Глава 37. По-слизерински

Скорпиус Малфой Большой зал, который Малфой уже видел частично украшенным каких-то пару часов назад, выл теперь совершенно неузнаваем. Профессор Боббин в праздничной золотой шляпе и чудной мантии с аляповатыми рюшами казалась немного нелепой праздничной феей, однако над деканом Пуффендуя никто не смеялся, только несколько слизеринцев закатывали глаза, когда оказывались рядом. Исчезнувшие столы факультетов заменили круглые столики, за каждым из которых могла поместиться где-то треть курса. Один только преподавательский стол остался неизменным, хотя как сказать. Пьедестал за ним тоже был щердро украшен серебристо-голубыми снежинками. Пару раз, когда взгляд юноши ненароком падал а ту или иную снежинку или сияющую свечу, парящую под потолком, затянутым густыми снеговыми тучами, внутри начинало ворочаться неприятное чувство. Ностальгия по Мэнору, который мама каждое Рождество превращала в сказочный дворец, вызывала сначала тоску, а потом и раздражение. Скорпиус понятия не имел, кто из слизеринцев, сидевших за их столиком, подлил в пунш алкоголь, но был очень благодарен за такую отличную идею. Это поднимало настроение. До поры до времени. А точнее - ровно до тех пор, пока целая стайка почти опоздавших студентов не влетела в Большой зал, разойдясь в противоположные стороны. Макгонагалл уже успела подняться, ударив серебряной ложечкой по хрустальной пиале в своих руках, так что внимание большинства присутствующих было приковано к ней. Большинства, но не Скорпиуса Малфоя. Слизеринец смотрел только в противоположный конец зала, где девушка в до тошноты подходящей к общему антуражу серебряной мантии быстро садилась за самый крайний столик, занимаемый гриффиндорскими семикурсниками. Закрыв глаза, Скорпиус мысленно досчитал до десяти, прежде чем вновь посмотреть в сторону гриффиндорцев. Блять. Когда Чэпмэн пришла в Большой зал вместе с Фредериксом, Скорпиус даже не пытался сдержать ухмылки. Это было отлично, ведь ему не то чтобы было плевать на всех остальных, но, по крайней мере, они волновали его куда меньше в качестве возможных партнёров Розы на этот вечер. Возможно, она могла позвать гриффиндорскоо старосту или какого-нибудь ещё придурка, но это не было так бесяче, как Фредерикс. Почему-то Скорпиус парился только об этом, так что стоило Чэпмэн войти в зал под руку с ненавистным гриффиндорцем, его отпустило. Теперь же всё внутри неприятно холодело, когда он смотрел в сторону гриффиндорских столиков. Вуд. Нахерн, чёртов Вуд. Гриффиндорский капитан. Семикурсник. Какого чёрта она вообще пригласила его? Какого хрена он согласился? Гоняя все эт мысли в голове, Скорпиус прослушал речь Макгонагалл. Всё было очень хреново. Потому что внутренний голос, который в настоящий момент страшно его бесил, настойчиво шептал, что чёртов Вуд куда лучше Фредерикса. Как ни посмотри. - Скорпиус, - позвал его кто-то, кажется, уже не в первый раз. - Эй, Скорпиус! Его настойчиво потянули за рукав парадной мантии, и только тогда юноша повернулся к Софи. Та вопросиетльно подняла брови. -- Ты чего, есть не собираешься? Пару секунд ему потребовалось, чтобы сообразить, о чём говорила девушка, а потом он рассеяно кивнул. Вечер был испорчен, и теперь ему было плевать на шоу в воздухе, которое устроили феи-светляки, на вкусную еду, над которой домовики расстарались, как никогда, на щебетание девчонок за столом, красиво украшенный зал. Рыжеволосая девушка в серебряном платье казалась каким-то странным огненным духом Рождества, чем-то в самом деле волшебным, и Малфой никаким усилием воли не мог заставить себя смотреть в другую сторону, точно вместо пунша весь вечер пил чёртову Амортенцию. Кажется, за их столиком удовольствие от происходящего получала только Софи. Альбус сидел с абсолютно отсутствующим видом, его мысли витали явно где-то далеко, Акселина, как всегда спокойная и безэмоциональная, порой казалась чрезмерно задумчивой, Мальсибер и Нотт изредка негромко перешёптывались, поглядывая на часы. Правда, Малфой не замечал ничего из этого, думая лишь о том, как его бесит чёртов капитан гриффиндорской сборной, даже имени которого он вспомнить не мог, Салазар его задери. Когда ужин закончился, большая часть столов, повинуясь мановению волшебной палочки преподавателя трансфигурации, растворилась в воздухе, правда, на лице профессора Двкукрест было написано такое явное неодобрение, что это выглядело почти комично. Зато Боббин едва ли не хлопала в ладоши от восторга, представляя музыкантов, имена которых Скорпиус прослушал. Копна огненных кудрей, точно языки пламени, сверкали среди ледяного убранства зала. В висках начинало пульсировать, но Софи уже ухватила его под локоть, и потащила его танцевать. Малфой