Часть 1

      Красное платье — первое, что он замечает, едва переступив порог казино. Невыносимо яркое и раздражающее, как и его обладательница. — Кто её сюда пустил? — зло шипит Аарон, перехватив проходящего мимо Вишню. Тот прослеживает взгляд главы «Чёрных драконов» и хмыкает: — А что, есть причины её не пускать? Между прочим, она делает неплохую выручку бару. Аарон выплëвывает что-то нецензурное и под весёлым взглядом Вишни направляется к барной стойке. Опускается на высокий стул и морщится от сигаретного дыма, с отвратительной ментоловой отдушкой. — Здесь не курят. — Да? — Адель даже не оборачивается в его сторону, изящно стряхивая пепел. — А пепельница здесь, видимо, для красоты?       Даже голос у неё раздражающий. Бесит. Бесят эти ехидные интонации, эта дурацкая привычка растягивать гласные, бесит она сама. Аарон чуть ли ни скрипит зубами от злости и залпом осушает стакан бурбона, предусмотрительно подставленный барменом. Делает знак повторить и демонстративно машет ладонью прямо перед лицом девушки, разгоняя дым. Адель бросает на него уничижительный взгляд, явно желая превратить его в кучку пепла. Делает очередную затяжку и выдыхает дым прямо ему в лицо. — Сучка! — не слишком по-джентельменски рявкает Аарон, отобрав у неё сигарету и со злостью швырнув её в пепельницу. — Мудак! Она хватает его стакан, и, даже не поморщившись, в пару глотков выпивает его содержимое. С грохотом возвращает стакан на стойку, и прежде чем Хилл успевает прийти в себя от подобной наглости, плюхается за первый попавшийся игорный стол. Аарон забирает у бармена, провожающего её восхищëнным взглядом, бутылку с остатками бурбона и удаляется к себе в кабинет, мысленно пожелав ей проиграться к чертям собачьим, и не забыв хлопнуть дверью. ***       Работать не получается от слова «совсем». Аарон пытается вникнуть в лежащие перед ним счета, но цифры и буквы расплываются, танцуют, не желая донести свой смысл до его сознания. Вместо этого перед мысленным взором встаëт красное платье и тонкие пальцы, сжимающие сигарету. Аарон трясёт головой, прогоняя ненавистный образ, и делает очередной глоток бурбона.       Интересно, сколько она уже проиграла? В прошлый раз девчонка оставила в казино всю наличку и жутко дорогущие серёжки, а ему пришлось отвозить её домой, потому что денег не осталось даже на такси. Ничему её жизнь не учит. И чего его вообще это волнует? Нашёл о ком думать.       Аарон залпом допивает остатки бурбона и, бросив извиняющийся взгляд на счета, направляется к бару за добавкой. Он завтра с ними разберётся, когда одно рыжее недоразумение будет валяться дома с дичайшим похмельем и не будет его раздражать одним только своим присутствием в поле его зрения.       «Рыжее недоразумение» сидит у бара, потягивая «маргариту» и гоняя трубочкой лëд в высоком бокале. Периодически смеётся над шутками Бурого, чья рука по-хозяйски расположилась на её колене. От этой картины почему-то становится тошно.       Аарон словно невзначай втискивается между воркующей парочкой, вынуждая Бурого убрать руку. Жестом просит у бармена бутылку виски и, игнорируя Адель, поворачивается к Дракону: — Чего это ты здесь прохлаждаешься? Уже доделал все дела? — У меня нет никаких дел, — растерянно бормочет парень, но под взглядом босса, не предвещающим ничего хорошего, осекается. — Точно, у меня же дела, прости, крошка, — «вспоминает» Бурый и, попрощавшись с Адель неловким кивком головы, исчезает из поля их зрения.       Аарон расслабленно опускается на его место и барабанит пальцами по барной стойке, дожидаясь свой заказ. — И что это сейчас было? — возмущëнно шипит Адель, ткнув его в плечо острым наманикюренным ноготком. Красным, конечно. — Не все могут себе позволить весь вечер тебя развлекать, — невозмутимо пожимает плечами Аарон и, забрав виски, направляется к себе в кабинет. Закатывает глаза, когда за спиной раздаётся быстрый цокот её каблуков.       Если быстро закрыть перед её носом дверь и для надёжности провернуть ключ на пару оборотов, то вечер, наверное, ещё можно спасти. Только он, виски, и никаких девиц, ни к месту поминающих чёрта. — Какого, я спрашиваю, чëрта, ты творишь? — визгливым голосом повторяет Адель, огненным вихрем ворвавшаяся вслед за ним в кабинет.       Надо было хотя бы попытаться закрыть дверь. — Я, может быть, и мудак, но домогаться до пьяных женщин в своём казино не позволю. Адель захлёбывается очередной гневной тирадой с упоминанием чëрта и растерянно хлопает длинными ресницами.       Надо же, заткнулась, а он уже и не надеялся.       Аарон, не обращая на неё внимания, опускается в кресло и отточенным движением открывает бутылку. Делает пару глотков, с усмешкой наблюдая, как девчонка пытается придумать достойный ответ, сбитая с толку его пламенной речью. — А, может, я была не против, — Адель резко вскидывает голову, тряхнув копной огненно-рыжих волос и с вызовом глядя ему в глаза. Бесцеремонно садится на край стола, оказавшись к нему так близко, что Аарон чувствует приторный запах её духов.       Он устало откидывается на спинку кресла, увеличивая между ними расстояние, и неопределëнно кивает на дверь: — Можешь пойти его догнать. Крошка. Последнее слово он буквально выплëвывает, не в силах удержаться от ядовитых интонаций. Адель застывает, вглядываясь в его лицо, и неожиданно заливается смехом. — Да ты ревнуешь, Хилл. Ему хочется ответить что-нибудь резкое, поставить на место эту вконец зарвавшуюся девчонку. Но все слова застревают в горле, когда её нога, обутая в лакированную туфлю, скользит по его бедру, и тело предательски реагирует совсем не так, как ему бы того хотелось. — Прекрати, — Аарон перехватывает её ногу за щиколотку, отстраняя от себя. — Брось, мы же оба этого хотим, — Адель склоняется над ним, щекоча прядями волос его лицо, заставляя рвано выдохнуть. Она, чуть царапая, очерчивает ногтëм линию его скул, проводит по пульсирующей венке на шее. По-кошачьи склоняет голову, наблюдая за его реакцией.       Он прекрасно понимает, что это всё игра и провокация, представление для одного зрителя. Только с Драконами опасно играть. Особенно сейчас, когда в ней — парочка лишних коктейлей, а в нём — бутылка бурбона и взрывная смесь из желания и раздражения. И если она сейчас не прекратит свои игры, то он возьмёт её прямо на этом столе. Жёстко и грубо, чтобы ей больше и в голову не пришло к нему приближаться.       Аарон собирает остатки самообладания и, поднявшись, холодно произносит: — Ты пьяна. Я сейчас попрошу кого-нибудь отвезти тебя домой. — Нет, — Адель вскакивает вслед за ним и хватает его за запястье холодными пальцами. — Я не хочу домой, не могу, я… Она осекается и закусывает губу, словно сейчас расплачется. В её глазах, в полумраке комнаты кажущихся совсем тёмными, вспыхивает отчаяние. Маска надменной стервы слетает, и под ней обнаруживается маленькая девочка, разбитая и бесконечно одинокая.       И Аарон не находит в себе сил её оттолкнуть. Пусть она далеко не принцесса, да и он не сказочный дракон, но защитить от одиночества он сегодня, пожалуй, её сможет.