Часть 1

Мне часто снился этот сон... С открытого балкона тянуло холодом. Свеча теплым светом горела в невысоком, но массивном стаканчике из красного стекла. Я сидел на полу и смотрел на нее. Огонек плясал, такой маленикий на толстом чернеющем фитиле. А вокруг плавился воск, блестел липкой лужицей. Мертвый и склизкий, не то что пламя. Я сливал его, чтобы свет не погиб. Мне снился сердцу милый двор... Нагревшиеся стенки из стекла не давали огню обжечь руки, ограждали пламя от окружающей тьмы и холода и в то же время... Делали его однообразным и скованным. Я знаю! Не будь их тени обступили бы его, а каждый вздох ночи тревожил и грозился бы потушить пламя, но всегда одинаковый огонек был словно заперт в тесном дворце из красного хрусталя в окружении липкого воска. Безопасном, но таком далеком от прекрасной реальности бесконечно огромной по сравнению с ним. Он никогда не увидит ее. Заложником тех дивных дней... Так забавно: я вожу над огнем рукой и он подрагивает, вьется, будто тянется к ней, а затем словно теряет ее из виду, замирает и снова дрожит, пляшет, тянется вверх, не способный оторваться от фитиля, утаскивающего его все глубже вниз. Кажется, мы с ним единственные живые в темноте... Как красиво пляшут отсветы! Вся комната озаряется его теплым светом, вздрагивает с пламенем. Мы в этой комнате. Хрупкий огонек и я. В этой маленькой комнате. А с улицы тянет холодом. Там целый город, где густеющая тьма и беспощадный холод. Маленький город. На маленькой планетке. В тесной вселенной из красного хрусталя... Я был в совсем чужой стране... Покачиваю свечу и огонь словно в трансе медленно покачивается с ней из стороны в сторону. Да, в чужой стране. А до своей не добраться! Так далеко. Недостижимо... Прочное стекло, но такое теплое. Огонек стремиться вниз по фитилю, съедает его и если прекратит - потухнет, он не может иначе. И чем больше он сжигает, тем больше тает воска, а я с горечью сливаю его. Как грустно знать, что скоро он достигнет дна, но до этого, кажется, еще много времени. Будто по неосторожности сломавший игрушку ребенок, сползая милиметр за миллиметром вновь и вновь огонек удивляется тому, как осыпается чернеющий шнурок и пепел тонет в блестящем озере... Как так? Куда же уходит друг фитиль? И как его вернуть? Такой наивный, но бойкий, не осознает своей силы. Что я слышу? Неужели ты поешь? Сидишь рядом, смотришь на меня. Мы вдвоем смотрим на огонек. На два таких похожих огонька. О чем ты мечтаешь, когда глядишь на него... Почему ты здесь? Неужели ради света свечи? Мне снился мраморный простор... Там позади, твой прошлый огонь. Сгоревший фитиль утонул. Самый яркий и теплый, какой ты только видел во всей вселенной. А ты видел много! Что там какой-то огонек! Ты был рожден в пожаре, там все твои братья, и душа твоя тоже там! а теперь... Смотришь на свечу и этот жалкий, одинокий огонек. Пара моих волосков уже истлела над пламенем, но я не отстраняюсь. Вот бы оно могло почувствовать, как нежно я его люблю! Пламя дрожит, тоже одиноко здесь, отголосок того великого пожара. Свет фонарей ласкавший взор... Но почему ты не заговоришь, не подашь знак? Я так хочу этого! Тебе ведь тоже одиноко. коснись огня - Но как? Оу... Мне жаль. Тщетно ладонями обнимаю стенки. Стекло прочное, оно защитит руки от огня. Оградит огонь от меня. Что мне будет, если коснусь его? Ожог, а он ведь умрет. Потухнет или ослабнет, а мне будет грустно, темно, одиноко, холодно. Я не хочу причинить ему вреда. И все же как хочется коснуться... затуши его потом. Сам. Последний миг. Пусть он почувствует. Это будет лучше, чем если его убьет холод, когда растает весь воск, когда сгорит фитиль - А я останусь в темноте... Ты тоже останешься в темноте когда я..? И золотая детвора... Огонек подрагивает в ужасе: он видит дно уже совсем рядом. Чем я могу помочь? Фитиль догорел и осталось совсем немного, мне не под силу вернуть его. Пламя становится бледным, теряет золотой блеск и мечется в последнем порыве. Он плачет, просит меня о помощи: никто другой не услышит его, но это не человеческий голос. Таинственный язык огня, беззвучный, но понятный и без слов. Я слышал его и раньше, но сейчас он впервые словно видит меня, говорит именно со мной. Это так печально и страшно одновременно: он надеется, что я могу что-то сделать, передо мной вся его память. Когда-то давно фитиль залили воском, надеясь сделать очередную свечу, одну из миллиардов. Дешевая араматическая свечка... Ее зажгли в первый раз. Но она горела напрасно. Всем было плевать на пламя, от нее ждали лишь аромата, который она издавала сгорая. Как смешно: ее запах их не устроил. И ее поставили на полку пылиться. Год, второй все впустую:никто не зажигал ее и вдруг... Тот кто соскучился по пламени, кого не устраивала истлевавшая за секунду бумага, кто понимал главное. Пламя остается пламенем, в какой сосуд его не упрячь - дикое, голодное, живущее лишь жаром и светом. И как горел этот огонек, маленький и слабый, но гордый. Он вселял надежду, согревал и дарил свет. И все это за секунду, как вспышка пронеслось перед глазами. В сухом снегу погребена... Но вот огонек трепещет на дне. И затухает от одного моего неосторожного вздоха. Прости. Неужели я не успел коснуться его?.. Вот так просто и странно... Он потух оставив меня одного в сгустившейся тьме. Холод медленно заполняет комнату, окутывает меня, а я все еще грею руки о теплое стекло. Тоскую о свете, что никогда больше не разгонит мглу. Сколько я так сижу?.. Стекло остывает. Я не вижу, но чувствую на руках теплый склизкий воск, как кровь... Ничего. Не страшно. Воск смоется, а тепло так скоро уйдет навсегда. Теперь уже и фитиля коснуться не страшно. Но в этом нет смысла. На нем больше не поплясывает огонек. Я оглядываю комнату. Темно и холодно. Нет больше времени тосковать по свече. И глупо все это. Я забуду этот огонек так же быстро, как и всё прочее: эти пару минут памяти о том, что когда-то я чувствовал, как и все они, пара минут на которые я исчез из обыденной жизни, растворившись в этом пламени. Пора идти дальше. Тяжелый плащ ночь на плечах и глупая надежда, что уж я-то оставлю след, что-то кроме обугленого фитиля. Тени заполняют комнату. Лишь бы они не увидели моей слабости...