Часть 1

— Напомни достать пирог, а то я забуду, — попросил Туомас, пробегая мимо. Марко кивнул, отмечая, что только что слышал те же слова в адрес нескольких других людей, и продолжил рассматривать общую комнату, иногда цепляясь за какие-то отдельные действия: то Эрно пройдёт мимо, поправляя маску Крика из супермаркета, то Трой упомянет в разговоре какую-то историю со съёмок фильма, то Туо снова пронесётся. — Харе бегать, — Марко поймал Туомаса за рукав, тормозя. — Ты чего? — Не знаю, — пожал плечами Туомас, садясь рядом с Марко на диван. — Настроение почему-то бегать. — А ты не бегай, а сиди и смотри. Тут есть на что посмотреть, — Марко обвёл рукой помещение, которое казалось намного более оранжевым из-за новых лампочек, купленных Теро — не тех, что обычно. Предыдущие умерли вместе с люстрой, которую он же и уронил. Точнее, упал вместе с ней. Сейчас же он рассекал по комнате в каких-то жутких трусах с изображением морды волка и подозрительно внимательно разглядывал каждую из множества тыкв с вырезанными рожицами, членами и без ничего. Их он тоже купил сам — тогда же, когда поехал за лампочками, а вернулся с заставленным тыквами задним сиденьем машины. Лампочки он тогда, кстати, забыл и поехал ещё раз. — На Теро, что ли? — усмехнулся Туомас. — Спасибо, я лучше на тебя посмотрю, — он опёрся локтем о спинку дивана, в упор глядя на Марко и улыбаясь. — Надо тебе такие же трусы купить, — ляпнул он в ответ. — Так это мои и есть, кажется. Когда он успел их спереть? — Туомас тяжело вздохнул и положил голову на плечо Марко, разглядывая всё происходящее. — Какой-то Эрно подозрительный. — Ага. Ходит в этой маске, молчит и никого не трогает. А ещё говорил, что опоздает, но пришёл даже раньше, — кивнул Марко. — Может, случилось что? — Я пытался спросить, он покачал головой и свалил. Ещё и записку какую-то отдал, — Туомас вытащил из кармана помятую бумажку, развернул и прочитал: — «Верни пятьдесят евро, а то хуже будет». Что? — Я думал, вы уже давно не возвращаете друг другу деньги, потому что сбились со счёту, кто кому сколько должен, — заметил Марко. — Тем более последний раз это я за него в магазине платил, потому что он забыл деньги дома, — кивнул Туомас. — Как-то он меня пугает. Хотя записки — это не письма. Точнее, это письма, но поменьше. Точнее, забей, — он махнул рукой, смеясь. — Что меня реально пугает, так это то, что Теро обещал рассказать какие-то истории о своём прошлом. Хэллоуин же. А ты знаешь его и его истории. — Ну, он не так много рассказывал о том, что было до переезда в Китеэ. Ты вроде его ещё раньше знал, но как-то тоже мало рассказываешь. — Это ради общего блага и нервных клеток, — усмехнулся Марко. — У меня вообще-то тоже много охуительных историй, но лучше я о них буду помалкивать. — А ещё у тебя борода дергается, когда ты говоришь. — Ты только сейчас заметил? — Вообще-то давно, но сейчас это особенно угарно, — Туомас зашевелился, устраиваясь поудобнее. Марко улыбнулся и вернулся к созерцанию происходящего. Теро продолжал подозрительно крутиться рядом с тыквами. Флор и Эрно что-то обсуждали, стоя рядом с окном — настолько тихо, что даже их голосов не было слышно. Эво сидел на диване в углу и до этого долго и осуждающе косился на Теро, но, видимо, устал от него теперь просто смотрел на всех и осуждал. Он даже ничего не говорил, просто смотрел — и осуждал. Поэтому мимо его угла старались ходить быстрым шагом и пореже. Трой до этого показывал какие-то фокусы, а теперь бесцельно тасовал карты и вместе с Каем слушал Юкку, очень эмоционально рассказывающего что-то. Прислушавшись, можно было легко понять, что это очередная история из того самого тура летом 2003 года. — …никого не трогаю, пытаюсь отдохнуть немного, а тут подходит Томми и жалуется, что Теро засунул себе куда-то клубнику, я так и не понял, куда, и напугал его этим! — Юкка прервался, ожидая реакции слушателей. Трой на секунду перестал тасовать карты, поперхнувшись воздухом, а Кай как смотрел куда-то перед собой, так и продолжил. Поразительная отдача. — Кай, ты не впечатлён? — Прямо сейчас я больше впечатлён тем, как он не может вытащить член из тыквы, — пробормотал Кай. — А, ну