Часть 18

Глава 18.

Если поразмыслить еще, Дамблдор, скорее всего, знал обо всём! У него были свои информаторы! Глядя на настороженное выражение лица Гарри, Дамблдор лишь хотел вздохнуть: ребенок вырос, его уже не так легко обмануть! — Действительно, у меня есть некоторые... рычаги воздействия на него, — вынужден был признать Дамблдор. Гарри выглядел так, будто его подозрения подтвердились. Хоть ему и было любопытно, что это за рычаги, но видя, как профессор Снейп подчиняется словам Дамблдора, он предполагал, что они должны быть серьезными. Однако в эти старые обиды Гарри вникать не собирался. Дамблдор чувствовал некоторое раздражение, но ничего не мог с этим поделать и снова заговорил: — Что ты хочешь узнать? — Отношения профессора Снейпа с моими родителями! — немедленно ответил Гарри. — Почему тебя это интересует? — Я заметил, что профессор Снейп смотрит на меня странно. Я уверен, что вижу его впервые, но судя по его возрасту, он наверняка как-то связан с моими родителями. Возможно, у них была вражда или какое-то недоразумение. Если я узнаю об их отношениях, то смогу действовать соответственно и найти способ получить его помощь, — объяснил Гарри. Дамблдор посмотрел на него со сложным выражением лица. — Ты прав в своих предположениях. Он действительно связан с твоими родителями. Твой отец однажды спас ему жизнь, а твоя мать была его другом ещё до поступления в школу. Гарри был потрясен. — Вы не ошибаетесь?! Дамблдор ответил с полной серьезностью: — Я абсолютно уверен! — Невозможно! — категорично заявил Гарри. — Я никогда не видел, чтобы человек смотрел с ненавистью на ребенка того, кто спас ему жизнь! — У меня есть воспоминания о тех событиях! — Дамблдор выложил свой козырь. Что может быть убедительнее, чем воссоздание самих событий?! Гарри тут же начал искать подходящее место. Осмотревшись, он трансфигурировал небольшой камешек в подставку подходящей высоты, с трудом достал из своей сумки Омут памяти и поставил его сверху, после чего пристально посмотрел на Дамблдора. Дамблдор тоже воодушевился. Его воспоминания точно не могли лгать! Он действительно говорил правду! Он не ошибался! Ловко извлекая нить воспоминания и опуская её в чашу, он одновременно заставил траву и ветви деревьев разрастись, образуя простую палатку. Затем они оба погрузили головы в Омут памяти. Когда они ощутили твердую почву под ногами, то обнаружили себя в кабинете директора. Другой Дамблдор сидел за столом, изучая какие-то документы. На стене внезапно появился портрет, который закричал: — Директор Дамблдор! Один из учеников следует за мадам Помфри к Гремучей иве! Сегодня полнолуние! Дамблдор за столом немедленно поднялся и быстро направился к окну. Феникс Фоукс, словно понимая ситуацию, взлетел и сел ему на плечо. С яркой вспышкой пламени сцена переменилась. Когда они снова почувствовали землю под ногами, пейзаж изменился на опушку Запретного леса, погруженную во тьму. Гарри показалось, что он увидел самого себя! Себя, но повзрослевшего! Присмотревшись внимательнее, он понял, что это не он, а Джеймс Поттер! Его отец, выглядевший даже моложе, чем на фотографиях! Джеймс с бледным лицом мчался в направлении Гремучей ивы, умело уклоняясь от бьющих ветвей и с помощью заклинания левитации направляя палку, которой нажал на определенный узел на стволе. Гремучая ива мгновенно замерла. Дамблдор из воспоминания скрывался в стороне, наблюдая за происходящим. Издалека донёсся пронзительный волчий вой, и Джеймс ускорил свои движения. Он подбежал к Гремучей иве и нырнул в появившийся у её корней лаз. Гарри с тревогой хотел последовать за ним, но Дамблдор, стоявший рядом, остановил его: — Не торопись, они скоро выйдут. — Вы что, даже не пошли за ними посмотреть?! — потрясённо спросил Гарри. Неожиданно он подумал, что директор Блэк был, пожалуй, чуть лучше Дамблдора. По крайней мере, когда ученики оказывались в опасности и устраивали беспорядки, директор Блэк вмешивался и разбирался с ситуацией. А Дамблдор просто стоял в стороне и наблюдал? Ведь даже Гарри узнал в этом вое оборотня, что уж говорить о Дамблдоре! Он прекрасно знал, что там находится оборотень, один ученик уже вошёл туда, другой последовал за ним, но Дамблдор просто продолжал стоять и смотреть?! Дамблдор неловко кашлянул, внезапно пожалев, что привёл Гарри посмотреть это воспоминание. Впрочем, в одном Дамблдор оказался прав — они действительно вскоре появились, сопровождаемые громкими звуками и паническими криками. Джеймс вытащил из