Part 6 [не люблю алкоголь]

На барной стойке едва слышно поскрипывал бокал, наполовину наполненный янтарной жидкостью. Мужская рука небрежно подвинула его к блондинке. — Благодарю, — с лукавой улыбкой произнесла Ника, одарив выразительным взглядом симпатичного бармена. Она давно привыкла к игривому кокетству, флиртовала без разбору, словно это было её естественное состояние. В воздухе витала музыка, смешиваясь с беззаботным смехом и звонкими голосами. Атмосфера напоминала классический ночной клуб, но под открытым небом. Кто-то, громко чокаясь бокалами, направлялся в сторону океана, другие просто наслаждались моментом. Мы с Никой устроились у барной стойки. Она неспешно потягивала коктейль, оставляя на бокале алый отпечаток губ, а я лишь наблюдала за ней, улыбаясь. — Кстати, почему ты... т-ты ничего не заказала? — спотыкаясь о слова, спросила она, едва заметно качнувшись в сторону. — Никусь, ты забыла? Я не пью, — мягко ответила я. — Обещаю, однажды... мы это исправим, — усмехнулась она, снова запинаясь, но, кажется, вполне довольная собой. Я тихо рассмеялась. — А где Катя? — спросила я, оглядываясь по сторонам. — Она пошла встречать ребят. Наших друзей, — ответила Ника, лениво подвигая пустой бокал в сторону бармена. Тот мгновенно понял намёк и, не задавая лишних вопросов, наполнил его заново. _______________ — Привет, я Аля, — с улыбкой произнесла я, пожимая руку новому знакомому. К нам присоединились трое — друзья Кати и Ники. Два парня и девушка. Я внимательно оглядела их, пытаясь запомнить лица. Первый — Андрей. Высокий, статный, с выразительными карими глазами и аккуратной стрижкой в стиле кроп. Светло-русые волосы, сдержанный стиль одежды — что-то между классикой и ненавязчивой элегантностью. Напоминал человека, который знает себе цену, но не выставляет это напоказ. Ему было лет двадцать пять, и я невольно подумала: «Как же он похож на Катю». Они будто созданы друг для друга. Почему они ещё не вместе? Второй — Саша. Совершенная противоположность. Его стиль сразу приковывал внимание: короткие пепельные волосы, проколотый хрящ уха, серьги, металлический блеск пирсинга в носу и брови. Глубокие зелёные глаза, насыщенные аксессуарами руки, рваные джинсы и чёрный свитер с лёгкой небрежностью в крое. Он выглядел так, словно жил по принципу «здесь и сейчас», не оглядываясь назад. В нём было что-то притягательное, возможно, потому что я сама во многом разделяла его взгляды. Последняя — Аня. С первого взгляда — скромная, но мне хватило одного рукопожатия, чтобы усомниться в этом. Длинный, тщательно продуманный маникюр резко контрастировал с простотой её образа: чёрная юбка, базовая футболка, никаких лишних деталей. Брюнетка с рыжеватым отливом в волосах, тонкие губы, аккуратный нос, большие, немного задумчивые глаза. Компания оказалась приятной. Мы разговорились, Андрей заказал кальян, и вечер закружил нас в ленивой беседе. Время текло незаметно, но вскоре они признались, что устали с дороги, и, пожелав нам спокойной ночи, отправились спать. Катя ушла с ними. Так мы и остались вдвоём с Никой, устроившись в плетёных креслах у бассейна. Она уже явно перебрала, глаза её медленно смыкались, пальцы лениво сжимали бокал с последними каплями коктейля. Я, осознавая, что теперь моя очередь быть «подругой-спасательницей», молча наблюдала за ней, следя, чтобы всё было в порядке. Оглядевшись, я поняла, что бар практически опустел. Музыка ещё звучала, но уже не была такой оглушающей. Смех, которым недавно разрывалось пространство, утих. «Импровизаторы» — так я мысленно прозвала шумную компанию, сидевшую рядом, — исчезли. Весь мир словно замедлился, уступая место ночи. _______________