честно пытался отвлечься, но все действия выходили какими-то почти механическими, будто это происходило не с ним, а Скорпиус был лишь незримым наблюдателем. Ассоциации были слишком явными, несмотря на то, что украшенный серебряным льдом и снежинками Большой зал вовсе не походил на зал приёмов в Министерстве, где они были прошлой весной. Медленный танец, сопровождаемый крайне заунывной мелодией, закончился, и к Малфою подошёл Мальсиюер, наклонившись вперёд, чтобы перекричать музыку: - Мы во двор, пойдёшь? Скорпиус на мгновение задумался, но потом всё же покачал головой. - Тогда следи за временем, ок? - Да, помню, - коротко бросил Малфой. Когда шестикурсник ушёл, юноша пробежался взглядом по толпе, выискивая гриффиндорцев. Фредерикса и Маклагена уже не было в зале. Ну что ж... - Мне нужно найти Акселину, - проговорила Софи, когда они уже ушли с танцевальной зоны. Скорпиус неопределённо мотнул головой, и девушка, оставив быстрый поцелуй на его щеке, убежала прочь. Весь вечер она буквально не выпускала его, уцепившись то за руку, то за мантию, так что юноша испытал что-то смутно похожее на облегчение, но поспешно отогнал эту мысль. Он ведь хотел пойти с ней, помириться. Всё вышло как нельзя лучше. Софи, кажется, окончательно сменила гнев на милость. Он должен радоваться. Должен, Салазар его задери... Боковым зрением он заметил ярких всполох у самого выхода из Большого зала, и обернулся. Серебряная мантия и копна огненных кудрей. Проверив время, Малфой быстро вышел прочь из Большого Зала. В холле тут и там сновали студенты: кто-то выходил на улицу, другие возвращались из туалетных комнат после тщетных попыток привести себя в первозданный ну или хотя бы не такой растрёпанный вид. Стайки девочек хихикали или что-то негромко обсуждали, поглядывая на распустившуюся Омелу или кого-то из ребят. Игнорируя весь этот хаос, Скорпиус прошёл в сторону женских уборных и запрыгнул на подоконник самого последнего перед поворотом окна. Он прижался затылком к холодному стеклу и зажмурился до цветных кругов, расплывающихся перед глазами. Мимо него то и дело кто-то проходил, но юноша не обращал внимание. Какое-то внутреннее чутьё говорило, что это была не она. По правде сказать, Малфой не знал, зачем пришёл сюда и вообще вышел из зала. У него не было никакого плана, просто... Страшно хотелось увидеть её не издалека. И чёртов пунш, разбавленный какой-то алкогольной дрянью, которую не жалел Мальсибер, не способствовал тому, чтобы взвешивать свои поступки. Ну, или чтобы останавливать себя от некоторых из них. - Надоели танцы? - насмешливый голос прозвучал совсем рядом. Скорпиус открыл глаза. Полли Чэпмэн стояла прямо перед подоконником, и Скорпиус поспешно спрыгнул, поскольку сидеть перед девушкой вот так было вовсе не комильфо. Десять очков Слизерину за прекрасные манеры, ага. Он едва сдержал очего-то злую усмешку. Чэпмэн была красивой, как и всегда. Даже, наверное, ещё красивее, чем обычно, и не замечать это было попросту невозможно, но не сейчас. Гриффиндорка в этот самый момент, сама того не подозревая, неуместностью своего появления вызвала у Малфоя раздражение. - Вроде того, - он дёрнул уголком губ, а потом перевёл взгляд ей за спину, следя за поворотом в коридор. Чэпмэн проследила за ним и едва заметно прищурилась. - Ну да, ты ведь вообще с танцпола не вылезаешь, не знала, что... - Прости, - прервал её Скорпиус, быстро обходя. Только сейчас он заметил Роза в противоположном конце коридора. Значит, он был неправ, и она вообще не заходила в эту уборную... Кажется, Чэпмэн уже сказала что-то ещё, но Малфой уже быстро шагал вперёд, стараясь не упустить из виду всполох рыжих волос. - Эм... Скорпиус, мм, привет? - явно растерявшись, вопросительно подняла брови сестра Альбуса. Совсем не та сестра. Чёрт. Рыжие волосы, но совершенно не то платье. Не та девушка. - Привет, Лили, - чувствуя себя полным дураком, произнёс он. - Я думал, до полуночи могут остаться только студенты с четвёртого курса и старше, - сказал он. стараясь найти какую-то тему для разговора и причину, по которой он мог бы к ней подойти. - Ну, я помогала украшать зал, а ещё пришла с четверокурсником, так что... - Мм, понял... - Роуз! - внезапно воскликнула девочка и замахала рукой, глядя ему за спину. Скорпиус мысленно досчитал до пяти, прежде чем обернуться. Роза шла к ним, вовсе не глядя в её сторону. Её волосы, которые обычно лежали огромной пушистой копной, сейчас были больше похожи на крупные кудри, волнами рассыпавшиеся по плечам, укрытым тканью, которая вблизи казалась сотканной из сияющих нитей серебра. Веснушки отчего-то были заметны куда меньше, чем раньше, зато голубые глаза блестели и казались какими-то сликом большими, что