Часть 1

      «Однажды, когда Эстелю было всего двадцать лет, он вернулся в Ривенделл из походов, где совершил много великих деяний вместе с сыновьями Элронда. Тогда Элронд взглянул на него и остался доволен, ибо увидел, что тот стал красив и благороден, и что очень рано возмужал, хоть ему и предстояло ещё укрепиться умом и телом». — Из «Сказания об Арагорне и Арвен»       Элронд, лорд Имладриса, сидел в своем кабинете, наслаждаясь одним из немногих мирных дней, которые у него были за все лето. Как только в Высоком Перевале растаял снег, Трандуил, король Гринвуда, послал своего сына в Имладрис, чтобы он немного отдохнул от непрекращающихся атак орков.       Элронд очень любил Леголаса и был более чем счастлив видеть его в своем доме, но пребывание принца в Имладрисе никогда не проходило без происшествий. Последний раз когда его визит прошел спокойно, был более двадцати шести веков назад, и тогда Леголас был крошечным ребенком, который едва доставал до колена Элронда. И это было до того, как Элрохир решил сделать маленькому принцу Эрин Галена лук и научить его стрелять.       Сейчас Леголас уехал в поход с Элрохиром, Элладаном и Эстелем. Они должны были вернуться завтра вечером, и Элронд уже предупредил целителей, чтобы они приготовили как минимум две кровати, а также запас трав, бинтов и противоядий.       Но до тех пор… Пока они не несутся по коридорам, зовя целителей или самого Элронда, он мог сделать вид, что все в порядке и волноваться не о чем.       Довольно вздохнув, Элронд перевернул страницу книги, которую читал. ***       — Прощай, мастер хоббит! — весело сказал Леголас. — Calo anor na ven!       Хоббит поклонился, и весело попрощавшись с тремя эльфами и человеком, поспешил по дороге легкой походкой.       Едва дождавшись пока хоббит уйдет из зоны слышимости, Эстель повернулся к принцу.       — Откуда ты его знаешь?       Леголас улыбнулся.       — Он прибыл в Гринвуд около десяти лет назад и очень храбро проявил себя в битве пяти воинств.       — Серьезно? — спросил Элладан, старший из сыновей Элронда. — В последний раз, когда я встречал Бильбо Бэггинса на этой дороге, он сказал мне, что был слишком напуган, чтобы сделать что-нибудь полезное в битве. Но некий эльф, не будем называть имен, возглавлял лучников, и сражался с такой храбростью, что…       — Он так сказал? — перебил его Элрохир. — Мне Бильбо сказал, что эльф, возглавлявший лучников Зеленого Леса, был одним из самых искусных воинов, которых он видел среди эльфов, а также, безусловно, самым тупым.       Леголас свирепо нахмурился на близнецов и вытащил стрелу из колчана, от чего его друзья рассмеялись.       — Если бы ты только мог видеть свое лицо, друг мой, — фыркнул Эстель. — Так ты ведешь торговые переговоры для Эрин Гален?       — Уже темнеет, — сказал Леголас со всем достоинством, которое только мог изобразить. — Мы должны найти место для ночлега.       — И не бойся ночных созданий, Эстель, — сказал Элрохир, подталкивая лошадь в сторону, так что молодй человек оказался между ним и Леголасом. — В случае нападения орков мы окажемся в компании самого впечатляющего воина во всей армии Трандуила.       — Это засвидетельствовано Бильбо Бэггинсом, — добавил Элладан.       — Вот именно. Мы обратимся к нему за защитой от падших зверей и… - Элрохир резко замолчал, когда кончик одного из ножей Леголаса оказался у его горла.       — Очень хорошо, — легко сказал светловолосый эльф. — Я буду защищать тебя от орков, троллей и гоблинов. Но кто, Элрондион, защитит тебя от меня?       Элрохир со смехом прошептал что-то своей лошади, и белый жеребец устремился вперед. Леголас засмеялся и бросился в погоню. Эстель и Элладан с весело наблюдали, как принц догнал их брата у ручь и столкнул в воду. ***       Гилраэн заколебалась у двери в кабинет Элронда. Даже она, женщина дунадайн и потомок Аранарта, слегка побаивалась лорда Имладриса. Эстель его не боялся, но он знал Элронда с младенчества, трудно боятся того, чьи волосы вы пытались съесть в детстве.       