Часть 1

Глава 1Проселочная дорога, извиваясь, уходила далеко на запад, словно манила за собой в мир тайн и новых приключений. Старая деревянная телега, скрипя колесами, неспешно, но упрямо преследовала лошадь. Саму лошадь, впрочем, это нисколько не беспокоило. Она просто следовала своему предназначению, туда, куда ей указывал хозяин, без лишних раздумий и сомнений. На телеге сидели двое. Первым был сам хозяин — мужчина лет тридцати, высокий и худощавый, с серьезным взглядом и слегка усталым выражением лица. Рядом с ним примостилась его неудачливая спутница — невысокая стройная девушка с необычной внешностью. Необычность заключалась в том, что у девушки наблюдались своеобразные метаморфозы. А именно: рыжий лисий хвост и уши. Она выглядела так, будто сошла со страниц сказки, но ее поведение было далеко от сказочной скромности. — Еще раз говорю, если бы ты дал мне больше времени, мне бы удалось выторговать скидку! — Девушка скрестила руки на груди и надула губы, явно недовольная. Ее хвост нервно подергивался, а уши прижались к голове, словно она готовилась к атаке. — А я еще раз повторяю, что твои методы торга, основанные на спаивании второй стороны, приносят нам только убытки, — сухо ответил мужчина, не отрывая взгляда от дороги. — Чего?! — Девушка вскинула руки вверх, словно призывая небеса в свидетели. — С какой стати?! Почему вселенская несправедливость обрушилась именно на меня? За что ты так жестоко со мной обращаешься? — Она драматично приложила ладонь ко лбу, изображая глубокое страдание. — С такой стати, что, во-первых, твой способ сбить цену обычно заканчивается тем, что мне приходится доплачивать из своего кармана. Во-вторых, у меня складывается впечатление, что тебе просто нравится пить, и в этом заключается твоя истинная цель, — продолжил он, не обращая внимания на ее театральность. Девушка открыла рот, чтобы возразить, но он не дал ей шанса. — А в-третьих, на следующий день тебе всегда плохо, и ты не можешь даже встать с постели! Из-за этого мы вечно опаздываем! — Но это все еще выгодно! Я выторговала нам семь серебряных монет! — Она выставила ладони с отогнутыми пальцами прямо перед его лицом, словно демонстрируя неоспоримые доказательства. — Да что ты говоришь? — Мужчина отмахнулся от ее рук и начал рыться в сумке. Девушка испуганно вздохнула, поняв, что он собирается делать. — Не смей доставать ЭТУ книгу! — Предчувствуя неизбежное, она закатила глаза. Естественно, он ее не послушал. Пролистав несколько страниц, он остановился на нужной и начал зачитывать наставническим тоном: — Кроличьи шкуры, которые мы везем на продажу, стоили двадцать серебряных монет. Правильно? — Она недовольно кивнула — Мне удалось выторговать скидку в три монеты. При помощи несложных вычислений, мы понимаем, что груз должен был обойтись нам в семнадцать серебряных монет и в этот же день мы должны были отправиться в соседний город. — Но…- попыталась вставить она, но он резко поднял руку, останавливая ее. — Однако тебе в голову снова пришла «потрясающая» идея. Ты решила, что сможешь выторговать ещё четыре монеты и зазвала торговца в таверну. Там, ты потратила на вино и еду две серебряные монеты. Я ничего не упускаю? — Мне не нравится, к чему ты это ведёшь…- тихо произнесла она, укрываясь своим хвостом, словно пытаясь спрятаться от неумолимой логики его слов. — После ваших диких гуляний, мне пришлось заплатить ещё одну серебряную монету за разбитую посуду и сломанный стул. И ещё две монеты я отдал за комнату в трактире, так как ты уже была не в состоянии отправиться в путешествие. — Но четыре серебряных он всё же скинул! – Не унималась она. — Итого, мы получаем, что груз из кроличьих шкур обошёлся нам в восемнадцать серебряных монет вместо семнадцати, не говоря уже о том, что мы потеряли целый день из-за твоего похмелья. – Он резко захлопнул книгу и убрал её обратно в кожаный мешок. — Знаешь, Марко, — она вскочила на ноги, ее хвост взметнулся в воздух, а глаза сверкнули вызовом. — Не всё в этой жизни решается с помощью арифметики! Иногда нужно просто довериться интуиции и… и чутью! — Чутью? — он поднял бровь, явно сомневаясь. — Твое чутье обычно заканчивается тем, что я плачу за разбитую посуду и твое похмелье. — Ну и что? — она фыркнула, садясь обратно. — Зато весело! И, кстати, я все еще считаю, что мы в плюсе. Две монеты — это две монеты! — Что-то я не понимаю, а где здесь твоя заслуга? Плюс ты забываешь, что мы потеряли целый день, — напомнил он. — Ага, зато я нашла нового друга! — Она гордо подняла голову. — Тот торговец сказал, что я очаровательна! — Он был пьян, — сухо ответил Марко. — Что у пьяного на языке… На улице уже смеркалось, последние лучи солнца пробивались сквозь редкие облака, окрашивая небо в оттенки оранжевого и фиолетового. Воздух стал прохладнее, и легкий ветерок шелестел листьями, предвещая скорую ночь. Марко и его спутница ехали молча, каждый погруженный в свои мысли, когда внезапно перед ними возник темный лес. Лес, которого не должно было быть на их пути, стоял перед ними, словно вырос из ниоткуда. Он был окутан густым белым туманом, который стелился между деревьями, скрывая их основания и делая его похожим на призрачное видение. Высокие деревья с густой листвой образовывали плотную стену, сквозь которую едва проникал свет. Тропинка, по которой они шли, терялась среди стволов, словно приглашая их войти. — Ммм, выглядит совершенно не подозрительно, — пробормотал Марко, нахмурившись. — Сколько здесь путешествую, леса тут никогда не было. Фара, это твои магические штучки? — Чего я то сразу…хотя… — она задумалась, ее рыжие уши нервно подергивались. Они слезли с телеги. Фара огляделась, нервно поводя ушами. Она слышала шелест листьев и редкие крики птиц, но что-то в этом лесу заставляло ее чувствовать себя неуютно. Она неосознанно придвинулась немного ближе к Марко, ее глаза бегали по сторонам. — Ты в норме? — сказал он слегка приобняв её за плечи. — Что-то не так, — ответила Фара тихим и серьезным голосом.  — Этот лес... в нем есть что-то странное. Я чувствую в нём магию. — Она смотрела в оба, ее чувства были обострены. Она попыталась избавиться от неприятного ощущения, но напряжение никуда не делось. — Что-то здесь не так. Я ощущаю не только магию. Мои животные чувства обострились. Он будто зовёт нас. — Думаешь это…? — Марко остановился на полуслове. — Не знаю, но нужно проверить. — Она медленно пошла вперёд. — Погоди, может, хотя бы обсудим варианты? — Марко очень не хотел идти в загадочный тёмный лес, окутанный густым туманом. — Не хочешь помогать, стой здесь, — сказала Фара раздражённо, но в её голосе слышалась нотка неуверенности. Марко глубоко вздохнул, взял лошадь за поводья и направился за ней, чувствуя, как тревога нарастает в груди. Лес встретил их тишиной, нарушаемой лишь шелестом листьев и редкими криками птиц. Воздух был густым, словно пропитанным тайной. Туман не давал им хорошо осмотреться. Они шли все глубже, и с каждым шагом ощущение, что за ними наблюдают, становилось все сильнее. — Может, все-таки повернем назад? — Предложил Марко, оглядываясь. — Давно ты стал таким трусом? — Она обернулась к нему, пытаясь натянуть ехидную улыбку. — Может, найдём здесь какой-то артефакт и разбогатеем, или восполним мои силы, о, или даже сможем снять проклятье! — Затараторила Фара, но в её голосе слышалась лёгкая дрожь. — Или умрем ужасной мучительной смертью, — мрачно добавил Марко. — Но, знаешь, если это случится, я обязательно скажу: «Я же говорил». — О, спасибо, это очень утешит меня в последние секунды жизни, — фыркнула Фара. Лес становился все гуще, а туман — плотнее. Деревья, казалось, смыкались за их спинами, отрезая путь к отступлению. Ветви, покрытые мхом, тянулись к ним, словно пытаясь ухватиться за одежду. Фара шла впереди, ее уши и хвост были напряжены, а глаза блестели в полумраке. Она вдруг остановилась, прислушиваясь. Когда туман окутал их, мир вокруг превратился в плотную, непроницаемую белую завесу. Они едва могли видеть на несколько шагов вперед, и без того жуткая атмосфера стала еще более гнетущей. — Марко, держись поближе, — прошептала Фара, инстинктивно протягивая руку, чтобы ухватиться за край его куртки. Она чувствовала, как бешено колотится сердце в груди. — Это куда вся твоя храбрость улетучилась? — Сказал Марко клацая зубами от страха, но стараясь говорить уверенно. — Ты, главное, в зеркало не смотри, — Фара сжала его куртку сильнее. Они, наконец, вышли на небольшую опушку. Лес и туман будто расступились перед ними, открывая поляну, залитую призрачным светом луны, пробивавшимся сквозь плотную завесу облаков. В центре поляны стояло одинокое старое дерево, его ствол был покрыт глубокими трещинами, словно морщинами на лице древнего великана. Ветви дерева тянулись к небу, образуя причудливый узор, а корни, выпирающие из земли, напоминали когти, вцепившиеся в почву. Они медленно подошли к дереву и внимательно его осмотрели. — Чувствуешь, что-нибудь? — Спросил Марко, оглядываясь. Его голос звучал тихо, словно он боялся нарушить зловещую тишину. Фара приблизилась к дереву и положила ладонь на его кору. Её пальцы слегка дрожали, а уши настороженно подрагивали. Она закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях. — Самое обычное дерево, а вот внутри… — Фара обошла ствол, сама пока не понимая, что она хочет найти. Спустя короткое время, она обнаружила дупло. Оно было небольшим, но достаточно глубоким, чтобы скрывать что-то внутри. — Вот оно, — сказала она, обернувшись к Марко. — Подсади меня. — О, неужели настал час «сую свои маленькие лапки во все подозрительные отверстия»? — Произнес Марко вставая на одно колено. Несмотря на шутливый тон, его голос выдавал лёгкую нервозность. — Ха-ха, тебе не торговцем нужно было становится, а королевским шутом, — фыркнула Фара забираясь к нему на плечи. — Держи меня крепче, я не хочу стать первой лисой, которая сломала шею, залезая на дерево. Чувствуя, как магия тонкой струйкой тянется к ней изнутри древа, Фара осторожно просунула руку в дупло. Её пальцы нащупали что-то твёрдое и шероховатое — небольшой деревянный предмет, который, казалось, был встроен в саму сердцевину дерева. Она попыталась ухватить его, но предмет не поддавался, словно сопротивляясь её усилиям. — Апчхи! — внезапно чихнул Марко, прижав её сильнее, чтобы не уронить. — Да, Марко, ещё громче! Пусть каждый волк, медведь или что похуже в этом лесу узнают, что мы здесь! — недовольно проворчала Фара, не отрывая руку от дупла. — Твой хвост щекочет мне нос! — оправдывался он, потирая переносицу. — Ты вообще понимаешь, как сложно стоять смирно, когда тебе в лицо постоянно тычутся рыжие кисточки? — Вы посмотрите, какие мы нежные, — фыркнула Фара, продолжая пытаться достать предмет. — А твои блохи не меня не перепрыгнут? — Марко рассмотрел её хвост внимательнее. — Я заметил, что-то ты, в последнее время, часто свой хвост чешешь. — Ты дурак что ли?! — закричала Фара, её уши прижались к голове, а лицо стало красным, как спелый помидор. От смущения она потеряла концентрацию, и в следующую секунду они оба завалились на землю, успев лишь громко вскрикнуть. Они оказались на мягком зелёном мху, который, к счастью, смягчил падение. Фара тут же вскочила на ноги, её хвост взметнулся в воздух, а глаза сверкали яростью. — Как вообще можно додуматься сказать леди, что у неё в хвосте завелись блохи?! — она ткнула пальцем в грудь Марко, который всё ещё сидел на земле. — Невоспитанное ты хамло! — С каких пор лисий хвост, уши торчком и латентный алкоголизм стали показателями для леди? — парировал Марко, поднимаясь и отряхиваясь. — Ну знаешь… — Фара, недолго думая, швырнула в него небольшой деревянный предмет. Он ударил Марко по ноге, и тот вскрикнул: — Эй, без рукоприкладства! — он поднял находку и внимательно осмотрел её. — О, всё-таки вытащила. Молодец. Они оба поднялись и начали разглядывать деревянную фигурку. Это была небольшая, но искусно вырезанная голова волка. Её глаза, хотя и пустые, казалось, следили за ними, а на лбу были вырезаны странные символы. — Что это? — спросил Марко, поворачивая фигурку в руках. — Что-то вроде тотема? — Судя по всему, — ответила Фара, её голос стал серьёзным. — Такие вырезают жители деревень, для защиты своих поселений. Обычно – это просто суеверия, но этот предмет явно магический. Хотя сейчас в нём почти не осталось силы. Думаю, он был частью какого-то ритуала. Они обсуждали находку, как вдруг туман вокруг них снова начал сгущаться, а из чащи леса раздался злобный рык. Звук был низким и угрожающим, словно исходил от чего-то большого и опасного. Воздух вокруг стал тяжелее, а тишина леса сменилась настороженным гулом, будто сама природа затаила дыхание — Кажется, этот тотем сам кто-то охраняет, — пробормотал Марко, доставая кинжал из-за пояса и пряча Фару за собой. — Сможешь выкачать магию из него? — Нет, — Фара грустно покачала головой. — В нём почти и магии нет. — Она замолчала, прислушиваясь к звукам вокруг — Оно близко… Фара насторожилась, её уши поднялись, а хвост распушился. Она прислушалась, стараясь определить направление, откуда доносился рык. — Это не волк, — прошептала она. — И не медведь. Что-то другое… — Надеюсь, хотя бы не стая бешеных лис, — процедил Марко. — Мне и тебя хватает. Туман вокруг них начал двигаться, принимая очертания. Из него выступила огромная фигура, покрытая густой шерстью. Это была женщина, но её облик был далёк от человеческого. Её тело было гибким и мускулистым, а лицо сочетали в себе черты человека и зверя. Она был под три метра ростом, а её глаза горели ярким синим светом, как две большие луны. Клыки, длинные и острые, сверкали в полумраке. Она двигался с грацией хищника, каждый шаг которого был наполнен угрозой. — Это… оборотень? — неуверенно спросил Марко, отступая на шаг. — Хуже, — ответила Фара, её голос дрожал. — Это лесной дух. И, судя по всему, он не рад, что мы потревожили его покой. Дух издал ещё один рык, на этот раз громче, и сделал шаг в их сторону. Его когти впились в землю, оставляя глубокие следы. Фара и Марко обменялись взглядами. — Может, он не за нами? — Ага, по грибы пришёл. —  Фара инстинктивно прижалась к Марко, её хвост обвился вокруг его ноги. — Сможешь задержать его? — Серьёзно спросил Марко, одним глазом поглядывая на телегу с лошадью, стоящую в нескольких метрах — Попробую.  — Она приготовилась, её голос стал твёрже. Марко кивнул, сжал кинжал в руке и резко запустил его прямо в зверя, после чего стремительно побежал в сторону лошади. Клинок просвистел в воздухе, но дух ловко отпрыгнул в сторону, приземлившись на все четыре лапы. Его глаза сверкнули яростью, и он кинулся в сторону Фары. Но к этому моменту она уже была готова. Она вытянула обе руки перед собой, ладони открыты. Её губы шептали слова заклинания, а глаза светились магическим светом. Внезапно между ней и несущимся на неё зверем образовалась маленькая, пульсирующая белая сфера. Она росла с каждой секундой, наполняя воздух гулом магии. — Фара, руку! — крикнул Марко, уже мчась к ней верхом на телеге. Он протянул ей ладонь, его лицо было напряжено, а глаза полны решимости. Сфера резко сомкнулась, а затем озарила всю поляну ярчайшим белым светом. Зверь зарычал, ослеплённый вспышкой, и на мгновение замер. Фара ловко ухватилась за руку Марко, и он подтянул её к себе, прямо на кроличьи шкурки. Лошадь, почуяв опасность, рванула вперёд, унося их прочь от поляны. — Держись крепче! — крикнул Марко, управляя поводьями одной рукой, а другой придерживая Фару. Она обернулась, чтобы посмотреть на духа, который уже начал приходить в себя. Его глаза снова загорелись жёлтым светом, и он бросился в погоню. — Он за нами! — крикнула Фара, её голос дрожал. — Едем быстрее! Марко не нужно было говорить дважды. Он натянул поводья, и лошадь ускорилась, мчась сквозь туман и деревья. Лес вокруг них превратился в размытое пятно, а сердцебиение в ушах заглушало все остальные звуки. Они неслись через лес, снося на своём пути кусты и ветки. Лошадь, подгоняемая криками Марко, мчалась, как будто за ней гнался сам дьявол. Но зверь, пустившийся в погоню на всех четырёх лапах, стремительно нагонял их. Его мощные прыжки разрывали туман, а глаза, горящие синим светом, неотрывно следили за добычей. — Скажи лошади, чтобы мчалась быстрее! — Лицо Фары скривилось от страха, её уши прижались к голове, а хвост нервно подрагивал. — Да?! И-го-го блин! Ой, смотри, что-то не выходит! Может, на языке жестов с ней поговорить попробуешь!? — кричал Марко, отчаянно пытаясь увернуться от очередного пня, который едва не выбил колесо телеги. — Она скачет на все свои две золотые монеты! — Почему МНЕ всегда приходится решать НАШИ проблемы?! — Фара поднялась, стараясь принять устойчивое положение на трясущейся телеге. Она вытянула левую руку перед собой, а правую завела за плечо. Её глаза закрылись, а губы начали шептать слова заклинания. Она глубоко вдохнула носом, и на выдохе из её ноздрей резко вырвался поток холодного воздуха, который тут же превратился в клубы инея. — Эй, ты уверена, что это сработает? — Крикнул Марко, бросая взгляд на приближающегося зверя. — Нет! — Ответила Фара, не открывая глаз. — Но всё ещё лучше, чем твой бесполезный и глупый сарказм! Она прокричала последние слова заклинания и резко выбросила правую руку перед собой. Магический круг, сияющий голубым светом, образовался рядом с её ладонью, и из него хлынул мощный поток льда и холода. Ледяная струя ударила в землю перед зверем, мгновенно превращая её в зеркально гладкий лёд. Дух, не успевший среагировать, поскользнулся и с грохотом врезался в ближайшее дерево. Массивная туша зверя снесла его, как спичку, но это лишь на мгновение задержало его. — Получилось! — воскликнула Фара, но её радость была преждевременной. Зверь встряхнулся, как мокрая собака, и снова устремился за ними. Его движения стали ещё более яростными. Он отталкивался от деревьев, используя их как опору, что придавало ему ещё больше скорости. Каждый его прыжок сокращал расстояние между ними. — Он снова за нами! — крикнул Марко, его голос дрожал от напряжения. — У тебя есть ещё какие-нибудь идеи, или можно начинать молиться? — Попробую ещё раз… — Фара тяжело дышала, с её лба стекал пот. — Нет, хватит! Ты еле на ногах стоишь, хочешь, чтобы у тебя лисий нос вырос!? — Перебил её Марко, его голос звучал резко, но в нём слышалась забота. — Лучше уж с таким носом, чем совсем без него! — Сказала она отчаянно. Марко оглянулся на зверя, который был уже совсем близко. Его глаза сверкнули решимостью. — Держись крепче! — Крикнул он и резко дёрнул поводья, направляя телегу в сторону узкой тропинки. Лошадь, почуяв опасность, рванула вперёд, но тропинка была слишком узкой, и ветки хлестали их по лицам. — Ты с ума сошёл?! — Закричала Фара, она обхватила его талию и прижалась к спине. — Мы застрянем здесь! Зверь, однако, не отставал. Он прыгал между деревьями, его дыхание было слышно даже сквозь грохот колёс и топот копыт. Казалось, он был всего в паре прыжков от них. — Марко, он почти догнал нас! — Фара обернулась, её глаза расширились от ужаса. — Тогда держись ещё крепче! — крикнул он и резко повернул телегу в сторону, выезжая на небольшую поляну. Лошадь, выбиваясь из сил, рванула вперёд, но зверь был уже слишком близко. Фара, понимая, что другого выхода нет, снова подняла руку. Её глаза загорелись магическим светом, а губы начали шептать слова заклинания. Она знала, что это может быть их последний шанс. Однако Марко одной рукой схватил её за шиворот и кинул на шкуры. — Смотри, свет! — крикнул он, указывая вперёд. Лес начал редеть, и вдали показался просвет. Марко ударил поводьями ещё сильнее, и лошадь, словно почуяв надежду, рванула вперёд с новой силой. Они вырвались из леса, и перед ними открылась широкая равнина, залитая лучами солнца. Она была усыпана полевыми цветами, которые колыхались под лёгким ветерком, словно приветствуя их. Воздух здесь был свежим и чистым, без тени того зловещего тумана, что окутывал лес. Вдали виднелись деревенские дома, их крыши блестели на солнце, а дымок из труб обещал тепло и уют. Фара и Марко вздохнули с облегчением, когда поняли, что выбрались за пределы туманного леса. Они остановили запыхавшуюся лошадь, которая, казалось, вот-вот рухнет от усталости. Её бока вздымались, а грива была мокрой от пота. Сердца героев всё ещё бешено колотились в груди, но теперь это было больше от облегчения, чем от страха. — Мы… мы сделали это, — прошептала Фара, её голос дрожал. Она обернулась назад, к опушке леса, но зверь не последовал за ними. Лес стоял тихий и безмолвный, словно и не было никакой погони. — Да, сделали, — Марко вытер пот со лба и посмотрел на деревню. — Но я бы не стал расслабляться. Этот зверь… он не просто так остановился. Что-то его удерживает. — В любом случае, нам нужно быть начеку, — Марко кивнул, его взгляд стал серьёзным. — Но сначала давай найдём, где можно передохнуть. Лошадь еле стоит на ногах, да и… Фара ударила его в плечо, её уши поднялись, а хвост нервно дёргался. — Ай, за что?! — Ты обманул меня! — Она потирала кулак, которым ударила Марко. — Что? О чём ты? — Марко с недоумением смотрел на неё. — Лошадь! — Фара скрестила руки на груди, её глаза сверкали обвинением. — Что лошадь?! — Марко развёл руками, явно не понимая, куда она клонит. — Ты сказал мне, что она стоила три золотых!  — Она ткнула пальцем ему в грудь. Гад ты, Марко! Глава 2Спор между Фарой и Марко был настолько жарким, что они даже не заметили, как к ним подошла молодая девушка. Её длинные чёрные волосы были заплетены в аккуратную косу, а в руках она держала несколько венков из полевых цветов. Её большие голубые глаза светились добротой и любопытством. — Ой, здравствуйте! — Она улыбнулась, словно солнце после долгого дождя. — Вы, наверное, путешественники? — Её голос звучал мягко и приветливо, а взгляд скользнул по их уставшим лицам и запыхавшейся лошади. Фара и Марко обменялись быстрыми взглядами. Уши и хвост Фары были на виду, но девушка, казалось, совершенно не обращала на это внимания. Её взгляд был полон наивного любопытства, без тени страха или осуждения. Фара поспешно накинула капюшон и поджала хвост, стараясь скрыть свои необычные черты. — Эм, ну да, что-то вроде того, — ответила Фара, пытаясь звучать непринуждённо, но её голос слегка дрожал. — Мы бродячие торговцы. Везём груз в Радцыг. — Радцыг? — Девушка приложила палец к губам, задумчиво нахмурив брови. — Никогда не слышала о таком городе. — Она покачала головой, и её глаза на мгновение потускнели. — Хотя, честно говоря, я мало что знаю о местах за пределами нашей деревни… — Ну, это должно быть недалеко отсюда, — неуверенно добавил Марко, бросая взгляд на лес, из которого они только что вырвались. — Вроде как… — Ой, а вы, наверное, устали с дороги! — Девушка внезапно оживилась, её глаза снова засияли. — Пожалуйста, давайте пройдём в деревню! У нас как раз сегодня праздник, и вы прибыли как раз к его началу! Отдохнёте, покушаете, хорошо выспитесь, а завтра снова в путь! Ну что, давайте? — Она сложила руки в мольбе, словно умоляя их согласиться. Её взгляд стал настолько искренним, что отказать было невозможно. Фара и Марко снова переглянулись. После всего, что они пережили в лесу, мысль о тёплой еде и мягкой постели казалась почти невероятной. Однако что-то в её предложении вызывало лёгкое беспокойство. Оно звучало слишком уж хорошо, особенно после встречи с лесным духом. — Ну… — начал Марко, но Фара перебила его. — Конечно, мы с радостью примем ваше предложение! — Она улыбнулась девушке, хотя в её глазах всё ещё читалась настороженность. — Мы действительно устали, и немного отдыха нам не помешает. — Прекрасно! — Девушка захлопала в ладоши, её лицо озарилось радостью. — Кстати, меня зовут Элли. А вас? — Марко, — представился он, слегка кивнув. — А я Фара, — добавила она, стараясь не привлекать внимания к своему хвосту, который всё ещё нервно подёргивался под плащом. — Очень приятно! — Элли улыбнулась ещё шире. — Тогда пойдёмте, я покажу вам дорогу. У нас в деревне сегодня будет музыка, танцы и много вкусной еды! Вы точно не пожалеете! Она повернулась и пошла в сторону деревни, оживлённо жестикулируя и рассказывая о предстоящем празднике. Фара и Марко последовали за ней, но их взгляды всё ещё были полны сомнений. — Думаешь, она не заметила? — прошептала Фара, глядя на Марко из-под плаща. — Не обратить внимание на твой внешний вид довольно тяжело, знаешь ли, — ответил Марко, тоже шёпотом. — Нет…тут, что-то ещё. — Выглядит она дружелюбно, да и предложение уж больно заманчивое — пробормотала Фара и в этот момент живот Марко заурчал.  — Вот, видишь. Марко вдруг опомнился и начал нервно шариться у себя по карманам. — Чёрт, тотем выронил, пока за нами дух мчался, — сказал он еле слышно. Фара закатила глаза и глубоко вздохнула. — Надеюсь, он нам не понадобится. Деревня, в которую они вошли, выглядела уютно и мирно. Дома были аккуратно сложены из дерева, их крыши украшали резные узоры. Из труб поднимался дымок, обещая тепло и уют. На улицах царила оживлённая атмосфера: люди смеялись, дети бегали между домов. На центральной площади уже собирались жители, украшая площадь гирляндами из цветов. Воздух был наполнен ароматами свежеиспечённого хлеба и жареного мяса. По пути на центральную площадь они зашли в небольшую конюшню. — Матиас! — Крикнула Элли вдаль. Из конюшни к ним вышел невысокого роста старичок. — Ох, Элли. — Старик с улыбкой поприветствовал её. — Что ты хотела, золотце? — Это мои новые друзья — Она представила Марко и Фару. — Они – бродячие торговцы. Можно на денёк оставить у тебя их лошадь? Приглядишь за ней? Старик, сначала как будто бы смотрел сквозь них, но вскоре опомнился и ответил. — Конечно, ради тебя, всё, что угодно. Лошадью больше, лошадью меньше… — Но, лучше всё-таки больше. — Вмешалась Фара, с опасением отдавая их лошадку. — Спасибо, Матиас! Я занесу тебе твоих любимых пирожков с картошкой! — Д-да. Спасибо. — На секунду старик замешкался, будто хотел сказать что-то ещё, но лишь попрощался. Они продолжили идти дальше к центральной площади. Она была окружена домами с резными ставнями и яркими дверьми. На крышах сушились травы и связки лука, а из труб поднимался дым, смешивающийся с ароматом свежего хлеба и жареного мяса. На столах, расставленных вдоль площади, лежали угощения — хлеб, сыры, фрукты и кувшины с забродившим мёдом. Вся деревня, казалось, готовилась к большому празднику. Жители деревни суетились, украшая площадь гирляндами из полевых цветов и лент. Дети бегали между домов, играя в догонялки, их смех разносился далеко вокруг. Женщины занимались приготовлением еды, развешивая связки сосисок и кусков мяса на вертелах над кострами. Мужчины настраивали инструменты — скрипки, дудки и барабаны, готовясь к вечерним танцам. — У вас здесь настоящий пир! Видно, что деревня зажиточная. А какому дому она принадлежит? — Задал вопрос Марко. — Дому? — Элли подняла брови. — Не совсем поняла, о чем вы… — Она вежливо улыбнулась, будто бы не смогла ответить на простой школьный вопрос. — Ну…как это объяснить. — Марко в недоумении прижал указательный палец к подбородку. — Кому вы платите налоги? Кто охраняет деревню? — А, вы про нашего защитника? Так вот же! — Элли указала на центр площади. — Теперь всё становится немного яснее, — прошептала Фара, смотря прямо перед собой. Перед ними возвышался деревянный тотем, массивный и загадочный. Его поверхность была покрыта сложной резьбой, изображавшей переплетение лесных и звериных мотивов — стволы деревьев, ветви, лапы и когти. Лицо существа на вершине тотема было суровым, с пронзительными глазами, вырезанными так искусно, что казалось, будто они следят за каждым, кто оказывался рядом. На лбу тотема были вырезаны непонятные символы, которые напоминали те, что они видели на деревянной фигурке из леса. — Это – Тенарвин. — Элли смотрела на тотем с нескрываемым благоговением — Мы поклоняемся ему, а он оберегает деревню от бед и напастей. Каждый год мы приносим ему дары и проводим ритуалы благодарения. Рядом с тотемом возвышался пьедестал, сложенный из тщательно отшлифованных камней. На нём лежали свежие цветы, плоды и корзины с зерном. Некоторые жители, проходя мимо, почтительно кланялись тотему, шепча что-то себе под нос. Казалось, этот ритуал был для них привычным и обыденным. Элли как раз подбежала к нему и украсила его венками, которые принесла с поля. Когда они вошли в трактир, их встретил шумный гул голосов, смеха и звон бокалов. Трактир был просторным, с низкими деревянными потолками, украшенными связками сушёных трав и луковиц. Стены, выкрашенные в тёплые охристые тона, были увешаны старыми выцветшими гобеленами и охотничьими трофеями — рогами оленей и чучелами лесных птиц. В центре зала горел большой камин, его пламя отбрасывало уютные блики на деревянные столы и скамьи, расставленные по всему помещению. На столешницах стояли глиняные кувшины с напитками, деревянные миски и тарелки, а в воздухе витал аромат жареного мяса, свежего хлеба и пряных трав. Люди в трактире были самыми разными — от пожилых крестьян в простой одежде до молодых парней и девушек, одетых в яркие наряды, явно подготовленные к празднику. Некоторые сидели за столами, оживлённо беседуя, другие стояли у стойки, где трактирщик наливал напитки в глиняные кружки. В углу зала несколько музыкантов настраивали свои инструменты — скрипку, дудку и барабан, готовясь к вечерним танцам. Как только Элли переступила порог, на неё обрушилась волна приветствий. — Элли! Наконец-то! — Крикнул кто-то из дальнего угла. — Смотрите, кто к нам пожаловал! — Подхватил другой голос. — Элли, красотка, как раз к началу праздника! — Раздалось из-за стойки. Люди начали хлопать в ладоши, подбадривая её, а некоторые даже встали со своих мест, чтобы поприветствовать её поклонами или дружескими похлопываниями по плечу. Элли смущённо улыбалась, слегка покраснев, но её глаза светились радостью. Она отвечала каждому, кивая и улыбаясь, словно была душой этого места. — Спасибо, спасибо, — говорила она, слегка размахивая руками, чтобы успокоить толпу. — Ну, всё, всё, прекратите. Вы меня смущаете. Элли провела их к свободному столику у камина, где было тепло и уютно. — Садитесь, я сейчас принесу вам еды и вина, — сказала она, прежде чем исчезнуть в направлении кухни. Фара и Марко устроились напротив друг друга. Марко внимательно оглядывал зал, пытаясь понять, что вызвало такой ажиотаж вокруг Элли. Его взгляд скользил по лицам людей, через некоторое время он заметил, что, хоть люди и приветствовали Элли, они как будто бы старались держать с ней дистанцию. Неожиданно Фара сняла с себя плащ. — Эй, ты чего творишь!? — Марко запаниковал и уже собирался закрыть её своим телом, но Фара его остановила. — Да успокойся. Ты чего, не заметил? — Фара положила подбородок на сложенные в замок руки, её глаза устало скользили по таверне — Мы для них – практически призраки. — Что ты имеешь в виду? — Марко нахмурился, сложив руки на груди. — Пока мы шли, я пыталась заговорить с несколькими людьми, — Фара устало выдохнула. — Никто даже внимания не обратил…пока рядом не оказывалась Элли. Только тогда, я становилась для них «видимой». И то, никто не реагировал на моё прекрасное личико. — Элли могла заманить нас в иллюзию? — Марко насторожился ещё сильнее, его голос стал тише. — Не думаю, — Фара покачала головой. — Даже я в нынешнем моём состоянии могу создавать небольшие иллюзии. Но на такую сильную магию я не могла рассчитывать даже раньше. Я бы почувствовала, как она черпает энергию из зазеркалья. — Куда же мы тогда попали? — Марко провёл рукой по лицу, его голос звучал напряжённо. — Меня больше волнует их так называемый дух защитник. — Фара закрыла глаза и задумалась. — Кстати о нём, «Охраняет деревню от бед и напастей»? От проходящих мимо торговцев, видимо, тоже. — М-м… я скорее о… — Но Фара не успела договорить. В этот момент Элли и ещё несколько человек начали подносить на стол различные яства. На деревянных подносах красовались дымящиеся миски с густым супом, свежий хлеб, жареное мясо с ароматными травами и кувшины с вином. Запахи были настолько соблазнительными, что даже Фара на мгновение забыла о своих подозрениях. — Ну что, голодные? — Элли улыбнулась, ставя перед ними тарелки. — Ешьте, не стесняйтесь! Фара и Марко обменялись краткими взглядами. Подозрения никуда не делись, но запах еды был слишком соблазнительным, чтобы сопротивляться. Марко ждал, пока Фара даст отмашку, что есть можно. Она глубоко вдохнула себя запахи еды, пытаясь понять, не подмешали ли им чего-то дурного. — Ну-с, приятного аппетита! — Фара улыбнулась и на мгновенье, Марко увидел её клыки. — Спасибо, — наконец сказал Марко, беря в руки ложку. — Выглядит потрясающе. — Эм… а вы не будете против, если я посижу с вами? — Элли скромно стояла, упираясь взглядом в пол, но в её глазах читалось искреннее желание пообщаться. — Конечно, присаживайся, — ответил Марко, подвинувшись и освобождая место за столом. — Правда? Спасибо! — Настроение Элли моментально улучшилось, она тепло улыбнулась и быстро устроилась за столом, как будто боялась, что они передумают. — Я никогда не общалась с людьми, за пределами деревни. — А ты здесь важная шишка, а, Элли? — спросила Фара, наливая себе вина и слегка прищурившись. Её хвост нервно подёргивался под столом, но она старалась выглядеть непринуждённо. — Нет, что вы, я… — Элли залилась краской, но продолжила, слегка смущаясь. — Я как бы это сказать… что-то вроде местного талисмана. — Она отвела взгляд, словно стесняясь своих слов. — Талисмана? — Фара подняла бровь, её уши настороженно подрагивали. — Что ты имеешь в виду? — Она старалась не показывать свои подозрения, но её голос звучал чуть более напряжённо, чем она хотела бы. — Ну… я же рассказывала вам про Тенарвина, так вот, я вроде как духовно связана с ним, или что-то в этом роде. — Элли говорила медленно, словно подбирая слова. — Староста говорит, что если меня не станет, то и дух исчезнет. — В её голосе прозвучала нотка грусти, но она быстро встряхнулась, словно стараясь отогнать мрачные мысли. — Но давайте не будем обо мне? — Её глаза снова загорелись, и она быстро переводила взгляд с Марко на Фару и обратно. — Расскажите что-нибудь о себе! Вы же много где побывали, мне очень интересно! — Она произнесла это с таким детским любопытством, что Фара невольно улыбнулась. — Ну… — Марко засмущался от её напора, потирая затылок. — Даже не знаю, с чего начать. Мы, в общем-то, обычные странствующие торговцы. Хотя… — Он бросил взгляд на Фару, которая уже явно готовилась что-то выдать. — Я, — гордо начала Фара, выпрямляясь на стуле, — принцесса заморской страны, которая находится за океаном. Далеко-далеко отсюда. Передо мной преклонялись герцоги и графы, а при моём правлении казна была всегда полна! — Она с пафосом откусила кусок от куриной ножки, её хвост самодовольно подрагивал. — А этот парень – отъявленный преступник. — Произнесла Фара загадочно подмигивая Элли слегка понизив голос. Марко не выдержал и дал ей лёгкую затрещину по затылку. — Больно~о~о, — Фара состроила недовольную мину, но в её глазах сверкал озорной огонёк. — Какая наглая, неприкрытая и до безобразия грязная ложь, — с серьёзным видом произнёс Марко, обращаясь к Элли. — Я никогда не был преступником, — он на секунду задумался, — в прямом понимании этого слова… Я занимался разными поручениями в качестве наёмника. А большую часть времени я возглавлял личную охрану одного вельможи. — Ага, — Фара посмотрела на Марко исподлобья, её уши настороженно поднялись. — Прежде чем предлагать Марко работу, советую сначала поинтересоваться, как сейчас дела у этого «вельможи»! — Она сделала акцент на последнем слове, явно наслаждаясь моментом. — Да, а прежде чем верить этой пародии на знатную особу, уточни у неё, куда делись все её богатства и когда она начнёт сама оплачивать свои покупки! — Марко парировал, его голос звучал с лёгкой издёвкой. Они грозно смотрели друг на друга. У Марко на лбу начала играть жилка, а Фара оскалилась своими клыками, словно готовая к атаке. — Ха-ха, вы такие милые! — Элли веселил их спор, она засмеялась, прикрывая рот рукой. — Эм… а скажите, вы… ну это… — Элли немного покраснела, поставила руки перед собой и начала бить указательными пальцами друг по другу, словно не решаясь задать вопрос. — Вы пара? Фара и Марко одновременно замерли, обменявшись серьёзными взглядами. Повисла неловкая пауза. В представлениях Элли вся их жизнь пронеслась у неё перед глазами. Для неё стало очевидно, что этих двух связывает, что-то большее, чем просто деловые отношения. Это читалось по тому, как тепло они смотрят друг на друга, между ними была явная недос… Их щёки надулись и Марко с Фарой разразились хохотом. — Мы пара!? — Фара держалась за живот от смеха. — С этим скрягой, который постоянно ведёт себя как старый ворчливый старик!? Да став его женой, я бы сума сошла от постоянных упреков уже через неделю! — Да~а, уж кто бы тут ещё про старость говорил. — Марко поднял бровь, его голос звучал с лёгким сарказмом. — Эта ведьмочка разорила бы нас ещё перед днём свадьбы! Заботу о нашем бюджете она воспринимает как «постоянные упреки», ха! — Вот видишь! — Фара развела руками, в этом жесте читалось «ну я же говорила». — Опять про деньги! Элли засмеялась, её голубые глаза светились теплом. — Вы такие забавные! Я никогда не встречала таких людей, как вы. Вы как будто из другой жизни… — Её голос слегка дрогнул, и она быстро отвлеклась, наливая себе немного вина. — Ну, расскажите ещё что-нибудь! Как вы познакомились? Фара и Марко снова обменялись взглядами, на этот раз более серьёзными. — Это долгая история, — наконец сказал Марко, его голос стал чуть мягче. — Но, может, как-нибудь в другой раз. — Да, — согласилась Фара, её хвост успокоился, а взгляд стал задумчивым. — Но спасибо, Элли, за тёплый приём. Элли улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень грусти. — Спасибо вам за то, что вы здесь. Мне так редко удаётся поговорить с кем-то новым. — Она замолчала, словно раздумывая, стоит ли продолжать, но затем встряхнулась и снова засияла. — Ну, а теперь давайте есть, пока всё не остыло! Фара взяла ещё одну куриную ножку, но на этот раз её взгляд стал более задумчивым. — Элли, а ты никогда не хотела уехать из этой деревни? Увидеть мир, познакомиться с новыми людьми? Элли замерла на мгновение, её улыбка слегка потускнела. — Я… не