Часть 1

—Я слышу голос о помощи...- Голубые глаза распахнулись. Он находился в пустоши. —Что за чёрт... - Отозвался Роман, — Надзиратель, отец всего живого. Принимает образ человека, но лишь только на половину. Посмотрев на свои руки он заметил синеву на концах пальцев. Такое случается когда что-то происходило с тем, в ком течёт его кровь, видимо искра угасала. По щелчку пальцев в руках появились перчатки. Надев их он стал оглядываться. Подозрительно тихо. Как только он появлялся в пустоши это не оставалось без внимания слуги времени. В мыслях начали всплывать отрывки прошлого миллионной давности. Его уход. То, как он оставил своего сына, своё творение, одного около междумирки, а сам... Это не имело сейчас значения. Температура была нормальной, но руки оставались холодными как лёд. Придя в себя он начал оглядывать свою одежду. Чёрное, старомодное обтягивающее одеяние до горла. —Смотрящий?- Попытался Роман позвать его, но ничего так и не получилось. Сделав шаг, он наступил на временную ветку, но не услышал биение сердец или признаки чего-то живого. Глаза расширились от удивления. Повернувшись, он вошёл в ветку. Первый мир который ему попался был Архей. Вокруг всё до боли знакомое, но совсем не родное. Это больше не тот светлый Архей. Сконцентрировавшись, Фильченко попытался найти хоть что-то, что всё ещё дышит, но всё пошло на смарку. Прогулявшись по миру он так ничего не нашёл. Затем следующий, после снова другой, так до самого конца, пока он не дошёл до пустоши. —Что тут твориться... Самому себе задал вопрос Рома. Он совсем уже забыл что его руки пришли в нормальное состояние. Сняв перчатку он заметил что той синевы не осталось. —Лоши, ты всё ещё жив...- В голове появился вопрос. Как он остался живым? Во вселенной почти нет живых веток, а значит и скинта... Выходнув полной грудью он почувствовал облегчение что Лололошка жив. Выбравшись из ветки он снова оказался в пустоши. Он видел как они просто напросто стираются. Что-то неведомое заставляло ветки просто исчезать. В венах закипела кровь. Один Роман мог иметь право на стирание веток, неведомые существа решили что могут решать за него? Миллионное отсутствие, похоже заставило содрогнуться всё живое и устроить свою иерархию. Ему нужно было найти Лололошку Ветка за веткой, во всех мёртвых ветках ни единого выжевшего. Вернувшись в пустошь, он заметил ветку, которая подвергается уничтожению. Стиснув кулаки он забежал в эту линию. Архей. Когда люди начали испаряться он понял,—стёрлось само время. Люди сгинули безвести, даже не поняв что случилось, даже не знав что они существовали. В районе груди закололо, заставляя содрогнуться и упасть на колени, держась за грудь. Словно сердце забилось вновь... —Кх... Что это... Такое знакомое...- Боль со "временем" стала утихать, а в ветке осталось ограниченное количество выживших. Поднявшись, он заметил что воздух стал плотнее, а небо немного затускнело. Стал образоваться некий туман, поднятый балаганом. Машины стали дымиться, а на улицах творился хаос. Роман стал ощущать всё меньше и меньше количество жизненной энергии. Крикнув невънятное словно, он оказался в мегаполисе, а рядом выживший. Судя по всему это наместник этого мира. Он давился кровью, словно кислород перекрыли. Присев над ним он взял его лицо и поднял голову к нему. Глаза того расширились. —О... От... Ец!.. - Ему было тяжело говорить, тяжело вдохнуть и мыслить здраво. Он привязан ко времени. Он попытался сказать что-то ещё, но его кожа с каждым мгновением осушалась. Она теряла свою румянность и походила больше на трупную. Закрыв ему глаза, я отправил его в небытие. Белоснежные крылья с тяжестью упали на пол. Это было жалкое и трогательное зрелище. Увидев сияние я опешил, прячась за колоной. "Там был... Обычный человек? " Сконцентрировавшись, Фильченко попытался почувствовать его душу, но он ничем не пах, ничем не выделялся. Словно мертвец, словно его не должно было существовать. —Он уже умер. Чтож, бедняга, покойся с жизнью.- Ответил парень, взяв прибор в руку он что-то натыкал и исчез без следа. Я удивился, но тут же в моей голове прояснилось- он отвязан от времени. P.s— "словно сердце забилось вновь" Рома хотел сказать что он не может чувствовать жизненные аспекты, ведь это его не настоящая форма, но в ней он пробыл больше всего времени. Это произошло из-за стирание ветки. На расстоянии это не ощутимо, но когда он находиться в самой ветке он чувствует боль в груди, ведь стирание проходит через него тоже, но Рома бессмертен, и никогда не чувствовал боль. Выражение было применено не просто так.