ли. Малфой не разбирался во всех этих девчачьих вещах, но Роза была накрашена, и выглядела такой красивой, какой он ни никогда прежде её не видел. Многие девчонки в школе красились ещё курса с третьего. У кого-то это получалось почти комично, у кого-то, как у Чэпмэн, хорошо. Но даже не том приёме в Министерстве Роза выглядела практически как обычно. Но не сегодня. Для кого это? Для чёртова Вуда? Скорпиус показалось, что холод, поселившийся внутри, позволил бы ледяным скульптурам в зале не таять без всякой магии. Отвернувшись от Розы, он теперь старательно не смотрел в её сторону. Улыбка, в которой не было ни капли настоящего тепла, приклеилась к его губам, когда он обратился к Лили. - Ты украсила зал просто волшебно, - обратился он к сестре Ала. Лили скованно улыбнулась. - Мы..мы украшали зал с ребятами, все хорошо постарались... Роза стояла справа от него, не произнося ни слова, но Малфою всё равно казалось, что каменный пол холла по его ногами шатается, точно они ехали в Хогвартс-экспрессе, а не стояли посреди замка. Его взгляд, блуждавший где угодно, лишь бы не обращать внимания на девушку, стоящую справа, остановился на часах, и Скорпиус тихо чертыхнулся. - Прости, мне нужно бежать, хорошего вечера! - быстро проговорил он и поспешно пошёл прочь, не дождавшись ответа. Нотт убьёт его. А потом, если он опоздает, его воскресит и снова прикончит Поттер. Мерлин, какой же он идиот... Скрывшись за поворотом, Скорпиус наплевал на снующих по коридору студентов и бросился бежать, на лестницах перепрыгивая сразу через несколько ступенек. Казалось, весь замок сегодня вознамерился быть против него. Один раз он чуть не наткнулся на патрулирующего коридору завхоза, в последний момент заметив его вдалеке и спрятавшись в нишу за доспехами, на одной из лестниц он угодил ногой прямо в щель за фальшивой ступенькой. Когда Малфой наконец вбежал на площадку у подножия лестницы, ведущей к Астрономической башне, его лёгкие буквально разрывало от столь долгого бега. Остановившись, он упёрся ладонями в коллеги и попытался отдышаться, жадно хватая ртом воздух. - Я думал, ты струсил Малфой. Никто бы не удивился, - с явной издёвкой произнёс Фредерикс, и стоявший рядом с ним Маклаген хмыкнул. - Зато ты свалил сюда с середины вечера, - фыркнул Мальсибер. - Думаешь, это тебе поможет? Наконец отдышавшись, Скорпиус расстегнул парадную мантию и бросил её на пол, оставшись в рубашке, как и остальные пятеро ребят, собравшиеся в холле. Все тренировки были нужны именно для этого, а не для хороших оценок в дуэльном клубе. Скорпиус мечтал применить к Фредериксу всё, чему научился, с тех самых пор, как они забили стрелку, как назвал это Маклаген. Правда, сейчас Скорпиус отдал бы почти что угодно, лишь бы среди трёх пришедших гриффиндорцев был Вуд. Однако его здесь не было. И от мысли о том, где и с кем мог быть чёртов капитан гриффиндорской сборной, кровь в венах, казалось, по-настоящему вскипала от ярости. Давай, Малфой. Тебе нужна эта ненависть. Вот прямо сейчас. Подняв палочки на изготовку, они встали напротив друг друга, и на площадке воцарилась практически полная тишина. Роза Грейнджер-Уизли Сегодняшний вечер был поистине самым странным во всей жизни Розы Грейнджер-Уизли, что было очень показательно, учитывая, как много разных выкрутасов выдавали её многочисленные родственники. Однако сегодня происходящее тянуло на какую-то искажённую кривым зеркалом реальность. Альбус, точно фея-крёстная, неизвестно откуда приносит ей мантию, после того как карикатурная злодейка из сказок в лице Полли Чэпмэн портит её наряд самым банальным и дурацким образом. Холодная надменная слизеринка, которая никогда не нравилась Розе, помогает её уложить волосы, пока Роза продолжает всхипывать, а Лили роется во всех собранных на кровати косметичках, выуживая что-то в целой куче тюбиков и баночек. Если бы ей сказали, что собирать её на школьный бал будут Лили и Акселина Яксли, Роза бы посоветовала человеку с такими гениальными идеями сходить в лазарет за зельем для ясности ума. Вот только жизнь умела готовить сюрпризы. И очередным, правда, в этот раз совсем неприятным сюрпризом оказалось то, что Роза замечала, что за весь вечер Малфой ни разу не подошёл к ней. Буквально ни на шаг не сдвинулся с той части танцпола, где зависали в основном слизеринские шестикурсники и, соответственно, он со своей полоумной подружкой, что весь вечер висла на нём, точно её ноги не держали. Фу, просто фу. Каждый раз, когда в голове вновь проскальзывала мысль о том, что этот придурок вообще-то мог бы и подойти, хотя бы потому что всегда так делал, у Розы возникало непреодолимое желание треснуть себя чем-то увесистым по голове. Чтобы в неё больше не лезли такие глупости. Но