Часть 1

— Сладость или гадость! Ох, как же прекрасна Хэллоуинская ночь! Дети, наряженные в костюмы вампиров, ведьм, мумий и прочих тварей, выпрашивают конфеты у умиляющихся их видом соседей, и даже старый ворчун Том, бурча под нос по привычке, отсыпает малышу Джереми и его сестре Карле по щедрой горсти конфет. А какие там сладости! Тут и ириски, и карамельки, и шипучки, и есть даже несколько шоколадных, — одним словом, мечта маленького диатезника. Но почему сегодня так мало детей гуляют и веселятся на улицах? Почему так много печальных детских глазок глядят в окно на своих радостных друзей? «Нет, Эдди, ты не пойдешь гулять ночью!» — сказала достопочтенная миссис Эванс, являющаяся мамой восьмилетнего Эдварда Эванса. «Но мама!» — возмущается обделенный мальчик. — «Почему? Прошлой ночью я гулял, и все закончилось хорошо! Даже Робб с Марком идут, а ведь Роббу не разрешалось гулять семь лет!» «Милый», — говорит миссис Эванс, — «все закончилось хорошо не для всех. Ты помнишь печальную Ванессу Кальман, которая потеряла своего Иосафа в прошлый Хэллоуин? Или миссис Розиер, потерявшую свою Дженни тогда же? Нет-нет, Эдвард Мартин Эванс, это не обсуждается! Хэллоуин утратил статус праздника, теперь это — лишь кровь и слезы». Эдди обиженно дуется на злую мать и украдкой смахивает набежавшие слезы — он не будет плакать из-за какого-то Хэллоуина, он уже большой! А большим можно гулять и без разрешения, и, особенно, несправедливых родителей. *** Наступает ночь. Миссис Эванс целует сына в лоб, укрывает его теплым одеялом и выключает свет в его комнате, прикрывает дверь за собой. Вскоре свет во всем доме гаснет, и шаги миссис Эванс стихают. Подождав еще полчаса, Эдди уверен, что мама уже спит. Тогда он тихо встает и лезет под кровать — туда незадолго до отбоя он спрятал свой отличнейший костюм выпивохи Джека, который купил в магазинчике неподалеку от школы не так давно. Тихо переодевается — надевает черную рубашку, фиолетовый плащ, на голову надевает пластиковую жутко улыбающуюся тыкву. Оглядывается еще раз. Тишина. Тогда Эдди открывает окно. То противно скрипит, и Эванс сжимается — мама могла услышать и проверить его комнату. Но нет, благо, миссис Эванс устала сегодня и спит беспробудным сном. Тогда мальчик перелезает через подоконник и оказывается на улице. — Эй, Эд! — кричит ему подбегающий вампир. Это Роберт Кальмер, лучший друг Эдди. — Так твоя мамаша все же отпустила тебя? Замечательно! Побежали, Марк с Риком ждут. Мы уж думали, что ты не придешь… — и Эдди радостно бежит к друзьям, предвкушая веселую ночь. *** — Сладость или гадость? — кричат Джек, вампир, мумия и монстр Франкенштейна доброй старушке Люси, которая, хихикая, «дрожащей» от страха рукой кидает в корзинки-тыковки по несколько конфет. Эдди, забывший свою корзину дома, идет рядом с Риком — друг решил поделиться местом и после сбора сладостей они разделят добычу пополам. — Подержи! — оглушительно громко кричит Рик, вручая Эдди корзинку. Он увидел свою тетю Полли, которая, приехав из Нью-Йорка сегодня ночью, идет вместе с родителями мальчика от машины домой. — Тетя Полли! — с разбегу обнимает родственницу племянник, чуть не сшибая ее с ног. — Ну-ну, Рикон, тише! — добро смеется отец, а тетушка беззастенчево хохочет и треплет Рика по голове. — Зайдешь в дом, карапуз? Я привезла много интересного! — задорно хлопает она по большому чемодану. — Нет, Эд ждет! — мальчик тыкает пальцем в сторону неподалёку стоящего и наблюдающего за действом друга. — Вот как… Но я голодна и поэтому собираюсь распаковать бобы, — небрежно махнула рукой Полли и, хитро