Часть 1

      Сердцем Дин понимает, что всё происходящее неправильно. Отталкивать Сэма и Каса, отказываться от Джека, лгать Амаре... Всю свою жизнь он спасал людей и мечтал лишь о том, чтобы его близкие были в безопасности. Теперь же разум словно застилает пелена ярости. Ненависть к Чаку, к прошлому, к самому себе.       Дин вспоминает, как Кетч не раз называл его убийцей. Думает о Кроули, который даже не сомневался, что из старшего Винчестера получится отличный Рыцарь Ада. Та тьма, которую чувствовали они, никуда не исчезла. Дин ощущает её каждый день, в своё время именно она с такой силой питала Метку.       Он себя героем не считает, несмотря на неоднократное спасение мира. Если уж кто и герой в их семье, то только Сэм. Иронично, что Ад когда-то имел на младшего планы, учитывая, что Сэм веру не терял почти никогда, как бы паршиво всё ни было. Сам всегда верил, да ещё и Дина из болота вины и отчаяния неизменно вытаскивал.       Дин злится на себя за несдержанность. Ну вот чего стоило просто помолчать и не орать в пылу ссоры фразу про то, что Джек не член семьи? Во взгляде Сэма столько эмоций, что Дин сам себе противен. Разочарование, упрёк, непонимание. Все их идеалы, накрепко въевшиеся в подкорку, завязаны на семье, на её неизмеримой ценности. Отказываться от мальчишки, ставшего им сыном, идёт вразрез с принципами, согласно которым они жили. Конечно, Сэм не отсиживаться в Бункере остался, а упрямо искать выход. Мелкий никогда не сдаётся и это восхищает Дина. В себе сил бороться он уже не находит.       Чувство вины крепнет сильнее от осознания, что Джек всё слышал. Пацан идёт на смерть ради них, а напоследок ему сообщают, что и семьёй-то он не был. Дину хочется выругаться и напиться, особенно, когда Джек совершенно искренне говорит, что всё в порядке, мол, действительно он им никто.       Дин вспоминает, как он отказывался принимать Джека, порывался убить, хоть и знал, что у него это не выйдет. А Сэм ведь сразу к мальчишке проникся, с собой какое-то сходство нашёл, временами вообще на мамочку-наседку походит. Это уже потом сам Дин к Джеку привязался, да так, что тоже стал считать сыном.       С самим собой можно не лицемерить. Да, ради Джека он не пойдёт на перекрёсток продавать душу, Джек не Сэм. Но и никто в системе ценностей Дина место Сэма никогда не разделит и уж тем более не займёт. Сэм всегда будет стоять среди приоритетов Дина совершенно отдельно, куда выше, чем кто-либо из близких, чем сам Дин или весь дерьмовый мир. Это, тем не менее, не мешает Джеку быть семьёй. Дин никогда не забывает, что ему когда-то сказал Бобби. Семья не заканчивается на крови и не с неё начинается.       Дин знает, что Джеку хочется от него услышать слова прощения, а вместо этого он болтает какую-то чушь про свободу. Ну да, браво, мальчишка вот-вот собой пожертвует, а за это Дин его благодарит. Дин бы врезал сам себе, если бы мог.       Он не привык выражать эмоции словами. Он защищает близких, готов убить за них, и это проще, чем сказать, что чувствует. Сэм его легко читает, а Джек явно нет. Он вряд ли понимает, что в такой неуклюжей манере Дин пытается донести до него, что к чертям запутался, но уж точно прощает нефилима.       Да, свободу Дин желает отчаянно, главным образом, конечно, Сэму, но и себе тоже. Чтобы не думать ежедневно о спасении мира, о выживании и об охранных символах. Чтобы можно было просто куда-то выбраться вдвоём, съездить на побережье или завалиться в казино в Вегасе. Без боли и смерти, как у нормальных людей. Пусть это и эгоистично, но Дин устал. Они слишком много отдали этому миру, чересчур многим пожертвовали, после стольких потерь заново себя собирали. Дин хочет, чтобы всё уже закончилось. ***       Ненависть к себе достигает апогея, когда он наставляет пистолет на Сэма. В глазах младшего такой шок, что у Дина на миг сердце замирает. Рука едва заметно дрожит, но это не мешает Дину отточенным годами движением врезать Сэму.       Дин помнит каждый грёбанный раз, когда они ссорились. Помнит их драки, взаимные оскорбления, будь то под влиянием призраков, Сирены, демонской крови или Метки. Никогда Дину так мерзко от самого себя не было, как сейчас.       - Я пожертвую всеми, не раздумывая, лишь бы Чак сдох! - Ярость продолжает толкать его к краю, откуда уже не будет возврата. Ни для Джека, ни для них с Сэмом.       - И мной ты тоже пожертвуешь?       Тихий голос Сэма действует отрезвляюще. У Дина перехватывает дыхание, он с ужасом смотрит на брата. До чего он дошёл, если Сэм такой вопрос всерьёз задаёт?       - Всю жизнь ты защищал меня. От нашего отца, от Люцифера, от всего... Мне это порой не нравилось, но это единственное, на что я мог всегда рассчитывать. Единственное, во что я всегда верил.       Безопасность. Дом, которого у них никогда не было. Готовность пожертвовать всем. Вера друг в друга вопреки всем обстоятельствам.       То, на чём построена их жизнь.        Единственное, во что они всегда могли верить, - только друг в друга.       - Пожалуйста, опусти пистолет. Дин, мы найдём другой путь, ты и я. Мы ведь всегда его находим...       У Дина в глазах слёзы, как и у Сэма. Он смотрит на пистолет в своих руках почти с ужасом, от понимания, что едва не разрушил самое важное для себя в целом мире. Доверие брата. ***       У них больше нет союзников: Амара, узнав о предательстве теперь тоже на стороне Чака, а Билли после сорванного ими плана желает лишь убить тех, кто постоянно мешает.       Билли грозит им скорой расправой и забирает Джека куда-то с собой. Кас, схватив ключ от Библиотеки Смерти, отправляется следом.       Лишь оставшись вдвоём с Сэмом, Дин в полной мере осознаёт, куда их завела его слепая ярость и нежелание слушать брата.       На этот раз он даже не мог винить кого-то из сверхъестественных ублюдков, которые вечно портили им жизнь. Сейчас главным мудаком в их истории был именно он.       Вместо того, чтобы лгать Амаре, они могли бы уговорить её помочь им по-настоящему. Какого чёрта он пошёл на поводу у Билли, с каких пор он беспрекословно исполняет приказы всемогущих гадов? Разве избавиться от чьего-либо влияния и обрести свободу не было как раз тем, за что они с Сэмом боролись?       Из-за него Джек и Кас непонятно где, неизвестно, живы ли ещё, а мир на грани уничтожения.       - Мы справимся.       Дин поднимает усталый взгляд на Сэма. В глазах брата - сожаление, грусть, привычное тепло. Там больше нет боли и разочарования.       - Подумаешь, спасти мир, обычное дело, - усмехается Дин в ответ.       Ему и Сэму слова не нужны. Они на уровне подсознания читают друг друга. Дин просит прощения, а Сэм прощает, не позволяя обидам и непониманию встать между ними.       - Ты и я, - кивает Сэм, сжимая его плечо в безмолвной поддержке. - Как и всегда.