Часть 1

      — Босманова Таисия! — Молодой опричник стоял возле достаточно богатого дома, позади его охраняли два статных воина с мечами.       Из высоких дверей выбежала девушка восемнадцати лет, на ходу заплетая кудрявые волосы в косу. Её белоснежное домашнее платье пачкалось о землю, а на босых ступнях уже наверняка появились небольшие ранки.       — Что же вы так кричите, — причитала та, ближе подходя к незваным гостям. Отвесив поклон, она закрепила волосы атласной лентой, что ей подарил любимый братец. — Весь двор разбудили!       — Дитя, ты, пусть и уважаема, но не имеешь права указывать, — сказал парень, разворачивая лист и передавая его Таисии. — Радуйся, девка, выбрана ты невестой славному воину. Красив и умён, жаль только мёртв. ***       Для многих не секрет, насколько жестоки и несправедливы традиции древней Руси. Даже члены самых богатых и знаменитых семей попадали в плотные рамки законов, особенно девушки в отношении их женитьбы. Таисия была единственной девушкой в роду Басмановых за последнее столетие, что достигла своего совершеннолетия. Если бы не Фёдор, то и она бы бросилась в реку ещё в пятнадцать, узнав, насколько несправедливо общество к таким, как она. Красавица с отцом и братом при царе. Каждый мужчина, от четырнадцати до сорока, уже предлагал её батюшке взаимовыгодную свадьбу. Но не мог перечить Алексей воле дочери, любил он её больше всего на свете.       Не имели права они пойти против воли царя, тем более нарушить традицию, созданную ещё столетия назад, — сватать умершего солдата, прославленного подвигом, с самой красивой одинокой девушкой.       Таисия сидела на своей кровати, закрыв ладонями красные от слёз глаза. Стать женой мёртвого воина — худшее, что могло с ней случиться в этом мире. Её убивало осознание того, кем она теперь станет в глазах своих соседей и других жителей города. Да, младшая Басманова будет обеспечена деньгами до конца своей жизни, но останется одинокой. Пусть не было у неё желания свататься, но не принято на Руси простой девице дважды замуж выходить, даже если прошлый жених уже покоится в могиле…       — Сестрица! — вскрикнул Фёдор, вбегая в комнату и падая на колени возле Таисии. — Я с тобой, не плачь, прошу, родная.       — Не могу я. — Всхлипы усилились. Девушка перестала скрывать истерику и схватила брата за руку в поисках поддержки. — Не хочу вдовой быть, Фёдор!       — Справимся, Тась, справимся. — Парень сел рядом с сестрой, не отпуска её руки, лишь чуть сильнее сжимая её. — Мы вместе будем. Пойду я к князю, уговорю его.       — Фёдор! — сказала Таисия, вмиг успокоившись и начав вытирать рукавом засохшие слёзы со щёк. — Не смей, Федорка. Разгневаешь ты князя нашего! Казнит ведь… А как я без тебя?       — Придумаю я что-то, ты, главное, верь мне… ***       — Тася, тебе уже девятнадцатый год! Раз жениться не хочешь, то так лучше будет! И нет проблем, всего-то рядом с мертвецом часок постоять, да поцеловать того воина, — сказала Настя, делая ещё один шов на небольшом белом лоскуте. — При твоей- то красоте в девках сидеть! Стыдно.       — Замолкни, надоела уже, — ворчала девушка, дошивая узор в виде нескольких лебедей. — Лучше бы утешила. Не могу я так, не достойна.       — Ты хоть имя его знаешь?       — Конечно, как же не знать, за кого замуж выхожу, пусть и не по моей воле. — Таисия встала из-за обеденного стола и подошла к полочке у стены. Взяв лист, что она получила при первой встречи с опричником, Босманова развернулась к Анастасии и начала читать: — Иван Никаноров, сын Никарона, одного из приближенных бояр к царю. Во время битвы был ранен в живот, а умер уже в столице. Двадцатый год стукнул ему. Молодым погиб. Почему, интересно, отец его отпустил? Неужели, сбежал на войну? Не пойму этих юношей, лишь бы в драки лезть и свою силу показывать. А мы из-за них страдать должны…       Девушка села на лавку у стены и положила приказ рядом с собой. В комнате воцарилось молчание. Несмотря на сказанные слова, Анастасия была против этого обычая, какие бы привилегия не появлялись у новоиспеченной невесты. Но только Тасе это не нужно было, она и так жила в достатке благодаря отцу, целыми сутками работающему во дворце. Их жилище выделялось на фоне остальных маленьких домиков. Каждый член семьи имел свою оборудованную под него комнату, а в двух из них даже стояли высокие зеркала. Подарок царя, когда Федор два дня не уходил со службы из дворца. Веретено, лучшие нити и ткани — всё это было для девушки-мастерицы. Слишком любил правитель детей Алексея Басманова, баловал их больше, чем родной батюшка. Неужели, царь подверг её этой участи?       В это время трудно было встретить юношу, у которого уже не было возлюбленной, что согласилась бы выйти за него замуж. Даже пусть и после смерти жениха. Если же такой девушки не было, то этот выбор обычно осуществлялся близкими погибшего, а если те отсутствовали, опричники совещались и выбирали одну из крестьянок в возрасте. Впервые их глаз пал на дочь одного из приближенных к царю! «Чувствую, что проклял меня кто-то! Вечно я страдаю, » — думала Таисия, возвращаясь на место рядом с подругой.       — Тая, а ты не хочешь царя нашего попросить? Ведь не откажет он тебе, — сказала Анастасия, также заканчивая незамысловатый узор на своей салфетке. Она вытянула её вперед, любуясь своей кропотливой работой.        — Что вы заладили одно и то же? — возмутилась Басманова, обрезая нитку небольшим ножиком. — Знает он об этом, уверена я. Как же без его согласия опричники могли вынести решение?       — А ты вместе с Федорой иди, его же князь больше всех любит.       — Все вы умные. А сама бы ты пошла молить об отмене древнего ритуала? — язвительно спросила девушка. — Скоро батюшка на ужин придет. Нет времени о пустом болтать.       — Вот вся ты хороша, только так упряма! — рассмеялась Анастасия.       — Ты либо замолкни и помоги мне с готовкой, либо уходи. — Таисия уже стала подготавливать овощи, собираясь суп приготовить, что так любит отец и брат её.       — Конечно. Еще спрашиваешь. Надо же мне твоего братца приворожить. ***       — Помилуй, царь-батюшка, сестрицу мою. Не достойна она судьбы такой, — молил Федор, падая наколени возле ног Ивана и приклоняя свою голову. Его волосы уже испачкались о грязный пол, разлетаясь во все стороны. — Не может она остаться без любви на всю жизнь короткую.       — Встань, Федод, нечего у меня в ногах валяться, — строгим голосом приказал князь и протянул руку своему верному слуге. Тот покорно поднялся с колен, слегка обхватывая руку мужчины перед собой. Их взгляды пересеклись. Парнишка смотрел прямо в глаза царю, умоляя всем свои видом исполнить его просьбу. Впервые он просил что-то столь серьезное, а не обычные украшения или наряды. Пальцы Ивана чуть крепче обхватили чужие и притянули к смуглому лицу, слегка поглаживая. — Не моя эта воля. Знаешь же, какая смута творится в городе. Пойти против бояр своих не смогу я сейчас, обернется это и для вашей семьи злом.       Басманов выдернул руку из захвата и отступил на ковры, что находились возле кровати государя. Эта комната была намного богаче, чем любая в доме Федора и вообще в этом городе. Все стены были обиты тканями с необыкновенными узорами, полы устелены коврами, что старательно ткали мастерицы во дворце. Главное преимущество таких покоев заключалось в том, что здесь всегда, даже в середине зимы, было тепло и уютно. Но не могла эта красота сейчас усмирить дурной нрав Федора, яростно сжавшего ладони в кулаки.       — Отпусти Таисию, она уйдет из города, больше никогда не верн… — тараторил юноша, но тут же был перебит Иваном, разозлившимся не меньше, чем импульсивный Басманов.       — Слушай меня внимательно, Федор, иль немедленно уйди с моих глаз. — Голова князя была лишь немного повернута в сторону, где и находился его слуга. Не показывал он своего желания поддаться воле Федорки. — Нельзя даже мне идти против воли древнего обряда, понимаешь? Представь ты, мальчишка, что будет среди бояр, если я отпущу сестру твою?        — Будь по-твоему, — смиренно сказал Басманов, вновь приближаясь к Ивану и становясь на колени. Его руки вмиг оказались на широких бедрах мужчины, слегка обхватывая их. — Выполни лишь одну мою просьбу. Не помешай нашему плану, не посылай погоню, задержи их хоть на мгновение. Взамен проси все, что хочешь. Но пообещай мне, поклянись!        — Что угодно говоришь? — сказал Иван и подцепил длинными пальцами подбородок Фёдора, приподнимая его голову. — И в бабьем наряде станцуешь возле моего ложе?        — Да, царь-батюшка, — прошептал Басманов, прикрывая глаза. Он сделает все, что будет в его силах, лишь бы помочь единственной сестре спастись из цепких лап этого общества.        — Что же, тогда даю свое царское слово. Не буду препятствовать вашей задумке, но и противиться воле своих бояр. ***       За окном быстро темнело. Погода в августе была слишком непредсказуема, ночь сменяла день за полчаса, да и холодало также резко. Таисия поспешно переодевалась в одежду брата, пусть он и был некрупным, но всё равно ей пришлось туго затягивать штаны кушаком. Узнав о разговоре Фёдора с царём, они решили в этот же вечер действовать, ведь сбежать при свете солнца было невозможно. Конечно, сначала девушка негодовала, ведь парнишка пошёл против её воли, пренебрёг её запретом! Но именно благодаря нему у Басмановой сейчас появился единственный шанс избежать свадьбы.       Фёдор уже было хотел зайти в комнату к сестре, но вдруг послышался громкий стук в дверь. Они вздрогнули. Отец должен был вернуться со службы лишь завтра утром, тогда кто это может быть? Кивнув Таисии, юноша плотно закрыл за собой дверцу и направился к входному проёму. Заглянув в небольшое окошко, он увидел незнакомого мужчину лет тридцати с большим свёртком в руках.       — Кто? — спросил Фёдор, прислоняясь к дверце.       — Послание для Таисии Басмановой! — Младший хозяин встретил незнакомца с серьёзным и угрюмым лицом, выражая тем самым всё свое негодование по отношению к нему. Мужчина хотел было пройти вперёд, но парень не отступил, загораживая собой проход. — Просили передать лично в руки.       — Сестрица сейчас отдыхает. Не позволю нарушить её сон, — твёрдо сказал Басманов и сложил руки на груди. — Что принёс? Я передам.       — Наряд для обряда лично от царя. Дорогая вещица! — Тот усмехнулся и протянул свёрток Фёдору, что тут же подхватил его и захлопнул дверь прямо перед носом мужчины.       Фёдору захотелось зарычать от гнева, что накатил на него. Но сейчас ему стоило успокоиться, ведь главное, чтобы его сестрице не передалось его настроение. Нервничать Таисии точно не нужно, её ожидала сложная ночь. Приоткрыв дверь в комнату девушки, он был тут же заключен в её объятия. Басманова уткнулась лицом в сгиб шеи и буквально повисла на нём. Фёдор отбросил в сторону свёрток и начал легко поглаживать сестру по спине, стараясь подарить максимум поддержки, на которую он только способен.       — Помни, мы вместе, остальное неважно. Ты слышала разговор? — тихо сказал юноша. Тася лишь кивнула, но объятия не прекращались. У них осталось не так много времени, и они расстанутся на долгие недели или даже месяца. — Теперь слушай меня внимательно. Сегодня я должен был ехать на службу, так что никто не заметит разницы между нами, но только тебе придётся сделать это, сестрица. Пойми, по-другому не получится.       