прищурившись, посмотрела она на племянника краем глаза. — Бобы? Неужто «Bean Boozled»?! — воскликнул Рик. Еще бы — бобы «Bean Boozled», мечта каждого сладкоежки! Их не продавали в здешних магазинах, зато рекламу с ними часто крутили по телевизору, заставляя детей завистливо глядеть на уплетающих вкусности актеров. Эдди, слушая их, сглотнул слюну. «Чего же ты ждешь, дурак? Она же уйдет и съест все без тебя!» — Да, — ответила тетя, развернувшись на каблуках и отходя от мальчика к дому. — Эд, ты подожди, ладно? Я быстро! Прихвачу и тебе пару бобов! — бросился к другу Рик, тряся его за плечи. Эванс улыбнулся и кивнул, мол, конечно-конечно, иди скорее. — Тетя Полли, подожди! — закричал Рик и забежал в дом. Эдди остался один. С Марком и Роббом они разошлись после дома миссис Люси, поэтому мальчик решил найти их. Он огляделся по сторонам. Вокруг гуляло много людей, большинством, очевидно, были дети. Мрачно светили оранжевые лампочки-тыквы, играла жуткая, но и одновременно с тем веселая музыка. Вдруг Эдди почувствовал, как в него с разбегу кто-то врезался. — Ой, извини! — воскликнул мальчик, который был немного ниже невысокого для своего возраста Эдди. — Меня зовут Джон! Из корзинки нового знакомого высыпались сладости. «Что это?» — пронеслось в голове у мальчика. Он ни разу не видел такие, к счастью. Многие взрослые, лишь взглянув на эти конфеты, обходили мальчиков стороной. «Яблоки-конфеты!» — доносится испуганный шепот со всех сторон. — Давай помогу! — сказал Эд и, поправив свою маску, принялся забрасывать диковинные сласти обратно в корзинку Джона. — Откуда у тебя такие? Никогда раньше их не видел. — Из дома, — пожал плечами Джон. — У меня таких о-о-очень много… — загадочно улыбнулся он и заинтересованно заглянул в корзинку Эдди. — А у тебя, вижу, тоже полная корзина сладостей… — Это не только мое. Скоро вернется Рик и мы разделим это, — ответил Эд, не обращая внимания на странное начало фразы. — Ну и где этот твой Рик? — фыркнул Джон. — Лучше давай пока забежим ко мне. Я забыл взять плащ от костюма, — он кивнул на свои голые плечи. Действительно, какой Дракула без плаща? И Эдди, немного подумав, решил отправиться в гости к новому знакомому — все равно Рика не будет еще очень долго, а Марк с Роббом гуляют сами и им, похоже, неплохо. И мальчики побежали. Миновали дом миссис Люси, Марка, Робба, самого Эдди, и остановились у домика из красного кирпича. — Так это твой дом?! — присвиснул Эд. Он всегда мечтал жить именно в таком красивом красном доме, а не в скучном и сером, какой был у него. — Да… — все так же загадочно тянул Джон. Он посмотрел на Эдди, и глаза его как-то опасно сверкнули. Он хитро прищурился и схватил Эда за руку. — Ну пойдем же, пойдем! — и затащил еще не отошедшего от шока и удивления, смешанного с завистью, конечно, Эванса в дом. Тишина и тяжёлый мрак встретили их. Эд, разинув рот, оглядывал окрестности — те, что были не так далеко от него. Хоть и видел гость не много, но все же достаточно богатое убранство помещения удивило его. Мать самого Эдди работала учительницей английского языка в школе самого Эванса. Отец же был инженером, что тоже считалось хорошей работой. Но, несмотря на это, повесить увесистую люстру, делающую потолки визуально выше; росписные перила лестницы, ведущей на второй этаж они не могли себе позволить. Вообще, миссис Эванс часто ворчала на тему необходимого ремонта и все порывалась откладывать деньги на это, но то внеплановый школьный поход Эдди, то внезапно сломавшаяся стиральная машина заставляли ее снова и снова брать деньги из своих запасов. — А где твои