/////

      — Вот мы и пришли. — Девочка протянула ему фонарь. — Идите прямо, никуда не сворачивая. Минуете площадь, за ней будет трактир. Там вас ждет горячая еда, выпивка и ночлег. Не заблуждайтесь больше! — И она развернулась, собираясь уходить.       — Эй, стой! — крикнул Рохля. — Куда ты? Одна, в темноту, в мороз! Девочка остановилась, пожала плечами.       — Я иду домой. Я знаю дорогу. А если заблужусь, мой отец вмиг найдет меня.       Рохля покачал головой, нахмурился.       — Скверный, должно быть, человек твой отец, раз позволяет такой маленькой девочке болтаться так поздно ночью в заснеженных горах! Вот что: я решил, что ты пойдешь со мной. — Он схватил ее за руку и потянул к себе. — Пойдем вместе в этот твой трактир, там заночуем, а поутру я отведу тебя к отцу! Я так сказал!       — Мне нельзя в деревню! Я не хожу в деревню! — Девочка запищала, вырываясь. — Отпусти меня сейчас же!       — Я не могу отпустить тебя, дитя! Я сам себе не прощу, если ты заблудишься и замерзнешь нас...       Не успев договорить, он вдруг взмыл на добрый десяток футов и шлепнулся на землю. Крякнул — кости уж наверняка все со своих мест послетали. Как только жив остался?       — Папа! — воскликнула малышка.       Снег мягко заскрипел.       — Девочка ясно сказала, что с тобой не пойдет, — обманчиво спокойно заговорили с обмершим от страха  Рохлей. — Ты заставил ее бояться.       — Э... — только и сказал Рохля.       — Отпусти его, — велел ребенок. — Он просто глупый, но очень добрый. Он хотел меня защитить. Оставь, его, папа, пусть живет.       Молчание показалось Рохле ужасно долгим. Но, кажется, неведомый папа сменил гнев на милость.       — Ладно. Я слышал. Довольно с него. А ты, юная леди, сама будешь объяснять маме, почему так поздно возвращаешься домой.       Девочка грустно вздохнула. Но тут же воскликнула:       — Папа, смотри, какой милый медвежонок! Купи мне его, пожалуйста! — И она вытянула из сугроба страхолюдного мишку.       — Бери бесплатно, дитя, — прокряхтел Рохля. — В благодарность за мое спасение.       — Спасибо! — прозвенел ее голос. И Рохля вытаращил глаза, глядя на то, как две фигуры обратились в дым и исчезли. Оон только сейчас догадался, с кем его на узкой горной дороге свела судьба.       — Надо же... Вот это мне сегодня повезло...