Наконец, набравшись храбрости, она постучала.       — Войдите!       Она открыла дверь и вошла.       — Чем я могу вам помочь? — с улыбкой спросил Элронд. — Сядьте, леди Гилраэн. Я вижу, вы хотите поговорить со мной.       Гилраэн села на один из стульев у окна.       — Лорд Элронд, я должна поговорить с вами об Эстеле.       — Конечно. Он становится прекрасным молодым человеком, леди Гилраэн. Араторн гордился бы им.       — Милорд, — тихо, но твердо сказала Гилраэн, — я бы хотела, чтобы он превратился в прекрасного молодого человека. Но он растет все больше похожий на эльфа. Как долго вы планируете держать его в неведении о наследии?       — Он слишком молод, — возразил Элронд. — Я знаю, что люди взрослеют быстрее чем эльфы, но все же ему всего двадцать лет, миледи. Он еще не готов возглавить даже патруль, не говоря уже о королевстве.       — Я знаю это, — сказала Гилраэн. — Но пора ему узнать, кто он такой и чего от него ждут. Милорд, я не прошу вас отвезти его в Гондор и посадить на трон. Даже если бы вы это сделали, люди восстали бы, и не потому, что он слишком молод, — поспешно сказала она, опережая возражения Элронда. — А потому что он не похож на человека, а больше похож на молодого эльфа, которому довелось родиться человеком. Народ Гондора не допустит чтобы им правил эльф.       — Его обучают политике и как вести государственные дела лучшие ученые эльфийских царств, — защищаясь, сказал Элронд. — Вы должны дать им время. Они привыкли учить эльфов, а не людей. Через несколько лет он будет знать все, что ему нужно, чтобы стать королем.       — Нет, — твердо сказала Гилраэн, сама удивляясь своей смелости. — Он будет знать все, что ему нужно, чтобы быть сенешалем. Но король должен знать больше, а не просто как строить дороги и когда не взимать налоги. Если он хочет быть хорошим королем, он должен знать сердце Гондора. А его сердца это люди. Он должен знать, на что они надеются, чего боятся, чему радуются и от чего печалятся… Лорд Элронд, Эстель ничего не знает о сердцах людей. Как он может любить свой народ, когда они для него чужая раса?       — Он молод.       — Он может прожить столько же, сколько эльф, но по книгам он так и не узнает как править королевством! Гондор — королевство людей, которые должны работать день за днем, чтобы обеспечивать свои семьи, людей, которые живут в страхе перед что случится с ними и их женами, когда они станут слишком старыми для работы. У него должны быть друзья за пределами Имладриса, и кроме принца Лихолесья!       — Леголас — один из лучших…       — Милорд, я ничего не имею против Леголаса. Мне он очень нравится. Он является прекрасным воином, и всегда относился ко мне с гораздо большей любезностью, чем даже мой сын. Я не сомневаюсь, что когда ему придется править Эрин Гален, он станет хорошим королем. Но королем эльфов, лорд Элронд, а не людей. ***       — Итак, только мы трое были окружены орками без надежды на спасение, — сказал Элладан. — И вдруг мой брат, лорд Элрохир из Имладриса, и мой друг, принц Леголас из Эрин Галена, ляпнули одно и то же.       Элрохир и Леголас переглянулись и украдкой потянулись за луками. Элладан, делая вид, что не заметил этого жеста, продолжил:       — И как думаешь, Эстель, что они сказали? По-твоему, они сказали: «Было приятно увидеться» или «Эльберет, защити нас»?. Нет. Они сказали: «Интересно приготовил ли Галион медовые пирожные». Мы думали что умрем, а эти двое беспокоились о медовых пирожных к чаю!       Эстель весело рассмеялся, когда Леголас и Элрохир прыгнули на Элладана и повалили его на землю.       — Эстель! — Леголас запротестовал, когда Эстель вступил в драку. — Ты должен быть на моей стороне.       — Двое против одного — это вряд ли справедливо! — засмеялся Эстель, помогая Элладану.       