родители? — спросил Эд нового знакомого, обратив внимание на безлюдность. — Спят, — просто ответил Джон. — Я так рад, что встретил тебя! — начал говорить он чтобы скрасить обстановку. Махнув рукой Эдварду, зовя его с собой, Джон пошел в сторону кухни (?). «Почему бы не включить свет?» — подумал гость, но отмахнулся от этой идеи — сегодня ведь Хэллоуин, а значит, не время бояться какой-то темноты. — Вот, попробуй, — Джон протянул Эду конфету-яблоко. — Мама готовит суперские конфеты! — Вкуфно! — воскликнул гость, откусив немного от большой конфеты. Ее вкус был пряный и терпкий, такие он никогда до этого не ел. — Возьмешь с собой несколько? — спросил дружелюбный Джон, протягивая Эдди небольшой кулек. — Нет, — отказался Эванс. А как иначе? Если мама увидит у него чужие конфеты, сразу появятся вопросы. — Да ну! Уверен, что твоей маме понравится их вкус… — снова этот загадочный тон, который начинает уже пугать. Эд отрицательно качает головой. Джон разочарованно вздыхает и кладет мешочек на кухонный стол. Эдди чувствует, что его начинает клонить в сон. *** Он очнулся в комнате, в которой пахло сыростью и кровью. Там было так темно, что он совершенно ничего не мог увидеть. — Надо же, ты наконец очнулся! Я уж уснул почти… — из темноты мальчик услышал веселый голос своего нового знакомого. — К… кто ты? Где я?! — Эд закричал. — Я — Джон Тонзер. А остальное увидишь сам… — послышалось шаги, щёлкнул выключатель. Мальчик увидел, что он прикован к стене. На полу были засохшие багровые пятна, будто от... крови?.. Мальчик вновь закричал и заплакал навзрыд. — Тише, тише. Тебе повезло, что ты не съел конфету целиком! — Джон показал конфету и сломал её пополам. Из половинки конфеты торчала игла. — Как тебе их вкус, а? Яблоки, карамель, мышьяк… Убойная доза! Ха-ха! Замечательно! — мальчик зашелся в истерическом смехе. — Мамочка, папочка, идите сюда! Скрипнула дверь. «Окно!!!» — забился в беззвучной истерике Эдди. — «Оно… скрипнуло так же!!!» — Джон, милый, какой же ты у меня молодец! — обняла ребенка подошедшая женщина. Она коротко поцеловала сына в лоб и наклонилась над Эдвардом. — Мелковат… Никого другого что, совсем найти не мог? — уже с раздражением обратилась она к только что любимому сыну. — Я… не заметил его и случайно просыпал конфеты… — залепетал Джон, устремив взгляд в пол. — Идиот! — заорала женщина так, что у пленника зазвенело в ушах. На голову то и дело накатывали волны боли — видимо, он несколько раз сильно ударялся ей. Эдди закрыл рот и просто смотрел на женщину большими круглыми глазами, полными слез. — Если из-за тебя к нам заявятся копы, живым ты отсюда не выйдешь! — перешла на визг женщина. — Марта, не нужно так кричать! — чопорно-спокойно произнес зашедший в комнату мужчина. Он бросил взгляд на мальчика в углу и перевел взгляд на, очевидно, жену с сыном. Названная Мартой отвесила сыну пощёчину и брезливо оттолкнула его. Джон покачнулся, но устоял на ногах. Мужчина не сказал ни слова. — Кого притащила нам эта тварь? — задумчивым шепотом спросил он, наклонившись над Эдди. Тот сжался в комок и крупно задрожал. — Мелкий. Ну да ладно. Эй, ты! — крикнул он. Перед ним мгновенно вырос Джон. — Принеси инструменты. Марта кивнула и достала из кармана юбки две пары полиэтиленовых перчаток. Взрослые надели перчатки. Женщина чуть насмешливо посмотрела на Эдди, и тот понял, что к нему вернулся дар речи. — Нет, не надо! Мама… Папа… Меня спасут!!! — Не ори, сучонок, — скривилась Марта и дала Эду оплеуху. Мальчик мигом замолк. В комнату зашел Джон, неся с собой небольшой чемодан. Мужчина взял его, положил