это он тоже… постой, он что? — Юкка обернулся. — Теро, какого хуя? — Моего! — Теро повернул голову, не поворачиваясь всем телом. — Помогите, а? — Теро, блять! — впервые за долгое время подал голос Эво, вместе с остальными подходя и обступая Теро. — Ну вот как ты так всегда умудряешься? — он присмотрелся. — Сюда бы что-то острое, ногти, например… Флор? — Спасибо, мне как-то не очень хочется, — поморщилась та. Она вместе с Эрно осталась в углу и наблюдала издалека. — Эрно, а ты чего сидишь? — поинтересовался Марко. — Ты обычно первым бежишь на такое посмотреть. — Ну сидит человек и сидит, чего ты пристал? Мало он на такое насмотрелся за все эти годы? — вступилась Флор. Марко пожал плечами. Теро издал страдальческий вопль. Эво отпустил тыкву и развёл руками. Трой, до этого также тихо тасующий карты в сторонке, со вздохом отложил их, протиснулся сквозь небольшую толпу и провёл какие-то манипуляции, после чего Теро с неопределёнными, но радостными звуками поставил тыкву на место и надел трусы. — Пиздец. Теперь я точно видел всё, — прокомментировал Кай. — Это ещё не всё, далеко не всё, — покачал головой Юкка. — Ты не видел, как в две тысячи первом в отеле он… — Так, стоп, хватит с нас историй Теро, — перебил его Туомас. — Особенно из две тысячи первого. — Не хочу тебя расстраивать, но у нас по плану дальше как раз мои истории, — ухмыльнулся Теро. — Не беспокойся, истории про отель не будет. Сегодня я буду рассказывать про борщевик. — Господи, только не история про борщевик, — закатил глаза Эво. — Вы знаете только часть истории, но далеко не всю, а там есть, что рассказать. Так что садимся и слушаем. Итак, дети мои, — кто-то выключил свет, и теперь помещение освещали только свечки в тыквах и фонарик, которым Теро подсветил лицо снизу, — сейчас вы узнаете, как я вообще здесь оказался. — Ты был единственным нашим знакомым, который понимал что-то в записи, — снова перебил его Туомас. — Ебало завали. Здесь — это не только в группе, — объяснил Теро. — Марко, если что, поправляй. Значит, рассказываю.       Дело было давно, миллионов шестьдесят с лишним назад, точно уже не помню, ну, неважно. Мы со Стивеном — это тот самый борщевик, кстати, его зовут Стивен — уже чёрт знает сколько шароёбились по Вселенной, но поиск приключений на жопу уже начал надоедать, и мы решили где-нибудь остановиться на какое-то время. Ну вы знаете, как это бывает — хочешь пожить там пару миллионов лет, а торчишь тут уже шестьдесят миллионов, находишь вокалистку до конца тура, а она остаётся как постоянная, в общем, вы поняли. Мы как раз тогда были в этой галактике и просто продолжили шароёбиться по ней, но уже не столько в поисках приключений, сколько в поисках подходящей планеты. Это было сложно, потому что тогда было не так много обитаемых планет, а просто торчать среди целого нихуя мы и на нашем астероиде могли, но зачем оно надо? В общем, в тот день всё шло как обычно: мы пролетали как раз через вашу Солнечную систему, я лежал и пил пиво через трубочку, а Стивен, который хотел остановиться где-то больше меня, рассматривал в самодельный бинокль оказывающиеся рядом планеты. — На этой планете есть жизнь, — неожиданно нарушил молчание Стивен. — У них есть пиво? — тут же спросил я самое главное. Стивен снова начал всматриваться. — Там есть огромные ящерицы… — доложил он. — А пиво? — Нет. — Тогда какого чёрта ты назвал это жизнью, Стивен? — я закатил глаза, садясь поудобнее, снимая очки в виде кружек пива и рассматривая планету с расстояния. Выглядела она вполне неплохо: много воды, Стивен что-то рассказывал про этих огромных ящериц, атмосферу и воздух, и, судя по всему, там ещё могла зародиться разумная жизнь, способная изготавливать пиво. Хотя Стивен лучше разбирается во всех этих штуках, я чаще подкидываю идеи. И я тогда так подумал: до ближайшей планеты, где пиво точно есть, нам ещё лететь и лететь, а если учитывать нашу тягу к приключениям, то действительно проще остаться здесь и увидеть своими глазами, как жизнь развивается и приближается к созданию пива. Интересно же. — А знаешь, что? — снова заговорил я. — Разворачивай астероид, Стивен. — Они умрут, — очевидно, он имел в виду ящериц. — Ебош, — тем временем я уже загорелся идеей смотреть на зарождение жизни и появление пива, о чём и рассказал Стивену. Тот о чём-то подумал и ответил, что, по его расчётам, придётся ждать довольно долго, но у нас уже нет выбора и лучше приготовиться к припланетению, потому что это будет тяжелее, чем он думал. Я поправил арбузный шлем и приготовился морально, но не физически, потому что после удара меня отбросило куда-то в сторону. А когда я очухался, то Стивена уже нигде не было.       