ничего увесистого не было. И мысли лезли. Розе попросту было обидно. Потому что почти на всех её появление произвело определённый фурор. Чэпмэн, судя по её выражению лица, готова была удавиться от злости. Вуд впервые за всё время, включая летний спортивный лагерь, кажется, смотрел на неё как на девчонку, а не просто хорошего ловца своей команды. Даже Джеймс демонстративно озираясь по сторонам громко спросил, куда она дела его кузину. Правда, у него в целом было максимлаьно позитивное настроение, в отличие от какой-то излишне сосредоточенной Луизы Макмиллан, которая вечно оглядывалась в противоположную сторону зала, точно не могла пережить, что сидела сегодня отдельно от своего брата-близнеца. Один лишь Малфой ни разу не подошёл к ней, ошиваясь в кругу в основном слизеринских шестикурсников. Полоумная девчонка, отправившая его прошлой весной в больничное крыло, теперь висла на нём, точно не могла удержаться на каблуках. Просто отвратительно. Весь вечер прошёл, точно она ехала в тележке на маггловских американских горках, то резко уходя в мёртвую петлю, то смеясь в лицо лёгкому приятному ветру. Эмоции, испытываемые девушкой, были слишком полярными, но сосредоточиться на чём-то одном не получалось. Выключив кран, Роза подняла глаза к своему отражению, разглядывая пучки длинных накладных ресниц, аккуратно наклееных Лили, и чёрные стрелки, нарисованные ею же. Девушке казалось, что на её лицо натянули маску, которая теперь неприятно давила. Она почти никогда не красилась. и с трудом выносла это сейчас. Но ей так хотелось хотя бы один вечер быть такой же красивой, как чёртова Чэпмэн... Тяжело вздохнув, девушка окончательно похоронила внутри себя непреодолимое желания умыться холодной водой. Поправив волосы, которые стараниями Яксли лежали лучше, чем когда бы то ни было в её жизни, гриффиндорка в последний раз внимательно всмотрелась в собственное отражение. Непривычно красивое отражение. Даже жаль, что они не делали колдографий. Потому что даже ради того, чтобы на неё хоть один вечер смотрели так, как обычно смотрят на Чэпмэн, Роза не была готова к таким подвигам. Вся эта тонна краски на лице была разовой акцией. Но сегодняшний вечер она потерпит. Разве нельзя нравиться просто так, без всей этой мишуры? Ведь она нравилась. Нравилась Скорпиусу. Который ни разу за весь вечер даже не подошёл к ней. Розе не хотелось ломать об этом голову. Ей хотелось думать о Вуде, о том, что делать, если тот всё-таки захочет её поцеловать, в общем, о чём угодно, кроме Скорпиуса Малфоя, который как назло стоял посреди коридора рядом с Лили, которая, ну разумеетсЯ, тут же её заметила. Малфой обернулся, и по его лицу скользнула тень, точно ему было неприятно её видеть. Роза ждала, что он поздоровается, но вместо этого слизеринец сбежал, ни единого раза больше не взглянув в её сторону. Мелодия, которая играла в Большом зале, оказалась медленной и грустной. Они танцевали с Вудом, парадная мантия которого была холодной и пахла морозом. Они с ребятами выходили на улицу. Наверное, кто-то курил, но сам Майк таким не баловался. - Даже жаль, что остался всего час, - негромко произнёс юноша, слегка усмехаясь. - А ещё что танцы впервые решили устроить именно в год моего выпуска. - Ну, было бы ещё обиднее, если бы ты выпустился, а в школе не пришло ни одного бала. Конечно, это не Святочный, родители рассказывали о нём, это было в год Турнира Трёх Волшебников, но тоже здорово. Мне кажется, профессору Боббин даже повода не нужно, чтобы... Она говорила и говорила, пока, наконец, не заметила, что семикурсник не прислушивается к её словам, просто наблюдая за ней. Девушка запнулась. - Мм, я... Ты со мной не согласен? Вуд слегка нахмурился, а потом негромко рассмеялся, запрокидывая голову. - Прости, я, кажется, половину прослушал. Ты..ты очень красивая сегодня. Главное, чтобы ты не выглядела так во время следующего матча. Это, пожалуй, усложнит игру. По крайней мере, мне. Роза закусила губу, чувствуя, как кожа горит огнём под слоями тонального крема и ещё тонны всякий средств. что вылила на неё сестра. Вуд смотрел на неё, как на девчонку. Красивую девчонку. И это казалось таким же сюрреалистичным, как и всё остальное в этот вечер. - Ну, я буду выглядеть, как обычно, когда будет следующий матч, нам нужно его выиграть, чтобы по очкам обойти... Внезапно кто-то дёрнул Вуда за мантию, и девушка замолчала, во все глаза уставившись на Джеймса, который выглядел ещё более взлохмаченным, чем обычно, а ещё одновременно взволнованным и злым. - Мы никого не обойдём по очкам, если нашего загонщика отправят на отработки до конца следующего семестра, - даже не скрывая, что слышал их разговор, вклинился Джеймс, потянув обоих за собой к выходу