отверстия худощавого черноволосого мальчика, быстро отвёл его подальше от Гремучей ивы, а затем снова активировал дерево. Молодой оборотень, только высунувший голову, тут же был отброшен ударом ветвей, издав жалобный вопль. — Оборотень! Вы прячете оборотня в школе?! Я доложу директору! — с мертвенно-бледным лицом закричал черноволосый мальчик, обращаясь к Джеймсу. — Сопля... Снейп! Успокойся! — воскликнул Джеймс. — Успокоиться?! Ты просишь меня... — Снейп внезапно замолчал, его словно осенило. — Вы... вы всё знали. И директор знал. Это... это Люпин? Люпин — оборотень?! Он стал ещё бледнее, без единой кровинки в лице: — Вы... вы позволили оборотню находиться рядом с Лили?! — Люпин абсолютно безопасен! Он под контролем! — лицо Джеймса тоже исказилось, он начал кричать, не в силах сдержать гнев. — Как вы могли?! — Снейп с ненавистью посмотрел на Джеймса, а затем перевёл взгляд на оборотня, всё ещё пытавшегося прорваться сквозь ветви Гремучей ивы. В его глазах читалась безжалостная решимость. Он направил палочку на оборотня, и её кончик начал светиться. Джеймс тут же сбил Снейпа с ног: — Ты не можешь этого сделать! — Отпусти меня, Поттер! Я не позволю Лили находиться на одном факультете с оборотнем! — прошипел Снейп. Они сцепились в драке, и только когда оба выхватили палочки, Дамблдор из воспоминания наконец вмешался. — Достаточно! Дерущихся разделила невидимая сила, прижав их к земле. — Мистер Поттер, вы поступили очень хорошо, предотвратив гибель одноклассника, — Дамблдор вышел на свет и мягко обратился к Джеймсу. — Гриффиндору пятьдесят очков! — А теперь вы можете идти. — Но профессор... — Ну-ну, об остальном я позабочусь, — Дамблдор прервал Джеймса, пристально глядя на него, пока тот наконец не сдался и, постоянно оглядываясь, не покинул поляну. — Вы знали! Вы всё время знали! — Снейп выглядел потрясённым, затем его лицо исказилось от ярости. — В школе столько учеников! Кем вы их считаете?! Дамблдор молчал, просто наблюдая за ним, пока Снейп полностью не выплеснул свои эмоции и не опустился на землю, тяжело дыша. — Я знал, поэтому сделал всё возможное, чтобы защитить учеников школы, — спокойно ответил Дамблдор. Выражение лица Снейпа исказилось: — Он оборотень! Он всё время был... всё время находился в школе! А что, если бы он кого-то укусил! Сегодня он чуть не... — Если бы ты соблюдал школьные правила, с тобой ничего бы не случилось. Я понимаю твоё беспокойство за одноклассников, но тот, кто внутри, тоже твой одноклассник, а мистер Поттер только что спас тебе жизнь! — Дамблдор говорил очень серьезно. — У меня нет таких одноклассников! И мне не нужно, чтобы он меня спасал! — Как бы ты ни отрицал, факт остается фактом — он спас тебе жизнь. Возвращайся в замок. На этом всё закончится. Я не буду разглашать, что мистер Поттер спас тебе жизнь, и не буду снимать с тебя баллы, — невозмутимо сказал Дамблдор. Снейп выглядел совершенно отчаявшимся. Он хотел возразить, но так и не смог выдавить ни слова. В конце концов он просто бросил ненавидящий взгляд в сторону лаза и побежал к замку. На этом воспоминание закончилось, и Гарри с Дамблдором вернулись в реальность. Гарри молча убрал свой Омут памяти обратно в сумку, ожидая, пока Дамблдор вернет растительность в первоначальное состояние. — Вот так всё и было, — произнес Дамблдор. Гарри посмотрел на него с удивлением: — Теперь мне действительно любопытно, какой же компромат на профессора Снейпа у вас есть? Чем вы его держите, что даже после такого он не отравил вас! Дамблдор помолчал, затем неуверенно спросил: — Где я поступил неправильно? — А где вы поступили правильно?! — Гарри был потрясен. Неужели Дамблдор до сих пор считает, что был прав?! — Я уже не говорю о том, что вы приняли оборотня в школу, подвергая опасности всех учеников. Очевидно, что профессора Снейпа кто-то заманил туда, и, судя по всему, мой безответственный отец имел к этому прямое отношение. Но вы не только не наказали виновного ученика, но даже наградили одного из зачинщиков! И это не говоря о том, что вы угрожали пострадавшему ученику своими словами и поведением! — Гарри, это был твой отец. — Я знаю, что это мой отец! Но это не значит, что всё, что он делал, было правильным! — глаза Гарри сверкнули. — У каждого бывают ошибки молодости. Он поступил неправильно и должен был понести наказание — это нормальный воспитательный процесс. Но я не увидел ничего подобного, только ваше покровительство и укрывательство. Вам кто-нибудь говорил, что вы не самый