В дверь постучали. Ногой. — Кого там принесло… — пробормотал Туомас и ушёл открывать, подсвечивая себе путь фонариком телефона. Вернулся он озадаченный. — Всем привет, я только проснулся! — объяснил своё опоздание Эрно, выходя из-за спины Туо и садясь рядом с Троем. — Что я пропустил? — Ты пропустил очередной момент, когда Теро засунул хуй, куда не надо, и начало истории про его путешествия по космосу, — объяснил Марко. — Но вообще-то ты уже давно пришёл и ничего не пропустил, — он перевёл свет уже своего телефона на Эрно, сидящего рядом с Флор и отбивающего какой-то ритм пальцами по коленям. — Не понял, — не понял Эрно, а потом увидел себя же. — А теперь вообще не понял.       Молчание. — Судя по тому, что все сейчас сидят в ахуе, это не я допился, а что-то реально не то. Трой, что ты принёс такого? — Эрно принюхался. — Вроде только тыквой пахнет. — Я ничего сегодня не приносил и тоже не понимаю, что происходит, — покачал головой Трой. — Так, ну я — это точно я, а вот кто это? — Эрно подошёл к Эрно и попытался снять маску. Эрно уцепился за неё. — Тебя всё равно раскрыли, можешь не сопротивляться, — неожиданно сказала Флор. Эрно отпустил руки, позволяя стянуть с себя маску, под которой… — Что? — Эрно на всякий случай отступил на пару шагов. — Какого… — И тебе привет, — помахала Тарья, щурясь от направленных на неё сразу нескольких фонариков. — Что ты тут делаешь? — Сижу. — Да мы видим, что сидишь, а почему ты именно здесь сидишь? — спросил Эво как первый после Эрно, к которому вернулся дар речи. — Не ты говорила, что не будешь с нами всеми общаться ни при каких обстоятельствах? — Так то я для прессы, это вообще другое дело, ну не тупи, — объяснила Тарья. — Я вообще-то по делу. Этот хуеплёт, — она указала пальцем на Туомаса, — мне пятьдесят евро должен с девяносто восьмого и до сих пор не отдал! — А чего хуеплёт-то? — возмутился Туомас. — Как с фанатами договариваться, что они нас не видели вместе в каком-то отеле, так это ты мне всё прощаешь, а как я тебе деньги должен, то сразу хуеплёт! — В смысле вместе в каком-то отеле? — нахмурился Марко. — Это не то, что ты подумал! — выставил руки вперёд Туомас. — Мы просто раз в год видимся, бухаем и ржём со споров про вокалисток в комментариях на Ютубе. Правда только бухаем, но если нас замечают фанаты, то обычно думают что-то не то. Поэтому мы об этом не распространяемся. — Не распространялись до этого момента, — кивнула Тарья. — Марко, всё точно нормально, мы проводим время также, как с тобой в Раскасте, только ещё и напиваемся. Туо, но деньги-то верни, я даже под Эрно закосила, чтобы ты мне их вернул, я уже двадцать с лишним лет жду! — Из которых лет семь мы не возвращаем друг другу долги, — заржал Эрно. — А, да? — Тарья почесала в затылке. — Так что насчёт денег? — А что насчёт заткнуться и дослушать? — вмешался Теро. — Ваши семейные драмы — это, конечно, интересно, но вообще-то я тут про борщевик рассказываю! — В десятый раз — не настолько, особенно когда я сам это видел, — заметил Эрно. — Нет, тут он прям с самого начала рассказывает, как до этого путешествовал с борщевиком, кстати, его зовут Стивен, по космосу, неудачно приземлился и убил динозавров, — объяснил Марко. — Ахуеть, — вынес свой вердикт Эрно. — Такой хуйни я ещё не слышал. Тогда реально давайте завязывать с драмами, потом поделите пятьдесят евро, — он положил маску Крика куда-то на пол и уселся туда же. Тарья перестала сверлить Туомаса взглядом и сняла парик, аккуратно удерживая длинные светлые волосы в руках, чтобы потом не расчёсывать это полдня. Туомас потянулся за вином, потому что воспринимать истории Теро и вообще происходящее трезвым было сложно. — Вот и хорошо, — довольно кивнул Теро и продолжил свой рассказ.       