на пол и раскрыл. Эдди увидел, как он медленно, смакуя момент, доставал из кейса наверняка острый нож. Мальчик попытался отползти, но стена за его спиной не давала ему этого сделать. Тогда он просто отвернул лицо к стене, прикрыв щеку маленькой рукой. — Сиди смирно! — прорычал он. Марта отошла на пару шагов назад и скрестила руки на груди, преготовясь смотреть на зрелище. — Только без крови, милый, — попросила она елейным голоском, будто и не она, визжа как ведьма, только что раздавала пощечины направо и налево. Мужчина кивнул. Он схватил Эда на волосы и потянул вверх. Тот кое-как оперся на подкошенные обмякшие ноги и опустил голову, бормоча: — Нет, не надо… Пожалуйста, я уйду и никому ничего не расскажу! И я буду слушаться маму… — Конечно не расскажешь. Мертвецы не рассказывают сказки, — хмыкнул мужчина. — А маму слушаться поздно. Хе-хе, неужто ты за… шесть лет не понял, что старших нужно слушать? Ничего, мы напомним матери о тебе. Мужчина занес нож и мастерски вонзил его меж шейных позвонков мальчика, обезглавливая его. Голова покатила по грязному полу прямо к ногам Марты, которая равнодушно пнула ее, направив к стене. — Джон, — растягивая слова сказала она. — Займись разделыванием и приготовь ужин. Я бы не отказалась от стейка. А ты, дорогой? — Аналогично. Мужчина спокойно прикрыл глаза и бросил нож неподалеку от тела. *** — Ужин готов, — спустя несколько часов объявил Джон родителям. — Замечательно, — ответил отец, поднимаясь с дорогого кожанного дивана. — Дорогой, — Марта многозначительно посмотрела на мужа. — Ах да! — воскликнул он и пошел к тумбе, стоящей в гостинной. Оттуда он достал наручники и маску, полностью закрывающую лицо — прорези для глаз были единственными брешами в ней. На уровне рта была небольшая защелка — если повернуть в ней маленький ключик, то откроется отверстие для приема пищи. — Но папа… — попытался воспротивиться мальчик, но отец грозно нахмурился и строго сказал: — Ты знаешь правила, Джон. — Отдай ему сладости, — бросила Марта, покидая гостинную. Джон, вздохнув, одел маску и застегнул ее на затылке. Защелка была закрыта, но мистер Тонзер открыл ее. Они спустились в подвал. Пройдя через кухню, мужчина взял корзинку Эдди. Подвальная дверь противно скрипнула. Джона мигом пробрал могильный холод. Ему не привыкать. Мальчик зашел внутрь и сел в угол — совсем недавно в том же месте лежало тело. Мистер Тонзер кинул в сторону сына корзинку Эдварда. Большая часть конфет россыпалась по холодному полу. Дверь захлопнулась. Мужчина немного постоял у двери, прислушиваясь к звукам оттуда. Громкие чавкающие звуки — ребенок набросился на конфеты как дикий звереныш на пищу, которую ему после нескоро удастся получить. Удовлетворенно хмыкнув, мужчина удалился. «Я не нагулялся…» *** Звон будильника. Миссис Эванс хлопает по нему, выключая, и сонно оглядывается вокруг. Вторая половина кровати едва теплая — мистер Эванс снова поздно пришел и рано ушел. Что поделать, работа. — Эдди, завтракать! — крикнула женщина, завязывая на ходу халат. Спустя несколько минут ей пришлось повторить: — Эдди, быстрее! Тебе в школу, а я на работу опаздываю! Где тебя черти носят? — миссис Эванс открывает дверь в комнату сына и чувствует уличный холод. Кровать пуста. Окно распахнуто. В комнату намело листьев с улицы. — Эдди!!! Эдвард Мартин Эванс!!! — кричит женщина, заглядывая в каждую комнату. Пустота. Она совершенно точно одна дома. Как есть, в одном банном халате миссис Эванс вылетает на улицу. — Эдвард Мартин… — не договаривает она. Ее взгляд падает на лежащую прямо напротив двери конфету в виде яблока.