Часть 8

Глава 8.

Гермиона была крайне раздражена. Даже чтение, её любимое занятие, не могло успокоить её. Гарри, наблюдая за ней, едва сдерживал смех. Наконец, он решил нарушить молчание: — Мне кажется, тебе не стоит так переживать. В конце концов, учебная программа во всех факультетах практически одинаковая. Разделение на факультеты существует лишь для того, чтобы у вас было чувство принадлежности. Если хочешь знать моё мнение, разница только в стиле оформления. И потом, Гермиона, если тебя распределят в Гриффиндор, ты всегда сможешь сама ходить в гостиную Когтеврана. Там нужно всего лишь ответить на вопрос статуи орла, и тебя впустят. Гермиона посмотрела на него с недоверием: — Правда? Откуда ты знаешь? Гарри слегка запнулся и уклончиво ответил: — Мне кое-кто рассказал. — А на какой факультет хочешь попасть ты, Гарри? — спросила Гермиона, видя, что он не хочет развивать эту тему. Гарри поджал губы и невольно потрогал повязку на лбу, под которой скрывался шрам. — Я хочу в Гриффиндор! — твёрдо заявил он. Его желание совпадало с желанием Невилла. Его родители тоже учились в Гриффиндоре, и он хотел увидеть факультет, где они провели свои школьные годы. В прошлый раз, во время первого поступления, он думал точно так же. Но стоило Распределяющей шляпе коснуться его волос, как она, не дав ему и слова сказать, громко выкрикнула: «Слизерин!». Вспомнив об этом, Гарри снова потрогал скрытый под повязкой шрам и задумался, как бы временно заблокировать его влияние. Насколько он знал, Окклюменция могла бы надёжно защитить его разум от внешнего воздействия. Но он ей не владел! Найти волшебника, искушённого в Окклюменции, было непросто, не говоря уже о том, чтобы взять у него уроки. Несмотря на то, что Гарри не раз пробирался в Запретную секцию библиотеки в поисках информации, он освоил лишь самые азы и мог разве что почувствовать, пытается ли кто-то проникнуть в его мысли. Раз этот способ не годился, оставалось лишь надеяться, что в Хогвартсе он сможет привлечь достаточно энергии Древней магии. Много и не нужно, лишь бы хватило, чтобы покрыть шрам и помешать Распределяющей шляпе почувствовать его влияние. Друзья ещё немного поговорили о факультетах, а затем, взяв в руки книги, погрузились в чтение. Стук колёс поезда стал фоном их путешествия. Вскоре наступили полдень. Увлечённые чтением, ребята не заметили, как летит время, пока не раздался стук в дверь купе. Книга в руках Невилла чуть не выпала. Он успел ухватить её за уголок, не давая упасть на пол, и вопросительно посмотрел на Гарри и Гермиону, спрашивая без слов, открывать ли дверь. Гарри закрыл книгу, встал и открыл дверь. На пороге стояла улыбающаяся женщина с ямочками на щеках, толкая перед собой тележку, доверху нагруженную всевозможными сладостями. — Дорогуши, не хотите ли чего-нибудь купить? Живот Гарри в этот момент громко заурчал. С завтрака прошло уже четыре часа, и он изрядно проголодался. — Конечно, хотим! — ответил он. Гарри оглядел содержимое тележки и принялся выбирать. Он взял пять шоколадных лягушек, несколько пирожных в форме котлов, отыскал внизу тележки пару бутылочек холодного сока и, ещё раз окинув взглядом тележку, наконец, остановился. Расплатившись шестью сиклями, Гарри отошёл в сторону, предлагая своим спутникам сделать свой выбор. Невилл долго колебался, прежде чем взять пакетик Берти Боттс с разными вкусами и несколько тыквенных пирожков. Гермиона же не взяла ничего. Когда тележка отъехала, Гарри разложил купленные сладости на столе: — Угощайтесь! Всё равно я один столько не съем. Мне редко выпадает возможность поделиться едой с друзьями, так что позвольте мне исполнить это маленькое желание! Невилл тут же улыбнулся, положил свои покупки на стол и достал из кармана горсть ирисок, добавив их к общей куче: — Я тоже! Гермиона с сомнением смотрела на гору сладостей. Одни только сладости! Её родители были дантистами, и с детства она насмотрелась на страдания пациентов с зубной болью и на ужасный вид испорченных зубов, поэтому к сладкому относилась без особого энтузиазма. Впрочем, она пришла подготовленной. Из своей сумочки Гермиона достала контейнер с несладкими галетами и целую коробку сэндвичей с говядиной и цельнозерновым хлебом. Хотя после целого утра в дороге сэндвичи выглядели не слишком аппетитно, Гарри