Часть 1

Везде пахнет антисептиком. На каждом углу, у каждой двери, в каждом темном проходе, - везде есть эта маленькая бутылочка с чистящей руки жидкостью, в то время, как масок на первой неделе карантина нет ни у кого. Половина магазинов закрыта, в продуктовых уже вынесли все, что не прибито гвоздями... А мой чай остыл. Да, это вряд ли можно назвать "отпуском", но что есть - то есть. Я снова гляжу на телефон, и мой мозг словно отсчитывает секунды до его звонка. Отсчитывает кровью, стучащей в висках. Экран все еще темный, и я, наконец, делаю глоток. Вспоминается его голос, который всегда звучит позитивно. Каждый день с момента моего "вынужденного ухода с работы" он звонит мне и спрашивает, покидала ли я дом... А я дом не покидала. Выходить можно только с собаками да за едой. Эпидемиологическая ситуация обострена настолько, что что этот самый полицейский заставил меня вернуться в квартиру, стоило мне выйти без мусорного пакета. Чай несладкий. Весь сахар уже разобрали какие-то бабушки, а новая партия уж точно не сегодня. Я снова вздыхаю и смотрю на дисплей. Сегодня этот полицейский еще не звонил, но я не знаю, почему так жду этого. Странно, что прошла всего неделя, а мне уже привычнее вместо "доброе утро" слышать "Вы дома? Не выходили на улицу?". Я отхлебнула еще чай и пошла в комнату за ноутбуком, надеясь, что, когда я вернусь, уже раздастся трель моего телефона, но ноутбук я принесла, а телефон все еще молчит. Странно, но сегодня моя квартира выглядит особенно серой: либо солнца стало меньше, либо стоит раскрыть шторы. Да, стоило догадаться, что весной нужно раскрыть шторы. Мысли пропали, стоило телефону на столе тихонько пискнуть и начать вибрировать. Внутри меня что-то бухнуло от волнения, сладко провалившись куда-то вниз, и я подхватила телефон всего за секунду. - Д-да? - Доброе утро! - я почувствовала, как он улыбнулся, и улыбнулась сама, - Вы же дома? - Конечно, - мой ответ вырвался с легким смешком, и я замерла. Почему я так реагирую на простой разговор... - Это хорошо, - произнес он, и я уже готовилась положить трубку. Все же, обычно он задавал только этот вопрос, и на этом общение заканчивалось, - А как у Вас дела? Я подавилась чаем. - И-извините, что? - Вам плохо? - Вовсе нет! Мне-е просто показалось, что Вы что-то сказали, но я не расслышала... - на секунду повисла пауза, и я спокойно перевела дыхание. Горло еще саднило, но это было не настолько важно, насколько важен был его ответ. - Я спросил, как у Вас дела, - медленно произнес он, и его неуверенный тон, кажется, разбил мое сердце. Самое время успокоиться уже! - У меня все хорошо, - я улыбнулась и подошла к шторам, - сегодня довольно солнечно, правда? Я взяла в пальцы плотную ткань, и отодвинула ее в сторону, чувствуя, как яркое небо слепит глаза. - Да! Наконец-то станет теплее, а то вроде бы весна, а в куртке холодно... Я беззаботно рассмеялась и оглядела улицу, а потом воздух словно закончился. Под моими окнами стояла полицейская машина, и все бы ничего, но ее мигалки были выключены. - Извините, но это не Ваша машина сейчас стоит около моего дома? - Да, моя, но мне нельзя выходить. Не знаю, почему, но меня переполнила неожиданная нежность к полицейскому, и я снова улыбнулась. Надеюсь, что он позвонит еще и завтра... - Может быть, сходим куда-нибудь после карантина? - Буду счастлив. Поскорее бы уже мой "отпуск" закончился...