Мерзкий Князь

Ардартий Коркистадский сидел в своем кабинете, заперев дверь на засов. С улицы доносился голос врача, а под дверью скреблась матушка. — Сынок, — ласково доносился ее голос, — знаешь, я сегодня пойду прогуляюсь, не хочешь составить мне компанию? — Нет, у меня работы много. И… Тебе не мешает наш врач? Может его отослать. Или сослать куда-нибудь? Например к северным племенам. Лес валить, телогрейку штопать? — Что врач? А он чем-то мешается? — Да, сильно, — глухо донесся голос до сознания князя. — А я его даже не замечаю. — Мне даже кажется, что вы в сговоре. — … — княгиня долго думала над ответом, а потом перевела разговор в другое русло. — Ну так я поеду, освежусь, а то вид домашних стен уже приелся. — Хорошо, мама. В окно он видел, как семейный врач, на минуту закончив свою шарманку с поклоном провожал экипаж его матушки, прежде чем начать новый виток экзекуции. Показав свое личико ненадолго, он зло сообщил, что его светлость намерена вздремнуть, и что тех кто нарушит его покой он самолично запорет на псарне, он вышел давно обихоженым тайным ходом, откуда ретировался в направлении герцогства, а точнее городка Лонгеля.

***

А туда потихоньку стекались все действующие лица. Герцогская наследница, а также ее отец, хмурой парой устремили свой взор в сторону единственного городка их территорий, каждый думая, как отвадить этого «Мерзкого Князя», который так бесстыдно отвлекает юную наследницу дома от учебы в управленческом русле. (Надо сказать, что хоть и размышления были довольно грузными, но оба придавали их и без того не малому значению еще больше смысла, от чего по ощущениям они напоминали двух ядовитых иглобрюхов, готовых взорваться от преисполнением оного). Вдовствующая княгиня, наоборот, радостно шушукалась с Долой, подбирая самый модную детскую, немало опережая события. (Пусть ее сыну и было чуть больше двадцати, но она уже успела выдать замуж трех старших дочерей и пока что ни одна не посоветовалась с матушкой на эту тему, предпочитая разделять радостный мандраж по случаю беременности с подругами). Определить состояние вышеопределенного вредителя было… сложно. Эта была некая апатия, полное отрешение от всего мирского и неуловимый налет желания то ли умереть, то ли устроить массовый постриг в монастырь, в компании ничего не подозревающей матушки и безвинным семейным врачом, который вообще затесался в эту историю совершенно случайно. Место на козлах для представителей дома Дье Алтарь занимал небезызвестный дворецкий, представляющий уже в своих сокровенных мыслях, каким феерическим представлением все это дело обернется. Кроме всего прочего, на месте встречи, которое изменить уже нельзя, появилось еще одно лицо, до этого отыгрывающего довольно пассивную роль…

Ма-аленькая, как дырочка в мозгу, слабость и вольное отступление автора.

***

Тишина стояла за столом. Каждый молча обдумывал происходящую ситуацию. Единственный ресторанчик городка Лонгеля осчастливило присутствие двух высокопоставленных господ и хозяин этого места злачно потирал ручонки. — Юлиана, ты вырвала меня из ада! — громко оповестил голос молодого князя залу, от чего глаза хозяина заведения засверкали золотым блеском. Не придав этому явлению особое значение, тот продолжил. — Или из за… кхм! Я не знаю чего добивается моя мать, но она определенно что-то задумала!.. Ах, старик Лили, давно не виделись. Спина не мучает? — Не мучает, — ответил замогильный тон. Повисло молчание. После этого герцог со скрипом отодвинулся на стуле. В унисон ему послышался скрип разворачиваемого стула напротив, за спинку которого держался князь. Ардартий, конечно, ехал по фазе из-за домашних выходок, но вполне трезво оценил ситуацию и был вполне готов к побегу. — Приветствую герцога Альдера Дье Алтарь, — но в данной ситуации бегство бы только ухудшило ситуацию, поэтому он решил играть по правилам высшего общества. Не зависимо от возраста их положение обязывало быть самыми настоящими акулами светских разговоров. — И Вас приветствую, князь, — … правда, разница между ними, как между Париной и Мегаладоном. «Эта маленькая рыбка, заплыла в очень глубокий омут» — так и осталось не сказанным. — Не хотите ли присоединиться к нам за чаем. — Воздержусь, — он намеренно проигнорировал вид утвердительного предложения. — Знаете, в последнее время моя матушка настаивает на увеличении пеших прогулок… — В ногах нет правды, — парировал герцог с неповторимой властностью в голосе. — И то верно, а эта старая женщина составит вам всем компанию, — в двери вошла Шумелия, компактно собирая зонтик. Князь проглотил «мама?!», тем не менее задвинул за ней стул и сел рядом. А дворецкий, с приглашения занявшего стол поодаль, сел, лицезря разворачивающееся действие.