Часть 40

Глава 40.

— Я не понимаю, зачем нам вообще нужно знать такие вещи! — бормотал Рон, не переставая писать и ворчать. Гермиона просматривала свои записи, время от времени делая пометки в другой тетради. — Я же говорила, Рон, не списывай слово в слово! Если только ты не хочешь, чтобы профессор это заметил и снял с тебя баллы! — Это не списывание, а заимствование! — упрямо возразил Рон, продолжая водить пером по пергаменту. Если не присматриваться, трудно было разобрать, что именно он там писал. Гарри, свободный от домашней работы, листал толстенный фолиант, который прихватил из кабинета директора. — Тут тебе достаточно списать, дальше лучше возьми у кого-нибудь другого, иначе будет слишком очевидно. Рон замер, измерил линейкой написанное, а затем поднял голову: — Симус! Одолжи мне свое сочинение! С другого кресла к нему прилетел свиток пергамента, который Рон поймал. — Спасибо, дружище! Добавив несколько подходящих переходных фраз, он продолжил списывать. Гермиона недовольно посмотрела на Гарри: — Ты даже не собираешься его останавливать? Разве можно так списывать домашнюю работу? Гарри пожал плечами: — Это же его решение, разве нет? Если в будущем он окажется позади Драко из-за слабых базовых знаний — это будет его собственный выбор. Каждый должен нести ответственность за принятые решения. Мы не сможем присматривать за ним всю жизнь. Рука Рона замерла. Он смутился, покраснел и совершенно растерялся, не зная, стоит ли ему продолжать. Гарри закрыл книгу и поднялся: — Уже поздно, мне нужно отдохнуть. Завтра утром у нас занятия. Гермиона, ты идёшь? — Я тоже возвращаюсь в спальню, — ответила Гермиона. Гарри просто кивнул и направился наверх. Гермиона собрала свои вещи и внимательно посмотрела на Рона: — Тебе действительно пора меняться. Как ты собираешься догнать Гарри, если будешь таким ленивым? Неужели ты правда хочешь, чтобы всё случилось так, как сказал Гарри — отстать от нас из-за слабых базовых знаний? С этими словами Гермиона закинула на плечо свою тяжёлую сумку и направилась к лестнице. Невилл похлопал Рона по плечу, поджав губы, не зная, что сказать, и чувствуя, что любые слова будут неуместны. Он понимал, что Рон не забыл написать домашнюю работу — просто он слишком увлёкся отработкой заклинаний, которым их учил Гарри, и немного запутался в приоритетах. Они всё ещё студенты, и сейчас не военное время. Это неправильно — но и нельзя сказать, что Рон совсем не прав. Рон молча сжимал перо, не двигаясь некоторое время. Он прекрасно понимал, что слова Гарри неприятны, но ведь первым неправ был он сам. Обещал стараться, а сам по-прежнему не разобрался в ситуации. Раздражённо взъерошив волосы, Рон потёр глаза и продолжил списывать задание, мысленно приняв твёрдое решение: завтра попросить Гермиону объяснить, как правильно распределять своё время. Игры и развлечения придётся пока отложить. Не хотелось же в самом деле оказаться позади остальных? Что поделать, если у него такие одарённые и трудолюбивые друзья? Он не мог похвастаться талантами, как у них, а значит, придётся работать ещё усерднее! Успокоившись этими мыслями, Рон быстро закончил домашнюю работу, собрал свои вещи и отправился в спальню. … На следующее утро, вернувшись с Невиллом с тренировки, Рон сразу нашёл Гермиону. После короткого разговора она вручила ему пергамент, исписанный от края до края. Глядя на подробный распорядок, Рон покрылся холодным потом и с сомнением уставился на Гермиону: — Ты уверена?! — Это мой личный распорядок дня, — спокойно ответила Гермиона. Рон снова посмотрел на пергамент: 7:00 — подъём, 7:30-8:00 — лёгкая разминка, 8:20 — завтрак, 9:00-11:00 — занятия, 11:30-12:00 — обед, 12:30-13:30 — послеобеденный отдых, 14:00-17:30 — занятия или библиотека для выполнения домашних заданий, 18:00-19:00 — ужин, 19:20-21:00 — практика заклинаний из учебной программы и тех, которым учит Гарри, 21:10-22:00 — чтение дополнительной литературы для расширения кругозора. По средам вечером была Астрономия, поэтому практика заклинаний переносилась на вторую половину дня. Хотя расписание выглядело напряжённым, оно было вполне выполнимым, даже с перерывом на дневной отдых! Рон с трудом сглотнул: — Это расписание... наверное... возможно... я смогу его выполнять! Гермиона недоверчиво взглянула на Рона, от чего тот занервничал: — Почему ты так на меня