невольно сглотнул. Ему тоже казалось, что слишком много сладкого, но на тележке он не нашёл ничего более съестного. Друзья обменялись частью своих припасов. Невилл с энтузиазмом рассказывал Гермионе о волшебных сладостях, убеждая её попробовать хотя бы что-нибудь. Гарри тем временем осторожно выбирал драже Берти Боттс, надеясь избежать неприятных сюрпризов. Наконец, насытившись и утолив жажду, все трое почувствовали приближение дремоты. — Нам, наверное, пора переодеваться в школьную форму? — вдруг спохватилась Гермиона. Гарри взглянул на свет за окном и, взмахнув палочкой, вызвал часы. Было уже почти два часа дня. — Думаю, да. Мы приедем около пяти, так что лучше переодеться заранее, чтобы потом не суетиться, — согласился Гарри с предложением Гермионы. Они коротко обсудили этот вопрос и решили, что Гермиона, как девушка, переоденется первой. Гарри и Невилл вышли из купе и, прислонившись к окну в коридоре, лениво болтали. — Вы не видели Гарри Поттера? Мой отец сказал, что он в этом году поступает. Я искал его по всему поезду, но так и не нашёл! Гарри как раз тихо разговаривал с Невиллом, когда услышал за спиной надменный голос. Он обернулся и увидел белокурого мальчика с высокомерно поднятым подбородком. В серо-голубых глазах читались напряжение и нетерпение. Позади него стояли двое рослых детишек, очевидно, выполнявших роль свиты. Этот вид почему-то напомнил Гарри книзлов, которых он когда-то держал дома, и уголки его губ невольно поползли вверх. — Ты кто? И зачем тебе Гарри Поттер? — спросил он. Невилл лишь мельком взглянул на незнакомца и тут же спрятался за спину Гарри, нервно теребя его одежду, словно пытаясь о чём-то предупредить. — Я Малфой. Драко Малфой! А зачем мне Гарри Поттер — не твоё дело! — надменно ответил мальчик, приподняв бровь. Гарри задумался. Кажется, среди младшекурсников действительно был кто-то по фамилии Малфой, но разница в возрасте была слишком большой, и они никогда не пересекались. Он только слышал, что это наследник богатой чистокровной семьи, из поколения в поколение поступающей в Слизерин. Конечно, он твёрдо решил попасть в Гриффиндор, но это не мешало ему заводить друзей и на других факультетах. Тем более, иметь настоящего друга в Слизерине было бы весьма полезно! При этой мысли на лице Гарри появилась вежливая улыбка, и он протянул правую руку: — Здравствуйте. Разрешите представиться, я — Гарри Поттер. Драко Малфой на мгновение замер, внимательно рассматривая Гарри. Его взгляд задержался на повязке на лбу, а затем переместился на лицо. С некоторой сдержанностью он протянул руку и пожал руку Гарри: — Здравствуйте. Рад познакомиться. Я просто хотел с тобой подружиться. Можешь звать меня Драко. — Правда? Это замечательно! Мне как раз не хватает друзей. Зови меня просто Гарри, — глаза Гарри засияли от улыбки. Они легонько пожали друг другу руки и отпустили. — А почему ты в коридоре? У тебя нет купе? Может, пойдём к нам? Ах да, это Крэбб, а это Гойл. Мы знакомы с самого детства, — Драко тоже улыбнулся, явно в хорошем настроении, представляя Гарри своих спутников. Гарри кивнул обоим: — У нас есть купе. Просто даме нужно переодеться в школьную форму, а мы, как джентльмены, должны покинуть купе на это время. Вы же согласны? Драко не совсем понял. Он вырос в Малфой-мэноре, редко видя посторонних. Даже с детьми из других чистокровных семей он почти не общался. Редкие встречи происходили в основном на различных банкетах, где им приходилось держаться чинно и обмениваться заученными у взрослых светскими фразами. Он не знал, как выглядит обычное общение между людьми, но раз так сказал Гарри Поттер, значит, так и должно быть. Ведь он — Мальчик-Который-Выжил! С этой мыслью Драко согласно кивнул: — Ты прав. Но и стоять здесь всё время тоже не дело… Он не успел договорить, как дверь купе открылась. — Гарри! Невилл! Я готова! Теперь ваша очередь! — Гермиона, поправляя одежду, не заметила, что снаружи появились ещё люди. — А, позвольте представить! — воскликнул Гарри и, вытащив из-за своей спины Невилла, который уже чуть не оторвал ему одежду, продолжил: — Это мои новые друзья, которых я встретил в поезде: Невилл Лонгботтом и Гермиона Грейнджер! Драко нахмурился, глядя на Невилла. Он слышал о семье Лонгботтомов. Взрослые всегда презрительно отзывались о тех, кто