Молчание.

      Кирилл отключается и я сама не заметила, как ускорила шаг. Мы добрались до дома за 10 минут и сразу позвонили в домофон. Люба ответила и открыла нам дверь. И только стоя в лифте, я поняла, что Ульяна не знает о том, к кому мы сейчас идём. Блять… Видимо пиво отменяется, потому что она будет с Кириллом. Вот что за напасть?!       Мы заходим в квартиру и я сразу же вижу Кирилла, который выносится из кухни в каких-то модных шмотках. Но видимо первой его увидела Ульяна, которая начала неистово громко что-то шептать брату на ухо.       — У меня отваливаются ноги, — говорит Денис. — А нам ещё домой идти.       — Останетесь, что вам мешает. Ульяна точно будет не против, — говорю я, смотря на разволнованную девушку. Денис смеётся.       — Неужели я тебя увидел, — Кирилл целует меня в губы. — Клянусь, я чуть не вырубился пока ждал тебя.       Я быстро снимаю кеды с себя и, хватая Кирилла за руку, тяну его на кухню.       — Короче! С нами пришла сестра Дениса — Ульяна. Она тебя очень любит поэтому! Прошу тебя, не груби ей. Хотя бы чуть-чуть продержись.       — Что за неспланированная фан встреча? — хмурится Кирилл, смотря в мои глаза.       — Пожалуйста, — целую Кирилла. — Ради меня.       — Хорошо, — вздыхает Тимошенко. — Но если она сама не станет ничего говорить, то я тоже ей нихуя не скажу.       — Ладно, — киваю я.       — Пошли ко всем, — вздыхает Тимошенко, хозяйски хватая меня за руку.       Мы пришли в зал, где все это проходило. Камера на штативе, перед которой красовался белый фон похожий на простынь. Люба показывала Денису камеру, а Ульяна, увидев нас с Кириллом, начала пялиться.       — Как Люба? — спрашиваю я.       — Хочет от меня того, чтобы я работал максимальнее максимального. Я будто модель тут стоять два часа позировать, — раздражённо бурчит Кирилл.       — Моделька моя, — целую Кирилла в щеку. — Это наверное круто — получать деньги чисто за то, что ты куда-то пришел. Мне бы так.       — Ты про интервью что-ли?       — Да, — киваю я. — Это же заебись. Получаешь бабки чисто за то, что пришел и сказал «привет».       — Ты мне должна уже около миллиона баксов, — усмехается Кирилл. — Ну или можно расплатиться хорошим сексом.       — Можно прямо здесь, — пожимаю я плечами. — Ульяна готова сожрать тебя своим взглядом.       — Я так мельком посматриваю. Она довольно милая.       — Ей 17, извращенец, — смеюсь я.       — А причем тут это? — ржёт Кирилл. — Трахнуть я хочу только тебя. Не переживай.       — А как же Дениска?       — Дениска? — усмехается Кирилл. — Дениска пойдет в пень.       — Пень? — смеюсь я. — А кто у нас пень?       — Мы пеньки, забыла? — усмехается Кирилл. — Чуешь разницу между пнем и пеньком?       — Нет, — улыбаюсь я.       — Говна пакет! Чё нет?! Разница очевидная. Вообщем! Ты меня поняла?       — Да, — утешительно киваю я, а Кирилл кладет свою руку на мое талию и пододвигает к себе. — А зачем мы здесь сидим?       — Люба хотела нас всех накормить, — улыбается Кирилл. — Ты хочешь есть?       — Немного, — я кладу свою голову на плечо Тимошенко.       — Хочешь мерч покажу? — Кирилл встрепенулся, и недождавшись ответа, понесся к пакетам. — Чекай, — Тимошенко показал мне футболку с красивым принтом. — Как тебе?       — Очень круто, — киваю я, а Кирилл толкает мне ее.       — Носи, — улыбается Кирилл, садясь обратно. Плюс одна футболка в мой гардероб. Такое чувство, что я фанатка Пошлой Молли, раз имею весь их мерч.       — Спасибо, — киваю я.       Я решаюсь подойти к одинокой Ульяне.       — Ты чё сидишь? — спрашиваю я.       — Даже не знаю, — вскидывает руки девушка. — Напротив меня сидит Кирилл Бледный, черт возьми. Я не могу пошевелиться.       — А ты мне не верила, — пожимаю плечами я.       — Но ты же сказала, что вообще ни с кем не встречаешься, — хмурится Ульяна.       — Хочешь познакомлю? — спрашиваю я, а девушка вылупилась на меня так, будто я ей тройничек предложила.       — Я опозорюсь, — бурчит Ульяна.       — Я тебя уговаривать не стану, — хмурюсь я.       — Ладно! — девушка вздыхает. — Пошли!       — Так сразу? — я встаю.       