В общем, астероид разбился о планету, улететь было не на чем, поговорить тоже не с кем, потому что никакие из тогдашних живых организмов разговаривать не умели. Оставалось только бродить, пытаться найти Стивена, наблюдать за изменениями в планете и ждать, пока местные жители эволюционируют до пивоварения или хотя бы до речи. Разговаривал сам с собой, с воображаемым Стивеном или со всеми этими существами, пусть они и не понимали меня. Но были и плюсы: наше появление изменило полностью жизнь на этой планете! Вы когда-нибудь наблюдали, как целые виды вымирают и появляются другие? Я вот да!       А потом, когда все начинали перебираться жить на сушу, произошло кое-что из ряда вон выходящее. Я шёл вдоль берега океана, глядя на выбирающуюся из воды стаю амфибий, и обнаружил нечто. — Наташа, ну еб твою мать, ну вот куда ты лезешь? — материлось на чистом космическом нечто человекоподобное и бородатое, сидя на корточках у берега. — Оно тебе не надо, поверь мне, у нас тоже однажды все повылазили, и где мы теперь? Не лезь, ну блять, ну нахуя оно тебе надо, серьёзно? Ну их хотя бы за собой не тащи, пиздец, Наташа-а… — нечто махнуло рукой на игнорирующих его амфибий, поднялось и направилось куда-то подальше от воды, но начало проваливаться в зыбучие пески, матеря при этом эволюцию. Не веря своему счастью, я какое-то время стоял и смотрел, а потом до меня дошло, и я вытащил его. Хотя скорее раскопал. Так что не просто так ты его, Холопайнен, ископаемым называешь.       Нечто человекоподобное, как вы могли догадаться, звали Марко, ну, он в представлении не нуждается. Оставшееся время до появления цивилизации мы провели вместе, шатаясь по планете — наконец-то можно было с кем-то поговорить и услышать связную речь! Ну и узнать, что произошло в мире за всё это время. Потом наши пути разошлись, но к этому моменту произошло кое-что ещё лучше: разумная жизнь доросла до изобретения пива! Как я был счастлив, когда спустя шестьдесят с лишним миллионов лет впервые попробовал кашеобразное, мерзкое, но пиво! А чтобы оно побыстрее стало более похожим на нормальное пиво, пришлось приложить к этому руку — где бы Земля была без меня… С Марко мы пересекались ненадолго пару раз, например, в Скандинавии в девятьсот каком-то там году, но об этом я лучше умолчу. — Вот и молчи.        Тот первый концерт в девяносто восьмом, когда вы играли у Тарот на разогреве, я пропустил, кажется, потому что… ну, об этом я тоже промолчу. Вообще я Тарот хоть и знал и голос вокалиста казался смутно знакомым, но я никогда их не видел и особо не интересовался — да, странно. С Синерджи была та же ситуация, и перед совместным с ними туром в две тысячи первом я даже не поспрашивал, кто есть кто, потому что забыл. Поэтому представьте ситуацию: я проверяю провода, чтобы они не откинулись во время концерта, на меня кто-то налетает, я уже собираюсь повернуться и наехать… — Ты?! — одновременно спросили мы. — Подожди, это ты тот чувак, который сюда с борщевиком прилетел? — уточнил Марко, глядя на меня с открытым ртом. — А это ты тот чувак, который отговаривал всех эволюционировать, ну… — не найдя слов, я помахал рукой где-то в районе подбородка, а потом обратил внимание на его бороду и кивнул. — Ты. Что ты тут делаешь? — Работаю. Я в Синерджи играю. В тур сейчас едем, — объяснил Марко. — А ты? — И я работаю. Техник у Найтвиш. Это мы сейчас, получается, вместе в тур поедем? — я почесал затылок. — Да. На пять недель, — кивнул Марко. — Охуеть. — Охуеть, — согласился я. — В первый совместный с Найтвиш концерт я держал Туо волосы, пока он блевал китайской едой в туалете клуба, а во второй встретил вот его. Интересное было первое впечатление, в общем, — поделился Марко.       