смотришь? — Это моё расписание, а твоё вот, — Гермиона забрала пергамент из рук Рона и достала из книги другой лист. — Гарри дал мне его вчера вечером. У мальчиков и девочек разные режимы, у вас утром есть дополнительные тренировки. К тому же, Гарри сказал, что нам не обязательно делать всё одинаково, главное — использовать свои сильные стороны. Новое расписание было немного более гибким, чем у Гермионы, и даже оставляло некоторое свободное время. Рон, поджав губы, внимательно изучал пергамент, а затем осторожно убрал его в карман: — Гермиона, у тебя есть ещё такие записные книжки? Они дорогие? Боюсь, пергамента, который я приготовил, может не хватить. — Недорогие, это маглы их делают. Они не такие долговечные, как пергамент, но для конспектов лекций отлично подходят. За один сикль можно купить записную книжку примерно на 100 страниц — этого обычно хватает на целый год, особенно если ты не делаешь много записей, — объяснила Гермиона, показывая свою записную книжку. У неё была чёрная кожаная обложка без каких-либо опознавательных знаков. Внутри плотная бумага, а сама книжка была около 4 сантиметров толщиной. Качество выглядело неплохим — чернила не просачивались на следующую страницу. Рон с облегчением вздохнул и достал из кармана серебряную монету: — Тогда не могла бы ты купить мне одну? Или дать взаймы на время? — Подожди минутку, — Гермиона взяла монету и быстро поднялась в свою спальню, где достала из чемодана новую записную книжку. — Вот, держи. Это запасная, можешь пользоваться. Я всё равно на Рождество поеду домой, если понадобится больше — привезу. Рон поблагодарил Гермиону, убрал записную книжку и поспешил вслед за Невиллом наверх. Им нужно было принять душ — после тренировки они были все потные, что было крайне неприятно. … В течение следующей недели Рон следовал расписанию, разработанному Гарри, и с удивлением обнаружил, что успевает выполнять все домашние задания в отведённое время. У него даже оставалось свободное время, чтобы сыграть партию в волшебные шахматы с Симусом! Свободное время Рон не тратил впустую — он вместе с Гермионой и Невиллом проводил его в библиотеке, читая книги, которые хоть и не имели прямого отношения к учебной программе, но всё же были полезными. Главное, что он научился усидчивости. В эту пятницу Гарри не стал учить их новым заклинаниям, а разделил на пары для практики уже изученных двух заклинаний. В перерывах они с удовольствием наблюдали, как Гермиона играет с единорогом. Трое мальчиков смотрели на это с нескрываемой завистью, но что поделаешь, если они мальчики? Единороги их не любили. Даже малыш-единорог, который подрастал, всё больше привязывался к Гермионе и уже не так охотно подходил к Гарри. Целый месяц Дамблдор почти не появлялся на публике. Пили, следил за Квирреллом, тот тоже не предпринимал никаких действий и обычно находился либо в библиотеке, либо в своём кабинете. Впрочем, Пили также докладывал Гарри, что запах гнили, исходящий от Квиррелла, становился всё заметнее — чеснок уже едва справлялся с его маскировкой. С приближением Рождества Дамблдор наконец вернулся в Хогвартс. Первым делом он вызвал Гарри прямо с урока. И да, это был урок зельеварения профессора Снейпа. Гарри вышел из класса под мрачным взглядом Снейпа, игнорируя хаос, творившийся за его спиной. В конце концов, у Дамблдора был только один способ вызывать людей — пергамент с обожжёнными краями, внезапно появляющийся рядом с адресатом. В этот момент Снейп как раз обходил класс, находясь примерно посередине помещения, когда вспышка огня отвлекла учеников. У многих дрогнула рука, несколько котлов взорвались, а неудавшиеся зелья разлетелись по всему классу! Во всей аудитории только Снейп, Гарри, Драко, Рон и Невилл остались невредимыми, остальные были забрызганы зельями с головы до ног. У тех, чья кожа контактировала с жидкостями, даже начали проявляться странные симптомы. Снейп, стиснув зубы, прошипел, чтобы ученики помогли друг другу добраться до больничного крыла. Сам же он принялся очищать изувеченный кабинет зельеварения, где зелья учеников смешались между собой, делая бесполезным даже заклинание Эванеско! В своём кабинете Дамблдор чихнул и, нахмурившись, потянул мантию. Неужели простудился? Вскоре Гарри толкнул дверь директорского кабинета и вошёл. — Директор, вам стоит подготовиться. Вы разрушили