала согнутыми, изогнула спину, выпячивая попу перед его гениталиями. Я ожидала, но неожиданно услышала его грубый голос над своим ухом: — Делать с тобой всё что угодно?       Я кивнула. — Хорошо, как скажешь, королева.       Володя взял мои руки, и скрепил их у меня за спиной, не давая вернуть их на место. Оставил пару лёгких поцелуев на лопатках, наблюдая за моими мурашками. Я почувствовала его улыбку. Двумя пальцами провёл по половым губам, и вошёл ими в меня. Я прикусила губу, задрал издеваться, трахни меня наконец. Я поводила своими ягодицами из стороны в сторону, намекая на то, чтобы он не медлил. И впрямь, не медлил, резко и грубо вошёл во всю свою длину. Наши громкие стоны смешались, у меня было похоже на полукрик, который я заглушила, прикусив белый пододеяльник. — Мне прекратить? — Нет, продолжай. Мне нравится.       Он продолжил грубо и быстро, шлёпал по правой и левой ягодице поочередно, сжимая их в своей ладони, другой держа мои руки на спине, чтобы я не посмела убрать их. Я помогала Володе, сама двигалась к его члену, от чего ощутила, как он остановился, и эта задача осталась на мне. Я отталкивалась от его бёдер, и снова ударялась об них. Притянув меня к себе, он зажал моё тело руками, тем временем бесстыдно лапая мою грудь. Он щипал мои соски, оттягивал их, также как наши тела соединялись в шлепке. Сука, ты превосходен. Из моих уст стоны становились лишь громче и слышнее, я видела, поворачивая голову, как тебе нравится их слушать. Твой похотливый взгляд, но всё же ты волновался обо мне, с трепетом осматривая мои эмоции, чтобы вдруг чего смягчится. Признаюсь, я слишком уж покорена твоей нежности, и тем, что ты думаешь обо мне, а не только о своих желаниях, но чёрт, я же сказала, чтобы ты делал со мной всё, что твоей душе угодно!       Я снова закусила свою губу, отодрала кожицу на ней, и ощутила жжение, и также вкус крови. Володя повернул мою голову сильнее, облизнул кровь, и чмокнул. Он отпустил меня, и я обессиленно легла на грудь. Его поцелуи снова расползлись по шее, плечам, ключицам. Володины руки массажировали спину, он гладил меня, продолжая шлёпать меня тем, как его член входит до основания с силой. Я лежа тяжело дышала, наши ладони были в замке. Я не успела заметить, как его вторая спустилась к моему клитору. Володя круговыми движениями ласкал меня, доводя до пика быстрее чем себя. Я сильнее изогнулась и провыла, он стал входить в свой быстрый ритм. Я была на пике, с меня вырывались жалобные мычания в одеяло, пока он продолжал исследовать моё тело касаниями. — Я сейчас… Кончу… — я прерывно, скорее воплем от оргазма еле-еле смогла это выговорить, но ты лишь сильнее стал мучать головку моего клитора.       Вот он пик, я буквально кричу в одеяло, подёргиваюсь от оргазма, который накрыл меня с головой, но он всё равно продолжает. Ускорился до приличного, и кажется, ему также чу-чуть, и он кончит. В голову приходит мысль, что он сейчас поведёт меня до второго оргазма. Мне слишком хорошо, я буду не прочь, ощутить оргазм второй раз, особенно с тобой, Володенька. Я слышу то, как он постанывает моё имя, я не ожидала, что то, как он стонет моё имя — это столь возбуждающие звуки.       Вдруг он выходит с меня, и я чувствую, как теплая жидкость скатывается по моему бедру. Он опирается руками, слегка облокачиваясь на мою спину. Я чувствую его тяжёлое дыхание, как он старается его восстановить, но выходит с трудом. Я понимаю, со мной сейчас тоже самое. Я дышу глубоко, неровно, но ведь как можно спокойно дышать, когда столь возбуждающее тело, дышит тебе в ухо, и говорит: — Катюш, ты превосходна… — Ты тоже, Володь. Ты тоже… ***       Голова раскалывается, мои глаза открываются из-за солнца, которое светит мне в глаза. Я щурюсь, недовольным лицом оглядываюсь, совершенно не понимая, где я нахожусь, но осознание сразу приходит, когда я вижу спящего Володю возле себя. Его веки мило дёргаются, на лице слабая улыбка, наверное, снится что-то хорошее. Это утро, скорее, стало самым счастливым в моей жизни, видеть его утром, было одной из моих давних желаний, но воспоминания о прошлой ночи будто удар в спину. Мне стыдно, я краснею на глазах, медленно спускаясь на подушку. Мы голые, я ощущаю как одеяло ложится на моё тело. Я даже встать не могу, ведь без понятия, где моя одежда, остаётся только смотреть в потолок, но чёрт, я вспоминаю что сегодня я должна работать. Подрываюсь вместе с одеялом прикрывая грудь, в надежде найти на тумбочке телефон, но там его естественно нет. Ощущение что всё потеряно, и я не встану, меня съедает. Неожиданно для себя слышу голос сзади, сонный, низкий, из-за которого у меня прямиком пускаются мурашки. — Куда собралась? — он притягивает меня к себе в объятия. Часть моей груди оголяется, и я под одеялом вижу его голый вверх, и как я поняла — низ.       