Его навсегда

      Инджи лежала под ним, её дыхание было сбивчивым, а глаза широко раскрыты в немом страхе. Минхо смотрел на неё сверху вниз, наслаждаясь этим зрелищем — рыжая лисица, загнанная в угол, такая беспомощная и дрожащая. Он провёл ладонью по её мокрой от слёз щеке, большой палец, слегка надавив на нижнюю губу, проник внутрь, оттягивая щеку и открывая взор на клык.       — Не дрожи, — его голос был низким, успокаивающим и ласковым. — Я не причиню тебе вреда, если ты будешь послушной.       Он вытащил палец из её рта и склонился ближе, его губы вновь прошлись по её горячей коже, оставляя лёгкие поцелуи по линии её изящной шеи. Он чувствовал, как её тело напрягалось с каждым разом, а солёные капли тихо текли из глаз, но в то же время её дыхание стало глубже, словно она пыталась сдержать свои эмоции. Парень довольно улыбнулся. Его одержимость пугающе так и нарастала.       — Ты так прекрасна, когда боишься, — прошептал он, позволяя своим губам опуститься чуть ниже, к ключице, задерживаясь там, чтобы оставить болезненный укус, после чего зализать покрасневшее место.       Девушка взвизгнула и хотела руками оторвать его от себя, но парень не дал этому случиться, прижимаясь к ней сильнее. Он знал, что делает, что она чувствует на данный момент. Смятение. Страх. И что-то ещё, чего она сама боялась признать. Его ладонь оказалась на одной из грудей и сжала, наслаждаясь протяжным вздохом из её уст. Минхо поднял голову и посмотрел на её прекрасное лицо, на котором было сопротивление вместе с некоторой усладой.       — Никто, кроме меня, никогда не посмотрит на тебя так, как я, — его голос стал тише, глубже, почти завораживающим. — Потому что ты — моя.       Ли приподнялся и спустил бретельку сорочки, обнажив сосок, но Инджи закрыла его своей ладонью, что вызвало недовольство у парня, который схватился за её руку и резко наклонился к её уху и едва слышно добавил:       — Моей избранной не стоит так делать.       Она сжала губы, стараясь не дрожать, но парень видел её страх, но именно это его и завораживало. Она была его избранной, единственной, кто действительно принадлежал ему.       — Знаешь, почему ты здесь? — Минхо провёл пальцем по линии её ключицы, медленно, почти задумчиво. — Потому что ты о-со-бен-на-я. Ты всегда была такой, даже если другие убеждали тебя в другом.       Она хотела возразить, но его ладонь легко накрыла её губы, заставляя замолчать.       — Ш-ш-ш, — он приложил палец к своим губам. — Не говори ничего, просто слушай и наслаждайся.       Девушка вскрикнула и почувствовала, как её тело охватило оцепенение, когда Минхо разорвал на ней одежду, оставив её обнажённой перед ним. В его глазах вспыхнуло дикое желание скорее ощутить её. Она понимала, что даже если попытается сопротивляться, это только ещё больше его распалило бы. Не теряя времени, он перешёл к главному, что так сильно это его интересовало.       Его действия были непредсказуемыми: резкие толчки, нежные поцелуи, укусы и лизания. Он наслаждался ею полностью, входил столько, сколько хотел, двигался такой скоростью, какой хотел, а она лежала под его телом, как кукла для плотских утех, за исключением того, что была живая. Только горячие слёзы текли рекой по коже вниз к подушке, оставляя мокрые пятна на ткани. Её вскрики боли и его томные вздохи наполняли комнату, отражаясь от стен.       После наступила тишина, которая была оглушающей, но внутри неё бушевала настоящая буря, сменяющаяся пустотой. Сердце билось неровно, дыхание прерывалось хриплыми вздохами, а руки дрожали, несмотря на то, что она сжимала их в кулаки. Кан лежала на кровати без одежды, её тело было словно выжжено изнутри. Оно чужое, будто его сломали, а затем собрали заново, но уже не так, как раньше. Никогда не могла подумать, что её первая близость будет с ненавистным ею человеком. Она зажала рот ладонью, пытаясь заглушить свои рыдания, но внутри всё разрывалось на части от его мерзких рук.       Его шаги послышались тихо, но достаточно громко, чтобы её внутри вновь сжалось от ужаса. Минхо молча оделся после удовлетворения своих желаний. Его движения были неторопливыми, уверенными, как у человека, что всё под контролем. Инджи услышала лёгкий щелчок застёгнутой пряжки ремня, и это почему-то вызвало у неё неожиданный приступ тошноты. Он двинулся к двери, а она нет, только плотно зажмурила глаза, как будто это могло защитить её от жестокой реальности. Но он остановился, чтобы кое-что сказать.       — Ты теперь моя, милая Джи, смирись с этим.       Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась нескрываемая удовлетворённость. Он кинул взгляд на её обнажённое и потроганное им вдоль поперёк тело и довольно ухмыльнулся. Знал, что она не сможет уйти, не сможет сбежать, что её судьба и жизнь теперь в его руках. Парень повернул ключ в замке, запирая её внутри, и исчез за дверью. Шаги затихли в коридоре.       Девушка резко села, едва не потеряв равновесие, но тут же обхватила себя руками, будто пыталась прикрыться и удержать свои органы внутри, которые чуть не смешались в одну серую массу. Дрожь пробежала по её телу, сотрясая её до глубины души. Она была заперта здесь.