могу. — Она опустила глаза, её пальцы нервно теребили край платья. — Как я и сказала, я связана с этим местом. Если я уйду, дух исчезнет, и деревня останется без защиты. — Она вздохнула, но затем быстро добавила: — Но это не так уж плохо! Люди хорошо относятся ко мне, мне даже выделили отдельный домик…— Её голос звучал убедительно, но в нём слышалась лёгкая нотка сожаления. Марко и Фара обменялись взглядами. Они оба чувствовали, что за её словами скрывается что-то большее, но они решили пока не давить. — Ну, тогда, может, мы расскажем тебе о мире за пределами деревни? — предложила Фара, ей захотелось отвлечь Элли от грустных мыслей. — У нас полно историй, которые могут тебя удивить. — Да, спрашивай, мы многое можем рассказать. — Марко кивнул головой. — Тогда… — Элли серьёзно задумалась. — Фара, ты рассказывала про океан… Глава 3Они говорили до самого вечера, и вино в этом не слабо помогло. Элли смеялась, слушая их истории, а её глаза светились всё ярче. Она задавала вопросы, уточняла детали, и казалось, что на мгновение она забыла о своей роли в деревне. Марко и Фара тоже расслабились, их подозрения на время отступили, уступив место тёплому чувству дружбы. Внезапно они услышали звуки музыки, доносящиеся с улицы. Скрипки, дудки и барабаны сливались в весёлую мелодию, которая звала всех на праздник. — Ой, кажется, праздник начался, побежали! — Элли вскочила со стула, её глаза загорелись азартом. Она схватила Марко и Фару за руки и потащила их к двери. — Вы должны всё увидеть! Они выбежали на улицу, и перед ними открылась потрясающая картина. Всю деревню озаряли огни: фонари, подвешенные между домами, костры, разожжённые на площади, и сотни свечей в руках жителей. Воздух был наполнен ароматами жареного мяса, свежего хлеба и пряных трав. Люди плясали, смеялись и пели, их голоса сливались с музыкой в единый гимн радости. На главной площади подожгли соломенное чучело, и пламя взметнулось вверх, освещая лица танцующих. Люди начали водить хоровод вокруг костра, их тени плясали на стенах домов, создавая причудливые узоры. Элли, не отпуская рук Марко и Фары, втянула их в круг. — Давайте! — крикнула она, её голос звучал радостно и беззаботно. — Танцуйте вместе с нами! Фара, быстро втянулась в веселье. Её хвост раскачивался в такт музыке, а уши подрагивали от восторга. Она кружилась, смеялась и хлопала в ладоши, делая вид, что забыла обо всех своих подозрениях, но тайно пыталась подчеркнуть хоть какие-нибудь подозрительные вещи. Марко, хоть и выглядел немного скованно, тоже не смог устоять перед атмосферой праздника. Он улыбался, наблюдая за Фарой, а затем присоединился к танцу, его движения были немного неуклюжими, но искренними. Элли была в центре внимания, её длинные волосы развевались на ветру, а глаза светились счастьем. Она кружилась между жителями деревни, её смех звенел, как колокольчик. Казалось, что в этот момент она была свободна от всех обязательств и страхов. Музыка на площади постепенно сменилась, переходя от быстрых, ритмичных мелодий к чему-то более медленному и лиричному. Скрипки запели тихо и нежно, а барабаны сменились мягкими ударами бубна. Огонь костра уже не пылал так ярко, но его свет всё ещё озарял лица танцующих, создавая тёплую, почти магическую атмосферу. Марко и Элли оказались рядом друг с другом случайно. Они кружились в общем хороводе, но в какой-то момент Элли слегка споткнулась, и Марко инстинктивно поддержал её за руку. Их взгляды встретились, и на мгновение всё вокруг будто замерло. Элли смотрела на него своими большими голубыми глазами, в которых отражались огни костра и лунный свет. В её взгляде читалась лёгкая растерянность, но также и что-то большее. Марко по-доброму улыбнулся ей, его глаза смягчились. Он не был мастером танцев, но в этот момент его движения стали плавными, почти интуитивными. Он слегка наклонился к ней, всё ещё держа её руку, и тихо сказал: — Можно? Элли на мгновение замешкалась, её щёки слегка порозовели. Она отвела взгляд, словно смущаясь, но затем медленно кивнула. Её маленькая рука дрожала в его большой тёплой ладони, но она не отстранилась. Марко осторожно притянул её ближе, и они начали медленно кружиться под нежную мелодию. Их танец был простым, но в нём была какая-то особая искренность. Марко вёл её уверенно, но без нажима, давая ей возможность чувствовать себя свободно. Элли сначала двигалась немного скованно, словно боясь сделать что-то не так, но постепенно расслабилась. Её длинные волосы развевались на ветру, а платье слегка колыхалось в такт музыке. Она подняла глаза на Марко, и в её взгляде появилась лёгкая улыбка. — Ты хорошо танцуешь, — тихо сказала она, её голос звучал почти шёпотом. — Этот танец скорее исключение из правил, — Марко усмехнулся сам над собой. — Всё дело в хорошей партнёрше, обычно мои движения сравнивают с грацией циркового медведя на большом шаре. Элли рассмеялась, её смех был лёгким и звонким.. В этот момент она выглядела совсем юной и беззаботной, практически счастливой. — Ну, тогда я должна быть благодарна, что ты сегодня в форме, — сказала она, её глаза сверкнули озорным огоньком. Они продолжали кружиться, их движения становились всё более плавными и синхронными. Музыка вокруг них звучала всё тише, словно подчёркивая их уединение среди толпы. Огонь костра отбрасывал на их лица тёплые блики, а тени от их фигур сливались в единый узор на земле. В какой-то момент Элли положила голову на плечо Марко, её дыхание стало ровным и спокойным. Она закрыла глаза, словно пытаясь запомнить это чувство — чувство безопасности и тепла, которое он ей дарил. Марко почувствовал, как её рука слегка сжала его ладонь, и в ответ он притянул её ещё ближе. — Спасибо, — прошептала она, её голос был едва слышен. — За этот момент. — Как бы я хотела, чтобы он длился вечно. — В твоей жизни будет ещё тысячи таких моментов. Уверен, ты сможешь найти своё счастье даже здесь. — Марко взглянул ей в лицо. Сейчас её взгляд казался ему совсем взрослым будто бы это не молодая девчонка, а мудрая женщина. — Ты даже не представляешь, как ты не прав. Это на первый взгляд кажется, что люди рады мне, но на самом деле мне никогда не удавалось даже подружиться с кем-то. Хотя со временем, к этому даже привыкаешь. — Привыкаешь? — Марко слегка нахмурился. — Никто не должен привыкать к тому, чтобы быть одиноким. — Его голос стал тише. — Я тоже был один. Долгое время. А потом я встретил эту… — Марко на секунду задумался и сказал по-доброму. — Растяпу. Она, конечно, сводит меня с ума, но… на самом деле она многому меня научила. Элли задумалась, её глаза снова поднялись на Марко. — Ты счастливый. У тебя есть кто-то, кто всегда рядом. — И у тебя будет, — сказал Марко, его взгляд стал серьёзным. — Ты не обязана быть одна. Ты можешь… Она не дала ему договорить. —  Что бы ни случилось завтра, я рада, что встретила вас. Праздник длился до глубокой ночи. Огонь костра почти угас, но веселье не прекращалось. Мелодия сменилась, уступая место спокойному, почти гипнотизирующему мотиву. На площади появился староста деревни. Высокий мужчина в длинной рясе, с холодным и проницательным взглядом. Фара, всё это время следившая за происходящим, тихо фыркнула: мужчина сразу ей не понравился. Староста вышел на подиум, возвышаясь над деревней. Он поднял руку, и толпа моментально затихла. Его голос был громким и звучным, словно он привык командовать вниманием. — Дорогие жители, друзья, семья, — начал он, его голос звучал торжественно, но в нём чувствовалась холодная, почти механическая чёткость. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы выразить нашу глубочайшую благодарность защитнику деревни, Тенарвину. Благодаря его милости наши поля плодородны, наши дома защищены, а наши сердца наполнены миром. — Раздались слова поддержки и радостные возгласы. — Элли, дитя, подойди ко мне. — Староста протянул руку в сторону толпы. Она немного замешкалась, но вскоре пришла в себя и скромно встала рядом со старостой. В воздухе повисло напряжение. Фара внимательно всматривалась в лица деревенских жителей. Некоторые из них вызывали у неё подозрение. Особенно лица стариков. На них будто бы отражалась скорбь и сожаление, словно они знали что-то, о чём боялись говорить. Элли робко вышла на подиум, опустив глаза и кротко улыбаясь. Её руки были сцеплены перед собой, а плечи слегка напряжены. Староста положил руку на её плечо, его жест был одновременно и властным, и отеческим. Толпа затихла, но в этой тишине чувствовалось что-то зловещее, словно все затаили дыхание в ожидании чего-то важного. — Элли, — начал он, его голос звучал мягко, но в нём было что-то холодное, почти металлическое, — Твоя доброта, твоя чистота — это то, что делает нас сильными. — Староста с любовью посмотрел в её лицо. — Ты – дитя леса. Почти восемнадцать лет прошло с того момента, как ты была благословлена Тенарвином и твоя жизнь стала навсегда связана с этим место. При первом же взгляде на тебя я осознал, что в тебе кипит огромная сила. Фара потянула Марко за куртку, привлекая его внимание. Он наклонился, чтобы выслушать её. — Я ненадолго отойду. Останься с Элли, — сказала Фара и скрылась в толпе, её хвост мелькнул в последний раз, прежде чем она растворилась среди людей. — Элли, ты всегда была и остаёшься нашим светом. Ты оберегаешь и защищаешь нас, также как и сам Тенарвин. Вся деревня благодарна тебе за жертву, что ты приносишь каждый день. И мы все надеемся, что ты здесь счастлива, — продолжил староста, его рука лежала на её плече, словно утешая. — Сегодня мы отдали дань уважения, а завтра завершим ритуал благодарения. А сейчас нам нужно всем отдохнуть и набраться сил для завтрашнего дня. — Староста развел руками, показывая, что его речь окончена и предлагая всем жителям пройти по домам. Толпа начала медленно расходиться, но в воздухе витало странное напряжение. Люди перешёптывались, бросая взгляды на Элли, которая осталась рядом со старостой. Со стороны выглядело, будто они мило разговаривали, но Марко ощущал какое-то напряжение между ними. Чувствуя, что должен быть рядом с ней, он направился к Элли, аккуратно обходя медленно покидающих площадь людей. Уже на подходе он услышал отрывок разговора. — Все пройдет хорошо, — староста нежно погладил Элли по голове, но в его глазах читалась холодная решимость. — Ты будешь в безопасности. Мы позаботимся обо всём. — Здравствуйте, — Марко слегка улыбнулся, стараясь звучать нейтрально. — Меня зовут… — Марко, — Староста сделал небольшую паузу,  его взгляд был оценивающим. — Элли рассказала о вас. Мое имя Джозеф. Надолго ли вы решили задержаться в наших краях? — Ох, вы нас так тепло приняли, — Марко натянул улыбку. — Захотелось даже остаться подольше. — Мы гостеприимны, но, надеюсь, вы знаете, что гостеприимством не стоит злоупотреблять. У Элли завтра важный день, и её внимание должно быть сосредоточено на нём. — Конечно, конечно, — Марко поспешно кивнул, беря Элли под руку. — Я как раз собирался проводить её до дома. — В трактире для вас и вашей спутницы подготовлена комната, — отметил Джозеф, его тон был вежливым, но в нём чувствовалась твёрдость. — Этого не требуется, — резко отрезала Элли, её голос, обычно мягкий, теперь звучал уверенно. — Они переночуют в моем доме. Джозеф на мгновение замер, его глаза сузились. Затем он медленно кивнул, но в его взгляде читалось недовольство. — Пусть будет так, — его голос звучал холодно. — Элли, хорошенько отдохни. Завтрашний день… очень важен. Джозеф развернулся и ушел в сторону своего дома. Элли и Марко переглянулись. — Мне показалось, или он немного… — Очаровательный? — Элли усмехнулась, но в её глазах читалась усталость. — Себе на уме, — честно ответил Марко. — Он выглядит как человек, с которым не хотелось бы вступать в конфликт. — Да, — Элли кивнула. — Бывает, что люди воспринимают его так, но он действительно заботится об этом месте. — Ее голос дрогнул. — Порой, чтобы защитить то, что дороже всего, приходится идти против самого себя. Расстаться, с частичкой своей человечности… Марко замер, его взгляд стал тяжелее. — Я понимаю, — произнёс он, и в его голосе звучала горечь. — Когда на тебя ложится такая ответственность, ты начинаешь терять себя. Жертвовать тем, что делает тебя человеком. Не каждый способен вынести это. Марко ненадолго ушел в свои мысли. Он подумал о людях, которые полагались на него в прошлом и в его груди, что-то предательски кольнуло. — Нужно найти Фару, её уже долго нет, и я начинаю волноваться, — сказал Марко, с настороженностью оглядывая окрестности деревни — Я думала, мы ещё немного погуляем, — Элли попыталась говорить ровно, но в её глазах мелькнуло что-то неуловимое, словно она пыталась скрыть разочарование. — Мы можем погулять, пока ищем её, — произнёс Марко с теплотой. Они двинулись дальше, их разговор тонул в простых, почти