Часть 1

      Стоило солнцу опуститься и уступить место сумеркам и луне, как повсюду начали зажигаться большие и маленькие улыбающиеся тыквы. Казалось, этими притягивающимися тёмно-оранжевыми овощами со свечкой внутри можно было осветить целый город, но фонари на улицах, как обычно, выполняли свою работу в эту ночь. Стоя перед зеркалом и внимательно разглядывая своё лицо, при этом кончиками пальцев проходя по щёкам и лбу, Незуко до конца не могла поверить в то, что дух кануна всех святых не смог обойти штаб истребителей демонов. Когда столпы начали вырезать на тыквах устрашающие рожицы и украшать штаб гирляндами с хэллоуинской атрибутикой, для неё это стало настоящим сюрпризом. И не только для неё, если учитывать, что Иноске большую часть своего детства провёл вместе с кабанами.       Наблюдать за ним было одно удовольствие, однако Незуко больше думала о другом человеке, а если по правде — демоне. Мысли о нём всё никак не покидали голову девушки, и из-за этого она даже умудрилась намазать карандашом щёку, а не стрелку. Незуко всё больше представляла его одного, а потому сильно грустила. Она ведь остался совсем один среди этих тёмных неуютных… Хотя, о чём она думает? Сырость, темнота и грязь — привычные друзья каждого демона, которые вселяют в него чувство комфорта. Она одна стала из этого правила исключением и всё благодаря единственному родственнику, который питал к ней такую же любовь, как и прежде.       И всё-таки, Незуко будто чувствовала, что ему одному там плохо. Её сердце рвалось к нему, но она по-прежнему оставалась в штабе истребителей. Девушка сомневалась в том, что если бы брат узнал о её чувствах, то принял бы. Они же были друг другу врагами. Да каково бы стало положение Танджиро в штабе истребителей, если бы правда сплыла наружу? Незуко боялась себе это представить.       Девушка в последний раз оглядела себя в зеркале. На неё смотрел демон с привлекательным личиком, ровными стрелками, чуть заметно накрашенными глазами и всё также распущенными волосами. Только в этот день с боку красовалась красивая маска лисицы — подарок Танджиро. На ней было всё тоже любимое кимоно, оби и хаори, навевающие смутные воспоминания о прошлом. О семье. О человеческой семье в полном составе. Покрутившись перед зеркалом, Незуко вздохнула и вышла на улицу.       Вид во дворе штаба был просто удивительно-праздничным и просто не мог не поднять настроение. Тёмные краски ночи и дальних фонарей были ничем, по сравнению со свечами, тыквами, ведьмочками и яркими костюмами, которые некоторые выглядели даже нелепо и смешно. На территории истребителей можно было увидеть скелетов, героев из старых легенд и людей с ярким «кровавым» гримом, который и правда выглядел пугающе. Рядом с воротами можно было увидеть столы с разными закусками и напитками, возле которых уже теснились люди.       Столпы расположились возле дерева, о чём-то оживлённо болтая друг другом и смеясь. Катаны по-прежнему были с ними, но по их довольным лицам было видно, что в этот день они собрались отдохнуть от убийств демонов и насладиться праздником.       Незуко завертела головой, пытаясь найти Танджиро или кого-то из его товарищей, но ближайшая толпа состояла только из незнакомых девушке истребителей. Оставив попытки найти брата, Незуко подошла к одной из тыкв. Огонёк внутри овоща завораживающе горел, лишь иногда подрагивая из-за ветра, который иногда колыхал ветви деревьев.       Заворожено глядя на одинокое пламя, которое щедро дарило своё тепло, в Незуко загорелось желание не только убежать к любимому, но и принести часть праздника. Ведь сегодня так радостно, так нелепо и страшно можно было ощутить себя во владении огней, костюмов и жутких украшений! Нельзя, чтобы в этот день он оставался один. Девушка протянула руки к тыкве, но тут услышала голос брата:       — Незуко! — девушка обернулась, — иди к нам!       Сияя лучезарной улыбкой, Танджиро стоял возле штаба истребителей, махая ей рукой. На нём была маска, как у Саконджи Урокодаки, которая на удивление шла ему, но в отличие от старика, делала образ смешным. В этот день строгая форма истребителей брата сменилась на обычный чёрный костюм и такого же цвета кеды. Рядом стоял Зеницу, который состроил для младшей сестры Камадо своё самое привлекательное выражение лица и теперь не сводил с неё глаз. С ними стоял и Иноске, вертя своей бычьей головой в разные стороны и покрикивая на проходящих мимо истребителей.       