Через несколько минут трое эльфов и человек лежали на траве у берега реки. Эстель был измучен, но подозревал, что его братья и друг могли бы и дальше дурачиться, но остановились только ради него.       — Я думаю, нам следует устроить привал, — сказал Леголас.       — Я возьму первую вахту, — вызвался Элладан. ***       Эстель проснулся от первого раската грома.       Он открыл глаза и взглянул на Леголаса, который взял вторую вахту и сидел на одной из верхних ветвей вяза, под которым спали его друзья. Златовласый эльф не пытался их разбудить, да и в этом не было никакого смысла, потому что поблизости не было лучшего убежища чем это дерево.       — Леголас, — тихо позвал Эстель. — Спускайся.       — Я в порядке.       — Спускайся, — повторил Эстель. На собственном горьком опыте он выяснил, что Леголас всегда настаивал что он в порядке, даже когда это было не так. И единственный способ довиться своего это повторять свою просьбу снова и снова, пока он не откажется от спора и не сделает как вы хотите.       — Спи, Эстель.       — Спускайся.       Эстель услышал сердитый вздох, затем ветки зашуршали, а в следующую секунду послышался легкий стук, когда Леголас приземлился рядом с ним.       — Что случилось? — спросил эльф, скрестив руки на груди.       Эстель сел на землю, прислонившись спиной к стволу дерева, и стал ждать. Несколько секунд Леголас смотрел на него, потом сел на землю рядом с человеком.       — Я в порядке, — проворчал он.       — Не лги мне.       Леголас немного поерзал, и Эстель обнял друга за плечи. Однако как только человек это сделал, эльф бросил на него возмущенный взгляд, хотя он и не попытался отодвинуться.       Эстель засмеялся, он уже привык, что Леголас всегда говорил, что ему не нужна поддержка.       — Я хорошо отдохнул, друг мой, — весело сказал он. — Думаю, я составлю тебе компанию на некоторое время.       Несколько минут они сидели молча, затем Леголас внезапно сказал:       — Я не смог спасти свою мать. Я пытался, но…       Эстель крепче обнял его.       — Ты был очень молод.       — Я был не настолько молод, друг мой.       — Леголас, Дэн и Ро рассказали мне, что случилось… И ты тоже. Ты не виноват. Самый опытный воин не смог бы сделать больше. — Эстель взглянул на склоненную голову друга. — Это не твоя вина.       Леголас подвинулся поближе к Эстелю, который усмехнулся и взъерошил волосы эльфа.       — Какой же ты глупый синда. ***       Когда трое эльфов и человек въехали в Имладрис, у входной двери их уже ждала целая процессия: Элронд стоял наверху лестницы, Глорфиндел и Эрестор справа от него, а Гилраэн слева.       Как только они остановились, Глорфиндел легко спрыгнул с крыльца, не обращая внимания на бормотание Эрестора:       — Хвастун.       Глорфиндел хлопнул Элладана и Элрохира по плечу и кивнул Эстелю, а потом оттащил Леголаса от друзей, указав на тренировочные поля.       — Подожди, — сказал Элронд. — Прежде чем ты отправишь Леголаса на тренировку по стрельбе из лука, хотя это никому из вас не нужно, я хочу знать кто ранен и насколько все серьёзно? Какой яд? Сколько сломанных костей?       Его сыновья и Леголас посмотрели на него так, словно он сошел с ума.       — Милорд, — осторожно сказал Леголас, — никто не пострадал.       — Никто не пострадал? — удивленно спросил Элронд.       — Никто, — подтвердил Леголас.       — Никто, отец, — сказал Элладан. — Даже Леголас.       — Я все слышал! — воскликнул принц. — Из всех эльфов во всей Арде за меня нужно волноваться меньше всего!       Элрохир с трудом сдержал смех.       — Хорошо, хорошо, — уступил Леголас. — Во всем Средиземье.       — Леголас, — сказал Элладан таким тоном, словно объяснял малышу, что вода мокрая, — ты помнишь, сколько тебе было лет, когда ты впервые сломал руку? Я помню. Тебе было пятнадцать. В эльфийских годах.       — Это ты сказал мне, что самые сладкие яблоки росли на дереве возле кухонной двери…       — Я не имел в виду, что ты должен самострятельно попытаться подняться на дерево и сорвать несколько яблок! И тем более сделать это, когда мы с Ро оба были… — Элладан внезапно замолчал.       — Я помню, что ты и Ро делали, — сказал Леголас с ухмылкой.       — Не смей…       — Вы были в доме…       — Леголас, замолчи!       — …в кладовой, если быть точным…       — Леголас! — закричали вместе Элладан и Элрохир, схватив младшего эльфа, когда Эстель проворно отпрыгнул с их пути.       — …с Глорфинделем, если я правильно помню, — продолжал Леголас сквозь смех.       — Отец, — сказал Элрохир, оторвавшись от потасовки, — у Леголаса три сломанных ребра и… Ай!.. И стрела в легком, и он был ранен отравленным клинком Моргула! Его нужно отвести… Ай!.. В целительные палаты!       — У тебя мозги орка! — воскликнул Леголас.       Элронд, хотя он и старался сдержать смех, решил, что пора вмешаться.       — Любой эльф, который будет кататься по земле после того, как я закончу говорить, будет направлен в целительные палаты, где получит большую дозу моего особого отвара.       Почти до того, как последнее слово слетело с его губ, Леголас и близнецы вскочили на ноги и поспешно поправили свои туники.       — Ты сказал, что сжег рецепт, — обвиняюще сказал Леголас Элрохиру.       — Я это сделал! Я даже сжег все копии списка ингредиентов, которые смог достать! У него, должно быть где-то секретный тайник!       — Что за особый отвар, отец? — спросил Эстель.       — Особое зелье, которое я изобрел за несколько лет до твоего рождения, малыш.       — Для чего ты его используешь?       — Я использую его как угрозу, чтобы заставить твоих братьев и Леголаса вести себя хорошо.       Эстель засмеялся, когда Элронд, Гилраэн и Эрестор спустились по ступенькам.       — Леди Гилраэн! — сказал Леголас и поклонился, он покраснел, понимая что она видела их потасовку. — Я рад вас видеть.       — Здравствуй, Трандулион, — ответила Гилраэн, улыбаясь молодому эльфу. — Спасибо, что благополучно вернули моего сына домой.       — Ваш сын — доблестный воин, миледи, — сказал Леголас. — Недалеко отсюда есть несколько деревень, жители которых, я уверен, согласятся с этим утверждением.       — Орки в этом не замешаны, отец, — быстро сказал Элладан. — Просто шайка разбойников. Ничего серьезного.       — Очень хорошо, — вздохнул Элронд. — Глорфиндел, теперь ты можешь забрать Леголаса. На самом деле, ты можешь забрать Дэна и Ро. Валар знают, что им нужно тренироваться больше, чем Леголасу. Я должен поговорить с Эстелем. ***       — Садись, Эстель, — тихо сказал Элронд. Эстель сел, удивленно глядя на своего приемного отца. В прошлый раз, когда состоялся такой разговор, Элронд объяснил ему, почему у него нет силы и выносливости эльфа.       — Отец, что случилось?       — Пора рассказать тебе о твоем настоящем отце. ***       — Арвен!       Арвен засмеялась, когда ее обняли трое молодых эльфов.       — Приятно быть дома, — сказала она, улыбаясь им всем. — Леголас, я рада, что тебя уговорили снова ежегодно посещать Имладрис. Мы по тебе скучали.       Во второй раз за вечер Леголас покраснел.       — И ты туда же? Я надеялся избежать лекций хотя бы от тебя.       Арвен покачала головой.       — Ваше высочество, простите меня. Я учту ваши желания.       Леголас ответил притворным поклоном.       — Спасибо, леди Ундомиэль. Ваши слова успокаивают мое сердце.       — А теперь покажи насколько ты стал хорош с луком, — скомандовала Арвен. — Отец убедил меня вернуться из Лотлориэна, сказав, что вы трое наконец научились стрелять прямо и будете выполнять фантастические трюки чтобы меня развлечь.       — Я сделаю все, что в моих силах, миледи, — торжественно сказал Леголас. — Но не могу отвечать за ваших братьев. Они все еще стреляют, как гномы.       — Это было бы улучшением, — сказала Арвен, улыбаясь. — В последний раз, когда я их видела, они стреляли, как пьяные гномы. ***       — Вы имеете в виду… Я король Гондора?       — Ты еще не король Гондора, — сказал Элронд. — Но это твое неотъемлемое право. И думаю, что ты добьешься этого.       — Но я не знаю, как быть королем, — воскликнул Эстель.       — Ты узнаешь, малыш.       — И вы поможете мне править? — с надеждой спросил молодой человек.       Элронд медленно покачал головой.       — Как бы я ни хотел этого, Эстель, я не могу. Время эльфов в Средиземье подходит к концу. В очень скором времени, хотя должно пройти еще много лет, мы уплывем в Бессмертные земли.       — Вы хотите сказать, что вы все отправитесь в Валинор и оставите меня здесь одного?       — Ты будешь не один, Эстель. Ты будешь королем Гондора.       — Я думал, вы заботитесь обо мне!       — Эстель, успокойся. Мы заботимся о тебе, ты для меня как родной сын. Мой брат Элрос предвидел, что линия Нуменора зачахнет, и я дал ему слово, что сделаю все необходимое, чтобы исправить это. Я был бы очень рад остаться в Средиземье, чтобы увидеть дни твоей славы. Но мы не можем бороться против воли Валар. Когда они призывают нас, мы должны идти.       — Поэтому вы взяли меня в свой дом? — спросил Эстель. — Потому что дали обещание своему брату тысячи лет назад?       Элронд заколебался.       — По правде говоря да, поэтому я взял тебя. Но тогда я не знал тебя как сейчас. Теперь, когда я знаю тебя, я могу сказать что сделал бы это снова ради тебя, независимо от того, был ли ты родственником Элроса. Мы все любим тебя, малыш, ты должен в это поверить.       — Любите меня? — тихо спросил Эстель. — Или будущего короля Гондора? Именно поэтому вы организовали мое обучение? Вы разрешили мне обучаться стрельбе из лука в Лихолесье…       — Это Леголас попросил меня отправить тебя к Эрин Гален для…       — Он знает?       — Эстель…       — Отец… Нет. Милорд, я должен знать.       — Да, он знает, Эстель. Но не поэтому он хотел…       — А я думал, что он мой друг, — прошептал Эстель. — Мой названный брат.       — Он твой друг.       — Какой друг утаивал бы от меня тайну о моем происхождении? — Эстель вскочил со стула и выбежал в коридор.       Элронд вздохнул.       — Ну, все прошло не хорошо. ***       Элронд обнаружил дочь и сыновей, Леголаса, Глорфиндела и Эрестора в Зале Огня, где они тихо беседовали. С ними была Гилраэн, но она не участвовала в разговоре. Она переводила взгляд с Леголаса на Глорфинделя и на Арвен, но ее мысли явно были в другом месте.       Она встала со стула, как только увидела Элронда.       — Лорд Элронд! Вы ему сказали?       — Да, миледи. Но боюсь, что у меня это получилось не очень хорошо. Эстель тяжело воспринял правду о своем происхождении.       — Где он? — спросил Леголас.       — Я не знаю. Он покинул мой кабинет несколько минут назад. По правде говоря, я надеялся, что найду его здесь. Может ли кто-нибудь из вас пойти и поискать его? Нет, вы останетесь здесь, леди Гилраэн. Уже поздно, и хотя в Имладрисе нет приспешников Саурона, как и в любом другом месте к востоку от моря, лучше не рисковать. Особенно когда здесь сидят четыре эльфийских воина, которые совершенно ничего не делают.       — Я пойду, — сказал Леголас, поднимая лук и колчан, что лежали у его ног. — Скорее всего он в саду.       — Вероятно, тебе стоит идти одному, — сказал Элладан, — но если ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой…       Леголас покачал головой.       — Я могу защитить себя от всего, что может атаковать в Имладрисе.       Элрохир застонал.       — Теперь ты сглазил.       Элронд покачал головой, глядя на сына, потом повернулся к Леголасу.       — Будь осторожен, малыш. Эстель злится на всех эльфов, и может сорваться на тебя. ***       Леголас даже не пытался искать Эстеля в темноте, это была сложная задача даже для проницательного взгляда обученного эльфийского воина. Он подошел к первому дереву, которое увидел, и положил руки на ствол.       «Друг мой…»       «Эльф!» — весело сказало дерево. - «Вижу тебя еще не съели пауки».       «К западу отсюда нет гигантских пауков».       «Но каждый раз, когда ты идешь куда-нибудь, на тебя нападают мерзкие существа. А потом нас внезапно засыпают вопросами о твоем благополучии».       Леголас улыбнулся.       «На этот раз я вернулся целым».       «На этот раз, эльф. Что ты от меня хочешь?»       «Где молодой человек?»       «Он сидит под большим буком у ручья».       «Ле ханнон».       Леголас бесшумно побежал в указанном направлении. Подойдя к буку, он увидел, что под ним сидит Эстель, подтянув колени к груди. Принц перешел на шаг, не желая пугать друга.       — Эстель?       Молодой человек не повернулся.       — Деревья сказали тебе где я?       — Да, — Леголас сел под деревом рядом с Эстелем. — Твой отец рассказал нам, что случилось.       — Неужели?       — Эстель…       — Не надо, — резко сказал молодой человек. — Что бы ты ни собирался сказать, не надо. Кроме того… теперь я Арагорн.       — Ты всегда будешь Эстелем для эльфов.       — Да, я всегда буду "надеждой людей".       — Я понимаю, что это сложно…       — Ты ничего не понимаешь, — взорвался Эстель. — Ты знал все это время! И Дэн и Ро тоже! И вы никогда не говорили мне! Никто из вас никогда не говорил мне!       — Мы не хотели обременять тебя эти знанием, пока ты не был готов.       — Думаете, я когда-нибудь буду готов? Это единственный дом, который я когда-либо знал. И теперь мне сказали, что мои обязанности лежат в другом месте!       — Эстель. — Леголас положил руку своему другу на плечо, но молодой человек сердито оттолкнул его. — Эстель, успокойся. У тебя есть право злиться, но постарайся увидеть все с точки зрения твоего отца. Ты был так счастлив, так беззаботен. Он только пытался сделать то, что лучше для тебя.       — Он выполнял какой-то древний долг и преследовал какой-то героический идеал, — прорычал Эстель. — Но, по крайней мере, он признал это. А чего ты добивался?       — Что ты имеешь в виду?       — Я понимаю, почему мой отец и близнецы обеспокоены судьбой людей. Но почему ты так поступил? В тебе нет ни капли человеческой крови, но ты помог мне со стрельбой из лука, показал как сражаться длинными ножами. Ты не раз рисковал своей жизнью ради моей. Почему? И не говори, что тебя заботит чьи потомки будут править людьми, когда ты покинешь Средиземье.       — Я сделал это для тебя, — мягко сказал Леголас. — Потому что ты мой друг… мой названный брат.       — Не лги! Вы все лгали мне всю мою жизнь. По крайней мере, скажи мне правду сейчас.       — Брат…       — Не называй меня так!       — Эстель…       — Уходи.       — Нет.       — Убирайся, Леголас.       — Нет.       — Я будущий король Гондора и Арнора, и я приказываю тебе оставить меня одного.       — А я Леголас Трандулион, и я остаюсь здесь с тобой, с твоего согласия или без него.       — Это тебе не поможет. Я не хочу с тобой разговаривать.       — Ну и не надо, — отрезал Леголас, потеряв терпение. — Но я не оставлю тебя и не буду спорить по этому поводу! ***       Дождь начался без предупреждения, и Эстель испуганно подпрыгнул, когда первая капля упала ему на руку. Он полуобернулся к Леголасу, ожидая, что эльф придвинется к нему поближе.       Но эльф сидел совершенно неподвижно, прислонившись спиной к стволу, вытянув ноги, и уставившись в никуда. Молча, Эстель пододвинулся к принцу.       — Брат мой, — пробормотал он, — прости меня.       — Нечего прощать, Эстель, — тихо сказал Леголас, не смотря на него.       Эстель неуверенно потянулся к другу. Леголас повернулся к нему лицом, его голубые глаза сверкнули в темноте, а затем Эстель бросился в объятия принца и зарыдал в его тунику.       Леголас тяжело вздохнул, и Эстель рассмеялся сквозь слезы.       — Я только хочу помочь тебе, — сказал эльф.       — Я знаю.       — Скажи мне, что тебя беспокоит.       — Ты уйдешь, — прошептал Эстель. — Отец говорит, что однажды я должен стать королем людей, но если я это сделаю, это ознаменует конец эпохи эльфов… И все кого я люблю уплывут на запад, оставив меня наедине с бременем королевской власти… В одиночестве.       — Ты не будешь один.       — Я знаю. Я знаю, что буду королем, и предположительно будет королева, и будут наместник, капитаны и советники. Но из моей нынешней жизни никого не останется. Эстель будет мертв, и останется только сын Араторна, король Гондора и Арнора.       — Нет, Эстель, — терпеливо сказал Леголас. — Ты не будешь один, потому что я буду рядом.       Эстель отстранился и потрясенно посмотрел на друга.       — Леголас…       — Ты думал, что я уплыву в Валинор и просто оставлю тебя здесь? Пока ты дышишь, брат мой, я останусь в Средиземье. Если ты, конечно, захочешь этого.       — Я хочу, чтобы ты был рядом!       Во второй раз за ночь, он зарыдав, бросился в объятия шокированного принца.       — Эстель? — обеспокоенно позвал Леголас.       — А что, если ты почувствуешь тоску по морю? — пробормотал Эстель. — Как леди Келебриан?       Леголас улыбнулся и похлопал друга по спине.       — Леди Келебриан ушла, потому что знала, что ее семья, в конечном итоге, последует за ней. И по эльфийским меркам пройдет немного времени прежде чем она увидит их снова. Если бы у нее был глупый человеческий сын, о котором нужно было беспокоиться, я думаю, она осталась бы.       — Леголас?       — Да?       — Мне двадцать.       — Я знаю, Эстель, — пробормотал эльф, закатив глаза. — Ты говоришь мне по тридцать раз в день, что ты взрослый и…       — Насколько мал ты был, когда тебе было двадцать?       — По эльфийским годам, ты имеешь в виду? — удивленно спросил Леголас.       — Да.       Светловолосый лучник усмехнулся.       — Достаточно маленький, чтобы Дэн и Ро могли взять меея к себе на ночь и рассказывать сказки. Они придумали несколько интересных историй, даже лучше, чем мои родители.       Эстель ухмыльнулся.       — Неужели твой отец не возражал?       — Не совсем, — Леголас усмехнулся. — Отец думал, что я все эти проказы узнаю в течение дня.       — Леголас?       — Да?       — Было бы ребячеством с моей стороны попросить тебя… То есть… Я не хочу возвращаться в свою комнату один.       Эстель замолчал, и даже в темноте Леголас увидел как он покраснел. Принц улыбнулся и поднялся на ноги, увлекая за собой молодого человека.       — Пойдем, малыш. Тебе ни в коем случае нельзя находиться здесь под дождем. Я буду сидеть с тобой, пока ты не уснешь.       — Я пока не хочу видеть отца, Дэна и Ро… Я поговорю с ними утром.       Леголас кивнул.       — Рядом с твоим балконом растет довольно крепкая лоза. Посмотрим, сможет ли она выдержать толстого человека. ***       На следующий вечер Эстель и близнецы попрощались с Леголасом у ворот Имладриса. В постоянно темнеющем лесу, который когда-то был Зеленолесьем Великим, тысячи эльфов полагались на своего короля и его воинов, которые сдерживали зло с помощью лука и клинка.       Но даже когда Эстель смотрел на дорогу, по которой уехал его друг, он не грустил. Расстояние было пустяком пока Леголас был по эту сторону моря. Он может приезжать в Лихолесье из Гондора. И, возможно, это будет их величайшее приключение из всех.       Оставив братьев, он пошел гулять в лес. Леголас научил его находить утешение в раскидистых ветвях бука и дуба, и он долгое время думал, что, если он передаст сообщения деревьям, они каким-то образом передадут его через лиги эльфийскому принцу, который сражался за безопасность своего народа.       Зная, что никто из эльфов не услышит его, Эстель радостно засмеялся и громко запел «Песню о Лютиэн».       «И перед его глазами, в Ривенделле, была сама Лютиэн в серебряно-голубом платье, прекрасная, как сумерки эльфийского края. Её тёмные волосы развевал ветер, а самоцветы, словно звёзды, украшали её чело». — Из «Сказания об Арагорне и Арвен»