Чёрт, мне кажется, я сейчас сгорю. Рукой оттягиваю одеяло, прикрывая своё тело, но оставаясь в объятиях столь любимого, и превосходного человека. Слышу его тихий смех, тебе смешно? — Ты была права, трезвая ты уж точно ничего бы не сделала. — Не напоминай... — я воплю ему в шею, я не хочу вспоминать о той ночи, но одновременно и хочу. Я помню её полностью, даже когда была в столь ужасном от коньяка состоянии.        Твои касания, твой член во мне, мои губы на твоём члене, твои засосы, я до сих пор ощущаю их на шее, но и вижу свои старания на твоей. Не буду скрывать того, что я также хочу обнять Володю. Моя рука под одеялом касается его талии, и я прижимаюсь к нему, ощущая каждый сантиметр его кожи на своей. Носом утыкаюсь в грудь, я не хочу на него смотреть, но прекрасно ощущаю взгляд на себе. Неожиданно он втягивает мой запах, но, а мне делать этого и не нужно. Я и так его ощущаю, и скажу лишь одно — он превосходен. — Нам на работу нужно. — с нехотением я всё же говорю ему это, ведь опаздывать будет крайне неприятно. — Забыла? Я директор, ты мой заместитель, поэтому мы можем взять тебе такой выходной, по крайней мере, тебя разрешаю его брать. — Представляю как офис вскипишится. — я усмехаюсь в недовольной улыбке, слушать о себе слухи, не так уж и приятно. — Как будто до нас им есть дело. — он поднимает моё лицо, чтобы поцеловать, но прям в его губы, я выпаливаю: — Ты просто не знаешь.       Наши губы соединяются, моя вчера содранная кожа на губе жжет, но он ласково залечивает её языком, и как бы не было странно, это помогает. Любовь лечит? Забавно. Но также и любовь уничтожает, ведь я впрямь таю в нём, от наслаждения. Я целую его скованно, даже сдержанно, всё же я была права, что в здравом рассудке я не позволю себе чего-то уж сильно открытого. Что уж, я стесняюсь даже показать грудь, после того как он лизал мне, а я сосала. Не хочу даже вспоминать этого, когда всплывают картины прошлой ночи, я становлюсь красной словно помидор. — Чего именно я не знаю в собственной офисе? — шепчет он в губы. — Я не знаю, говорить тебе или нет. — Говори, иначе заставлю. — Володя припадает к моей шее, оставляя нежные поцелуи.       Я произвольно подставляю шею, вспоминаю прошлую ночь. Господи, я не могу её не вспоминать, и буду думать о ней до второй, а после буду думать о второй, и так будет постоянно. Не могу иначе, я зарываюсь в его волосы, целую лоб, принимая ласки на шее. Понимаю, что с каждым жестом становлюсь откровенней, или же в мою голову приходит осознание, что-либо так, или так. Но мне всё равно не комфортно быть голой, понимая, что меня прикрывает несчастное одеяло, которое он может легко содрать с моей хватки. — Я жду. — Тебя вся женская часть обсуждает, какой у тебя большой… И так далее. После повышения и я стала слухом, что добилась такого через постель. — Да? Я даже не знал. — ему было смешно, — Про второе считай, что так и есть. А про первое… — Идиот. Знаешь какого проходить сквозь их взгляды?! Пялятся на тебя, словно на что-то отвратительное, а как только исчезаешь за дверью, слышишь шушуканья. Я так живу полгода! — я его перебила, ловя взгляд с неким сожалением вперемешку с смехом. — Не ходи на работу тогда, я найду другого человека, а моей зарплаты хватит для всех твоих нужд. — Я лучше буду работать, чем оставлю тебя с ними. — Ревнуешь? — он улыбнулся. — Признавайся, откуда они знают, что у тебя большой? Приглашался к себе кого-то? Сосал кто-то? — я привстала на локтях, приближаясь к его лицу. Во мне играла обида, стеснение словно рукой сняло, я даже не заметила, как моя грудь слегка оголилась. — Сосала мне только ты. А они с головы взяли.       Я опешила, заткнулась, наклоняясь назад, чтобы снова лечь. Мой оттенок кожи лица снова принял розовый цвет. Володя посмеялся с меня, ложась обратно возле моего плеча. Его руки проскользнули под одеяло, и обняли меня за талию. Он гладил мою спину, буквально массажировал, от чего я аж глаза прикрыла от удовольствия. — Мы же встречаемся? — спросил он чуть неуверенно. — Да, наверное. Или же просто попользовался мной? — Глупая. Говорил, что не целуюсь просто так, и тем более те занимаюсь сексом. — Ну а вдруг была приманка, чтобы отыметь меня, а потом выкинуть, и сразу же уволить с работы? — Замолчи, люблю тебя уже как год если не больше, а ты такие глупости говоришь. — он носом уткнулся в мою щёку, легонько чмокнув. Я искренне удивилась такому признанию. — Год? — спросила в до сих пор перебывавшем удивлении. — Да, на полгода больше, чем ты. Удивлена? — он продолжал целовать моё лицо. — Естественно. Я всё это время думала, что вообще не интересую тебя. Мучалась, терзала в мыслях. А разгадка была лёгкой, для тебя даже тяжелей на полгода. — Сейчас же всё хорошо. Не стоит касаться этой темы. Я люблю тебя, и ты меня. Это главное. — Так, а что насчёт работы? — я снова подорвалась. — Успокойся, дай насладится тобой.