A thousand years

То, что он говорит, кажется сущим бредом. Приютить безродную девчонку. Взять ее себе под опеку. Стать для нее своего рода «папой». Это такая глупость. И откуда взялась эта сумасбродная мысль? Зачем ему этот ребёнок? Он думает: будет к кому возвращаться. Он думает: она ему нужна, потому что это удобно. Она не вызывает в нем ничего, кроме сожаления. Но от одной ослепительной улыбки, нежного лика, он пылает. Локи себя не понимает. А она с каждой зимой становится старше.