…

      Инджи потеряла счёт времени — здесь не было ни часов, ни окон, ни хоть какого-то намёка на свободу, лишь две двери: одна с выходом в коридор, а за другой туалет и душ. В комнате всегда царил полумрак, и только приглушённый свет лампы создавал иллюзию уюта, которого она не хотела. Она не разговаривала с Минхо. Когда он заходил, она отворачивалась, делала вид, что не слышит его слов, не чувствует его ласки и прикосновений. Но ему словно без разницы на это, он словно не замечал её игнорирования. Он приносил еду и одежду, говорил с ней спокойно, уверенно, как будто всё, что произошло, это нормально. Как будто она должна просто принять своё место в его мире.       Но девушка не собиралась мириться с этим.       Она лихорадочно искала способ выбраться. Дверь всегда заперта, окно наглухо закрыто — это она поняла ещё в первый день. Но должен же быть какой-то выход. Может быть, парень когда-нибудь совершит ошибку? Может быть, она сможет ускользнуть, когда он отвлечётся? Главное — добраться до полиции, рассказать обо всём и спастись.       Она закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, но вместо этого в голову полезли воспоминания. Как всё началось? С записок.       Сперва это казалось безобидным: аккуратно сложенные листки на её парте. В них не было ничего пугающего — просто тёплые слова, пожелания хорошего дня, комплименты.       — «Ты особенная».       — «Твоя улыбка — лучшая часть моего утра».       — «Надеюсь, у тебя сегодня будет хороший день».       Затем появились подарки. Маленькие коробочки, шоколадки, брелки. Она иногда смеялась вместе с подругами, удивлялась, пыталась угадать, кто это. Но со временем что-то изменилось. Кан начала замечать взгляд, который жёг её даже сквозь толпу. В голову приходили всякие тревожные мысли.       На той проклятой вечеринке, куда притащили её подруги со словами «Тебе нужно расслабиться», случилось непоправимое. Она там оказалась в руках этого безумца, который принёс к себе в логово. Окончательное осознание пришло после того, когда он изнасиловал её. Ей не хотелось этой близости, ей было противно ощущать все эти прикосновения, а сейчас было противно от самой себя. Она чувствовала себя такой грязной внутри, что хотелось выблевать всё.       Инджи тяжело опустилась на пол, прижимаясь спиной к холодной стене. Губы дрожали, слёзы скатывались по щекам, падая на ткань её одежды. Она обхватила себя руками, пытаясь хоть как-то согреться, но внутри было лишь ледяное отчаяние. Мысли о том, как всё могло быть по-другому, если бы она заметила раньше. Если бы не поверила своим подругам, если бы обратилась к кому-то, но теперь было поздно.       — Чёрт… — всхлипнула она, вжимаясь головой в колени.       Тихий щелчок замка заставил её вздрогнуть, и дверь открылась. Ли вошёл внутрь так же спокойно, как и всегда, неся с собой запах свежего кофе и чего-то тёплого. По запаху можно догадаться, что это свежая сладкая булочка. Он не удивился, увидев её на полу. Напротив — на его лице мелькнула тень довольной усмешки.       — Милая моя Инджи… — его голос был мягким, почти ласковым.       Парень подошёл ближе, опустился на корточки рядом с ней, поставив на пол поднос с едой. Его пальцы легко коснулись её волос, заправляя прядь за ухо.       — Тебе уже никто не поможет, — он вздохнул, словно это его разочаровало. — Хватит плакать.       Она вздрогнула, когда он провёл пальцами по её щеке, вытирая слёзы.       — Я забочусь о тебе. Разве ты этого не видишь?       Она сжала зубы, не отвечая ему, но её тело дрожало под его прикосновением. Её глаза забегали по полу, пока не наткнулись на кружку с горячим напитком.       — «Сейчас или никогда».       Девушка резко схватила кружку и выплеснула жидкость прямо на парня, следом кружкой разбила об его висок.       — Чёрт! — выругался он, отшатываясь назад.       