глупых темах. Но любопытство Марко не давало ему покоя. — Элли, — он начал осторожно, стараясь не задеть её — что Джозеф имел в виду, когда назвал тебя «Дитя леса»? Элли вздохнула, её взгляд стал отстранённым. — Думаю, он говорил буквально. — Что ты имеешь в виду?.. — «Однажды, на самой окраине леса, где деревья смыкаются в густую стену, а тени становятся такими плотными, что словно поглощают свет, в сером тумане был найден ребёнок. Малыш, едва появившийся на свет, лежал завернутый в плотный плед из мягкой шерсти, словно сам лес позаботился о его тепле», — Элли цитировала текст монотонно, будто из книжки. — Вот одним из таких детей и стала я. — Она продолжила с нескрываемым раздражением в голосе. — Местные жители верят в эту старую легенду. Что я связана с духом леса, что от меня полностью зависит их благополучие. Теперь понимаешь, почему я сказала, что все меня избегают? Тяжело сблизиться с людьми, когда они одновременно боготворят и бояться тебя. — Прости, — Марко посмотрел на неё с сочувствием. — Вопрос, наверное, звучит глупо. Но ты сама чувствуешь эту связь? С Тенарвином? — Не знаю, — она медленно покачала головой, её глаза были полны сомнений. — Я часто думаю об этом. Могла ли моя жизнь сложиться иначе? Но в конце концов… это всё не имеет смысла. — Ты не выбирала эту жизнь, Элли, — Марко остановился и повернулся к ней, его взгляд стал серьёзным, почти строгим. — Ты не обязана разрушать себя ради чужих ожиданий. У тебя своя жизнь, и ты не просила, чтобы на тебя взвалили эту ношу. — Если бы всё было так просто… — её голос дрогнул. Она не успела договорить, поскольку рядом с ними раздался громкий голос Фары. Они обнаружили её сидящую в компании миловидного молодого паренька. Она сидела по-восточному, поджав ноги под себя и опираясь спиной на дерево. В руках она держала глиняный кувшин, из которого время от времени отхлёбывала. Её щёки были румяными, а глаза блестели от выпитого вина. Паренек, сидевший рядом, выглядел чересчур озадаченным. Элли и Марко остановились неподалеку, вслушиваясь в разговор. — …и вот, понимаешь, — говорила Фара, её язык слегка заплетался, — всё это – Со-фис-ти-ка. — Софи-что? — Пытался произнести уже сполна уставший от разговоров бедняга. Не на такой вечер он рассчитывал, когда предложил Фаре провести его вместе. — Ну, учение такое древнее, понимаешь? — Она развела руками, из кувшина вылилось немного вина. — Ой. Так вот, истина она относительна. Вот представим себе, что ты на самом деле существуешь… — В каком смысле, вот же он я, — Он неуклюже похлопал себя по щекам, пытаясь доказать свою реальность.. — Ну~с это смотря с какой стороны посмотреть! — Она приобняла его за шею рукой, в которой держала кувшин. — Вот скажи мне, Индрих, в чём твоя цель? — Ну я… — Индрих замялся. — Я обычный свинопас. — Это я почувствовала, — прошептала Фара. — У меня никогда не было времени задумываться о таких вещах. — Эх, Индрих. — Фара глубоко вздохнула, её взгляд стал задумчивым.— Ты как звезда, понял? — Что ты имеешь в виду? — Как думаешь, почему звёзды светят? — Фара закрыла один глаз и прицелилась указательным пальцем в одну из звезд. — Они светят, потому что хотят, чтобы мы смотрели на них. — Её слова были наполнены странной смесью восторга и грусти — Вот только, в отличие от тебя, они настоящие. — Фара цыкнула и сделала ещё один глоток вина. — Да что ты заладила? — Индрих слегка повысил голос, явно раздражённый. —  И вообще, с чего ты взяла, что звёздам нужна цель? Может, они светятся просто потому, что так должно быть, и никто их вообще не спрашивает, хотят они светиться или не хотят. Может, это их предназначение. — Вот о том и речь, Индрих. Со-фис-ти-ка. — Она глубоко вздохнула, её голос стал тише. — Предназначение…значит. — Фара взглянула на свою открытую ладонь. В этот момент их разговор прервали Марко и Элли. — А я думал, что ты каким-то важным делом занята, — с лёгкой ухмылкой произнёс Марко — А ты себе мальчика для битья на вечер нашла. — О, Марко! — Ну, уж извини, ты то был занят кое-кем другим! — Сказала Элли подразнивая. — Ну-ка, объясни Индриху, почему светят звёзды! — Потому что они хотят, чтобы мы смотрели на них. — Марко отрапортовал заученную фразу с улыбкой на лице. — Видишь? — Фара торжествующе указала на Марко. — Он понимает! Паренек смущённо улыбнулся, явно не зная, что сказать. Элли, стоявшая рядом, поспешила его спасать. — Фара, может, пора заканчивать? Отпусти уже бедного парня. — сказала она, её глаза светились добротой. — Отпускай! — Фара вскочила на ноги, её немного пошатывало. Марко хотел её подхватить, но она показала ему «Стоп» открытой ладонью. — Хотя, было бы так грустно провести эту прекрасную ночь одной… — Фара приблизилась к Элли и наклонила голову к её уху. — И мне казалось, что это не входило в твои планы. — Её голос, обычно полный шуток и смеха, теперь звучал с холодной серьёзностью, даже с лёгкой угрозой. Глаза Элли потемнели, её сердце застыло, а зубы сжались. Она постаралась не показывать, как слова Фары ошарашили её, но внутри всё сжалось в тугой узел. Индрих, воспользовавшись моментом, поднялся на ноги. — Мне... мне пора, — пробормотал он, бросая последний взгляд на Фару. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Индрих! Да осветят звезды твой путь домой! — Прокричала Фара с задором. — Ну что, пошли веселиться дальше? — Она уже собиралась сделать широкий шаг вперёд, но Марко схватил её за руку. — На сегодня хватит с нас веселья, мы идём спать. — Чегооо? Но ночь только началась! — Фара, я подготовлю для нас баньку, можем хорошенько попариться перед сном, как тебе? — Сказала Элли, пытаясь завлечь Фару домой. — Ооо, теплая баня. Я в деле! — Фара резко остановилась и прильнула близко к Элли. — А ты не боишься звать нас к себе? А вдруг мы воры или разбойники какие. — Произнесла Фара с сарказмом. — Совсем нет. Вы же смогли пройти через лес. Значит Тенарвин посчитал вас хорошими людьми «Или мы оказались быстрее», — подумал про себя Марко. Глава 4Они направились к дому Элли. Это был небольшой, аккуратный двухэтажный домик, уютный и приветливый, но двое мужчин, стоящих рядом, выглядели явно лишними. Их суровые взгляды и напряженные позы вызывали тревогу. — Дариус, вам что-то нужно? — Элли остановилась, скрестив руки на груди. Ее голос звучал спокойно, но в глазах читалось недоверие. — Просто патрулируем окрестности, — ответил он, избегая ее взгляда. Его напарник молча стоял рядом, уставившись куда-то в сторону. — Староста сказал, что ничто не должно беспокоить тебя сегодняшней ночью, — добавил второй мужчина, словно оправдываясь. Марко, стоявший чуть поодаль, внимательно наблюдал за ними. Они врали неумело, слишком старались казаться непринужденными. Стало ясно, что их задача — следить, чтобы Элли не покидала дом. Элли, не сказав больше ни слова, развернулась и вошла в дом. Вечер продолжился как ни в чем не бывало: она затопила баню. Первым помылся Марко, а затем туда отправились Элли и Фара. Внутри бани воздух был густым и горячим, наполненным ароматом древесины и трав Они сидели рядом, их тела, стройные и изящные, блестели от капель пота, медленно стекающих по гладкой коже. Плечи Элли были слегка напряжены, её тонкая талия и изгибы бёдер подчёркивались мягким светом, пробивающимся сквозь пар. Пар обволакивал их, словно пытаясь скрыть неловкость, но только подчеркивал ее. Фара, слегка покачивая лисьим хвостом, будто пыталась разрядить обстановку, но Элли избегала ее взгляда. Она смотрела в сторону, словно изучая узоры на деревянных стенах. — Элли, — наконец нарушила молчание Фара, её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась твёрдость. — Чего ты хочешь от нас? Элли вздрогнула, словно её вырвали из глубоких раздумий. Она медленно повернула голову к Фаре, её глаза были полны сомнений и неуверенности. — Не понимаю, о чём ты, — пробормотала она, но её голос дрогнул, выдавая ложь. Фара не собиралась отступать, это читалось в её взгляде, и Элли сдалась. - Ты прочитала его дневник?- взгляд Элли изменился, он стал стеклянным, практически пустым. — Хватит ломать комедию, — резко сказала Фара, её хвост нервно дёрнулся. — Это твой мир. Если бы ты этого не хотела, я бы никогда не добралась до него. Где мы находимся? — К сожалению, даже я не настолько сильна, чтобы контролировать здесь каждое дуновение ветра. Я надеялась, что ты найдёшь его позже, — тихо произнесла она. — Это может звучать странно, но вы находитесь в обрывках моей памяти… того, что от неё осталось. Фара нахмурилась, её уши настороженно поднялись. Она чувствовала, что Элли говорит правду, но эта правда была лишь верхушкой айсберга. — Но как мы можем быть в твоей памяти, если нас никогда не было в этом месте? — Фара скривилась недоверчиво. — А всё остальное вроде Индриха, это просто иллюзия созданная тобой? — Нет, нет. Всё, что ты наблюдала, реально когда-то существовало в этом мире. — Она скромно улыбнулась и её щеки порозовели. — Индрих глуповат, но очень добр и всегда хорошо ко мне относился, он даже пытался…неважно. Я просто переместила его в другое место, нужное мне. Я хотела, чтобы он скрасил твою компанию, пока я… — Пока ты проводишь время с Марко? — Перебила Фара. Элли слегка кивнула, её глаза опустились. Она казалась виноватой, но в её взгляде читалась твёрдость. — Но если это не иллюзия, как мы оказались здесь? — спросила Фара, её голос стал чуть мягче, но в нём всё ещё чувствовалось напряжение. Элли взяла чашу с водой, её пальцы слегка дрожали, когда она плеснула жидкость на раскалённые камни. Вода с шипением испарилась, и в бане поднялся густой пар, который начал клубиться, принимая причудливые формы. Пар был не просто паром — он казался живым, словно подчинялся невидимым нитям, которые тянулись от кончиков пальцев Элли. Она медленно провела рукой по воздуху, и пар начал сгущаться, образуя фигуры, которые казались почти осязаемыми. Перед ними появился маленький человечек с лисьими ушами и хвостом, вытянувший руки перед собой. Крохотные нити, тонкие, как паутина, проходили через его грудь, пульсируя слабым светом. Эти нити то расширялись, то сужались, меняя форму, словно дыша. Они тянулись в пространство, растворяясь в нём, а затем возвращались обратно, словно связывая человечка с чем-то большим, невидимым. — Это — сосуд. Ты, как и другие подобные тебе, черпаешь силу из природы. Ты — проводник. Ты берёшь энергию из мира вокруг себя, пропускаешь её через себя, как через фильтр, и преобразуешь в нечто большее. Твой внутренний сосуд — это твоя суть, твоя душа. Можешь называть это как хочешь. Он наполняется, когда ты черпаешь силу, и опустошается, когда ты её используешь. Но он хрупкий, Фара. Если ты перегрузишь его, он может треснуть, а если сломается — ты умрёшь. Хотя всё это и так тебе известно. Элли провела рукой, и фигуры изменились. Теперь пар показывал другую картину. Перед Фарой стояло несколько небольших человечков, к которым тянулись тонкие нити. Человечки стояли на коленях перед большим существом, похожим на волка. Волк протянул к ним свою лапу и преобразовавшаяся энергия медленно перетекала от людей к нему, медленно заполняя его изнутри. — Я — сосуд другого рода. Я не черпаю силу из природы. Я беру её из тех, кто верит в меня. Каждая молитва, каждое подношение, каждый взгляд, полный надежды, — всё это питает меня. Люди отдают мне частичку себя, своей веры, своей энергии, и я становлюсь сильнее. Но это не просто дар, Фара. Это — ответственность. Если я перестану быть тем, в кого они верят, если я подведу их, они перестанут верить, и я исчезну. Моя сила — это их вера. Моя жизнь — это их надежда. Она замолчала, её глаза стали туманными, словно она смотрела куда-то далеко, за пределы этой бани, за пределы этого мира. Пар вокруг них начал рассеиваться, фигуры медленно растворялись, оставляя после себя лишь лёгкую дымку. — Мне удалось взять немного твоей силы, когда ты сотворила заклинание возле дерева и с того момента мы стали связаны и я смогла перенести тебя сюда. Я даже не рассчитывала на Марко, но каким-то образом он тоже оказался здесь. У вас долгая общая история, не так ли? — Да. Нас связывают не только общие долги. — В любом случае, кажется, моя маленькая шалость подходит к концу…Фара, пожалуйста, позволь мне еще немного… — Элли, я пожила на этом свете не один десяток лет, я понимаю… — Десяток? — Элли хмыкнула, но в её голосе не было насмешки, лишь лёгкая грусть. — Для меня это — мгновение. — Я понимаю, что такое одиночество, как никто другой, поверь…Но я не позволю тебя играть с его чувствами. Он может и кажется непробиваемым остолопом, но… — Он мне таким не показался. В воздухе повисла тишина. Они не хотели вступать в прямой конфликт, но и отступать не собирались. — Мы можем произвести обмен. — Что ты имеешь в виду? — Фара, боги не только вычерпывают силу из