из поколения в поколение поступал в Гриффиндор. Он даже слышал, что нынешний Лонгботтом чуть ли не сквиб. Но Гарри назвал его своим другом. Сжав губы, Драко кивнул Невиллу и небрежно поздоровался. Невилл что-то пробормотал в ответ и тут же замолчал, боясь снова привлечь к себе внимание Драко. Гермиона же смело протянула руку: — Здравствуйте, рада познакомиться! Драко, пытаясь вспомнить, был ли среди известных ему волшебников кто-то с фамилией Грейнджер, слегка пожал ей руку: — Драко Малфой. — Вы не родственница Гектора Грейнджера из Ассоциации Зельеваров? Внучка, может быть? — наконец, Драко выудил из памяти фамилию Грейнджер. Гермиона покачала головой: — Я не знаю такого человека. Мои родители — дантисты. Они маглы. — Так они дантисты… — Драко хотел было отделаться светской фразой. Мама учила его, что даже если он чего-то не знает, нужно делать вид, что знает, чтобы не показаться невежественным. Он успешно применял этот совет, но на полуслове вдруг понял, что имела в виду Гермиона. — Ты хочешь сказать, что твои родители — маглы? — Именно так, хотя мне не нравится это слово! — Гермиона нахмурилась, вздернула подбородок и с недовольством посмотрела на Драко. — Ты… — Драко, дрожащей рукой указывая на Гермиону, покраснел от гнева и ужаса. Видя, что дело плохо, Гарри обнял Драко за плечи и закрыл ему рот, прерывая поток оскорблений, которые тот готов был излить. Он улыбнулся Гермионе: — Гермиона, нам нужно переодеться. Не могла бы ты подождать в коридоре или пройтись по другим купе? — Он слишком хорошо знал, что могут сказать эти дети, мнящие себя чистокровными волшебниками. Они ещё даже не добрались до школы, а Гарри совсем не хотелось наживать себе врагов уже в поезде. В этом мире многое становится проще, если у тебя много друзей и мало врагов! Гермиона, взглянув на извивающегося Драко, благоразумно не стала спрашивать, что он хотел сказать. Она лишь коротко кивнула, одернула одежду и направилась к хвосту поезда. Гарри практически силой затащил Драко в купе, прихватив с собой растерянного Невилла. Схватив со стола горсть конфет, он сунул их в руки Крэббу и Гойлу, стоявшим у двери, и отправил их обратно в своё купе. Те, опустив глаза на конфеты, развернули по одной и, сияя улыбками, удалились. Драко в ярости забарабанил по столу: — Как они могли?! Из-за каких-то сладостей сразу обо мне забыли! Гарри закрыл дверь, прошел мимо Драко, взял с сиденья свою сумку, немного порылся в ней, достал школьную форму и, наконец, посмотрел на него: — Драко, ты когда-нибудь был в мире маглов? — Гарри! Зачем ты меня остановил?! Маглы же все грязные, глупые и жадные! — лицо Драко исказила гримаса отвращения и презрения. — Ты их видел? — спросил Гарри, поднимая бровь и переодеваясь. Драко, не задумываясь, ответил: — Конечно! Я… На этом он резко замолчал, плотно сжав губы. — И что ты видел? Нельзя говорить? — Гарри, вызвав иллюзорное зеркало, поправлял перед ним съехавшую повязку на лбу. Драко чувствовал себя неловко. Ему не хотелось говорить на эту тему. Увидев, что делает Гарри, его глаза загорелись, и он спросил: — Все говорят, что ты жил как принц. Это правда? А что это за заклинание? Научишь меня? Рука Гарри замерла. — Кто сказал, что я жил как принц? Это простое заклинание… Дир… Если хочешь, я научу тебя. Это совсем несложно. — Гарри хотел сказать, что директор Блэк заставлял всех учить это заклинание. Он считал, что волшебники должны всегда следить за своим внешним видом, чтобы соответствовать правилам этикета. Но откуда взялись эти правила, одному Мерлину известно. Чтобы не терять баллы, даже первокурсники могли вызвать зеркало и привести себя в порядок за минуту! — Спасибо! А то носить с собой зеркало не очень удобно. Отец, конечно, подарил мне маленький кошелек с нерастяжимым расширением, но он слишком маленький. Напишу ему в школу, пусть подарит побольше! Хочешь, попрошу два? — радостно щебетал Драко, наконец, отвечая на вопрос Гарри. — Об этом пишут в книгах и газетах. В детстве я часто читал о тебе в газетах! Все дети волшебного мира выросли на историях о тебе! Гарри развеял зеркало и повернулся к Невиллу: — Правда? Невилл нервно теребил свою школьную форму, не зная, переодеваться ли здесь. Услышав вопрос Гарри, он кивнул: — Бабушка с детства рассказывала мне истории о тебе. Он прав.