из зала. - Я, нахер, убью Фредерикса, если их поймают... - Да что случилось? - наконец в нетерпении воскликнула Роза. - Эти придурки устроили дуэль у Астрономической башни, портреты подняли шум, мимо ещё пролетал Толстый Монах, он успел рассказать Нику, а тот нашёл меня только что... Я не знаю, кто бегает быстрее, но нужно задержать профессоров, пока я побегу предупрждать этих идиотов. Из зала они втроём бежали уже бегом, и Роза мысленно проклинала неудобные для таких дел туфли. - С чего ты взял, что там Йенн? - Ага, а куда он делся от Чэпмэн, которую только что силой на бал не притащил? Да и кто ещё? Они с Маклагеном, вообще не удивлюсь. - А с кем? - спросил Вуд. - Какие-то слизеринцы. - Отлично... - протянул семикурсник, прекрасно понимая чаяния своего охотника. За такое с Гриффиндора не только снимут кучу баллов. Минус загонщик в укомплектованной и сплочённой команде был почти гарантирован. - Джеймс, я побегу в башню, а ты попробуй устроить по пути какую-нибудь хрень, чтобы задержать профессоров? Если Толстому Монаху первой попадётся Двукрест... - семикурсник нахмурился, потирая лоб. - Роуз, можешь задержать их? Хоть как-то. На мгновение девушка помедлила. Ей не хотелось принимать участие во всей этой авантюре. Если Фредеркс под носом у профессоров решил поучаствовать в дуэли, совершенно не думая о команде... - Ладно,- не скрывая, что делает им одолжение, проговорила девушка. - Супер, - улыбнулся Вуд, а затем бросился к одной из боковых лестниц. - Роуз, включай всё обаяние, но чтобы ни одного профессора, пока хренов Фредерикс оттудп не свалит. Веселье я устрою ему потом. Гриффиндорка закатила глаза, глядя как кузен пулей летит в коридор, через который быстрее всего добраться до лестницы в башню их факультета. Проводив его взглядом, Роза оглянулась, в поисках профессоров, которые бы сломя голову мчались устранять нелегальную дуэль. Что ж, этот вечер явно продолжал тащить её вперед, точно на американских горках, и явно не собирался уменьшать темп. Скорпиус Малфой Сердце бешено колотилось в груди, и его стук эхом отдавался в ушах. Лёгкие горели ещё сильнее, чем после первого марш-броска, но Малфой не останавливался, пару раз чуть не навернувшись на узких ступеньках одной из лестниц. Грёбанные мысли оказались очень даже материальными, и Скорпиус не поверил своим глазам и ушам, когда влетевший на площадку перед лестницей, ведущей на Астрономическую башню, влетел Вуд, чуть ли не за шиворот хватая Фредерикса и швыряя его в сторону пути к отступлению. Нотт опомнился первым. - Возвращаемся по отдельности! - резко бросил он, и все кинулись в рассыпную, едва успев подобрать сброшенные на каменный пол мантии. Казалось, Скорпиус пробежал половину замка, но всё ещё мчался вперёд, будто голоса профессоров, с которыми они разминулись буквально на пару минут, всё ещё доносились из соседнего коридора. Наконец, когда жжение в лёгких стало совсем невыносимым, он всё же прислонился к стене, запрокидывая голову и тяжело дыша. Вид у него был наверняка ещё тот. Рубашка порвана в нескольких местах, на щеке красовался порез, который с каждой минутой пульсировал всё ощутимее. Скорпиус так отчаянно хватал ртом воздух, что за шумом крови в ушах не заметил шагов. Чья-то рука легла ему на плечо, слегка сжав его. Вот чёрт. - Скорпиус? - вопросительные нотки в голосе декана казались обманчиво-мягкими. - Ты же не собираешься в таком виде возвращаться в Большой зал? Туда необходимо вернуться, - надавил он, сильнее сжимая плечо юноши. - Ваши безрассудные действия и так могли привести к целой череде проблем. Открыв глаза, Малфой встретился с явно разочарованным взглядом Селвина. Ведь он только в начале вечера прочитал им целую нотацию... - Мы не... Я... Взмахом руки декан велел ему замолчать, выуживая из внутреннего кармана парадной мантии с серебряной оторочкой маленький пузырёк бадьяна и примочки для компресса. Скорпиус молча промокнул щёку и едва заметно поморщился. - Приведи себя в порядок и немедленно возвращайся на праздник, - строго проговорил Селвин, пряча пузырёк во внутреннем кармане мантии так неуловимо, будто никогда и не держал его в руках. - Да, сэр, - кивнул Малфой, всё ещё чувствуя, как осуждающий взгляд прожигает его насквозь. Быстро шагая по коридору в сторону холла перед Большим залом, Скорпиус встряхивал безнадёжно измятую парадную мантию. Что ж, она хотя бы скроет рубашку, один вид которой говорил красноречивее любых слов о том, где он был. Полли Чэпмэн, взметнув светлыми локонами, обернулась к нему. По иронии судьбы они встретились почти там же, где и часом ранее, когда он сбежал, желая поймать Розу. Это было так бесконечно давно. Ещё до дуэли. До того, как чёртов Вуд ворвался к ним с криком