Часть 1

Раньше у Города было название. «Имя собственное», как говорится. После произошедшего имя исчезло, и все называли его просто «Город». И так было понятно, о чем речь. Исчезновение всех жителей — это не шутки. Десять лет уже прошло, а форумы все лихорадило различными догадками и теориями, включая тех самых зеленых человечков и, разумеется, Таинственные Заговоры Правительства (все с заглавной буквы). Город стал популярнее печально известной Припяти, и сюда хлынул поток доморощенных сталкеров, жаждущих острых впечатлений и аномалий. Увы, ни того, ни другого они не находили, и, вернувшись домой, продолжали грезить Монолитом, Долгом и всем прочим. Для Дениса, Марины, Кати и Вадима поездка в Город была не просто данью детскому увлечению. Катя твердо решила снять фильм, ну или хотя бы короткометражку, в качестве дипломного проекта, и Город был самым подходящим местом — одна сплошная декорация. Она и подбила друзей на эту поездку. «Не мытьем, так катаньем» — проворчал Вадим, заправляя машину, на что Катя только довольно хмыкнула. Главное — что все согласились. В Город они въехали с рассветом — и, надо признать, что лучшего момента и представить было нельзя. Они продвигались по абсолютно пустым улицам, мимо разросшихся деревьев и кустов. Чистый, без единой соринки тротуар то там, то здесь пробивали нахальные одуванчики. Опустевшие многоэтажки, окрашенные первыми лучами солнца, выглядели сказочными дворцами, в которых по ночам танцуют в лунном сиянии эльфы. — Блин. Даже в лесу такого воздуха нет, — пробормотал Денис, открывая окно. Марина сонно зевнула и поглубже закуталась в плед — она была отчаянной мерзлячкой, а утренняя прохлада вызывала у нее ассоциации с Северным полюсом. — Так, сейчас найдем место, чтобы бросить кости, дрыхнем, осматриваем ближайшие пару районов, ужинаем и отправляемся домой, — Катя вытащила из рюкзака под ногами карту, отмечая ручкой ореол действий. — Главное — не разбредаемся и не устраиваем личных экскурсий. Помните, ваши трупы отрицательно скажутся на моей карьере. — Я тебя убью, — пообещал Вадим, пытаясь не уснуть: всю ночь за рулем — это не хухры-мухры. — И вот это точно отрицательно скажется на твоей карьере и вообще на жизни. Найди лучше гостиницу. — А нафига? Можем в любой дом завалиться, — возразила Катя, в очередной раз зашуршав картой. — Неэтично как-то, — сказал Денис. — Я тоже за гостиницу. Марин? — Куда-нибудь, где тепло, — буркнула та, пытаясь найти в своем рюкзаке термос с кофе. — Ладно, — Катя ухитрилась сложить карту и не порвать ее. — Сейчас прямо по шоссе, потом будет указатель — от него налево и до упора. Будет здоровая пятиэтажная хрень с золотым дельфином. Не пропустим. — Говори за себя, я уже дельфина от лошади не отличу, — Вадим с трудом подавил зевок. Катя, закатив глаза, предложила сесть за руль, и Вадим безропотно согласился. Учитывая трепетное отношение Вадима к своей машине, это служило лучшим доказательством того, что он действительно устал. Гостиницу и правда, тяжело было не заметить, но сил на ее осмотр уже ни у кого не было. Кое-как накинув на прекрасно сохранившиеся кровати (кто сказал, что фанера недолговечна?) спальники и одеяла, они провалились в сон. Марина проснулась первой. Судя по мобильному, уже было два часа дня, а птичий гомон за окном навевал воспоминания о поездке в детстве на дачу с ночевкой. Денис, мирно похрапывающий рядом, пошевелился и зевнул. — Никогда раньше так не высыпался, — сказал он, приоткрыв один глаз. — Может, вы с Катюхой сами все осмотрите, а я пока тут отосплюсь? — Фигушки. Может, мы тут и заночуем, так что шансы выспаться у тебя есть. Но, если не успеем объехать хотя бы этот район — Катерина с нас скальп снимет и загрызет. — Это уже проблема Вадима, он у нас шофер-дальнобойщик, — последние слова Денис попытался пропеть хриплым со сна голосом. В дверь стукнули и, не дожидаясь реакции, тут же распахнули. — О, детский вокальный ансамбль «Солнышко» уже проснулся, — радостно сказала Катя. В одной руке у нее была чашка с кофе, в другой — бутерброд, и выглядела она на редкость бодро и свежо. — По графику же ужин у нас после объезда, — ехидно заметил Денис, принюхиваясь к кофе. Катя показала ему язык. — А это не ужин, это обед. Давайте, народ, подъем. Вадик уже давно глаза продрал, и теперь полон сил, как майский ландыш. Одни вы валяетесь и лясы точите. — Кать, вот скажи, ты всегда такая активная и бодрая? — спросила Марина, пытаясь найти в себе силы отлепиться от этой восхитительно-мягкой — по сравнению с сиденьем в машине — кровати. — Нет, только когда меня ждет работа. Все, в темпе, в темпе! После первого глотка кофе, Марина согласилась с тем, что жизнь прекрасна, а после двух бутербродов даже полностью в этом убедилась. Катя, изображая из себя электровеник на батарейках «Энерджайзер», наматывала круги вокруг стола, поджидая, пока все будут готовы к поездкам и походам. Денис, прикончив свой бутерброд, скомкал бумагу и машинально потянулся к мусорному ведру. Оттуда мгновенно выпрыгнула упитанная крыска и, махнув хвостом, юркнула за молчащий холодильник. — Твою же мать-перемать! — Денис отшатнулся и врезался в стол. С самого детства он панически боялся крыс. Поспособствовал этому дедушка. Он любил рассказать внуку о тех временах, когда он еще ходил в долгие рейсы: еды уже в середине пути оставалось мало, а корабельные крысы становились все наглее и прожорливей. Естественно, после таких «сказок на ночь» Дэну снились кошмары, а крыс он ненавидел и боялся до позорных истерик. — Тихо, Денька, тихо, все в порядке. — Катя проворно закрыла ему глаза ладонью. Дениса мелко трясло, а недавно съеденный бутерброд колыхался где-то в горле. — Это была маленькая и безобидная мышка, которая тебя испугалась больше, чем ты ее. — Мелкие твари, — процедил Денис сквозь зубы — по большей части для того, чтобы не вывернуло наизнанку. Марина подошла к нему со спины и обняла. — Она уже убежала. И след простыл. Денис согласно кивнул, стараясь не прислушиваться — воображение, на которое он не жаловался, уже рисовало ему сотни тысяч крыс под каждой тумбой. — Слушайте, у нас тут сеанс психотерапии или, черт побери, деловая поездка? Вечереет, если вы не заметили, — Вадим красноречиво кивнул на удлинившиеся тени. Катя, мгновенно вскинулась. — Все, Дениска, бери себя в руки. Едем, товарищи! Осмотр Города занял гораздо больше времени, чем все рассчитывали, и к гостинице они вернулись уже в темноте, которую едва разгонял свет фар. Вадим, глянув на часы, отказался куда-то ехать. — С меня одной бессонной ночи хватило. Давайте и правда заночуем тут, а домой двинем уже утром. — Я могу сесть за руль, — пробормотал Денис. Весь день, точнее, всю эту поездку, его не покидало ощущение, что за ним наблюдают маленькие и очень злобные глазки. — Чтоб я тебе доверил мою машинку?! — Вадим взревел как подраненный бизон. — Да ты педаль тормоза и газа путаешь! — Дэн, прекращай нести чушь, — поддержала его Катя. — Переночуем как белые люди, под крышей и на кроватях, а не согнувшись в три погибели в машине. Главное, запомните одно правило. — Это какое? — с интересом спросила Марина, успокаивающе поглаживая Дениса по руке. — Не суйтесь в подвалы и не говорите волшебную фразу «А давайте разделимся и исследуем во-о-он то симпатичное кладбище». Все рассмеялись и даже Денис улыбнулся. Марина, выйдя из машины, задрала голову и восхищенно присвистнула. Небо казалось бездонной пропастью, усыпанной звездами. — Слушайте, это же идеальное место для обсерватории, — пробормотала Катя, по примеру подруги уставившись вверх. — Созвездия, как на ладони… Только я их не узнаю. — Ну, ты и раньше астрономией не увлекалась, — успокоил ее Вадим, ставя машину на сигнализацию. — А тут слишком много звезд, вот и кажется, что ничего знакомого. Мы же, все-таки, не в другом полушарии очутились. — Не-е-ет, — замогильным голосом провыл Денис, для