людей. Иначе в нас бы перестали верить. Мы умеем и отдавать. Когда мы забираем силу, сосуд внутри тебя становится крепче. Я не смогу полностью излечить тебя, но я могу ненадолго укрепить его. Он же весь в ранах и трещинах, тебе осталось не так много времени. Фара задумалась, её взгляд стал тяжелее. Она чувствовала, как внутри неё борются два чувства: желание выжить и нежелание снова вовлекать Марко в свои проблемы. — Нет, — наконец сказала она, её голос звучал твёрдо. — Я не собираюсь обманывать Марко. Не в таких вещах. Мне правда очень жаль. Я помогу тебе, но не в этом деле. — Мне тоже очень жаль. Фара не заметила, как резко ей захотелось спать. Сначала она подумала, что это из-за тяжело дня её веки слипаются, но вскоре, она осознала, что виной всему Элли. — Ты грязно играешь, - сказала Фара и чуть не упала на пол бани, но Элли вовремя ее подхватила. — Прости, ты не оставляешь мне выбора, — тихо сказала Элли, её голос звучал с сожалением. Фара почувствовала, как сознание ускользает от неё, а тело становится тяжелым. Последнее, что она увидела, — это печальный взгляд Элли, прежде чем погрузиться в темноту. Глава 5Комната была наполнена мягким светом масляной лампы, который отбрасывал тени на деревянные стены. На одной из стен висел старый ковёр с изображением волнующегося моря, а рядом стоял небольшой шкафчик с глиняными кувшинами и пучками засушенных трав, источающих лёгкий, успокаивающий аромат. Узкое окно было прикрыто плотной занавеской, сквозь которую едва пробивался лунный свет. В центре комнаты стояла кровать, на которой спала Фара. Её рыжие волосы раскинулись по подушке, а рыжий хвост слегка подрагивал. Лицо, обычно такое выразительное, теперь было спокойным и безмятежным. Марко сидел на краю кровати, его крупная рука нежно гладила Фару по голове. Его пальцы медленно скользили по её волосам, словно он боялся разбудить её. Его лицо, обычно такое строгое, сейчас было мягким, почти нежным. Взгляд его был прикован к Фаре. Дверь скрипнула, и в комнату вошла Элли, неся поднос с чайником и двумя чашками. Она прикрыла дверь ногой, поставила поднос на столик рядом с кроватью и села в ногах Фары, тихо наблюдая за ними. Она украдкой поглядывала на Марко, словно пыталась понять, что он чувствует. Её пальцы нервно теребили край платья, а губы были слегка сжаты, будто она сдерживала слова, которые хотела сказать. — Кажется, баня совсем её разморила, — наконец нарушил тишину Марко, его голос звучал тихо, почти шёпотом, чтобы не разбудить Фару. Элли слегка кивнула, её взгляд опустился на руки, сложенные на коленях. — Да, — прошептала она. — Она, наверное, устала. Сегодня был долгий день. Элли немного подумала, а затем продолжила. — Так странно, — начала она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась лёгкая грусть. — Когда вы вместе, вы всегда спорите и ссоритесь. А когда другой этого не видит, вы заботитесь друг о друге… Марко усмехнулся, его пальцы на мгновение остановились на волосах Фары. — Мы как два конца одной верёвки, — сказал он. — Она тянет в одну сторону, я — в другую. Но если один из нас отпустит, всё рухнет. Элли замолчала, её пальцы снова начали теребить край платья. Она смотрела на Фару, но её мысли, казалось, были далеко. — Марко, — наконец произнесла она, её голос звучал неуверенно, — ты когда-нибудь задумывался о том, есть ли у человека предназначение? О том, что мы должны делать в этой жизни? Марко замер, его рука остановилась на голове Фары. Он посмотрел на Элли, его взгляд стал серьёзным. — Задумывался, — ответил он. — Раньше мне казалось, что вся моя жизнь заранее расписана. У меня была цель, ответственность. Но не всегда жизнь идёт так, как ты на это рассчитывал. И даже если тебе кажется, что ты всё делаешь правильно, не всегда хватает сил, чтобы сделать всё так, как ты считаешь нужным. — Он грустно посмотрел на Элли и тепло улыбнулся. — Но Фара объяснила мне, что предназначение… — он задумчиво произнёс слово, словно пробуя его на вкус. — Это как дорога, которую ты сам, или кто-то проложил за тебя. Но ты можешь свернуть с неё. Или вообще пойти в другую сторону. — Но что, если ты чувствуешь, что должен что-то сделать? — Элли посмотрела на него, её глаза стали шире, почти умоляющими. — Что, если ты знаешь, что от тебя зависит чья-то жизнь, чьё-то счастье? Ты бы просто… отказался? Марко задумался, его взгляд стал тяжелее. — Зависит от того, что это за выбор, — наконец сказал он. — Но, Элли, ты не обязана жертвовать собой ради других. Ты можешь выбирать. Ты можешь решать, что для тебя важно. — Но что, если я не могу? — её голос дрогнул, и она быстро опустила глаза, словно боялась, что он увидит её слёзы. — Что, если я связана с этим местом, с этими людьми? Что, если я не могу просто уйти? — Ты можешь, — мягко сказал Марко, его голос звучал почти шёпотом. — Ты всегда можешь выбрать. Да, это будет сложно. Да, это будет страшно. Но ты не обязана быть тем, кем тебя хотят видеть другие. Ты можешь быть собой. Элли подняла глаза на него, её губы дрожали. — А если я не знаю, кто я? — прошептала она. — Если я всегда была только тем, кем меня считали другие? — Ты должна слушать своё сердце, — сказал он. — Оно знает то, что не могут объяснить слова. Даже если это страшно, даже если путь кажется неправильным, это будет только твой выбор. Элли опустила взгляд, её губы слегка дрожали. — А если я причиню кому-то боль? Если мои решения принесут страдания другим? — Ты не можешь защитить всех от боли, — ответил Марко, его голос стал мягче, но увереннее. — Но ты можешь быть честной с собой и с другими. И если ты будешь делать то, что считаешь правильным, то даже ошибки станут частью твоего пути, а не препятствием. Комната снова погрузилась в тишину, нарушаемую лишь ровным дыханием Фары. Элли сидела, глядя на свои руки, её мысли были далеко. Марко продолжал заботиться о Фаре, его движения были нежными, почти отеческими. В воздухе витал аромат чая, смешанный с тихим уютом комнаты, и казалось, что в этот момент всё замерло, давая им передышку перед тем, что ждало их впереди. Глава 6Через некоторое время они разошлись по своим комнатам. Комната, где остался Марко, была маленькой и скромной, но в ней чувствовалось тепло. На столе у кровати горела свеча, её пламя колебалось, отбрасывая дрожащие тени на стены. Марко лёг на кровать, его тело было напряжено, а мысли — беспокойными. Он уставился в потолок, где трепетали отблески света, и попытался успокоить своё дыхание. Его голову терзали мысли об их разговоре с Элли. Марко задумался над тем, что он говорил ей. — «На каком праве такой жалкий трус может вообще давать советы этой девочке?» Он попытался уснуть. Но как только он закрыл глаза, перед ним всплыли образы, которые он так долго пытался забыть. Он снова был в Альбе. Деревня, которая когда-то была его домом, теперь пылала. Огненные языки лизали деревянные дома, дым застилал небо, а воздух был наполнен криками и стонами. Крестьяне, солдаты, его бывшие друзья и соратники лежали на земле, их тела были изуродованы, а кровь смешивалась с грязью. Марко бежал по улице, его меч был окровавлен, а сердце бешено колотилось в груди. Он сражался, но каждый удар меча, каждый крик раненого отзывался в его душе болью. Он проткнул мечом очередного солдата, с которым только, что сражался. Тот мёртвым упал на землю. Марко торопился. Он бежал к одному из горящих домов, за дверью которого раздавались женские крики. Он подбежал к двери и прокричал имя девушки. — Мэвис! — крикнул он, его голос был хриплым от дыма и отчаяния. — Отойди от двери! — Марко, это ты!? — раздался её голос, полный надежды и страха. — Спаси нас! Мы задыхаемся! — Отойди! — закричал он, бросаясь к двери. Он ударил плечом, но дверь не поддавалась. Жар обжигал его лицо, дым щипал глаза. Он снова и снова бил в дверь, но она не открывалась. Крики внутри становились всё тише, а пламя — всё сильнее. — Марко! — её голос стал слабым, почти шёпотом. — Мы не можем… И в этот момент крыша дома обрушилась. Огромные балки рухнули вниз, а пламя взметнулось вверх, поглощая всё на своём пути. Марко отпрыгнул, но было уже поздно. Он смотрел, как огонь пожирает дом, а внутри него — тех, кого он не смог спасти. Он проснулся с резким вздохом, его тело было покрыто холодным потом, а сердце бешено колотилось. Он сел на кровати, его руки дрожали, а дыхание было прерывистым. Он закрыл лицо ладонями, пытаясь успокоиться, но образы из сна не отпускали его. В этот момент в дверь постучали. Лёгкий, почти неуверенный стук, словно тот, кто стучит, боится потревожить. — Кто там? — спросил Марко, его голос звучал хрипло. — Это я, — раздался тихий голос Элли. — Можно войти? Марко вздохнул, провёл рукой по лицу и встал с кровати. Он подошёл к двери и открыл её. Элли стояла на пороге. Её взгляд был опущен, щёки слегка раскраснелись. Свою  руку она прижимала к груди, словно пытаясь защититься или успокоить своё сердце. На ней была короткая шёлковая ночная рубашка, которая мягко облегала её фигуру, подчёркивая её изящество. Она выглядела одновременно хрупкой и невероятно красивой. Марко старался не смотреть на ее ночную рубашку. Он был удивлен ее появлением так поздно ночью. — Тебе что-то нужно, Элли? Всё в порядке? — спросил он, его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась тревога. Она молча прошла внутрь. Марко отодвинулся в сторону, освобождая ей место, и постарался сохранить самообладание, хотя присутствие почти не одетой девушки в спальне явно смущало его. Элли остановилась посередине комнаты, её взгляд был прикован к полу, словно она боялась поднять глаза. Она нервно теребила край ночнушки, её пальцы слегка дрожали. — Я… — она начала, но слова застряли у неё в горле. Марко молча наблюдал за ней, чувствуя, как в комнате нарастает напряжение. Он понимал, что ей трудно подобрать нужные слова, и ждал, давая ей время. Наконец, Элли подошла к кровати и села на край, оставив рядом с собой немного места, словно приглашая Марко присоединиться. Он колебался на мгновение, но затем сел рядом, сохраняя дистанцию. — Я услышала твой крик, — тихо сказала она. — Мне показалось, что тебе плохо. — Прости, — ответил Марко, его голос звучал устало. — У меня был кошмар. Они сидели в тишине, которая казалась одновременно тяжёлой и успокаивающей. Элли первой нарушила молчание. — Марко, это очень тяжело… — её голос дрогнул, и она замолчала, словно собираясь с силами. — Никогда не иметь друзей. Никогда не встретить любимого человека. Никогда не ощутить тёплых прикосновений… По её щекам потекли слёзы, медленно скатываясь вниз. Марко осторожно прикоснулся к её лицу, вытирая их своими грубыми пальцами. — Элли… — начал он, но она перебила его. — Когда ты рядом, я чувствую себя спокойнее, — сказала она, наконец, подняв глаза на него. В тусклом свете комнаты её лицо казалось ещё более красивым и нежным. Она взяла его за руку. Её пальцы дрожали, словно она боялась, что он отстранится. Марко почувствовал её дрожащую руку в своей. Он слегка сжал её, пытаясь успокоить. — Эй, всё в порядке, — мягко сказал он. — Ты сейчас не одна. Я здесь, с тобой. Элли покачала головой, её губы дрожали. — Но ты уйдёшь, а я останусь здесь… навсегда. — Она замолчала, её голос был полон отчаяния. — Я знаю, мне не следует просить об этом… но… Марко… Она положила его руку себе на грудь, её сердце билось часто и неровно. — Останься со мной… хотя бы на эту ночь. Марко был ошеломлён её мольбой. Он чувствовал тепло её тела под своей рукой и отчаяние в её голосе. На мгновение он заколебался, смущённый неожиданностью ситуации и риском пересечь границу. Она придвинулась к нему поближе. Их взгляды встретились, и она поцеловала его. Марко был застигнут врасплох. Он чувствовал тепло её тела под своей рукой и отчаяние в её голосе. Элли поцеловала его с удивительной силой и страстью. Он обнаружил, что отвечает на ее поцелуй, не в силах сопротивляться ее прикосновениям. Их тела прижались друг к другу. Марко обнял миниатюрную девушку, притягивая ее еще ближе. Комната наполнилась звуками их тяжелого дыхания и мягким шелестом ткани, касающейся кожи. Их тела слились в объятии, наполненном жаром и желанием. Марко чувствовал, как её дыхание становится глубже, как её руки дрожат, когда они скользят по его спине. Его собственные руки исследовали изгибы её тела, чувствуя её шёлковую кожу под тонкой тканью ночной рубашки. Сердце Элли замерло, она прижалась к нему всем телом. Она почувствовала, как его твердая грудь соприкасается с ее мягкими изгибами, и тихонько вздохнула, когда он крепче прижал ее к себе. — Элли, — прошептал он, его голос был полон страсти и сомнения. — Пожалуйста, — ответила она шёпотом. — Я хочу чувствовать, что я живу. Он снова поцеловал её, на этот раз глубже, страстнее. Их дыхание смешалось, а руки исследовали друг друга с