о том, что профессора уже близко. До уже второй за вечер погони по всему Хогвартсу и встречи с деканом, который ещё выскажет им всё, что думает по этому поводу. Его так вымотал весь этот день. Роза, разборки с гриффиндорцами и всё остальное. Юноша чувствовал себя выжатым, как лимон. Поэтому, подойдя к окну, он остановился, облокотившись спиной о стену и, ничего не говоря, просто посмотрел на Чэпмэн. Её светло-зелёные глаза холодно блеснули, и девушка отвернулась, продолжив поправлять волосы. - Как вечер? Девушка бросила на него короткий взгляд, а потом закатила глаза. - Судя по твоему виду, лучше, чем у некоторых, - едко ответила она, напомнив саму себя курса так четвёртого или хотя бы третьего. Малфой хмыкнул. - Ну, это как посмотреть. - Смотри как хочешь, но про Йенна уже спрашивал Долгопупс. Хватит пол извилины, что связать ваше отсутствие с шумихой, которую подняли вокруг устроенной в замке дуэли. Малфой выпрямился, чувствуя, как холодок пробежал по его позвоночнику. Вот чёрт. Селвин их убьёт. - Мистер Малфой! - строгим, хотя всё равно бесцветным голосом произнесла Тильдия Двкукрест, быстрым шагом летящая по коридору. Её парадная мантия почти не отличалась от повседневной, и профессор, как и всегда похожая на серую тень, была полным антиподом любого праздника. - Где вы были, мистер Малфой? И почему вы в таком виде? - она оглядела его мятую мантию, задержавшись цепким взглядом на лице. - Я не видела вас в зале последние полчаса, как и... - Скорпиус был со мной, - вмешалась в разговор Чэпмэн, смело глядя на профессора. В своём золотом платье и летящей бронзовой мантии она выглядела полной противоположностью профессору трансфигурации. Двукрест поджала губы, переводя взгляд на гриффиндорку. - Почему же тогда вас не было в Большом зале, мисс Чэпмэн? Пришедшие на праздник со своими... - она поджала тонкие губы ещё сильнее, а затем почти выплюнула следующее слово: - ...кавалерами разве хотели бы пропустить... - Мы целовались под омелой, мэм, - как ни в чём не бывало проговорила гриффиндорка, указав рукой над тоненькую веточку с небольшими светлыми цветочками, которая обвила пустой подсвечник на стене в нескольких футах от них. От возмущения Двкурест осеклась на полу слове, и несколько секунд так и стояла с открытым ртом. Скорпиус, стараясь сохранять нейтральное выражение лица, стоял, разглядывая лицо Чэпмэн, повёрнутое к нему в профиль. Вдруг ему отчего-то захотелось рассмеяться. Мимо них прошла группка четверокурсников, замедляя шаг. Кажется, разыгравшаяся сцена начинала привлекать внимание зевак, уставших от танцев. - Мисс Чэпмэн! - наконец-то справилась с собой профессор, возмущённо взмахнув руками. - Это... Это... Минус пятнадцать очков с каждого из вас! Возмутительно! Школьными правилами запрещено... - Тильдия, - раздался у неё за спиной мягкий голос, тягучий, как свежий кисель. - Прекрасно понимаю твоё возмущение. Позволь мне, как декану, разобраться с этим. Я сообщу профессору Долгопупсу, когда он..хм..освободится. Вам же следует подождать меня здесь, - уже другим, демонстративно-строгим голосом обратился Селвин к ребятам. Чэпмэн, встряхнув светлыми волосами, отошла в сторону и с деланно-надменным видом уставилась в окно, задрав подбородок. - Ты спасла меня, - едва слышно проговорил Малфой, наклонившись девушке. Он видел, как её отражение на тёмном стекле закатило глаза. - Я надеюсь, ты навалял Йенну. Никто не смеет сбегать с танцев, если пришёл на них со мной. Юноша усмехнулся. Справа от них профессора продолжали препираться, однако в мягком и тягучем голосе Селвина уже появились стальные нотки. - Пойду найду профессора Стоун, - в итоге сдалась Двукрест. - Одной следить за порядком в целом зале, когда ученики устраивают... - она опять едва не задохнулась от возмущения, - такое... Качая головой, женщина стремительно направилась прочь, не удостоив студентов не единым взглядом. - Скорпиус, я смею надеяться, что у тебя хватит воспитания проводить девушку. Доброй ночи, мисс Чэпмэн, - развернувшись на каблуках, Селвин зашагал прочь. Гриффиндорка удивлённо подняла брови, а затем фыркнула. - Я не собираюсь слушаться твоего декана. Праздник ещё не закончился. - Ага, зато мы уже отличились. - Мы? Пф, Малфой, имей совесть, я спасла твою задницу, хотя у меня не было ни одной причины врать профессорам. - Ладно, - протянул юноша, вновь облокачиваясь о стену. - Тогда я твой должник. Любой каприз леди. - Чтобы твоя полоумная подружка попыталась и меня превратить в лягушку? - подняла брови девушка, ехидно улыбаяь. - Скажи честно, она шантажом притащила тебя с собой на бал? Только сейчас, после слов гриффиндорки, он вспомнил о Софи. Вот чёрт. А ведь его и правда завтра ждут неприятности. Или