урок профессора Снейпа, и я уверен, что он не оставит это просто так. Дамблдор нахмурился: — Я совершенно забыл, что сегодня утром у первого курса урок зельеварения. — Если профессор Снейп запишет эту оплошность на мой счёт, вам придётся отвечать! — заявил Гарри, делая несколько шагов и усаживаясь на своё обычное место. Дамблдор решительно сменил тему: — Мой старый друг Николас теперь живёт уединённо. Я долго искал его адрес и одолжил у него алхимический артефакт, который, по слухам, может уловить призрака. — Значит, мы можем действовать? Квиррелл долго не продержится — скоро он снова нападёт на единорогов в Запретном лесу, — Гарри сразу же оживился. — Думаю, да. Вот артефакт, который я одолжил. Если он не сработает, придётся искать другой способ. Но Квиринус уже на пределе, нам нужно торопиться, — Дамблдор положил на стол изящную золотую клетку размером с ладонь. Гарри взглянул на неё, но не стал трогать. Такие алхимические приспособления обычно имели строгие правила использования — кто знает, что могло произойти при неосторожном обращении. Лучше проявить осторожность. — Когда мы начнём? — спросил Гарри. Дамблдор задумался: — Сегодня вечером! — Где? — В его кабинете, — ответил Дамблдор, доставая из шкафа рядом с письменным столом серебристую мерцающую ткань и кладя её перед Гарри. — Надень это и следуй за мной. Я пойду в его кабинет, а он не сможет тебя увидеть. Гарри невольно затаил дыхание и протянул руку, чтобы коснуться ткани: — Мантия-невидимка? Та самая, Певереллов? — Ты знаешь о ней? — удивился Дамблдор. — Конечно знаю! — Гарри поднялся, взял мантию-невидимку и встряхнул её, полностью разворачивая серебристо-серый плащ, затем набросил на плечи и посмотрел вниз. Его тело действительно исчезло. — Так это и правда мантия Певереллов? Разве не говорили, что она исчезла в истории? — Это фамильная реликвия твоего отца. Перед их гибелью я одолжил её у него и не успел вернуть, как произошла трагедия, — ответил Дамблдор. Гарри замер, снял плащ, аккуратно сложил его и, вернувшись в кресло, осторожно погладил ткань. Это вещь, которую носил его отец, а может быть, и мать тоже? — Теперь она возвращается к законному владельцу. Я лишь надеюсь, что ты будешь использовать её в правильных целях, — произнёс Дамблдор тихо, почти шёпотом. Гарри молча кивнул. Через некоторое время он убрал мантию-невидимку в свою сумку. — Значит, после ужина я встречусь с вами здесь? — Лучше жди меня прямо возле кабинета Квиринуса. Надень мантию и просто следуй за мной, когда я приду, — сказал Дамблдор. — Хорошо, тогда я пойду, — у Гарри не было настроения говорить о чём-то ещё, и он сразу направился к выходу. Поскольку была пятница, на дневном собрании Гарри не стал учить их новым заклинаниям, а просто предложил тренироваться с манекенами или в парах. Причём не только с теми двумя заклинаниями, которым он их научил — они могли практиковать любые известные им чары. В конце концов, даже самые простые заклинания при правильном использовании могут дать неожиданный эффект. Когда наконец наступил вечер, Гарри наскоро поужинал и бросил взгляд на преподавательский стол. Квиррелл был там, как и Дамблдор. Снейп выглядел крайне недовольным и бросал мрачные взгляды на директора. Гарри усмехнулся — похоже, его в этой истории обвинять не будут. Выйдя из Большого зала, он сделал несколько кругов по коридорам, где сновали ученики, затем отодвинул гобелен и вошёл в тайный проход. Этот короткий путь вёл прямо к кабинету Квиррелла, и знали о нём немногие. Оказавшись в проходе, Гарри достал мантию-невидимку и накинул на себя, тщательно закрыв и голову. Убедившись, что ни одна часть тела не видна, он продолжил путь к третьему этажу. Выйдя из тайного прохода, Гарри замедлил дыхание и присел за углом недалеко от кабинета Квиррелла, стараясь не двигаться. Вскоре Квиррелл торопливо прошёл мимо Гарри и скрылся в своём кабинете. Гарри смотрел прямо перед собой, даже боковым зрением не скользя в сторону профессора, лишь внимательно прислушиваясь к звукам. Учитывая, что Волдеморт вселился в тело Квиррелла, любое ощущение его присутствия могло всё испортить. Через несколько минут в конце коридора появился Дамблдор. Он остановился у двери кабинета Квиррелла и постучал. Гарри слегка приподнялся, пригнувшись и стараясь ступать как можно тише, бесшумно последовал за директором.