Ульяна плетется за мной, а Кирилл, сидя на диване, пялится на меня.       — Кирилл, это Ульяна. Она…       — Я знаю все твои песни и слушаю тебя ещё с первого альбома, — тороторит Ульяна, перебивая меня. — А ещё я была на концертах в Москве, два раза в Питере, а ещё в Харькове, — я оглядываюсь на девушку. Она покраснела.       — Очень приятно, — Кирилл пожимает руку смятенной девушке. Она видимо ничего не понимает.       — Я слегка… волнуюсь, — садится рядом с Кириллом Ульяна, а я сажусь рядом с девушкой. Кирилл молчит. Чё он молчит, черт возьми?! — Почему ты не любишь своих фанатов?       — Ну… — хмурится Кирилл. Да… Лучше бы она продолжила волноваться, а не задавать такие вопросы… — Я их люблю, — коротко отвечает Кирилл.       — А истории про то, что мы должны утопиться в пруду, должны слушать инвалидов, потому что не разбираемся в музыке?       — Я не про всех говорил, — откидывается на спинку Кирилл.       — А ты не можешь… задавать вопросы получше, — шепчу я.       — Нет. Ты не думай, просто многих это задело. Прости, — тороторит Ульяна.       Потом диалог начался про то, какую Кирилл слушает музыку и когда у него альбом. Все стало более чем нормально и я уже вовсе перестала слушать, а просто смотрела в окно.       Тут видимо Денис закончил общение с Любой и сел ко мне.       — Ты их познакомила всё-таки, — усмехается парень. — Что она уже успела спизднуть?       — К счастью ничего, видишь какой Кирилл весёлый, — говорю я, посмотрев на хмурого Кирилла. Он перевел на нас взгляд и я улыбнулась ему. Он нервно перевел взгляд на Ульяну.       — Он часто такой?       — Да, — киваю я. — Проще посчетать дни, когда он весёлый, чем вот такие.       — Ну как тебе камера? — Люба садится к Денису. Ну вот… Последнего собеседника отобрали…       — Крутая, но очень дорогая. Мне не по карману.       — У тебя когда день рождения?       — В июне, — бурчит парень.       — Теперь я знаю, что тебе подарить, — смеётся Люба.       Теперь Денис с Любой спорили из-за подарка, а я сидела в одиночестве, слушая из одного уха Ульяну, а из другого Любу.

Страшнее нету одиночества, Чем одиночество в толпе, Когда безумно всем хохочется, А плакать хочется тебе.

М.Ю. Лермонтов.

      Сидела я так достаточно долго, до того момента, как Люба не позвала всех к столу. Кирилл встал быстрее всех, видимо ждал.       Тимошенко понесся на кухню, даже меня не подождал. Я пришла самая последняя и увидела, как Кирилл закинул ноги на соседний стул, увидев меня, он сразу их убрал.       — Спасибо, — киваю я.       — Я приготовила пасту со спагетти, — говорит Люба, накладывая всем.       — Что с настроением? — целует меня Кирилл в щеку.       — Нормально, — смотрю на Кирилла я. — Это я у тебя должна спросить, — усмехаюсь я. Между нашими лицами считанные миллиметры. Кирилл первее целует меня в губы и резко убирает голову вообще в другую сторону. Томно вздохнув, я почувствовала взгляд Любы прямо на себе. Главное не посмотреть на нее в ответ.       Я начинаю есть, пока Кирилл пялится на меня так, будто я убила его маму или что-то ещё.       — Что? — хмурюсь я, посмотрев на Тимошенко.       — Ничего, — мило улыбается Кирилл. — Расскажешь мне, как вы погуляли?       — Прямо сейчас? — хмурюсь я.       Кирилл откидывается на спинку стула.       — Да, — кивает Тимошенко.       — Ну… Мы сходили с Денисом на Камчатку и посмотрели на уличных музыкантов, — говорю я, а Кирилл медленно положил свою руку на мое колено, направляясь выше. У меня пошли мурашки по коже, но когда я замолчала, Кирилл остановился. Я снова начала говорить, чтобы Кирилл не останавливался. — Потом гуляли по Питеру.       — А в глубь заходили? — шепчет Тимошенко.       — Да, — киваю я. — Дворы тут красивые. Но солнца мало, — задыхаюсь я, когда Кирилл уже подходит к тому месту, где у меня уже приятно тянет. — Но глубь очень красивая.       — А как вы прихватили сестру Дениса? — нежно говорит Кирилл.       — У него дома были родители. И она попросилась с нами. У нее была целая куча плакатов с тобой. Ты был очень красив на них.       — Да? — усмехается Кирилл. — Ты хочешь есть?       — Уже нет, — бурчу я, не в силах сдерживая возбуждение, когда Кирилл уже положил руку на мою ширинку.       — Будем слушать Любу?       — Нет, — машу я головой.       — Дениса?       — Нет.       — Что ты хочешь?       — Тебя, — шепчу я.       — Но я же здесь. Что ты именно хочешь?       — Какой ты засранец, — выдыхаю я. — Ты сам понимаешь, чего я хочу.       — Скажи это.       — Я хочу, чтобы ты взял меня в комнате.       — Да? — улыбается Кирилл. — Ты уверена?       — Более чем, — кажется, что я кончу прямо здесь. — Пожалуйста.       — Если ты так хочешь, — усмехается Кирилл. — Спасибо, мы пойдем.       — Уже? — встаёт Люба. Сука… Я сейчас ведь могу на Кирилла прямо здесь запрыгнуть. — Тебе не понравилась паста? — спрашивает Люба.       — Нет, все нормально. Мы просто устали, — торторит Кирилл. — Всем пока.       Мы с Кириллом уносимся в нашу комнату.        Кирилл закрывает дверь, а я жду, пока мне можно его уже поцеловать. Как только он повернулась, я сразу вцепилась в его губы, положив свои руки на щеки Тимошенко.       — Это до жути некрасиво, — шепчу я в перерыве между поцелуями.       — Ты решила сказать это только сейчас? — Кирилл хватает меня за задницу, поднимая. — Меня уже не остановить.       — Я констатировала факт, — я вдыхаю запах Кирилла и снова целую его.       — Спасибо, — усмехается Тимошенко.       Парень кладет меня на твердый диван и нависает надо мной. Я рисую на его блаженном теле рисунки руками.       Снимая с меня футболку, Кирилл влюбленно смотрит на меня.       — Пожалуйста, не заставляй меня долго ждать, — бурчу я.       Кирилл кивает и вновь целует.       Вспоминаю этот взгляд Любы, которая была готова меня убить на месте и сразу становится как-то не по себе. Но вспоминая, что Кирилл здесь, рядом со мной, я сразу забываю о ней.       Тимошенко снял с себя футболку и штаны, пока я тоже снимала с себя штаны.       На меня нахлынула волна возбуждения и я приподнялась, надвигаясь на Кирилла. Кладу свои руки на парня и требовательно целую его, опуская руку на пах парня.       Снова надвигаю на Кирилла и тот наконец ложится. Садясь чуть повыше члена, я чувствую, как ему жарко и запах пота начинает одурманивать мою голову.       Спускаюсь так, чтобы член Кирилла находился прямо перед моим лицом. Мои губы опускаются на головку, проходясь по всему стволу.       Я слышу тяжёлое дыхание Кирилла и мне это постепенно начинает льстить, ведь это означает, что ему приятно. Не доходя до пика, я двигаюсь к Кириллу, целуя его. Тимошенко даёт мне презерватив и я делаю свою работу.       Сначала примеряюсь и насаживаюсь на член медленно. Делаю это до самого конца, а после начинаю двигаться быстрее.       Сверху мои тактильные ощущения возросли. Я могла трогать Кирилла везде и смотреть на него мне не составляло труда.       Особенно приятно было смотреть на его лицо, когда я сокращала мышцы и Кирилл тихо постанывал. Тихо пыталась не сделать это вместе с ним именно из-за Любы.       Хлопающие движения соприкасания, кажется, были весьма громкими, но надеюсь, что никто не будет прислушиваться.       Кирилл по-хозяйски положил свои руки на мой зад и начала направлять в более быстром темпе. Чтобы парню угодить, я чуть-ли не прыгала на его члене, а когда мы кончили, я отодвинулась подальше, потому что диван был на одного человека и пошла искать домашнюю одежду себе и Кириллу.       — Куда презерватив денем? — ржёт Тимошенко.       — Блять, — хмурюсь я. — Не знаю…       — В мусорку вообще не вариант, — бурчит Кирилл надевая футболку, которую я ему только что кинула. — Из окна?       — Из окна? — смеюсь я.       — Да я говорю серьезно! Куда его девать? — ржёт Кирилл вместе со мной. Вот такие мы тупые. А куда серьезно девать презерватив? — В окно только.       — Бережем природу, — хмурюсь я. — Это неправильно.       — Кидать презерватив использованный по середине комнаты подруги неправильно, а это правильно, — Кирилл уже несётся к окну.       — Ну разве нет других вариантов? — останавливаю его я.       — Интересно послушать. Съесть? Показать Любе? Кинуть под диван? Может сразу на второй раз? — смеется надо мной Кирилл.       — Да… Только в окно, — вздыхаю я. — А вдруг она увидит завтра, что на улице лежит презерватив?       — Действительно! Кроме нас ведь здесь никто не живёт, — продолжает смеяться Кирилл. Тимошенко выкинул и сразу закрыл окно.       Надев футболку и шорты я села на диван. — Давай я разложить его попробую, — начинает Кирилл.       Я встаю, садясь на ковер и подогнув под себя ноги. Кирилл решил проблему с диваном быстро и он с огромным грохотом в итоге разложился. Люба уже приготовила для нас постельное и я быстро его расстелила.       — Тебе завтра снова сниматься? — грустно вздыхаю я, ложась на диван.       — Нет, — Кирилл ложится со мной и кладет свою голову на мой живот. — Вроде бы нет.       — Сводишь меня куда-нибудь?       — Конечно, — протягивает Кирилл, обвивая своими руками мою талию. — Меня все мучает вопрос, — Кирилл поднимается на локтях, смотря на меня. — Что вы делали у родителей Дениса?       — Ели. У него родители столько наготовили по его приезду.       — И кем ты представилась для него?       — Подругой! — смеюсь я. — Только подругой из какой-то Москвы.       — Ладно, — хмурится Кирилл, подозрительно посмотрев на меня.       Мы с Кириллом сидели и шутили об Ульяне и ее диалогами с Кириллом, которые он отлично пересказал в подробностях. Но девушку я могу понять, потому что, встретив Джерарда Уэя, я бы не то, чтобы пойти с ним разговаривать, я бы пойти дальше не смогла…       Потом Кирилл рассказал про то, как его друг как-то словил передоз и он его спасал, а после к нам постучались. Я лениво пошла открывать и увидела на входе Любу, которая посмотрела на меня и мой внешний вид сверху вниз. Она ничего не сказала мне, а я просто ее пропустила. Она прошла и села на диван рядом с Кириллом.       — Нормально вам? Диван конечно слегка твердый, но если спать захотите, то и на камне уснете.       — Нормально, — вздыхает Кирилл.       Они начинают разговаривать, а я снова уношусь от этого одиночество среди двух человек. На кухне все ещё сидели Денис и Ульяна.       — Вы еще не спите? — спрашивает Денис.       — Нет, — я сажусь рядом с Ульяной. — Ну как тебе Кирилл?       — Он интересный собеседник, — говорит Ульяна.       — Да кого ты обманываешь? Он же всегда молчит, — усмехаюсь я.       — Зато я узнала все, что я хотела знать! Спасибо тебе, — сестра Дениса обнимает меня, упираясь своей макушкой в мою щеку.       — Мы пойдем пожалуй, — начинает Денис. — Уже ночь на дворе, а нам ещё домой идти минут 15.       — Эх, уже и ты меня бросаешь, — вздыхаю я.       — Ты не сильно из-за Любы расстраивайся. Была бы моя воля, я бы остался с тобой хоть на всю ночь, но со мной эта мелкая. Поэтому лучше попридержать коней.       — Ладно, — киваю я.       Я проводила всех и села на кухне, смотря на ночной Питер через огромное окно.       Машины ездят изредка по этой дороге, просто потому что сейчас ночь, фонари освещают каждый сантиметр, а пьяные парочки носятся по тротуару так безмятежно и влюбленно. Хочется присоединиться к этой движухе и радоваться мелочам. Но я здесь. Допиваю чай Дениса в разноцветной кухне подруги Кирилла, которая не принимает меня… Кажется, что я совсем одинокая для этого большого Питера, но мне здесь все равно нравится. Допив чай я перемыла посуду, лишь бы не идти к ним, но к моему сожалению они слишком долго разговаривали и за все это время, как меня не было, они только ещё более воодушевленно о чем-то болтали. Я взяла из куртки Кирилла сигарету и ушла на улицу посидеть на скамейке. Да, я готова даже из квартиры уйти лишь бы не находиться в этой напряжённой обстановке… Я звоню Денису и рассказываю ситуацию.       — Лер, она тебе не съест ведь! Села бы у телевизора и всё.       — Мне некомфортно, — бурчу я.       — Я считаю, что ты должна это рассказать Кириллу.       — Ни за что, — возмущаюсь я. — Ни в коем случае!       — Почему? Он хотя бы знал.       — Не надо ему знать… В конце концов не он ведь виноват в том, что у него девушка такая ебанутая.       — Ты нормальная! — выкрикивает Денис. — И вообще! Хватит себя обижать своими словами. Хочешь, я могу тебя встретить и ты переночуешь у меня?       — Кирилл не поймет, — смеюсь я. — Почему мы вообще не поехали ночевать в отеле.       — Или у меня!       — Или у тебя, — вздыхаю я. — Все против меня!       — И не говори, бедняга!       Мы говорила так до того момента, как у меня на закончилась сигарета и мне пришлось идти обратно.       — Пожелай мне удачи, — вздыхаю я, звоня в домофон.       — Если чё я всегда на связи!       — Спасибо, — быстро говорю я.       В это время домофон взяла Люба.       — Это… Лера, — говорю я.       Люба открывает и я захожу обратно. При входе меня встречает 2 пары неодобрительно смотрящих на меня глаз.       — Куда ты ушла? — хмурится Кирилл.       — Я ходила… телефон Денису отдавала. Он его оставил здесь.       — А, — протягивает Тимошенко, хватая меня за руку.       Когда мы заходим в спальню, Тимошенко сразу закрывает за собой дверь.       — Какой нахуй телефон ты ему отдавала, если он мне звонил?       — Ну может после того, как я ему отдала его?       — Че случилось? — будто не слушая меня, спросил Кирилл.       — Ничего, — вздыхаю я, ложась на кровать.       — Ты бы не стала уходить курить, — смотрит на меня Кирилл.       — Что за допрос? Я просто захотела покурить.       — А зачем про Дениса напиздела?       — Мне же нельзя курить, — начинаю отговаривать саму себя.       — Ты знаешь, что я ругаю только за постоянство в курении.       — Забыла, — пожимаю плечами.       — Слушай, — Кирилл идёт ко мне, садясь рядом. — Мы с Любой просто друзья. Очень давние друзья. Не стоит ревновать меня к ней.       — Что? Я не ревновала, — хмурюсь я.       — В чем тогда проблема? — вздыхает Кирилл.       — Ни в чем! Я ни разу не пожаловалась. С чего ты решил, что я чем-то недовольна?       — Ты уходишь от ответа, врешь, уходишь из квартиры. Абсолютно все признаки недовольства. Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.       — Зачем тебе звонил Денис?       — Чтобы сказать о том, что ты чем-то расстроена, — Кирилл заглядывает в мои глаза, но я пытаюсь увести взгляд подальше.       Денис решил не рассказывать про Любу, но решил, что может рассказать о том, что со мной нужно поговорить. Вот засранец!       — Все хорошо, — пытаюсь сказать это более мягко, но больше звучит раздражённо.       — Тебя заело что-ли?! — Кирилл резко встает с кровати и начинает ходить по квартире. — Давай я завтра попытаюсь абсолютно все сделать по работе и мы улетим пораньше.       — Что? Зачем? — хмурюсь я.       — Если тебе здесь не нравится, то это вполне естественно. Все в плане вкуса.       — Нет. Мне здесь нравится.       — В семье что-то? — не перестает маячить перед моим лицом Кирилл.       — Нет, ничего не случилось.       — Почему ты мне не хочешь рассказать? — Кирилл садится обратно. — Если хочешь, чтобы я просто выслушал — я выслушаю, если захочешь, чтобы я поддержал — я поддержу. Я не стану осуждать. Мы найдем компромисс.       — Все нормально, — целую Кирилла в губы. — Денис просто позвонил тебе, основываясь на своих предубеждениях.       — Я уже не знаю, как с тобой блять бороться, — снова встаёт с кровати. — Знаешь, я тебе рассказываю все, когда мне не особо иногда хочется, а ты? Ты молчишь.       — Когда я тебе что-то не говорила?       — Да вот сейчас! — выкрикивает Кирилл. — Накручиваешь себя на вентель своих же загонов. Каждую неделю! Каждую божию неделю ты придумаешь себе проблему. А здесь у меня волосы торчат, здесь пальцы некрасивые. Да ты ещё что-нибудь придумай!       — Причем тут мои загоны, — вздыхаю я.       — Потому что из-за них твои расстройства происходят. Отсутвие друзей — это следствие того, что ты блять молчишь! Ты боишься сказать. Чего бояться?       — Извини, что я не имею свою группу и со мной не общается большая часть людей из-за денег.       — Это не так.       — Так, — отрезаю я. — А если я сама по себе не люблю разговаривать? Почему ты хочешь от меня, чтобы я со всеми сидела любезничала, как все твои подружки? Не надо меня менять, потому что я знаю, что мое мнение никому нахуй не нужно!