неудержимой жаждой. Марко чувствовал, как её тело трепещет под его прикосновениями, как её сердце бьётся в унисон с его. Она вцепилась руками в его спину и  тихо застонала, выдавая растущее в ней желание. Марко ответил на ее стоны, его руки теперь с еще большим нетерпением блуждали по ее телу. Ночная рубашка почти не скрывала ее девичье тело. Он чувствовал исходящий от нее жар и учащенное биение ее сердца. Руки Элли начали блуждать, обводя мускулы на его спине и руках. Она никогда раньше не испытывала такой сильной страсти, и теперь она была полностью поглощена ею. Она жаждала ощутить его прикосновения на каждой клеточке своего тела, без каких-либо преград между ними. Его рука скользнула под подол ее рубашки, кончики пальцев лениво выводили узоры на ее обнаженной коже. Дрожь пробежала по ее спине от этого прикосновения, и она не смогла удержаться от тихого стона. Он нежно поцеловал ее в макушку, ее волосы защекотали ему нос. Марко вдохнул ее аромат, она пахла цветами и чем-то еще, присущим только ей. Его рука скользнула вверх по ее спине, пальцы прошлись по позвонкам, заставляя ее выгнуться навстречу ему. Марко издал низкий стон, теряя самообладание, когда ее губы начали дразнить его кожу. Его руки блуждали по ее телу, не в силах оставаться легкими и нежными, поскольку он хотел большего, гораздо большего. Он прикусил кожу на ее шее, его зубы задели ее чувствительную плоть. У нее перехватило дыхание, и она откинула голову назад. Ее тело покалывало от предвкушения, кожа горела в тех местах, где он прикасался к ней. Она чувствовала, как жар разливается по ее венам, как потребность в нем растет с каждой секундой. Его рука сжимала ее бедро, впиваясь пальцами в ее кожу. Он решительно усадил ее к себе на колени, а другой рукой взял за подбородок, заставляя посмотреть на него. Глаза Марко потемнели, его взгляд стал почти хищным. Он прижался губами к ее шее, покусывая и покрывая поцелуями дорожку к уху, его дыхание на её коже было горячим и прерывистым. У нее перехватило дыхание. От его прикосновений у нее закружилась голова. Она почувствовала, как внизу живота разливается жар. Она чувствовала, что теряет контроль, ее тело отвечало на каждое его прикосновение, каждый поцелуй, каждый укус. Его губы вернулись к ее шее, отыскав особенно чувствительное местечко, которое заставило ее громко застонать. Она чувствовала, как последние крупицы самообладания покидают ее, уступая место первобытному порыву, который управлял каждым движением, каждым звуком, срывавшимся с ее губ. Она ахнула, выгнув спину, когда почувствовала, как он подвинул ее, как ее тело прильнуло к его. Его прикосновения были электрическими, посылая волны удовольствия по каждому нерву. Марко крепче сжал ее, его пальцы впились в ее плоть, удерживая на месте. Он был далек от завершения и не собирался отпускать. Он чувствовал, как ее тело откликается на него, ее стоны и вздохи наполняли его слух и только подстрекали его еще больше. Его руки и губы исследовали каждый сантиметр ее тела с желанием, которое не уступало ее собственному. Жар между ними усиливался, становясь все больше и больше по мере того, как их тела сливались воедино. Плавным движением Марко перевернул ее на спину, подмяв под себя её тело. Элли ахнула, почувствовав, как тяжесть его тела вдавливает ее в кровать. Его взгляд был полон голода, от которого у нее по спине пробежали мурашки. Она чувствовала, как ее кожа разгорается от его прикосновений, а тело отзывается на него так, как она и представить себе не могла. Наклонившись, он оставил на ее губах глубокий, чувственный поцелуй. Глава 7Марко очнулся постепенно, его сознание медленно пробиралось сквозь туман сна. Он потянулся рукой в сторону, ожидая ощутить тепло её тела, но вместо этого его пальцы коснулись лишь холодной и пустой простыни. Он открыл глаза и сел на кровати, оглядываясь по сторонам. Комната была тихой, лишь слабый свет утра пробивался сквозь ткань занавески. Марко провёл рукой по лицу, пытаясь осмыслить произошедшее. Воспоминания о ночи вернулись к нему с внезапной ясностью: её мягкий голос, её тёплые прикосновения, её страстные поцелуи. Он сел на кровати, его взгляд скользнул по комнате. Всё было тихо, только слабый аромат цветов и трав напоминал о её присутствии. На столике у кровати стояла чашка с остывшим чаем, а рядом лежала записка, аккуратно сложенная пополам. Марко протянул руку и взял её. Он развернул записку и прочитал: "Марко, спасибо за эту ночь. Ты дал мне то, чего я так долго боялась и так сильно хотела. Моя судьба связана с этим местом, и я не могу убежать от неё. Прости меня. Элли." Он встал с кровати, его тело было напряжённым, как будто оно всё ещё помнило её близость. Он подошёл к окну и отодвинул штору. Погода была хмурой. Лёгкий туман окутал деревню, делая очертания домов и деревьев размытыми, почти призрачными. Воздух был влажным и прохладным, а небо затянуто серыми облаками, словно предвещая что-то недоброе. Марко стоял у окна, его взгляд был прикован к улице, где толпа людей медленно двигалась в одном направлении. Их фигуры, окутанные туманом, казались тенями, а их голоса, приглушённые и тревожные, доносились до него как отдалённый гул. Он нахмурился, чувствуя, как в груди поднимается тревога. Люди шли плотной группой, их лица были напряжёнными, а жесты — резкими. Они что-то обсуждали, их голоса звучали взволнованно, но слов разобрать было невозможно. Марко прижал ладонь к стеклу, пытаясь понять, что происходит. Его сердце забилось быстрее, когда он заметил, что толпа направляется к центру деревни, туда, где стоял тотем Тенарвина. — Что за чёрт? — пробормотал он, отходя от окна. Он быстро оделся и вышел из комнаты. Фара, стояла перед ним скрестив руки на груди. Одна ее бровь приподнялась, а лицо исказилось в улыбке. — Так, так, и что это у нас тут? Похоже, у кого-то выдалась веселая ночка. Марко смущенно потер затылок, чувствуя себя немного неловко из-за того, что его застали в такой ситуации. Он знал, что Фара будет в восторге от всего этого. — Дай-ка угадаю, — начала Фара, и в ее голосе зазвучал сарказм. — Вы отлично провели ночь за игрой в карты? И, судя по звукам, победили оба. Марко вздохнул. Он знал, что от ее вопросов не уйти. — Не похоже, что ты так просто от меня отделаешься, верно? - спросил он, проводя рукой по своим растрепанным волосам. — О, ни в коем случае, - с ухмылкой подтвердила Фара. - Тебя ждет настоящий допрос, старый ты растлитель. Я просто умираю от желания узнать все пикантные подробности. — Я не старый, — пробормотал Марко, чувствуя, как его щёки слегка краснеют. — О, то есть со вторым утверждением ты согласен? — Подняла бровь Фара, её уши задорно подрагивали. — Фара, хватит дурачиться, — он аккуратно схватился за её длинное, пушистое ухо, заставляя её слегка наклониться. — Я и так знаю, что ты всё слышала. Пойдём, мне кажется, Элли в опасности. Настрой Фары сразу сменился. Её лицо погрустнело, а голос стал серьёзным. — Не переживай. Без нас не начнут, — сказала она тихо. — Марко, не пытайся ничего сделать. Это не в нашей власти. — Что ты имеешь в виду? — резко спросил он, его голос звучал грубо. Он оттолкнул её и быстро направился к выходу. — Марко, успокойся! — крикнула она со второго этажа, но он уже не слушал. Марко бросился вниз по лестнице, его шаги гулко отдавались в пустом коридоре. На улице туман стал гуще, но он не сбавил шага. Его сердце бешено колотилось, а мысли путались. Что-то было не так. Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Толпа уже собралась на центральной площади. Люди стояли полукругом, их лица были обращены к деревянной фигуре волка. В центре, перед тотемом, стоял староста Джозеф, его голос звучал громко и торжественно. Но Марко не слушал его. Его взгляд был прикован к фигуре, стоящей рядом с Джозефом и двумя другими людьми, находящимися позади неё. Элли. Она стояла неподвижно, её руки были скрещены на груди, а глаза опущены вниз. На ней было длинное белое платье, которое контрастировало с её бледной кожей. Она выглядела как призрак, как существо, уже отделённое от этого мира. — Элли! — крикнул Марко, его голос прорвался сквозь гул толпы. Она подняла глаза, и их взгляды встретились. В её глазах он увидел страх, но также и решимость. Она слегка покачала головой, словно умоляя его не вмешиваться. Он направился к ней, но невидимая сила остановила его. Туман окружил его, словно плотная стена, не давая сделать ни шага. Он пытался вырваться из этого плена, напрягая каждую мышцу, но ничего не получалось. Его тело будто застыло, а дыхание стало прерывистым. — Марко, пожалуйста, хватит. — Фара положила руку ему на плечо. — Сделай, что-нибудь! — Прокричал он, его голос дрожал от отчаяния. — Прости, но это не в наших силах. Джозеф взял с пьедестала небольшой кинжал и деревянную фигурку. Это был тот самый маленький тотем в форме головы волка, который они нашли в лесу. Джозеф взял руку Элли и сделал на её ладони небольшой надрез. Струя крови медленно стекала вниз, наполняя рот волка жидкостью. — Отпусти ее, чёрт возьми! — Стонал Марко, но на него не обращали внимания. Фара тихонько гладила его по спине, пытаясь успокоить. Наполнившись, один глаз тотема засветился ярким синим светом. Глаз большого тотема также загорелся в такт тому, что Джозеф держал в руках. Туман вокруг стал гуще, а воздух наполнился странным гулом, словно сам лес заговорил. — Джозеф, не надо! — раздался голос Матиаса, того самого конюха. Он пытался прорваться сквозь толпу, его лицо было искажено отчаянием. — Держите этого старого дурака! — резко скомандовал Джозеф, и жители схватили старика, поставив его на колени. — Мы должны прекратить это. — Взревел Матиас, его голос дрожал от ярости. Хватит уже жертв! — Взревел старик. Но никто не слушал. Жители лишь опустили головы, их лица были полны покорности и страха. Лишь крик полной женщины раздался где-то близко. — Пожалуйста, не надо, Элли! — Прокричала женщина и упала в обморок от напряжения. — Уведите её отсюда! — Крикнул Джозеф. Марко чувствовал, как его сердце разрывается на части. Он хотел кричать, рваться вперёд, но туман держал его, словно невидимые цепи. — Мы не можем просто стоять и смотреть, — прошептал он. — Мы не можем и вмешиваться, — ответила она, её голос звучал твёрдо. — Это её выбор, Марко. Её судьба. Всё уже предрешено. — Она опустила глаза. — Не отводи взгляда. Она хотела, чтобы мы увидели. Фара вздохнула, её рука сжала его плечо. — Мы не можем изменить то, что уже произошло. Марко чувствовал, как мир вокруг него рушится. Процессия у тотема, кровь, светящийся глаз волка — всё это было кошмаром, от которого он не мог проснуться. И в этот момент Марко понял, что это только начало. Туман сгущался, словно живая стена, окутывая деревню плотным, почти осязаемым покрывалом. Воздух стал тяжёлым, насыщенным запахом сырой земли и древней магии. На окраине деревни, у самых ворот, раздался громкий, протяжный вой, от которого по спине Марко пробежали мурашки. Это был не просто звук — это был зов, призыв, который эхом разнёсся по всей округе, заставляя сердце биться чаще. Сквозь туман медленно выступила огромная фигура. Это был дух, но не тот, которого они с Фарой встретили в лесу. Этот был больше, массивнее, словно воплощение первобытной мощи. Его тело было покрыто густой шерстью, которая переливалась в тусклом свете. Его глаза горели ярким жёлтым светом, как два дьявольских факела, а по огромным клыкам, медленно стекала слюна. Каждый его шаг был тяжёлым и размеренным, земля под ним слегка дрожала, а воздух вокруг него искажался, словно от жара. — Это он… Это Тенарвин… — прошептал кто-то из толпы, и его голос дрожал, как лист на ветру. Дух подошёл к самому центру, его огромная тень накрыла Элли, словно предвещая её судьбу. Он опустил свою мощную голову, открыл пасть, обнажив длинные, острые клыки, и уставился на неё. Элли глубоко задышала, её грудь вздымалась, а глаза наполнились животным страхом. Она стояла неподвижно, словно парализованная, её белое платье контрастировало с темнотой, окружающей её. — Джозеф…мне страшно — её голос был тонким, почти неуловимым, как шелест листвы. — Всё будет хорошо, дитя, — произнес он твёрдо. — Прими нашу жертву, великий Тенарвин, — произнёс Джозеф, его голос звучал громко и торжественно, но в нём чувствовалась лёгкая дрожь. — Прими её кровь и её душу, чтобы защитить нас от тьмы. Тенарвин издал низкий, угрожающий рык, его клыки сверкнули в полумраке. Он медленно провёл когтем по своей лапе, и густая, тёмная кровь начала стекать вниз, наполняя тотем. Второй глаз тотема загорелся жёлтым пламенем. Воздух вокруг них начал вибрировать, наполняясь гулом древней магии. Туман сгущался, становясь всё плотнее, словно живая сущность. Ветер, ранее едва заметный, вдруг усилился, поднимая с земли пыль и листья. Магия, древняя