2.

      В этот день Гермиона впервые использовала магию на работе в магловском офисе, так как, во-первых, сегодня не было её коллеги по кабинету, а во-вторых, девушке явно было не до работы. Документы сами сортировались, ксерокс делал копии документов, которые тут же складывались в папки и перемещались на нужные полки. А сама работница офиса смотрела в окно и прокручивала в голове эти полгода.       В пять вечера Гермиона остановила бурную работу в кабинете и, взяв сумку, впервые пошла пешком домой, а это не много, не мало, минут сорок. Домой не хотелось, потому что она точно знала, что там её ждёт ОН… Как смешно! Эти полгода, как Драко появился в её жизни, она бежала с работы домой, потому что там был ОН, потому что её там ждали, там было спокойно и хорошо. Но не сегодня…       Ведь Гермиона прекрасно понимала, что сегодня всё закончится… Для неё точно… Да кого она обманывает, только от этой мысли её сгибало пополам от боли и чувства приближающегося одиночества. Она так привыкла, что у неё есть Драко, что даже не задумывалась о том, что он может быть и чьим-то Драко. Уже год Гермиона не читала волшебную прессу, не интересовалась магическим миром, и крайне редко бывала в гостях у друзей магов. Чаще всего друзья заваливали к ней, и они вместе веселились, так всем было проще.       Поднявшись на восемнадцатый этаж, она очень долго открывала дверь своим ключом.       «Чёрт, у Драко тоже есть ключ от моей квартиры! Что теперь делать?»       В квартире как всегда пахло Драко, когда он оставался у неё. Девушка втянула носом слабый аромат мужского парфюма, чего-то мясного (видимо Драко как всегда заказал ужин из ресторана) и любимыми ароматизированными свечами Гермионы.       — Малыш, что-то случилось? — вышел из спальни Драко, и на лице читалось волнение, или он настолько прекрасный актёр, что может сыграть любое выражение лица,— Я звонил тебе, но твой телефон отключён.       — Случилось, — сквозь зубы сказала Гермиона и, бросив сумку на трюмо, прошла к дивану и села.       — О, у нас серьёзные проблемы, как я посмотрю, — улыбнулся он и присел возле девушки, чтобы обнять её.       — Нет! — крикнула Гермиона и пересела на кресло.       — Да что случилось? — сразу стал серьёзным Драко.       — Ты женат? — вот так сразу в лоб, как пластырь с раны, чтобы точно знать наверняка. Хватит этих иллюзий! Уже достаточно наигралась в выдуманные отношения.       — Да, — спокойно сказал Драко и даже не отрицал.       — Как давно?       — Через месяц будет годовщина, — глаза Драко бегали по лицу девушки, ища хоть какие-то подсказки, но он ничего не мог прочесть на её лице. Да и она в этот момент не знала, что чувствует, и что с этим делать.       — Не хочешь спросить, откуда я знаю? — попробовала улыбнуться Гермиона, но пришлось сильно сжать губы, чтобы не начать рыдать, а так боль от сжатых губ сдерживала слёзы.       — Ну, рано или поздно ты должна была узнать…       — Рано или поздно… Ты серьёзно? — нет, предательские слёзы всё же побежали по щекам. — Почему ты сам мне не рассказал?       — Я каждый раз собирался, но… Я трус. Я боялся тебя потерять! — Драко нервно растрепал волосы и хотел подойти к девушке.       — Нет, не надо, не прикасайся! — Гермиона чётко осознавала, что она, чёрт возьми, любила его. Любила так сильно, что могла сейчас бросить всё, и Мееерлин, даже согласиться на роль любовницы, но пока в ней ещё тлели остатки трезвого ума и собственной гордости нужно было довести этот разговор до логического конца.       — Если ты так боялся меня потерять, то почему не подал на развод? — каждое слово Гермиона чётко выговаривала, сдерживая рыдания.       — Она обманула меня… Астория сказала, что беременная и я… Я не мог бросить её с моим ребёнком…       Гермиона прижала сжатый кулак к губам и смотрела на Драко. Его глаза были такие напуганные, такие родные и теплые… Может, бросить гордость под ноги, плюнуть на мнение окружающих и обнять его, забыться в его объятьях и его поцелуях… Было одно «но», Гермиона не могла так сделать. Пока не могла, нужно задать ещё несколько вопросов. Девушку начала пробивать мелкая дрожь, словно она в холодильник залезла, а ещё желудок сильно сжался, и было сильное ощущение, что её вот-вот вырвет.       — Почему ты сказал, что она обманула тебя?       — Она не была беременна, это подтвердило УЗИ.       — Ты… Ты спал со мной и спал с ней… Мне даже противно об этом думать! — от этой мысли и от картинок в ее голове, как Драко трахает другую женщину, чувство тошноты усилилось.       — Я не спал с ней…       — Малфой, я думаю врать уже поздно… — Гермиона всё-таки смогла улыбнуться его словам. — Ты хочешь сказать, что почти год не спал со своей законной женой?       — Нет, я хочу сказать, что не спал с ней последние полгода, — ответил он и посмотрел на Гермиону глазами дворового щенка. Ага, Малфой и дворовой щенок, очередная игра на публику, только зачем?       — Бред, боже, какой бред ты несёшь! — встала с кресла Гермиона и пошла к окну. — Ты женился на одной, не знаю почему, но ты выбрал её в законные жены. Потом встретил меня и решил, что будет неплохо иногда ради развлечения трахаться с другой. Ну, такой себе запасной вариант, если у Астории месячные, нет настроения, можно трахать дурочку Грейнджер…       — Ты сама знаешь, что в жизни бывают такие моменты, когда на всё плевать, когда всё равно сдохнешь в эту минуту или согласишься с матерью и женишься! — он тоже встал с дивана, но, увидев панику в глазах Гермионы, остановился в нескольких шагах от неё. — Отца отправили в Азкабан, мать просидела в Азкабане полгода, пока шли судовые заседания, я провёл там чуть больше года. Когда мы с матерью вернулись в Мэнор, там было пусто, почти всё конфисковали, основные счета в банках были заморожены или арестованы. Нищие Малфои — это звучит очень смешно…       Мы не разглашали эту ситуацию, и постарались вести более-менее нормальную жизнь. Где-то полтора года назад Нарцисса сильно заболела, нужны были деньги, большие деньги… Драко остановился на этих словах, и на его челюсти заходили желваки, он даже на несколько секунд закрыл глаза, но взяв себя в руки, продолжил:       — Я… просил деньги… и мне всюду отказывали. Салазар, как это было унизительно, когда ты, словно бродяга тянешь руку за крошкой, а тебе только смеются в лицо. Деньги согласился одолжить мистер Гринграсс, но у него было одно условие…       — Ты должен жениться… — тихо закончила вместо Драко Гермиона.       — Да, чёрт возьми! — он со злостью пнул ногой журнальный столик и тот перевернулся, отчего на пол полетели журналы, пульт от телевизора и стеклянная ваза с печеньем.       — Зачем ты обманывал меня? — устало спросила Гермиона. Ей было очень жаль Драко с одной стороны, но с другой стороны было жаль себя.       — Сначала да, ты была развлечением, глотком воздуха среди семейных ссор и конфликтов, но потом… Не знаю, что-то поменялось, — серые глаза смотрели прямо в глаза Гермионы, они словно хотели что-то сказать, но то ли Гермиона не понимала их, то ли они говорили на незнакомом языке.       — Что будет теперь? — да, это последний вопрос на сегодня. Чёрт, почему так сильно дрожат руки? Ладошки стали мокрые от холодного пота, а содержимое желудка уже чувствовалось в горле.       — Я не знаю.       — А кто знает? — крикнула Гермиона, так как терпение на сегодня кончилось, — Ты что думаешь, я скажу: «Плевать, Драко, давай оставим всё как есть!» Нет! И ещё раз нет! Ты даже не знаешь, как я себя чувствую… Я словно шлюха, грязная шлюха, которая нужна на одну ночь…       — Это не так.       — А как? — Гермиона начала судорожно втягивать воздух. — Выбери сейчас: я или она. Если это фиктивный брак, я готова ждать развода и попробовать начать сначала…       — Я не могу… Мне нужно подумать…       — Прекрасно! Как всегда выбрали не меня!       — Ты ничего не понимаешь! — повысил голос Драко.       — Мне плевать на всё: просто сделай этот чёртов выбор сейчас! Ты же говоришь, что не любишь её, тогда в чём проблема… — Гермиона сама замолчала от той мысли, которая пришла в голову. — Ты не любишь меня? Вот в чём проблема. Всё так просто, только я… я надеялась… я верила, что ты… но ты не любишь…       Гермиона прикрыла рот рукой и бросилась в туалет. Её вырвало в унитаз и даже, когда уже, кажется, не было чем, её тошнило жёлчью.       — Гермиона, что с тобой? — стоял возле дверей Малфой.       Девушка вытерла лицо рукой, прополоскала рот и в этот момент всё решила.       Она вышла из туалета и даже не посмотрела в сторону парня. Гермиона зашла в спальню и, призвав с помощью палочки сумку, начала собирать вещи Драко.       — Что ты делаешь? — зашёл он следом за ней.       — Разве не видно?       — Ты меня выгоняешь?       — Нужно было сделать это ещё в тот первый вечер! Ошибка, которая растянулась на полгода, но сейчас я это исправлю.       — Остановись, я не хочу уходить!       — Я? Мне плевать, что ты хочешь, а что не хочешь! Ты всегда думаешь только о себе! — застегнув сумку, Гермиона бросила её в лицо парня, но он сумел поймать её в полёте.       — А вот теперь —  пошёл вон из моей квартиры и моей жизни! — она не кричала, просто не было сил, эти слова она проговорила тихо, с таким надрывом, что слёзы снова брызнули из глаз.       — И что, это конец?       — У нас не было и начала! — всё-таки она перешла на крик. Да как он не понимает, на лжи отношения нельзя построить.        — Гермиона, не делай этого… — он сказал эти слова с мольбой, и теперь Гермионе это не показалось, но она не могла! Не могла! Оставить всё как есть, только не теперь.       — Я или она? — шепотом снова спросила девушка, давая им последний шанс.       Он ничего не сказал, только с такой грустью посмотрел на неё, что физически стало больно. Вот она сама своими же руками всё разрушила… Стоит только сказать одно слово, и он будет снова её. Он обнимет её, и она будет плакать, а он как всегда найдёт те слова, чтобы её успокоить; она сможет уснуть не в пустой постели, а в его теплых и таких родных объятьях. Но Гермиона ничего не скажет, она даже обернулась к окну и ждала, пока не услышала стук входной двери.        А потом, еле переставляя ноги, закрыла ту самую входную дверь и сползла по стенке. Она рыдала и выла как дикий зверь, стучала кулаками об стенку и только когда полностью обессилила, скрутилась калачиком на диване в гостиной и провалилась в тяжелый сон.       Очередное пустое утро… Ну что ж, нужно привыкать, теперь это станет нормой… Одиночество уже тихо поселилось в квартире и постепенно начало разкладывать свои вещи.       Три дня были каким-то одним смазанным куском времени. На четвертый день вроде стало немного легче.       Гермиона оделась и вышла из дома. И тут началось что-то странное. У вас так бывало, что какое-то событие, перевернувшее всё с ног на голову, оголяет все ощущения? Ведь люди всегда говорили, светофор светил, а коллега по кабинету слушал эти дурацкие старые песни, но только не сегодня.       А реклама точно висела до сегодняшнего дня та самая или её за ночь специально переклеили? По дороге на работу все бигборды просто сводили с ума своими лозунгами: «Почувствуй семейный комфорт», «Открой свои чувства с…», «Всё ради наших детей». Следующие бигборды были про счастливую семью с детьми, которые хвастались своим новым домом. Ещё на одном - парень, стоя на колене, делал предложение кольцом от известной ювелирной компании. Добила реклама свадебного салона, которая гласила: «Не упусти свой шанс!»       «Пошли на хер! Свой шанс я уже упустила, точнее сама упаковала вещи и выгнала вон…».       Добравшись до офиса, Гермиона уже едва сдерживалась, глаза были на мокром месте. Зайдя в кабинет, девушка поздоровалась с мистером Розенбергом. С ним Гермиона работала уже почти два года. Это был очень жизнерадостный мужчина лет пятидесяти, который любил слушать старые песни из переносного магловского радиоприёмника.       Гермиона села за свой стол и начала махать на себя папкой, чтобы высушить слезы и не испортить макияж, который скрывал синяки под глазами и усталый вид.       Из приёмника мистера Розенберга зазвучала новая композиция в стиле 80-х, похожая на диско. https://sefon.pro/mp3/130137-marina-zhuravleva-na-serdtse-rana-u-menya/       Гермиона прислушалась к словам, и если бы не знала, что коллега по кабинету магл, то точно бы подумала, что он легилимент. Каждая строчка была про неё. От чего девушка просто разрыдалась.       — Ну, вот что случилось? — забеспокоился мужчина.       — Песня очень красивая…       — Наконец-то вы по достоинству оценили музыкальные шедевры моей молодости, — заулыбался мужчина.       — А что это за песня?       Да, определённо Грейнджер мазохистка. После работы она нашла диск с этой песней и, сев на полу возле камина, прокручивала её снова и снова. Гермиона рыдала и анализировала свои отношения с Малфоем. Как ты ворвался в мою жизнь сама не знаю, Сама себя порой никак не понимаю.       Они с Драко были врагами, и как могла одна ночь пьяного секса всё так поменять? Да, она не понимала себя. Сама приняла взвешенное решение, а теперь страдает и мучается. Кружился ветром ты шальным и ненадежным, Но разлюбить тебя теперь уж не возможно.       Да, эти отношения закрутились так быстро, и были как шальной ветер, от которого то бросало в жар, то в холод, но это было настолько приятно, что ты, расставив руки, сама шла на встречу этому ветру. Гермиона понимала и то, что легко сказать: «Пошел вон из квартиры и жизни…», но нельзя так просто выбросить человека из своего сердца. Глаза красивые твои полны обмана, В твоих словах столько влекущего дурмана,       Он осознанно обманывал… Смотрел в глаза, шептал, что она необыкновенная, единственная и неповторимая, а потом ложился спать с Асторией… Он сказал, что не… не трахался с женой. А можно ли верить этим словам? Тогда и сейчас Гермионе очень хотелось верить, и она верила … Плетешь любовные ты сети так умело, Приворожил меня — уйти я не сумела.       Приворожил… А как это назвать? Она реально по нему сходит с ума. Он снится ей каждую ночь, и она… оставила себе его рубашку, которая пахнет Драко. Она спит с этой рубашкой в обнимку. Это точно ненормально. На сердце рана у меня, Твоя любовь: полынь трава, Твои слова, твои слова… Ах, как кружится голова!       Да, от его слов и поцелуев кружилась голова. Гермиона так была счастлива в придуманном мире, что ничего не замечала. А когда узнала, то словно выпила отвар полыни… Тебя я видеть верным преданным хотела, Но как же сразу я тебя не разглядела? Ты ослепил меня как солнце — так внезапно, Я для тебя всего была игрой азартной.       Да, не рассмотрела обмана, лжи и игры. Он просто играл, делал ставки на то, сколько сможет обманывать, а она как мотылек летела на огонь, потому что верила, он тот единственный…       Успокоилась Гермиона только когда слёзы закончились. Уже было поздно — часов десять вечера, но девушка решила пойти в гости.       Она быстро умылась, набросила на плечи кофту и переместилась через камин.       Утренний номер «Ежедневного пророка» побил все рекорды по продажам.       «Гермиона Грейнджер беременная? Или рожать внебрачных детей уже не позорно?»