уже сегодня. Тень пробежала по его лицу, и Чэпмэн это заметила. Девушка сузила глаза, пристально глядя на него. - Я не люблю врать профессорам, Малфой. Ты должен мне одну правду. Даже Грейнджер-Уизли Вуд утащил целоваться в пустой класс. А Рождество без омелы... Ну какое это Рождество? - медленно произнесла она, подходя ближе. Скорпиусу же показалось, что вокруг его шеи обвился ядовитый плющ, сами дьявольские силки силились задушить его. - Ч-что? Чэпмэн подняла подбородок, и в светло-зелёных глазах мелькнуло что-то смутно напоминающее злорадство. - У тебя просто нет вкуса, Малфой. И никогда не было. Как, кажется, и у Вуда, если, конечно, она не подлила ему Амортенцию после одной из тренировок, - ядовито произнесла Чэпмэн, стоя в каком-то десятке сантиметров от него. Красивая, злая и ядовитая, как самые настоящие дьявольские силки. - Думаешь, так незаметно, что ты пялился на неё весь вечер? - Она и... - И Вуд, да, Малфой, произнеси это вслух! Зажимаются в одном из классов! Счастливого тебе Рождества! - на какое-то мгновение лицо девушки исказила злость, и она с силой ударила его в грудь, прежде чем развернуться и броситься прочь в сторону лестниц. Скорпиус же так и стоял у окна, чувствуя, как слова девушки с каждой секундой кажутся всё более реальными, точно прямо сейчас он может распахнуть дверь ближайшего класса и увидеть там её. Их. Девушка в золотом платье, быстро преодолев три коридора и две лестницы, уже больше чем на полпути к гриффиндорской баше, остановилась и дёрнула на себя ручку первого же класса, который оказался незапертым. - Ненавижу тебя, - она опустилась на каменный пол, сцепив руки вокруг колени. - Ненавижу вас обоих! В пустом классе было тихо, по крайней мере, до тех пор, пока девушка в золотом платье, сидевшая на полу, не начала плакать. Малфой же всё стоял, прислонившись к стене, и боялся оттолкнуться от него. Казалось. пол обязательно закачается под ногами и он наконец рухнет вниз. Мысленно он уже рухнул в какую-то отвратительную безду, состоящую из злости и ревности, раздирающей всё внутри. Он лихорадочно соображал, пока мысль, пришедшая в голову, не открыла ему второе дыхание. - Карта Мародёров, - прошептал он, и бросился вниз, в подземелья. Распахивая дверь в собственную спальню, Скорпиус ожидал увидеть Альбуса,и замер от удивления, заметив сидевшую на кровати друга Акселину. Девушка уже переоделась в обычную одежду и читала книгу, нацепив на нос очки в тонкой оправе. Малфой не знал, чему удивляться: её ли присутствию здесь, отсутствию Поттера или очкам, которые он никогда прежде не видел на девушке. - Где Ал? - оглядывая комнату, словно ожидая, что друг сейчас выскочит из шкафа, спроси Скорпиус. На мгновение он даже усомнился - не ошибся ли спальней, однако ошибки быть н могло. На спинке стула определенно висела его собственная школьная мантия. Яксли медленно отложила книгу и сняла очки, смерив его холодным взглядом. - Альбус велел дать тебе пинка, когда ты вернёшься. Права, я бы предпочла, чтобы вы разбирались друг с другом сами... - её равнодушный голос был, как и всегда, холоднее морозного водуха во дворе замка. Малфой проигнорировал явный упрёк. - Альбус не оставлял нигде..мм..какую-нибудь карту? - Карту? - переспросила Акселина, склонив голову набок. - Карту Мародёров? - Ч-что? Откуда ты... Ладно. Да, её, мне нужна именно она. - Только сейчас вспомнил об этом? - Яксли! - рявкнул, не выдержав, Малфой. - Где, нахер, эта долбанная карта?! Время бежало всё быстрее. Время, в течение которого грёбанный Вуд... - Карта, Яксли. Быстро, - процедил он. Что-то изменилось в лице девушки, но в целом оно оставалось всё таким же холодным и неепроницаемым. Потянувшись к тумбочке, она подняла один из учебников, под которым лежал сложенный пергамент, и протянуло его Малфою. В ту же минуту тот пулей вылетел из комнаты. Ему нужно было найти всего три фамилии. Всего лишь три. - Профессор! - Скорпиус резко затормозил в опустившем коридоре, прерывая разговор мистера Уизли и гриффиндорского декана, которые подгоняли студентов, которые немного задержались после окончания танцев в Большом зале. - Профессор Уизли, сэр, простите, я хотел... - выпалил скороговоркой Сорпиус, стараясь выровнять дыхания, - Вы могли бы уделить мне минуту? - он попятился назад, и рыжеволосый мужчина, кивнув Долгопупсу, правильно всё понял и отошёл в сторону. Складка пролегла у него меж бровей, когда тот с некоторым волнением посмотрел на слизеринца. - Что-то случилось, Скорпиус? Что-то с Альбусом? Вы опять... - Нет-нет, сэр, я... - и тут он, ничего не объясняя, протянул мужчине карту, ткнув в кабинет, который искал, только выбежав из подземелий. - Я... Вы знаете, я бы никогда... Я слишком уважаю Розу, чтобы