Часть 1

В конференц-зале компании "Zimaletto", двое мужчин, лучшие друзья и коллеги по работе, вели оживлённую беседу о произошедшем этой ночью. Андрей Жданов, президент вышеупомянутой компании, темноволосый привлекательный мужчина двадцати-тридцати лет, с обворожительными карими глазами, пытался, правда безуспешно, донести до друга, Романа Малиновского, свои эмоции и мысли. - Ну представь себе трогательное, беззащитное существо! - говорил Андрей, пытаясь выразить свои чувства. - Котёнок с перебитой лапкой. - с ехидством предположил Ромка, являясь по своей натуре отъявленным шутником. Андрей шумно вздохнул, и не желая возражать другу, горячо ответил: - Пусть будет котёнок с перебитой лапкой!...Котёнок с перебитой лапкой доверчиво тянется к тебе, понимаешь? Он понимает, что в твоих руках его судьба! - Он мяукает, царапается! - ухмыльнулся Ромка, взглянув на друга. - Заткнись, кретин!!! - взорвался Жданов, значительно повышая голос, - Ну как тебе это объяснить, а? - устало произнёс мужчина, - ты чувствуешь ответственность за всё, что происходит! - продолжил, найдя точное определение своим мыслям и эмоциям. Усмехнувшись, Ромка произнёс точную, на его взгляд, ассоциацию: - Как при подписании контрактов! Жданов устало и многозначительно взглянул на рядом стоящего друга, и не желая вдаваться в споры и размышления, быстрым шагом вышел из кабинета. Бесполезно разговаривать с таким циником, как Малиновский о светлом чувстве - любовь. Тот всё равно ничего не поймёт, так зачем зря вести эту беседу? В этих мыслях Андрей преодолел расстояние от конференц-зала до своего кабинета. Зайдя, хотел уже привычно окликнуть Катюшу, но услышал весьма занимательный разговор, и заинтересовавшись им, подошёл ближе к её маленькому кабинетику. Отчётливо был слышен голос Катерины и Андрей, невольно стал свидетелем интересного диалога двух подруг. - Самое главное в этот вечер... - начала неуверенно Катя. - Ну, говори, Кать, не тяни! - перебила Пушкареву Маша, секретарь на ресепшне, пышногрудая привлекательная блондинка с глазами цвета моря, растившая одна четырёхлетнего сына Егорку, обаятельного весёлого парнишку, который однажды находился в компании весь рабочий день. В голосе Марии отчётливо было слышно нетерпение. - Было то, что он сказал... - продолжила Катя, не решаясь открыться подруге. - Ну? - сгорая от любопытства, спросила Тропинкина. - Что любит...меня, любит. - с теплотой сказала девушка, мыслями возвращаясь в эту ночь, полную любви, заботы и нежности. - Он что, в первый раз признался тебе в любви? - недовольно спросила Маша, переживая за подругу. - Нет! - опровергла та её предположение, но так - первый раз! - закончила, улыбаясь воспоминаниям. Прошло пару минут, которые показались Андрею вечностью, и он вновь услышал ласковый голос девушки: - Он такой заботливый, знаешь, и нежный...я прижалась к нему крепко-крепко, боялась пошевелиться, он гладил меня так ласково, так нежно... Обезумев от ревности, не подозревая, что говорила Катя именно о нём - Андрее Жданове, ведь они договорились не афишировать свои отношения, он быстрым движением руки открыл дверь Катиного кабинета и уверенно зашёл, говоря при этом серьёзным, с нотками раздражения, голосом: - Тропинкина, тебе не кажется, что рабочий день ещё не закончен? Мигом на ресепшен!!! Маша тотчас же двинулась к выходу, лепеча извинения взвинченному начальнику и вместе с тем сочувственно смотрела на подругу, ведь гнев Жданова - страшная вещь. Как только дверь за Тропинкиной закрылась, Андрей подошёл к Кате. Та смотрела на него извиняющимся взглядом. Жданов властно взял свою помощницу за руку и сжал её до боли, затем спросил, в упор смотря на неё: - И о ком же мы тут так трепетно говорим?! С Зорькиным своим небось поразвлечься вчера успела, да?! А скажи - после нашей ночи или же до?! А может он и есть тот первый мужчина, а?! Карие глаза девушки в ту же секунду наполнились слезами от несправедливых слов любимого человека. Смахнув слезинку, которая катилась по щеке, Катя, попыталась убрать руку Андрея, тихо, но уверенно сказала: - Нет, это был не Коля, Андрей! И...я говорила Маше о тебе... - Катя заметила изогнутую бровь Жданова и продолжила: - Я знаю, что мы договорились не разглашать наши личные взаимоотношения в офисе, но...девочки думают, что это Колька, правда... Прости, если я этим поступком как-то подставила тебя, я не хотела, честно-честно... Андрей смотрел в глаза девушки и не мог понять, что происходит в его душе? Почему ему так больно от того, что ей плохо, а главное, что причина её страданий он? Захотелось сделать всё возможное, чтобы она больше никогда не плакала, в особенности из-за него, чтобы всегда улыбалась и была счастлива, с ним счастлива! "Ты же полюбил, Жданов, не надо отпираться от очевидного!" - наконец, признался себе. Оно, признание, шло от чистого сердца. Не раздумывая ни секунды, Андрей бережно прижал к себе всхлипывающую девушку и стал покрывать её губы нежным поцелуем, постепенно углубляя его. Взял любимую на руки и посадил на стол, предварительно убрав документы и несмотря на Катины попытки образумить безумного мужчину, сгорающего от непреодолимой страсти, впился в её шею нежным, но в тоже время властным поцелуем, потявнушись к многочисленным пуговичкам на кофте Пушкарёвой. - Андрей, мы на работе. - хриплым от возбуждения голосом сказала Катя, обнимая любимого. Тот нехотя оторвался от шеи и пуговиц и с обворожительной улыбкой, ласково сказал: - Да ты права, котёнок! Я надеюсь, ты сможешь вырваться на пару часиков после рабочего дня? Предупреди родителей, что будешь позже, любимая! - крепко обнял и вновь увлёк девушку в нежный поцелуй. "Сделаю всё возможное, чтобы нам больше не нужно было прятать свои чувства!" - подумал мужчина и вскоре осуществил задуманное!