верности вытаращив глаза. — Мы провалились в десятое измерение, и так тут и сги-и-инем… — Вот что мне нравится в наших людях — так это их чувство юмора и нездоровый оптимизм… — проворчала Катя, закинув за спину рюкзак и направляясь к уже почти родной гостинице. Марина уснула быстро. Чистый воздух, новые впечатления — что еще надо для полноценного и, главное, крепкого сна? Денис некоторое время поворочался, а затем прижался к ее спине, уткнувшись носом в волосы. Неудобно, но зато помешает всматриваться в комнату, выискивая маленьких тварей. Вот только Дэн машинально прислушивался к тишине, где уже чудился крысиный писк. …Он помнит дедушкину трубку лучше, чем его лицо. Дед любил курить, но сигареты презирал, называя «геморройными свечками», чем доводил бабушку до белого каления. Он и сейчас сидит в старом, продавленном кресле, попыхивая трубкой и заполняя комнату клубами вонючего дыма. По телевизору идет очередной выпуск «Аншлага» с несмешными шутками, но его почти не слышно: дед в очередной раз решил «пообщаться» с внуком. — Крысы — они умные твари. И хитрые. Очень хитрые. Кок оставил крохотную щелочку, зазор между кастрюлей и крышкой — а эта тварь пролезла и изгадила то, что не сожрала. Денису страшно, но он не выходит из комнаты. Здесь горит лампа, что-то бормочет телевизор, а там, за порогом — темный коридор, где могут таиться хитрые и опасные крысы. — Давным-давно, крысы могли сожрать ребенка… да что ребенка — даже взрослого человека. У нас так один матрос проснулся без пальцев на ноге… Денис поджимает ноги под себя и пытается слушать телевизор, а не деда. Табачный дым плывет по комнате, от него щиплет глаза, и в нем чудятся острые мордочки с умными глазками-бусинками. — А еще говорят, что у крыс есть король, да только врут они все. У крыс — королева-мать, здоровая, лысая тварь с бульдога величиной. Она каждую крысу видит и слышит, и всем приказы отдает. И если захочет она тебя съесть, то не спасут ни железные двери, ни каменные стены: ам! И нету тебя… Дед дробно хихикает, а Дениса трясет, и ему кажется, что вместо деда на кресле сидит огромный крысюк. Щелчок замка кажется спасением. — Мама! Денис подпрыгнул в кровати, хватаясь за сердце и тут же успокаиваясь. Опять сон. Слишком много он думал об этих паскудных тварях. Денис улегся обратно и, не выдержав, нашарил под подушкой мобильный телефон. Четыре утра. До рассвета еще пара часов. Можно вытерпеть. В коридоре раздался мелкий топоток крошечных лапок, но Денис уже спал. Это и к лучшему. Утренний Город — это зрелище, однозначно достойное того, чтобы его увидели. Катя, подумав, сделала пару фотографий на телефон, потягивая кофе. Зевая, на кухню выползла Марина. — Ну что, сегодня домой? — для проформы уточнила Катя. Марина кивнула и потянулась, с хрустом распрямляя спину. — Хорошо тут. Тихо так… Как в лесу. — Каменные джунгли городов, — усмехнулась Катя. — Кофе в термосе. Спустя пару минут, на кухню подтянулись и парни. Денис, радующийся тому, что уже скоро они вернуться домой, даже забыл про свой мерзкий сон. Неожиданно, они услышали звук, который нельзя было принять за птичье пение. Кто-то шел по улице, бренча на гитаре и что-то насвистывая. — Так… — Вадим быстро шагнул к окну. — Я надеюсь, это не какой-нибудь особо радостный нарик… Когда источник шума показался, все четверо присвистнули. Это был мужчина, одетый так, что будь среди них хоть один эпилептик — он бы забился в припадке. Красно-оранжевая рубашка под которой канареечно желтела футболка, фиолетовые штаны в белую полосочку… и кеды с зелеными шнурками. — Кошмар модельера, — пробормотала Катя. Мужчина, поравнявшись с гостиницей, взглянул прямо на них. Лицо у него было худое и загорелое. Волосы, выбившиеся из-под засаленной бейсболки (из-за общего цветового безумия ее можно было заметить лишь в последнюю очередь) были соломенного оттенка и, кажется, несколько прядей были заплетены в косички. — Приветики, детишки. Вы