Кипяток попал ему на грудь и руки, обжигая до невозможности кожу, а голова разболелась от удара. Появилась капелька крови, которая стремительно потекла вниз, оставляя дорожку. Кан, не дожидаясь, пока он придёт в себя, вскочила и бросилась в сторону двери. Ключ всё ещё был в замке, и она выскочила в коридор, захлопнув за собой, и провернула железку, чтобы запереть там Минхо, который ударился о деревянную преграду изнутри.       — Открой! — яростно прокричал он, колотя по двери.       Не оставаясь на месте, Инджи рванула по длинному коридору. Сердце бешено стучало, вырываясь из груди, а дыхание мгновенно сбилось. Пол под босыми ногами был холодный. Девушка увидела массивные деревянные ступени, ведущие вниз, и кинулась вперёд к ним, чтобы спуститься, перескакивая через несколько выступов. Когда она оказалась на этаж ниже, оглянулась в поисках выхода и осознала, что всё это время находилась в его частном доме, не в квартире, не в многоквартирном здании, где можно было бы кричать и надеяться, что кто-то сможет услышать её и спасти.       Сжав зубы, девушка свернула в первое попавшееся помещение, которое оказалось кухней. Большая, современная, с окнами, которые были плотно затянуты шторами. Она подбежала к ним и выглянула, видя перед собой деревья, сгущающиеся в темный лес. Сверху послышались торопливые шаги и глухие удары.       — Думала, что умнее меня, Инджи? — Ли прорычал её имя и оказался у порога к ней.       Он смог выбраться оттуда и теперь смотрит на неё с ненавистным взглядом. Её пальцы схватились за близко лежащий предмет — нож. Она сжала своё оружие так сильно, что побелели в костяшках. Парень вошёл в кухню медленно, но уверенно, как истинный хищник.       — Думаешь, что это спасёт тебя? — усмешка скользнула по его лицу, но в глазах виднелась ярость. — Научись им пользоваться и лишь потом используй.       Она не ответила, только крепче сжала рукоять, подняла выше, целясь в него.       — Не подходи! — её голос прозвучал звонко.       Он качнул головой, будто сочувствовал ей, и безумно улыбнулся, стал медленно приближаться к ней.       — Ты же знаешь, что я сильнее тебя, — ещё шаг. — Но ты всё равно пытаешься играть в героиню, да?       Его слова были правдивыми. Всегда были верными. Инджи не хотелось с этим соглашаться и лишь стиснула зубы, следя за ним. Она не могла позволить себе проиграть ему, и поэтому, собрав всю свою решимость и храбрость, метнулась вперёд, пытаясь нанести удар. Однако ему удалось перехватить её запястье и потянуть на себя, уклоняясь от острия.       — Моя милая, глупая лисичка, — прошептал он, приближаясь своим окровавленным лицом к ней. — Не вынуждай меня делать тебе больно.       — Отпусти меня! — Кан забылась, но он лишь сильнее сжал её руку, сдерживая в железной хватке.       Её пальцы расслабились, и холодное оружие выпало, ударяясь об пол. Ехидно усмехаясь над её беспомощным положением, вновь приблизился к её уху и произнёс:       — Всё-таки ты очень милая, когда дрожишь и боишься меня.       Её глаза полны страха, но решила попробовать ещё раз вырваться из его пут, поэтому, отклоняясь назад и обратно вперёд, ударила лбом. Минхо застонал от боли, но не отпустил её, и, мгновенно оклемавшись, ухватился за её рыжие волосы и дёрнул, заставляя девушку вскрикнуть.       — Глупая! — его лицо исказилось от гнева.       Его голос прозвучал угрожающе, дополняя её крики. Она пыталась биться, царапаться, вонзая ногти в его кожу, но он не отпускал. Его пальцы крепко сжимали за её пряди и потащили туда, куда хотел он. Коридор закружился перед ней, а слёзы снова жгли веки и щёки. Девушка споткнулась и упала, ударившись локтём, но не перестала двигаться, потому что парень удерживал её и тащил за собой, как безвольную куклу.       — Не смей больше делать такие глупости, — грозно прозвучало где-то над головой.       Она хрипло задыхалась своими слезами, а грудь судорожно вздымалась. Её босые ступни оставляли на полу след, врезаясь об разные углы. Горло болело от громких и истеричных криков, но никто не сможет ей помочь или спасти. Надежда в её глазах мгновенно потухла. Он тянул её в тёмный коридор, туда, где ждала её тюрьма. Выхода больше нет, и Инджи снова окажется взаперти в его мире, где она его избранная.