Если мы за несколько миллионов лет среди целого нихуя не устали друг от друга, то спустя тысячи лет в цивилизации, где что-то вечно происходит, мы всё никак не могли наговориться. Но это происходило в перерывах между тем, как то же самое делали Марко с Туо. Не знаю, конечно, как его потом взяли в группу, но помимо заебавшего весь автобус Марко в том туре случилось ещё кое-что. Мы остановились в каком-то поле, я отошёл посрать и очень неудачно сел — прямо на какое-то твёрдое растение. — Смотри, куда садишься! — возмутился чей-то голос, и пока я пытался понять, кто со мной говорит, наебнулся в кусты. Даже не наебнулся, а как будто меня утащили туда. Уже даже не охуевая от своей везучести, я поднялся и собрался возвращаться в автобус. — Да не спеши ты, а то опять буду тебя по всей планете искать. Аккуратнее надо, — проворчал тот же голос, и тут я пригляделся к тому растению. — Стивен? — больше я ничего не мог сказать. — Да, я, — подтвердил он. — Тебя я помню, можешь не представляться. — Стивен, — повторил я. — Хуивен, — в рифму ответил Стивен. — Ты где шестьдесят миллионов лет шароебился? — Шестьдесят шесть, — поправил я — начал возвращаться дар речи. — По Земле шароебился, тебя искал. А ты где был? — Занимался тем же. Пиздец, — Стивен покачал цветками. — Теро! — послышался голос сверху. — Ты там не сдох? — Иду! — я быстро объяснил Стивену, где меня можно найти, и вернулся к остальным. Про Стивена я не рассказал тогда, потому что никто так и не смог перестать ржать уже на моменте, когда я сел на него. А когда я вернулся домой в Китеэ, Стивен уже ждал меня там. Ну, а дальше вам будет неинтересно. — Кажется, теперь я понимаю, почему говорю в интервью, что не хочу с вами общаться, — в наступившей тишине заметила Тарья. — Ничего ты не понимаешь. Эх, — Теро махнул рукой и поднялся, включая свет, — пойду за пивом.              Прикрыв дверь в выделенную Тарье комнату (точнее, это была комната Флор, но она уже спала, поэтому им приходилось максимально тихо болтать), Туомас взглянул на часы. Половина пятого утра. Насколько он знал любые их вечеринки, даже когда все расходились спать, кто-то обязательно оставался и трындел до утра. Кухню, где это происходило чаще всего, он решил не проверять, но выглянул из окна в коридоре и обнаружил на улице сидящих на лавочке Марко с Теро. Оделся и вышел, но не стал сразу вмешиваться в разговор, а сначала остался в тени дома, слушая их. Точнее, слушая их молчание. — Я же говорил Стивену, что они не поверят и можно спокойно рассказывать, — нарушил тишину Теро. Марко задумчиво кивнул. — Хотя Холопайнен, мне кажется, что-то подозревает. — Подозревает! — саркастически хмыкнул Марко. — Ты вообще читал текст ЭФМБ? Думаешь, он меня ископаемым называет, потому что я старый? Трой старше меня, но ему он ничего не говорит. — Кстати о Трое, он тоже точно о чём-то догадывается. Если вообще сам с этой планеты, — добавил Теро и пихнул Марко в бок: — А давай прямо сейчас спросим! — Ага, придём, разбудим его в полпятого и такие «а ты не инопланетянин случайно?» — Марко заржал. — Нет, он вроде спать собирался, хотя кто его знает. На кухне вроде кто-то был. — На кухне Юкка с Эрно ещё с часу ночи торчат, — объяснил Теро. — Вообще непонятно, что они там столько времени делают, может, сосутся, Анетт звонят или там в нарды играют. Я хотел туда зайти ещё пива взять и трубочек поискать, но Холопайнен меня за жопу утащил обратно и не пустил. Прямо как в ужастиках. Он, кстати, тоже как минимум час назад сидел с Тарьей. Может, и сейчас сидит там. — А может, стоит сейчас за нами и подслушивает? — Марко обернулся, смеясь. — В смы… еб твою мать! — Теро дёрнулся, неожиданно заметив также смеющегося Туомаса. — Да, реально стоит. Туо, ну чего ты как не родной, проходи, садись, рассказывай, как ты на ЭФМБ вдохновился. Сам додумался или Докинз подсказал? — Ничего от вас не скроешь, даже себя, — покачал головой Туомас, садясь между ними. — Сам додумался, пока вы тогда в туре Имаджинариума на балконе нашего с Марко номера трындели и забыли закрыть дверь. Я столько тогда наслушался… Ну, а потом Трой подсказал, он же с Докинзом на самом деле давно знаком, ещё дольше, чем с нами… — Чего? И Докинз тоже не местный? — Теро округлил глаза. — Да нет, за него я не знаю, но они вроде как уже на Земле познакомились, мне Трой как-то рассказал эту историю после того, как попал мне в глаз ручкой от вилки, — Холопайнен потянулся, облокачиваясь руками о спинку лавочки и приобнимая Марко за плечи. — Дело было в Советском Союзе…