Девушка с волнистыми волосами

В тихой обители санатория Локхарт снова и снова вспоминал ставший недавно доступным ему кусочек его памяти. Но в этот раз та идея, лишить памяти эту сильную женщину с вьющимися волосами, уже не казалась ему такой блестящей. Он встретил её снова, здесь. Вот только она лежала в отделении для «неспособных к восстановлению». В отличие от него... По поведению словно немой ребёнок, она давала ему конфеты на прогулках, и спала в холодильнике или тумбах, свернувшись клубком. С каждым возвращающимся воспоминанием Локхарт видел в безмятежной улыбке девушки с конфетами, сильнейшую волшебницу востока. И ему было почти физически больно осознавать, что эти длинные вьющиеся волосы больше никогда, не будут острижены. В прошлом она вечно ходила с короткой стрижкой. Быстрыми, резкими движениями выхватывала палочку, когда атмосфера накалялась. Не боялась тяжёлой работы и крепкого словца... а теперь её лицо было расслабленно, на нём застыла безмятежная улыбка. Волосы спускались волнистым водопадом до колен. Девушка протянула горстку круглых конфет беззвучно плачущему на скамейке Локхарду. В его волосах больше не было былого лоска и объёмной волнистости. Во взрыве той палочки, он словно потерял навсегда ту улыбку, которой теперь улыбались лишь его старые портреты. Впрочем, он их ненавидел. Гилдерой влюбился в эту девушку. В ту, кем она была. Раньше, она была словно волшебная птица. Когда-то казалась странной и дикой. А сейчас он принимал мир таким какой он есть. И то сияние яркой личности ослепляло его заболевшее сердце. - Влюбится в то что убил. Потрясающая ирония!- кричал он своему портрету в полный рост, с которым взял привычку иногда разговаривать. - Они никогда не смогли бы стать знаменитыми - отвечал ему лощёный блондин в яркой мантии. Так Гилдерой Локхарт изменился навсегда. Теперь он писал истории других людей, всегда умея подобрать нужные слова для искалеченных душ. Рассказывая сказки о них самих так, что людям становилось легче. Словно вкладывал частичку своей прошлой улыбки в хмурые и серьёзные лица. Немного любви себя, для тех, кому это действительно нужно. Локхарт до конца жизни стал частым гостем своей первой жертвы. Найдя какое-то утешение в том, что теперь, она всегда улыбалась. Хотя он уверен, её прошлые слова о такой жизни едва ли бы были цензурными.