заблудились или как? — По работе, — угрюмо бросил Вадим, мысленно прикидывая, стоит ли ждать от этого внезапного гостя проблем. Судя по всему, не стоило, но черт его разберет. Мужчина улыбнулся и легко провел пальцами по струнам. — Заплатить за постой не забудьте. — Мужик, окстись, кому платить? — Вадим даже растерялся. — Тебе деньги нужны? Извини, у нас даже в складчину на стакан кофе не наберется. — Эх, нехорошо врать, — мужчина пожевал губу и махнул рукой. — Все равно заплатите. Новичками будете. — Городской псих. Последний хиппи планеты Земля, — убежденно произнес Денис, проводив гостя взглядом. — Давайте-ка двинем отсюда. Вдруг у него тут друзья неподалеку? Возражений не последовало. Собирались в темпе, но без паники, и Марина, неожиданно даже для самой себя, вытащила из кошелька пару сотенных бумажек и бросила их на кровать. Денис кашлянул и постучал по лбу согнутым пальцем. — Ну что? Вреда от этого не будет никому, — Марина пожала плечами и, закинув рюкзак за спину, спустилась вниз. В глубине души она ожидала, что машина не заведется, в духе всех третьесортных ужастиков, но, видимо, актеры из них были неподходящими. Машина заурчала, как довольный кот, и они двинулись в путь. Вдруг Марина резко выпрямилась на сиденье. — Вадь, останови машину. — Ты чего? Плохо? — Вадим нажал на тормоза. Марина, кивнув, практически вывалилась из машины. Ее крутило и колотило мелкой дрожью. — Маринка, ты чего, солнце? — Катя, перепугавшись, выскочила следом, и бережно обняла подругу. — Бутербродики не впрок пошли? — Д-давление… скакнуло… — Марина уперлась ладонями в колени, борясь с организмом, который решил подгадить напоследок. — Народ, я сейчас, чуть-чуть… Она села на асфальт, закрыв глаза. Друзья выбрались из машины, рассудив, что можно и побродить рядом. — Слушай, вот тебе ключи, если что — садись в машину, приходи в себя. Катюха тут парк решила еще исследовать. Будут проблемы — гуди, не стесняйся, — строго сказал Вадим, протянув Марине бутылку минералки. Та слабо кивнула и кое-как перебралась на заднее сиденье. Старый детский парк вызывал странные ощущения. Неработающие и сломанные аттракционы, поросшие травой, проржавелые конструкции и разбитая чаша фонтана — все это оставляло гнетущее впечатление. Налетевший порыв ветра — слишком сильный и холодный для начала осени — поднял в воздух листья и запорошил глаза пылью. Когда все проморгались, то стало ясно — ровная и прямая дорога, по которой они сюда пришли исчезла. — Если что, то хочу, чтоб меня играл Киану Ривз, — пробормотал Вадим. Катя непонимающе уставилась на него, и он пояснил. — Если из этого сделают сценарий для фильма ужасов, то… — Я поняла. Так. Давайте возьмемся за руки и пройдем этот… парк, чтоб его. Хоть это и выглядело глупо, почему-то никто не возразил. Денис шел, чувствуя теплую Катину ладонь на своей руке, и мрачно думал, что если бы это было кино, то сейчас бы играла мрачная музыка. Они прошли мимо развалившегося фонтана, и Денис, уловив движение краем глаза, резко дернулся — на обломке камня сидела упитанная крыса, внимательно глядя на них. Катя остановилась и тихо, но внятно выругалась матом. Впереди, на деревянной эстраде, сидел их знакомый — тот самый городской псих. Только он успел сменить одежду — теперь на нем были обычные синие джинсы и черная футболка с крысой и надписью «Стальная Крыса поет блюз». Зато на голове красовался настоящий зеленый бардовский беретик с павлиньим пером, будто прямиком из средневековья. В руках псих все так же держал гитару, изредка наигрывая что-то смутно знакомое и мелодичное. — Эй, мужик! — Вадим сделал шаг вперед, ненавязчиво заслоняя Катю. — Тут выхода не видел? Псих поднял голову и улыбнулся, глядя за их спины. — Тьма, пришедшая со средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город… — пальцы выбили из струн что-то резкое и почти жалобное. Денис, не выдержав, оглянулся и поежился. На горизонте, быстро