🎵 Destroy Myself Just For You

Montell Fish

— А... Алечка, я, наверное, уже пойду спать... — пробормотала Ника, глядя на меня приоткрытыми глазами, в которых отражались остатки коктейля и усталости. Я молча поднялась, подхватила её за локоть и довела до номера. Ника на удивление уверенно нашла карту, подставила ее к двери и, обернувшись, улыбнулась мне — немного сонно, но всё же осознанно. — Спокойной ночи, — пробормотала она и закрыла за собой дверь. Я осталась одна. Возвращаясь к бару, я заметила, как работники уже собирали стаканы, стряхивали с барных стоек крошки и сгружали мусор в чёрные пакеты. Людей почти не осталось, но, вопреки ожиданиям, мне стало не одиноко, а наоборот — спокойно. Атмосфера как будто стала ещё уютнее. Я перевела взгляд немного дальше — там, за небольшой аркой, скрывалась тропинка, ведущая прямо к океану. Оттуда доносился приглушённый смех, редкие всплески воды, шаги. Я не задумываясь направилась туда. Пройдя через арку, я почувствовала, как воздух изменился. Он стал влажнее, прохладнее, наполненный солью и ароматом ночных цветов. Сквозь ветви деревьев мелькали золотые огоньки, где-то впереди слышался звук лёгких шагов по песку. Вдалеке, ближе к воде, кто-то сидел, поджав колени к груди. Фигура почти сливалась с ночью — капюшон скрывал лицо, силуэт был неподвижен, словно сам стал частью этого пейзажа. Я остановилась, осматриваясь. Смех, доносившийся с бара, почти исчез, а редкие прохожие босиком брели обратно, держа обувь в руках. Я сделала то же самое — стянула босоножки, сжала их в ладони и направилась к одинокой фигуре у воды. Я села рядом, осторожно, будто не хотела спугнуть тишину. Человек заметил меня. Я почувствовала его взгляд — спокойный, молчаливый, изучающий. Он не сказал ни слова, но я знала, что он смотрит. — Красиво, правда? — тихо произнесла я. Арсений. Я узнала, что это он. Шум океана становился чем-то живым. Волны мягко касались берега, словно нашёптывая свои истории. Вдохнув глубже, я почувствовала, как солёный воздух щекочет ноздри, смешиваясь с едва уловимыми нотками цветов, растущих где-то неподалёку. Я подняла голову. Звёзды. Их было так много, что казалось, будто они вот-вот осыплются с неба, накроют нас своим холодным, мерцающим светом. Арсений тоже смотрел вверх. — Ты когда-нибудь замечал... — я задумалась, подбирая слова. — Как звёзды похожи на людей. Он чуть повернул голову в мою сторону, но продолжил молчать, будто ожидая, что я скажу дальше. — Одни ярче, другие тусклее, какие-то гаснут слишком быстро... А есть такие, которые остаются незаметными, но всё равно светят. — Я невольно улыбнулась, глядя в небо. — Думаю, мы тоже похожи на них. Он тихо хмыкнул, но не с насмешкой, а скорее с едва заметной улыбкой. — А ты кто? — спросил он наконец, голос у него был чуть хриплым, будто ночь касалась и его голосовых связок. Я опустила глаза. — Я? — переспросила, медленно проводя пальцами по влажному песку. — Думаю, я одна из тех, кто кажется тусклым, но всё же светит. Он слегка кивнул, словно соглашаясь. Я подняла на него глаза. Мы смотрели друг на друга пару мгновений — почти незнакомые, но в этот момент ощущавшие странное, невесомое понимание. — А ты? — спросила я. Он снова посмотрел в небо, будто искал ответ там. — Не знаю. Может, я один из тех, кто уже почти погас. Наступила тишина. Я чувствовала, как в ночном воздухе повисли несказанные слова. Мы оба смотрели на море, на звёзды, и в этот момент, несмотря на неловкость, несмотря на то, что мы почти не знали друг друга, я поняла, что мы чем-то похожи. Мы просто молчали, но это было молчание, в котором было гораздо больше смысла, чем в сотнях ненужных слов.