тащить её в заброшенные классы после отбоя, профессор. И я... - он замолчал, потупившись. Рон Уизли молчал, и постепенно внутри юноши начала нарастать паника. Вдруг отец Розы посчитает его идиотом? Посмеётся или... - Я знаю, Скорпиус. Правильно, что ты сказал, это... Вуд... Семикурсник... Малфой решился поднять голову. Лицо мистера Уизли налилось краской, отчего веснушки стали почти незаметными. Голубые глаза напряжённо следили за картой, словно пытались удостовериться, что они не обманывают своего обладателя. Подняв голову и посмотрев на юношу, профессор Уизли неожиданно растерялся, правда, немного нервно. - Нечестная игра, хотя чего я жду от слизеринцев... - пробормотал он. а затем быстро протянул юноше карту. - Я же Малфой. Разве Малфои играют честно? - негромко произнёс он, но мистер Уизли, обогнавший его на добрых несколько метров, уже не услышал этих слов. - Шалость удалось, - невесело проговорил юноша, постучав по карте, линии на которой тут же стали исчезать, вскоре превратив её в простой чистый пергамент, изрядно потрёпанный временем. Юноша остановился у окна, глядя на начавшуюся ночью метель. Он зажмурился, чтобы не видеть этого мельтешения. Злость прошла, оставив после себя только ноющую боль, словно он никак не мог оправиться от долгой болезни. Что ж, по крайней мере, он испортит Рождество долбаному Вуду. Пусть это будет слабым, но утешением. Решив так, юноша развернулся на каблуках, и быстрым шагом пошёл прочь, самым скорым путём спускаясь в слизеринскую часть подземелий. Роза Грейнджер-Уизли Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и Вуд отскочил от неё, точно от огня. Лицо отца, перекошенное от гнева, в первое мгновение даже напугало Розу. Никогда прежде она не видела его таким. Шею, уши и само лицо заливала краска, делая отца почти пунцовым. Всегда добрые голубые глаза сейчас метали молнии. - П-п... - Роза замолчала, не зная, обращаться к нему, как к папе или профессору Уизли, но он и так не дал бы и слова ей вставить. - Минус двадцать баллов с Гриффиндора, мистер Вуд! Месяц отработок! Школьные правила писаны не для всех, не так ли?! Прочь отсюда! И если я увижу тебя поблизости от мой дочери ещё хоть раз, то... - Папа! - Молчать! Вон!!! Семикурсник пулей вылетел из класса, и отец магией захлопнул за ним дверь. Со стены упали часы, с жалобным треском разбившись об пол. Стёкла в окнах задрожали. На смену страху пришёл гнев. Да как он вообще смеет? Мало ли кто встречается с кем, да половина старшекурсников обжималась по углам, а гриффиндорцы и слизеринцы вообще устроили дуэль. Он не имеет никакого права вести себя так, будто она совершила самое страшное правонарушеие за всё время существование Хогвартса! - Ты не можешь... - Молчать! - рявкнул Рон. - Я не ожидал такого безрассудства от тебя, Роза! Воспитанные девочки так не... - он шумно выдохнул, тыча в неё пальцем. - Я назначаю тебе отработки до конца следующего семестра. Чтобы у тебя даже мысли не было запираться со старшекурсниками в пустых классах! - Папа! - Профессор Уизли! - почти взревел отец. - Вуд - семкурсник! Я завтра же напишу письмо Оливеру! Роза взвилась, будто её ужалили. - Может, ещё посадишь рядом со мной сторожевого пса?! Пусть Хагрид вырастит ещё одного Пушка! - закричала она, вытирая слёзы. Пальцы тут же перепачкались в смазанной косметике. - Мне не десять лет! Не твоё дело, с кем и... - Ты моя дочь!!! - буквально взревел он, подлетая к ней. На мгновение Розе показалось, что отец схватит её за шкирку, как котёнка, но он лишь угрожающе покачал головой. - Твоя глупость и наивность... Мерлин! Всё! Тебе не десять, тебе пятнадцать. Уже нужно понимать, что мальчики тащат девочек в пустой класс, чтобы... - Папа, хватит! Он не... - Молчать! Не желаю больше слушать! Марш в гостиную! Хотя нет, я провожу тебя. Будешь по всему замку ходить под конвоем, если... - Тогда я сбегу, понял! И дорогу до башни как-нибудь найду сама! - она бросилась к двери, всё ещё чувствуя, как слезы обиды обжигают щёки. - И вообще! - рыжие волосы взметнулись, больно хлестнув её по плечам, когда Роза обернулась. - Оставь меня в покое! Дверь хлопнула. Девушке было плевать, сколько они оба создали шума. Боже, как же это было унизительно... Неужели ей десять, чтобы нарываться на такие нотации?! Патрулировал и проверял бы все кабинеты вместо того, чтобы следить за ней! - Пусть катится в Нору на Рождество. Я к ним не поеду, - утирая слезы, зло прошептала девушка. - Чего уставились?! - рявкнула она на двух дам в пышных юбках на одном из портретов, которые о чём-то перешёптывались, глядя на неё. Те сразу же спрятались за веерами. Что ж, оставалось надеяться, что хоть у кого-то в этот вечер в замке праздник по-настоящему удался.