компетентный профессор? Дамблдор был поражен. Никто никогда не говорил ему такого в лицо. Все считали, что он всегда прав. С тех пор как несколько десятилетий назад он отправил Гриндевальда в Нурменгард, люди постоянно превозносили его. И как бы он ни старался быть осторожным, такая обстановка повлияла на него, сделала самоуверенным. — Прошу прощения, — Дамблдор пришел в себя и серьезно посмотрел Гарри в глаза. — Ты прав. Я совершил ужасную ошибку, но ещё страшнее то, что я даже не осознавал этого! Я недостойный педагог. — Вам не нужно извиняться передо мной. Вы должны извиниться перед профессором Снейпом. Вы задолжали ему извинение, — серьезно сказал Гарри. — Да, я сделаю это, — искренне пообещал Дамблдор. Затем он посмотрел на Гарри сложным взглядом и после долгих колебаний добавил: — У меня есть ещё одно воспоминание, связанное с Северусом и твоими родителями. Гарри был обескуражен. Почему он не сказал об этом раньше?! Он уже всё убрал! Взглянув на небо, Гарри обреченно снова достал Омут памяти и поставил его на каменную подставку, которая всё ещё не была возвращена в первоначальное состояние. — Если вы не возражаете. Дамблдор снова извлек воспоминание и, как и прежде, заставил растения разрастись вокруг. Они вновь погрузились в новое воспоминание. Место, где они оказались, представляло собой тёмный второй этаж паба. Гарри на мгновение замер, узнав "Кабанью голову" — с этого ракурса хорошо виднелась огромная голова дикого кабана за стойкой внизу. Вскоре фигура в капюшоне быстро прошла сквозь них и тихо прильнула к дверной щели одной из комнат. Гарри подошел ближе, чтобы рассмотреть человека в капюшоне, и тут же узнал профессора Снейпа. Проследив за взглядом Снейпа через щель, откуда пробивался свет, он увидел в комнате Дамблдора и какую-то ведьму. Ведьма носила очки, напоминающие донышки бутылок, была увешана странно поблескивающими украшениями, с затуманенным взглядом и хриплым голосом: — Рожденный на исходе седьмого месяца... одолеет Тёмного Лорда... лишь один... Когда отрывочные слова донеслись до них, Гарри только хотел войти в комнату, чтобы лучше расслышать, как вдруг Дамблдор внутри пронзительно посмотрел на дверь: — Кто там?! Профессор Снейп словно получил удар — его отбросило к стене, но он быстро вскочил и мгновенно трансгрессировал. Дамблдор распахнул дверь так быстро, что успел увидеть лишь край мантии. — Очень хорошо, мисс Трелони. Вы получите назначение в Хогвартс. Поздравляю, вы стали профессором прорицаний, — сказал Дамблдор, настороженно оглядев коридор и повернувшись к ведьме, которая только приходила в себя. — Правда? То есть, я очень благодарна! — Трелони выглядела приятно удивленной, хотя пыталась делать вид, что всё давно предвидела. Окружающие образы начали размываться, и затем Гарри обнаружил, что они стоят на обрыве скалы. Дамблдор стоял у самого края с безжалостным выражением лица. За его спиной находился профессор Снейп, выглядевший ужасно: небритый, бледный, с пустым взглядом. — Умоляю! Я знаю, только ты можешь помочь! — жалобно просил профессор Снейп. — Это всё твоя вина. — Я знаю! Знаю! Но прошу тебя! Умоляю, спаси её! Я не знал, действительно не знал, что это будет она! Если только ты сможешь... нет, только ты можешь спасти её! — отчаянно говорил профессор Снейп. — Что же ты готов отдать взамен? — Дамблдор повернулся и холодно посмотрел на измученного волшебника. — Всё, что угодно! — профессор Снейп упал на колени, коснулся лбом земли, распростершись перед Дамблдором. Сцена снова изменилась, на этот раз они оказались в кабинете директора. Дамблдор с усталым лицом сидел за своим столом. Снейп с налитыми кровью глазами, с искаженным от гнева лицом смотрел на него: — Ты обещал! Ты давал гарантии! — Прости, но я прибыл слишком поздно. — Ты же сказал! — закричал Снейп, вызвав осуждающие взгляды портретов. — У неё действительно был выбор, но она выбрала защитить своего ребенка, — спокойно сказал Дамблдор. Снейп застыл. Его лицо опустело, и он пробормотал: — Ничего не осталось. Ничего. — Нет, у неё остался её ребенок. Ты видел его? У него такие же глаза. Она отдала жизнь, чтобы защитить своего сына. Ты поможешь ей, верно? — Дамблдор скрестил руки и поставил локти на стол, закрывая нижнюю часть лица, его глаза блестели. — Её ребенок? — Снейп перевел взгляд на лицо Дамблдора, но словно смотрел сквозь него, на что-то другое. — Да, ребенок, которого она защитила ценой своей жизни, — тихо произнес Дамблдор, подобно дьявольскому шепоту.