и мощная, начала кружиться вокруг Тенарвина и Элли, образуя вихрь. Туман вращался всё быстрее, его оттенки менялись от тёмно-жёлтого до глубокого синего, как будто в нем отражались силы самого хаоса. Лучи света, пронизывающие вихрь, создавали причудливые узоры, напоминающие руны, которые мерцали и исчезали в мгновение ока. Внутри смерча, в центре магического буйства, Тенарвин стоял неподвижно, его глаза горели ярче, чем когда-либо. Элли была зажата в его лапе, её глаза загорелись синим. Туман вокруг них сгустился до предела, и в следующее мгновение вихрь схлопнулся, исчезнув вместе с Тенарвином, Элли и всей деревней. Глава 8Марко и Фара оказались в лесу. У того самого дерева. Лес вокруг них был тихим и мрачным. Высокие деревья с густой листвой образовывали плотный навес, почти не пропускающий солнечный свет. Воздух был наполнен запахом мха и сырой земли, а под ногами хрустели сухие ветки и опавшие листья. Ветви деревьев, покрытые густым мхом, тянулись к ним, словно пытаясь ухватиться за одежду. Вдалеке слышался редкий крик птиц, но звук был приглушённым, словно доносился из другого мира. Рядом с ними стояла их лошадь, запряженная телегой с кроличьими шкурками. Сердце Марко бешено колотилось, а в голове пульсировала одна мысль: "Где Элли? Что с ней случилось?" Перед их ногами лежал небольшой тотем. Его глаза были пусты и в нём совсем не чувствовалось магии. Марко ошалело осматривался по сторонам, пытаясь понять, что произошло и как они здесь оказались. Внезапно он услышал за своей спиной тихий рык. Он отпрыгнул, заслоняя собой Фару и на ходу вытащил из-за пояса оставшийся кинжал. Перед ними стоял дух, с яркими голубыми глазами. Марко в панике вгляделся в его лицо. Глаза... Они были такими знакомыми. Такими человечными. В них читалась грусть, сожаление и что-то ещё, что он не мог понять. — Элли? — прошептал Марко, его голос дрожал. Он застыл на месте, сам себе не веря. Это не могло быть правдой. Это был очередной кошмар, от которого он вот-вот проснётся. Но нет — дух стоял перед ним, реальный и осязаемый. Зверь медленно приблизился. Его голубые глаза светились в полумраке. Он остановился в нескольких шагах от них, его взгляд был прикован к Марко. В его движениях не было угрозы, лишь осторожность и печаль. — Элли? — снова произнёс Марко, его голос дрожал, как будто он боялся услышать ответ. Он чувствовал, как его сердце сжимается от боли, а в горле стоит ком. Его рука с кинжалом опустилась, оружие почти выпало из ослабевших пальцев. Дух наклонил голову, словно в знак подтверждения. Его глаза, яркие и пронзительные, смотрели на Марко. Он сделал шаг вперёд, но не угрожающе, а скорее с осторожностью, словно боялся напугать их. Его дыхание было тяжёлым, но не зловещим — скорее, усталым. — Она… она стала частью его, — прошептала Фара, её голос звучал с сожалением. — Она теперь часть Тенарвина. Её душа... её сущность... всё это слилось с ним. Марко почувствовал, как его сердце сжимается от боли. Он хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он смотрел на духа, на эти голубые глаза, которые когда-то принадлежали Элли, и чувствовал, как его ноги подкашиваются. Он обронил кинжал не в силах удержать его. Всё, что он хотел сказать, всё, что он чувствовал, превратилось в один сплошной ком боли и отчаяния. Дух сделал ещё один шаг вперёд, но не для того, чтобы напасть. Он медленно протянул лапу, словно пытаясь коснуться Марко, но остановился в нескольких сантиметрах от него и резко убрал её, будто бы стесняясь. Фара, стоявшая рядом, тихо вздохнула. Её рука легла на плечо Марко, пытаясь успокоить его, но она знала, что слова здесь бессильны. — Она всё ещё здесь, — сказала Фара, её голос звучал мягко, но твёрдо. — Она стала частью чего-то большего. Но она всё ещё с нами. Элли издала тихий рык. Туман, будто по её приказу, густой и плотный, словно живая ткань, начал виться и кружиться перед Фарой и Марко. Его клубы переплетались, образуя причудливые узоры, которые постепенно начали обретать форму. Сначала туман сформировал контуры — неясные, размытые, но постепенно они становились всё чётче. Это было похоже на кукольное представление, где фигуры вырезаны из дыма и теней. Марко замер, его сердце заколотилось. Он чувствовал, как волосы на его руках встают дыбом, а в груди разгорается тревога. — Что это? — прошептал он, его голос едва слышен. Молодая пара находилась в доме. Девушка убаюкивала на своих руках ребёнка, глаза которого светились ярким голубым светом, резко контрастирующим с фигурами из белого тумана. Внезапно, в доме появилось ещё несколько человек. Их фигуры были тёмными, почти бесформенными, но их движения были резкими и агрессивными. Они пытались отнять ребёнка, но родители не давали им этого сделать. И затем, так же внезапно, как и началось, всё исчезло. Все фигуры пропали, и на полу дома остались лежать только родители исчезнувшего ребёнка. Их тела были неподвижны. — Они убили их. Они убили её родителей, — с жалостью произнёс Марко. Картина перед ними  сменилась. Туман начал виться и кружиться, формируя новую сцену. Огромный волк с голубыми глазами возвышался над большой площадью. Его тело было покрыто густой шерстью, а глаза горели ярким светом, словно два холодных огня, пронзающих тьму. Люди стояли вокруг него на коленях, их лица были полны благоговения и страха. Они молились, их голоса сливались в единый гул, наполненный отчаянием и надеждой. Взор волка был направлен на молодого человека, который стоял в центре площади. Его глаза светились зелёным светом, в противоположность голубым глазами волка. Он выглядел испуганным, но в то же время решительным. Волк потянул к нему лапу, его когти блестели в тусклом свете, но в последний момент он остановился. Его глаза вспыхнули, и он растворился, оставляя на площади людей и ребёнка. — Она не приняла ребёнка, — прошептала Фара, её голос звучал с уважением. — Ей хватило сил не подчиниться ритуалу. — Она посмотрела на Элли, её глаза были полны восхищения. — Она разорвала круг! Марко не мог оторвать взгляда от туманной картины. Он чувствовал, как его сердце разрывается на части. Он смотрел на Элли, на её голубые глаза, которые когда-то принадлежали ребёнку, и из его глаз вырвались тихие слёзы. Они катились по его щекам, оставляя влажные следы, но он даже не пытался их смахнуть. — Она всё-таки выбрала свою дорогу, — прошептал он, его голос был едва слышен. — Но что же тогда?.. Он не успел договорить. Туман снова начал виться и кружиться, словно живая сущность, подчиняющаяся невидимым нитям. Картина перед ними сменилась, и они увидели новую сцену, словно страницу из старой книги, которую кто-то медленно перелистывал. Одинокий лесной дух сидел на поляне леса. Его фигура была огромной, покрытой густой шерстью, а глаза горели ярким голубым светом, словно два холодных огня, пронзающих тьму. Он сидел, склонив голову, его взгляд был направлен куда-то вдаль, словно он видел то, что было недоступно другим. Но затем туман начал формировать новые фигуры. К духу шло шествие из большого количества людей. Они несли ему дары — корзины с фруктами, связки трав, глиняные кувшины с мёдом. Их лица были полны благоговения и страха, словно они шли не к живому существу, а к божеству. Они подходили к духу, кланялись и оставляли дары возле его ног. Дух смотрел на них, его глаза были полны понимания, но также и грусти. С каждым разом, как картина менялась, людей становилось всё меньше. Сначала их было много — десятки, может, даже сотни. Они приходили группами, их голоса сливались в единый гул, наполненный молитвами и просьбами. Но постепенно их число уменьшалось. И вот, наконец, дух остался в лесу совершенно один. Его огромная фигура сидела на поляне, окружённая лишь деревьями и тишиной. Дары, которые когда-то лежали у его ног, теперь были покрыты мхом и пылью. Его глаза, всё ещё яркие и пронзительные, смотрели в пустоту, словно он ждал кого-то, кто больше никогда не придёт. — Они забыли про неё. После всего, что она испытала. Она снова осталась одна! Они бросили её! — Марко сильно сжал кулак, его ногти впились ему в ладонь, оставляя кровяные следы. Туман развеялся, перед ними стояла Элли в форме оборотня. Она тяжело дышала и с грустью смотрела на них, словно пыталась передать им что-то важное. Фара вышла вперёд. — Я освобожу тебя. Ты больше не будешь одинока, — решительно сказала Фара. Её голос, серьёзный и глубокий, как эхо разнёсся по лесу. — Марко, отойди! Она взяла с земли тотем и подняла перед собой. Тотем в её руках загорелся синим пламенем. Огонь был холодным, почти ледяным, но он горел ярко, освещая всё вокруг. Лицо Фары скривилось в боли, её тело содрогнулось, но она не издала ни звука. Она знала, что это необходимо. Она знала, что делает это ради Элли, ради них всех. Фара протянула вторую руку в сторону Элли, и тонкие разноцветные нити начали тянуться от неё в сторону Фары. Они были похожи на паутину, сотканную из света и магии, переливающуюся всеми оттенками радуги. Эти нити пульсировали, словно живые, и с каждым мгновением становились всё ярче. Глаза Фары засветились синим светом, её лицо исказилось от боли, но она не остановилась. Она знала, что должна продолжать, что это её долг. Она начала читать заклинание. Её голос звучал низко и мощно, словно сама земля отвечала ей. Слова, которые она произносила, были древними, полными силы, которую нельзя было понять, но можно было почувствовать. Каждое слово, каждый слог, казалось, вибрировал в воздухе, наполняя его энергией. Воздух вокруг них начал вибрировать, а туман, который только что рассеялся, снова начал сгущаться, словно реагируя на её заклинание. Он вился и кружился, образуя причудливые узоры, которые постепенно начали обретать форму. Тотем в её руках начал трещать, синее пламя охватило его полностью. Огонь был холодным, почти ледяным, но он горел ярко, освещая всё вокруг. Фара сжала тотем ещё сильнее, её тело дрожало от напряжения, но она не отпускала. Её глаза были полны решимости, а в груди горел огонь, который она не могла потушить. Она чувствовала, как магия проникает в неё, как она заполняет каждую клеточку её тела, но вместе с ней приходит и боль. Острая, невыносимая боль, которая заставляла её кричать, но она не останавливалась. Элли, всё ещё в теле духа, издала громкий вой. Звук был низким и протяжным, словно эхо, разнёсшееся по всему лесу. Вибрация от него создала мощный поток ветра, который поднял с земли листья и пыль, заставив ветви деревьев быстро раскачиваться. Лес, казалось, ожил, его деревья скрипели и стонали, а воздух наполнился гулом, словно сама природа реагировала на происходящее. Марко, стоявшего рядом, откинула на несколько метров. Он прижался к земле, пытаясь хотя-бы немного приподнять голову. Голос  Фары звучал всё громче и мощнее, её слова сливались в единый поток, наполненный магией и силой. Тотем в её руках трещал всё громче, синее пламя охватило его полностью, а затем начало распространяться на её руки. Её кожа покрылась инеем, но она не отпускала. И в этот момент тотем взорвался. Синее пламя охватило всё вокруг, ослепляя Марко. Он закрыл глаза, но даже сквозь веки чувствовал яркий свет. Когда свет наконец угас, Марко открыл глаза. Перед ними стояла Элли, но теперь она была не духом, а человеком. Её тело было бледным, а глаза, всё ещё голубые, смотрели на них с грустью. Она улыбнулась, но в её улыбке читалась печаль. Фара прикоснулась к своей груди, её пальцы слегка дрожали. Она почувствовала, как её потрескавшийся сосуд, источник её магии, стал немного крепче. Это было едва заметное изменение, но оно было. Марко и Фара смотрели на Элли, медленно растворяющуюся в тумане. Фара подошла ближе, она наконец дала волю эмоциям и горько заплакала. Она обняла Элли, её руки крепко сжали её, словно пытаясь удержать её здесь, в этом мире, хотя бы на мгновение. Марко присоединился к объятию, его руки обхватили их обеих. Он чувствовал, как тело Элли становится всё легче, словно она вот-вот исчезнет. — Спасибо, — прошептала Элли, её голос раздавался эхом у них в голове. — За всё. — Мы никогда не забудем тебя. Элли улыбнулась, её глаза закрылись. Её тело начало растворяться, превращаясь в тонкие струйки тумана, которые медленно поднимались вверх, смешиваясь с воздухом. И затем она исчезла. Её фигура растворилась в воздухе, оставив после себя лишь тишину и пустоту. Марко и Фара стояли, обняв пустое пространство, где только что была Элли. Их руки всё ещё были протянуты вперёд, словно они пытались удержать её, но она уже ушла. Они стояли вместе, их руки нашли друг друга, и они крепко сжали их. Лес вокруг них был тихим, словно скорбел вместе с ними. Марко обернулся и посмотрел на повозку. Потом опустил взгляд на Фару. — Давай уже продадим эти чёртовы шкуры. Фара мотнула своим пушистым рыжим хвостом. — Давай.