разрастаясь, и впрямь чернела туча. Вот откуда и тот холодный порыв ветра. Псих тяжело вздохнул и отложил гитару. — Вот почему вы, люди, так жадничаете? Нет, не правильно. Почему вы так любите халяву? Когда делаешь свое дело и делаешь его хорошо — нормально ведь ожидать за это оплату? Так почему вы все стремитесь отдать как можно меньше, а получить — как можно больше, а в идеале, конечно, получить все и сразу, не заплатив при этом ни копейки? — Слушай, мужик, ну не будь ты сволочью! — Денис не выдержал и слегка повысил голос. Псих прищурился и щелкнул пальцами. — Молчать. Вы помните пословицу про бесплатный сыр? — Он только в мышеловке, — пробормотала Катя и вдруг рассмеялась, вцепившись в плечи побелевшими пальцами. — В мышеловке, а! Псих рассмеялся вместе с ней. Денис вдруг понял, что шорох, который он слышал уже несколько минут — это не листья. Крысы. Маленькие, серые и юркие, они обступили их, взяв в кольцо и не сводя своих глаз. Катя перестала смеяться и жалобно улыбнулась.  — А если мы заплатим сейчас? Мужчина — теперь назвать его психом язык не поворачивался — развел руками. — Увы. Вы хорошие ребята, я знаю. Те, другие… тоже были хорошими. Не все, но в большинстве. Сытые, довольные жизнью, изредка — добродушные. Но они решили, что платить не надо. Пришлось научить их кое-чему. Этот урок они усвоили на всю жизнь, не так ли? Крысы вдруг закопошились, изредка попискивая, будто пытаясь что-то сказать. Денис почувствовал непреодолимое желание лечь на землю и закрыть глаза. Просто не видеть этого всего. «Может, я сплю? Проснусь, и все будет хорошо?». В воздухе отчетливо запахло табаком, и Денис распахнул глаза, неосознанно ожидая увидеть деда. Но вместо него он лишь натолкнулся на холодные и спокойные глаза того человека. Мужчина начал играть на гитаре, и крысы вскинули мордочки. — Неважно, какой инструмент. Главное — кто играет. Помните, детишечки, про славный город Гаммельн? — Крысолов кивнул им. Катя, тонко всхлипнув, прижалась к Вадиму. Музыка стала более жесткой и быстрой. Крысы с любопытством смотрели на трех новичков, появившихся в круге и недоумевающе шевелящих усами. *** Марина сама не поняла, как уснула. Просто провалилась в сон, а когда очнулась — время уже близилось к полудню. Выбравшись из машины, она пару раз нажала на клаксон — и ничего. Только птичий гомон ненадолго стих. Марина, поежившись, попыталась дозвониться Дэну, Вадиму и Кате, но мобильники у ребят были отключены. Теперь стало совсем не до шуток. Марина уже хотела покричать, но остановилась: а вдруг на них напали? Ох блин, и в полицию-то не дозвониться… Ей почудилась мелодия знакомая с детства — «Зеленые рукава». Музыка мягко вплеталась в мысли, успокаивала и настойчиво звала за собой. Марина подчинилась этому зову и двинулась вперед по удобной ровной дорожке, проходивший через весь парк. Она полюбовалась старой деревянной эстрадой — по факту, это было единственное худо-бедно сохранившееся место. Пройдя его насквозь, уже у второго выхода, Марина увидела того самого психа… Хотя, теперь, в цивильной одежде он казался нормальным. Обычный мужчина с самой обычной и незапоминающейся внешностью — пройдешь мимо и не запомнишь. Увидев ее, мужчина вежливо приподнял зеленый берет с павлиньим пером. — Вы оплатили свое пребывание в гостинице, так что к вам никаких вопросов. Кстати, крыску не хотите взять? — Что?! Марина непонимающе уставилась на него. Мужчина поднял небольшую клетку, где сидели три крысы. Одна, увидев Марину, влезла по прутьям и запищала. — Вот этот, кажется, очень рад вас видеть. Возьмете? Ничего не понимая, Марина протянула руку. Мужчина приоткрыл дверцу, и крыса проворно выскочила оттуда. Вбежав по руке, она залезла Марине на плечо, и тут же сунула нос в ухо. — А… э… а как ее хоть зовут? — она прижала ладонь к теплой спинке, чувствуя мелкую дрожь. Мужчина улыбнулся и Марине стало страшно. — Это самец. И, я думаю, правильно будет назвать его Дэном.