Девушка кивнула и выпуталась из рук брата. Подойдя к полочке, на которой лежали все её инструменты для вышивания, она уверенно потянулась к ножницам. Фёдор не сдвинулся с места, лишь наблюдая и не прерывая тяжёлую атмосферу, витающую в их доме. Таисия ушла в свою комнату и встала перед зеркалом. Её сердце колотилось, казалось, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди. Волосы — достояние детей Алексея Басманова. Но сейчас это был единственный способ, чтобы их с Фёдором не могли различить. Потянув за край красной ленты, она распустила косу, её каштановые кудри достигали пояса. Было невероятно жалко их обрезать. Девушка осторожно поднесла ножницы к волосам, её руки дрожали, а дыхание участилось. «Я смогу. Теперь всё точно наладится, » — подумала она, неуверенно сомкнув железные лопасти. Её локоны рассыпались по полу. Одинокие слезинки скатились по щекам, оставляя заметный след на румяных щёках. Таисия встала на колени и стала собирать в одну прядь рассыпанные волосы. Аккуратно завязав их той же лентой, она оставила связку на своей кровати. Теперь их с братом невозможно различить со спины или в движении.       — Я уже подготовил коня и собрал тебе сумку с едой и деньгами на первое время. Хватит, чтобы поселиться в другом городе на несколько недель. Там уже ты можешь продавать свои работы. Ты… Готова? — Фёдор ходил по комнате, пока Таисия лишь смотрела на себя в зеркале. Хотелось кричать от обиды и разочарования, но сейчас ей нужно было переступить свои чувства и покинуть дом, в котором провела почти два десятка лет.       — Спасибо. Я ещё минутку побуду дома… — Её голос был тихим, то и дело прерывался на вздохи, полные печали и скорби о прошлой жизни. Уже не будет тех весёлых дней во дворце, когда они с Фёдором, громко и беззаботно смеясь, падали на пол в шуточной борьбе. А Иван лишь улыбался, наблюдая за подростками и их вознёй. Его сыновья были слишком отдалены от отца, а эта девушка и парень стали для него столь родными. Таисию он и вовсе обучал борьбе на мечах по собственной воле. Эти времена нельзя вернуть, не обратить вспять.       Девушка пробежалась взглядом по своей комнате. Перед глазами всплывали всё новые и новые воспоминания из раннего детства, когда мама была ещё жива и играла с ней, учила шить и вязать. Потом её не стало. Отец не имел опыта в игре с детьми, но они уже были достаточно взрослыми, чтобы начать самим устраивать себе досуг. Алексея лишь волновало их благоустройство при царе. Но и за это Таисия благодарна ему.       Девушка медленным шагом вошла в главную комнату. Фёдор подскочил с места и приблизился к сестре, сам обнимая её на прощание. Они молчали. Все слова уже были сказаны, о большем им говорить не стоило. Скребя сердцем, они расцепили руки и отступили друг от друга на несколько шагов. Таисия кивнула своим же мыслям и взяла сумку, что подготовил для неё брат. Двинувшись к входной двери, она в последний раз взглянула на свой дом и родного человека. «Прощай, » — одними губами сказала та и вышла за порог.       Конюшня располагалась не так далеко от их дома, так что она даже не могла успеть одуматься. Конь Фёдора был красивейшим чёрным жеребцом с гривой не хуже, чем у своего хозяина. Девушка осторожно и тихо вывела его за ворота, время от времени поглаживая того по шее. Таисия вздохнула и запрыгнула в седло. Погнав лошадь из города, она лишь краем глазом увидела любопытный взгляд от стражи на выезде. Её разум опустел, ни одной мысли, лишь адреналин, который гнал её вперёд.       Огни родного города уже остались позади, погони так и не было. На её пути встала неширокая речка. Остановив коня, Таисия спрыгнула со скакуна и опустилась наземь, зарываясь ладонями в свои уже короткие волосы. Её плечи тряслись, всё тело было напряжено настолько, что даже мышцы начали ныть.       Она справится. Даже вдалеке друг от друга они останутся вместе.