Оставив тыкву, Незуко подбежала к брату. Танджиро тут же протянул ей свою руку и сказал:       — Пойдём с нами в город. Уверен, там так же весело, как и здесь.       Девушка кивнула, и брат взял её за руку. В глубине души младшая Камадо расплылась в счастливой улыбке и готова была стиснуть Танджиро в объятиях. Если бы здесь не было Зеницу и Иноске, она бы точно это сделала, несмотря на то, что совсем неподалёку находится толпа других истребителей, в числе которых были и столпы. ***       Попав в самое сердце городишки, неподалёку стоящего от штаба, пришедшим истребителям оставалось только расслабиться, как следует повеселиться в эту ночь, раскрывать рты от удивления и ронять бамбуковые палочки. Весь город словно стал одной большой светящейся тыквой, наполненной сладостями и кишащими в них ёкаями, юрэями, лисами Кицунэ и другими существами.       Первым делом товарищи поучаствовали в карнавальном шествии, потом посмотрели на театрализованные представления, посвящённые Хэллоуину. Конечно, не обошлось и без нелепых ситуаций, когда бычья голова Иноске привлекла множество прохожих, желающих вместе с ней сфотографироваться, и тогда пришлось объяснять дикому истребителю, что никто не пытается на него напасть. А девушки? Устрашающий грим и костюмы на представительницах женского пола явно не отпугивали Зеницу. Множество подкатов и не меньшее количество «извращенцев» в сторону паренька. Незуко даже вздыхала с облегчением, когда девушки его отшивали, но где-то в глубине души ей было ей жаль. Всё-таки, неплохой он.       А потом они все вместе просто гуляли. Наслаждались праздником, внимательно рассматривая каждое здание. Танджиро ни на минуту не отпускал руку сестры, а она сжимала его широкую ладонь крепко-крепко, чтобы никогда не потеряться, быть поддержкой.       Но как бы Незуко не хотела, осадок остался. В минуты, когда перед её глазами представляли смеющиеся парочки, сердце мучительно сжималось, говорило о несправедливости и жестокой реальности. Боже, как же она любила своих близких ей сердцу людей и оттого мучилась! Они же были как огонь и лёд — разные и опасные друг для друга. Незуко для них, как барьер, скрывающий их друг от друга, но до ужаса непрочный. Если бы только всё рассказать! Хотелось отбросить бамбук и выпустить свои мысли в реальность, кричать о них изо всех сил. Если бы всё было так просто…       Хэллоуин постепенно приблизился к концу. Слышались последние отголоски веселья, и толпы начали редеть. Довольные истребители повернули домой, и Незуко с горечью посмотрела в сторону темнеющего неба. «Так нельзя», — подумала девушка и вдруг посмотрела на одну ещё горящую тыкву. В её голове появилась идея, и оставалось только как-то незаметно покинуть Танджиро и его друзей.       Тут, словно прочитав мысли девушки, на дороге образовалась приличная толпа. Обойти её было никак нельзя, и друзьям пришлось вклиниться в толпу. Тут-то Незуко и воспользовалась представленным ей шансом: скрывшись за яркими нарядами, она выпустила руку брата и поспешила назад. Лишь услышав своё имя, неожиданно выскользнувшее из уст брата, девушка на миг замерла. Но через несколько мгновений колебаний она пустилась в сторону леса, лавируя между людьми, прихватив тыкву, в которой ещё теплился хэллоуинский огонёк — маленькая частичка праздника.       Припустив в сторону леса изо всех своих демонических сил, девушка очень скоро заметила, как вереницы домов начали сменяться могучими стволами многочисленных деревьев. Незуко перешла на лёгкий бег, опустив глаза на свечку. Воска, к счастью, было ещё достаточно, чтобы огонь горел до самого прибытия в нужное место. Крепче обняв тыкву и закрыв рукавом хаори рожицу от ветра, Незуко быстрее припустила в нужное место. ***       Несмотря на основное занятие демонов — убивать людей — их способности были поразительными и невероятными. Всего несколько минут назад Незуко была в городе, а теперь стояла перед горой Натагумо. Свеча в тыкве почти догорела, и девушка решительно зашагала вперёд. Зайдя в лес и увидев привычную картину, которая некогда была усеяна трупами демонов и людей, Незуко одной рукой придержала свою ношу, а другой вытащила изо рта бамбук.       — Руи? — крикнула девушка, но ответом ей послужила тишина.       Незуко зашла дальше, оглядываясь, прислушиваясь, но даже не находя признаков пребывания демона. «Неужели ушёл? — пронеслось у девушки в голове, — или, может быть…», — сердце так и замерло. Незуко тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли и зашагала быстрее, вертя головой.       — Руи? Ты здесь? — не выдержав тишины, снова крикнула Незуко.       — Уже не надеялся тебя здесь увидеть, — за спиной послышался спокойный, но, как и прежде веющий некой мрачностью голос.       Незуко резко обернулась. Лицо Руи было таким же спокойным и равнодушным, когда девушка смогла увидеть его впервые. Но буквально на несколько мгновений губы парня изогнулись в сдержанной улыбке, и Незуко с облегчением вздохнула и улыбнулась ему в ответ.       — Я рад, что пришла, — голос Руи ободрился, и в животе демоницы словно затрепетали бабочки. Ей нестерпимо хотелось освободить руки от своей ноши, прижаться к любимому демону и сильно-сильно обнять.       Девушка приблизилась.       — Я так рада тебя увидеть, — трепет был не только в животе, но и в голосе.       — Ты… — начал Руи, но вдруг опустил глаза вниз, — что это?       Незуко уже и забыла, с чем она пришла. Девушка опустила глаза на тыкву, а затем, не задумываясь, сунула её в руки Руи. Глаза того расширились от удивления и Незуко её шире улыбнулась. Не каждый раз она могла увидеть Руи настолько удивлённым.       — Я принесла это тебе с праздника, — сказала Незуко.       — Сегодня же… Хэллоуин, — проговорил Руи и замолчал, — тебе не обязательно было приходить с этим, — демон кивнул на тыкву и подкинул её, — гораздо важнее, что ты пришла.       — Этот праздник не только для людей, — демоница стала ближе к Руи, — можно сказать, это наш праздник. То почему бы нам не насладиться им вместе? — девушка прикоснулась лбом ко лбу демона, — тем более, я не хотела чтобы ты был один.       — Но он же почти закончился, — Руи пристально посмотрел Незуко в глаза и прикоснулся рукой к её щеке.       Среди тёмных туч, будто пролитая краска, показались первые яркие отголоски рассвета. Праздничное Хэллоуинское настроение оставалось вчерашним весёлым днём, но для тех, кто уже начал снимать свой грим и яркие костюмы.       — Ну, тогда…       Демоны крепко взялись за руки и ещё больше углубились в лес. От прошлой битвы, произошедшей на горе, осталась только мертвенная тишина и самый младший демон из паучьей семьи. Всю дорогу Руи не сводил с девушки глаз. Он безгранично был рад её сияющей, будто свет луны, улыбке, её нежно-розовым глазам, которые были полны затаившейся печали и решимости, но всем своим существом чувствовал, как она терзается. Любить человека и демона — всё равно что разрываться между двумя мирами. Руи прекрасно знал, что Танджиро, к сожалению, брат любимой, старается найти способ сделать Незуко обратно человеком. Он боялся этого и в то же время поддерживал его. Ведь её жизнь изменится в лучшую сторону, Незуко вновь обретёт человечность, но их встречам и любви навсегда придёт конец. Руи часто спрашивал: достоин ли он стать человеком, но в ответ навязчивые паучки скребли на сердце, заставляя вспомнить всех убитых людей. Никак нет.       Парочка вошла в небольшой домик, который прежде служил демонской семье, и сев возле стены, тесно прижалась друг к другу, вдвоём держа тускнеющую тыкву.       — Я слышала, что после праздника всякая нечисть возвращается обратно в могилы и засыпает до следующего праздника. Мы, можно сказать, уже дома, — хмыкнула Незуко, — так давай поспим, только до следующей ночи.       — Я уже забыл, что значит спать, — ответил Руи.       — А ты не думай, просто закрой глаза, — ответила девушка и закрыла глаза.       Через некоторое время свеча догорела, но Руи так и не смог заснуть. Незуко уже мирно спала, прислонившись головой к его белым «паучьим лапкам». Взгляд демона был направлен только на любимую, умиротворённое лицо которой дарило чувства такого же спокойствия. Руи крепко обнял Незуко и коснулся губами её молочной щеки. Что бы ни произошло, он навсегда запомнит то, как она принесла ему эту тыкву, как в нём заставила зажечься давно потухший огонь любви. «Хэллоуин удался», — подумал Руи и закрыл глаза, вспомнив, как он делал это ещё будучи человеком. Ради Незуко.